глава 2: суд
4 октября 2021 г., 19:48
Здание суда выглядело весьма внушительным и находилось в центре Мадрида. На его мраморных стенах была выгравирована его история и история правосудия, чтобы каждый желающий мог насладиться местом, в котором кардинально менялись судьбы сотни тысяч людей.
Макарену попросили приехать на три часа раньше, чтобы успеть обсудить показания с прокурором. В обычных случаях, показания долго подготавливались и обсуждались на протяжении нескольких дней, но это был не обычный случай. Макарена знала все тонкости организации Зулемы, поэтому она не нуждалась в долгой подготовке, чтобы отвечать на вопросы судьи.
Поэтому она приехала ровно в одиннадцать часов утра, за три часа до начала суда. Такси остановилось перед зданием, блондинка поблагодарила водителя и вышла из машины. Её глаза тут же упали на Кастильо, разговаривающим с каким-то незнакомым мужчиной у входа. Макарена появилась перед ними с нервной улыбкой на лице.
— Доброе утро.
— Мака, познакомься с нашим прокурором, — Кастильо указал рукой на мужчину с правой стороны, который сделал женщине шаг навстречу.
— Алан Лопез, — дружелюбно, но с серьёзным лицом сказал мужчина с голубыми глазами. — Я помогал Кастильо и Фабио подготавливаться к суду. Надеюсь, вы уже в курсе, что вы главный свидетель?
— Да, знаю, — ответила Макарена. — Вы уверены, что нам хватит трёх часов на подготовку?
— Мы готовились неделями, если не месяцами, — Алан переглянулся с Кастильо. — Всё уже готово. Пройдёмте внутрь и я расскажу вам, какие вопросы буду вам задавать.
— Хорошо, — Мака кивнула. — Тогда вперёд.
Троица направилась в здание суда. Внутри оно оказалось весьма заполненным: деловые люди спешили из одного конца в другой, пока разговаривали по телефону. В главном зале были массивные мраморные колонны и высокие потолки, из-за которых помещение казалось довольно просторным. Но стоило им завернуть в коридор налево, как всё стало узким и тесным, толпы народа продолжали ходить туда-сюда, заставляя блондинку нервничать ещё больше.
Наконец-таки, Алан привёл их в пустую комнату. Когда дверь позади них закрылась, Мака почувствовала, как её сердечный ритм начал вновь возвращаться в привычное русло.
Все эти люди. Адвокаты, судьи, свидетели…
Интересно, Зулема уже была на месте?
Наверное, нет. Пока что ещё слишком рано.
Мысль о том, что ей предстояло находиться в одном и том же здании с брюнеткой впервые за семь недель, не на шутку волновала Макарену.
— Итак, — Алан достал несколько папок из своего портфеля и разложил их на столе. — Заир будет обвинена в нескольких преступлениях. И в каждом из них ты будешь считаться главным свидетелем. У меня есть ещё два свидетеля для большей убедительности нашей правоты: управляющий казино, у которого украли ноутбук с криптовалютой, и один из охранников, пострадавших во время ограбления ювелирного магазина.
Макарена понимающе кивнула, и Алан продолжил:
— Я буду задавать тебе вопросы об этих операциях. Кто организовывал их, как они проходили, кто в них участвовал и всё в таком духе. Также мы будем говорить о торговле оружием и наркотиками. Мы нашли ноутбуки с базой о совершенных сделках. Ранее у тебя уже был доступ к ним, так что я попрошу тебя объяснить в них что к чему. Мы выведем фото на большой экран для наглядности.
На протяжении следующих двух с половиной часов, Алан продолжал объяснять дело, которое собирался представить в суде. Он предположил, какие вопросы будет задавать адвокат Зулемы, и объяснил, как нужно будет на них ответить. В целом, Макарене было всё понятно. Алан был настоящим профессионалом: его доводы логичны и у него куча доказательств. У Зулемы не оставалось никакого другого выбора, кроме как сесть в тюрьму.
Так или иначе, Макарена сомневалась в этом. А как могло бы быть иначе?
Как никак, они говорили о женщине, которую она любит.
______________
Три часа спустя. — Ваша честь, господа присяжные, меня зовут Алан Лопез и представляю сторону обвинения по делу Заир. Я намерен доказать, что вышеобвиняемая, Зулема Заир, является соучастницей и организатором сразу нескольких крупных преступлений, также являясь главой преступной группировки со штаб-квартирой в Мадриде. Данная преступная группировка должна понести ответственность за незаконный оборот и продажу различных видов оружия и наркотических препаратов, за ограбления, чрезмерное насилие и гибели людей. Включая гибель одного из членов их собственной организации. Дело каждого преступника будет рассмотрено по-отдельности. Доказательства будут представлены в письменном виде, также у нас имеются фотографии, которые ещё раз доказывают виновность Заир. Голос Алана звучал ровно и уверенно. Он держал документы, его руки совершенно не дрожали, когда он продолжил: — Что ещё важнее, господа присяжные, сторона обвинения вызовет трёх свидетелей. Первый свидетель — это г-н Хернандес. Он утверждает, что его личные вещи были с силой и запугиванием украдены Заир во время одной из его рабочих смен. Вторым свидетелем является г-н Гонсалес, охранник ювелирного магазина, который пострадал во время одного из ограблений из-за того, что обвиняемая дважды выстрелила по нему. И, наконец, главный свидетель, г-жа Феррейро, которая проводила операцию под прикрытием в организации Заир на протяжении трёх месяцев. Она предоставила полиции все необходимые доказательства и будет давать показания обо всех вышеупомянутых преступлениях. Я уверен, после того, как мы представим все наши доказательства, вы выдвинете обвинительный приговор по всем пунктам. Спасибо. Макарена сложила руки и положила их на колени. Она сконцентрировалась на своём дыхании, потому что её сердце безумно колотилось, намереваясь выпрыгнуть из грудной клетки. Блондинка хотела выглядеть профессионально, когда её позовут на место свидетеля. Но это казалось невероятной задачей, когда ты сидишь напротив адвоката, пытающегося уберечь женщину, которую ты любишь, от попадания за решётку. Задача становилась ещё труднее, потому что Зулема сидела прямо там же, на противоположной стороне, спиной к Макарене. Затем, адвокат Зулемы поднялся, чтобы озвучить вступительное слово. — Ваша честь, господа присяжные, меня зовут Мануэль Гарсия и я представляю сторону защиты по делу Заир. Я намерен доказать невиновность моего клиента в вышеперечисленных обвинениях и указать несколько смягчающих обстоятельств, повлиявших на действия Заир. К примеру, как мы позже обсудим, бывший возлюбленный моей клиентки, Ханбаль Хамади, был застрелен и убит полицейскими. Она провела большую часть своей жизни с Хамади, и, безусловно, его смерть не могла не отразиться на её действиях. Также, хочу не согласиться с тем, что Заир беспричинно стреляла во второго свидетеля: моя клиентка сделала это всего лишь в защиту одного из своих коллег, Макарены Феррейро. В конце данного судебного разбирательства, я попрошу вас вынести вердикт о невиновности по некоторым из предъявленных обвинений и учесть смягчающие обстоятельства. Спасибо. Судья кивнул и вновь перенёс всё внимание на Алана. — Сторона обвинения, вы можете представить вашего первого свидетеля. — Спасибо, ваша честь, — ответил Алан. — Я вызываю г-на Гонсалеса. Макарена наблюдала за тем, как мужчина, сидящий на несколько сидений левее от неё, поднялся и направился на трибуну. Она узнала его. Как могло быть иначе. Это же был тот самый управляющий казино, тот которого она соблазнила, трогала и даже целовала. Блондинка постаралась не зацикливаться на его голосе, когда он клялся в том, что будет говорить только правду и ничего кроме правды. Она старалась не слушать Алана, который задавал свидетелю вопросы, в ответ на которые он получал лишь те слова, которые подтверждали виновность Заир. В данный момент он пытался осудить Зулему в краже личных вещей и угрозе пистолетом. Макарена отгородилась, стараясь успокоиться. Все мышцы её тела были напряжены, и с каждым новом словом свидетеля, ей становилось всё тревожнее. И не только тревожнее: внутри неё также непрестанно росло чувство вины и даже грусти. Она буквально тонула в них, пока шёл суд: первый свидетель отвечал на вопросы Алана и адвоката Зулемы. Вся эта процедура повторилась и со вторым свидетелем. К тому времени как Мака вновь умудрилась сосредоточиться на судебном процессе, Алан договаривал одну из своих мыслей: — Основываясь на уликах, я считаю доказанным тот факт, что Заир должна быть привлечена к ответственности за кражу личных вещей в первом случае и ювелирных изделий во втором. К тому же, она виновна и в угрозах оружием, а что важнее, в чрезмерном насилии. В данном случае я ссылаюсь на выстрелы, совершенные в сторону г-на Гонсалеса. Макарена вздрогнула, когда какая-то рука неожиданно коснулась её плеча, разворачивая её налево. — Твоя очередь практически подошла, — прошептал Кастильо. Он мягко потёр её плечо и поддерживающе кивнул. — Ты поступаешь правильно, помнишь? Мака выдавила из себя улыбку. — Ага. — Для того, чтобы у вас появилась полная картина обвинения, я бы хотел вызвать нашего последнего свидетеля, г-жу Феррейро. Против своей воли, блондинка подняла своё тело с деревянной скамьи и направилась к трибуне для свидетелей. Три шага наверх и небольшой поворот направо, чтобы её лицо оказалось прямо перед микрофоном. Изначально она изо всех сил старалась не смотреть на неё. На единственного человека в этом помещении, имеющем настоящее значение. — Г-жа Феррейро, пожалуйста, поднимите вашу правую руку, — раздался голос слева от неё. — Клянётесь ли вы говорить правду и ничего кроме правды? В промежутке между концом вопроса судьи и собственно ответом Макарены, самоконтроль блондинки окончательно рухнул и она посмотрела. Зулема. Вот она. Смотрит на неё, с нечитаемым взглядом в глазах, под которыми видны тёмные круги. Макарена вновь отвела взгляд. — Клянусь, — ответила она. Затем, Макарена села на деревянный стул перед полным залом суда. — Ваша честь, господа присяжные, г-жа Феррейро работала под прикрытием в организации Заир на протяжении трёх месяцев, — начал Алан. — Практически за все доказательства, что мы имеем на сегодняшний день, мы благодарны ей. Я буду опираться на её связь с членами группировки и её личное понимание ситуации, чтобы доказать все вышеупомянутые обвинения и добавить несколько пунктов, основываясь на её словах. Макарена тяжело сглотнула. Она нашла глазами Кастильо, который ещё раз ободрительно кивнул ей. — Я бы хотел начать с того, что организация и соучастие в преступной группировке уже является уголовно наказуемым. Г-жа Феррейро, не могли бы вы, пожалуйста, рассказать из кого состояла эта организация? — Я не знаю полных имён, но, — начала Макарена, — самыми главными членами организации были Хулиан Ромеро, Сарай Варгас, Ханбаль Хамади и… Зулема Заир. — В целом, сколько человек входило в организацию? — Шестнадцать, если считать вместе с Хамади. Краем глаза Макарена заметила, как Зулема скрестила на груди руки. Так она пыталась защитить себя. Брюнетка всегда так делала, когда ситуация заставляла чувствовать её ранимой, или, в общем, заставляла чувствовать её что-либо. — Каковы были основные цели организации? — Продажа наркотиков и оружия по всей Испании, — ответила Макарена. — Кхм, а также ограбления с единственной целью: заработать денег. Но никак не ранить людей. — По прибытию в ангар, в котором была задержана обвиняемая, — продолжил задавать вопросы Алан, — полиция нашла несколько ноутбуков и компьютеров, содержащих списки заказов. Пожалуйста, выведите на экраны фото под номером два. Во всём помещении было несколько экранов: судья и присяжные имели собственные небольшие мониторы, встроенные в столы; а для свидетелей и всех остальных присутствующих был большой экран на стене. — Г-жа Феррейро, не могли бы вы нам объяснить, что мы сейчас видим? Макарена сделала глубокий вдох и продолжила. — Это список заказов. И для наркотиков, и для оружия созданы отдельные списки, они выглядят примерно одинаково. Сейчас перед вами список с заказами наркотических препаратов. Он может показаться довольно сложным и непонятным из-за различных шифров, но, если хорошо разобраться, то всё станет предельно ясно. Она продолжила объяснять их систему, не слишком переживая о происходящем. Некоторые из присяжных что-то записывали в свои блокноты. Когда Макарена закончила свой рассказ о торговле наркотиками и оружием, Алан перевёл тему: — Второе, о чём бы я хотел вас спросить, касается ограбления ювелирного магазина, во время которого пострадал один из охранников: г-н Гонсалес был ранен несколько раз. Г-жа Феррейро, кто организовывал данное ограбление? — Я. Вместе с Сарай Варгас. — Какова была роль г-жи Заир в данном ограблении? — Она лишь участвовала в его исполнении. Хоть Макарена этого и не заметила, увлечённая ответами на вопросы прокурора, но после её слов Зулема дёрнулась. Потому что её роль в этом ограблении точно не заканчивалась на том, что она всего лишь исполняла его. Да, Макарена и Сарай всё организовали, но ведь именно она сперва отдала им приказ. Брюнетка была не до конца уверена, забыла ли об этом блондинка или же она специально умалчивала об этом. Суд продолжился, когда Алан задал следующий вопрос. — Касательно вреда, причинённого г-ну Гонсалесу: правда ли, что г-жа Заир дважды выстрелила в него? Один раз в ногу и один раз в плечо? — Да, — начала Макарена, — но она сделала это лишь потому… — Да или нет уже достаточно, спасибо, — спешно перебил её Алан. Он бросил на неё взгляд, будто говорящий «следи за языком». Макарена решила, что так действительно будет правильнее, если она заткнёт свой рот. Она портила его дело. Хотя она была и не против, если честно. — Вопросов касательно данного ограбления не осталось, — Алан быстро просмотрел свои записи в блокноте. — Поэтому теперь я хочу задать вопросы по поводу убийств. Это очень серьёзное преступление, и у стороны обвинения есть все причины полагать, что было совершено несколько убийств, жертвой одним из которых стал член их организации. Карлос, — подумала Мака. Воспоминания того дня, когда Зулема выстрелила в него на глазах перед всеми, быстро всплыли у неё в сознании. — Для начала, возлюбленный г-жи Заир был известен как наёмный убийца. Насколько нам известно, он убивал… — Протестую! — воскликнул Гонсалес, поднимаясь с места. — Это не имеет никакого отношения к моему клиенту. Мы не говорим о преступлениях, совершенных Хамади. — Принято, — решил судья. — Сторона обвинения, пожалуйста, говорите лишь о том, что непосредственно относится к г-же Заир. Алан разочарованно выдохнул и постарался перефразировать своё предложение. — Ладно, мы все видели заголовки газет от восемнадцатого июля, — продолжил Алан. Он покопался в своих файлах и достал газету, точно такую же, которую Макарена держала в своих руках несколько недель назад. Тогда заголовки гласили: «найдено мёртвое тело на промзоне». — Жертвой стал один из членов организации Заир. Он был застрелен из того же оружия, что было найдено при обвиняемой во время её ареста. Г-жа Феррейро, вы когда-нибудь видели г-жу Заир в руках с этим пистолетом? Фото оружия показалось на экранах. Макарена взглянула на него и вспомнила, как ствол этого самого пистолета был однажды направлен на её собственную голову. — Да, это её пистолет. — Были ли вы в ангаре, когда было совершено убийство? — Да. — Видели ли вы, как всё произошло? — спросил Алан. В этот момент Мака засомневалась. Не только потому, что она буквально чувствовала на себе взгляд Зулемы, но и потому, что она понимала, что её ответ сильно повлияет на ход суда. — Что вы имеете под этим в виду? — спросила она, неуверенная в том, позволено ли ей вообще было спрашивать в ответ. — Конкретно убийство. Вы можете подтвердить, что г-жа Заир убила того человека? Срок за преднамеренное убийство. Первое, что пришло в голову блондинке. От десяти до пятнадцати лет. Или даже до двадцати, зависит от обстоятельств. Если она ответит «да», если она признает, что видела, как Зулема убила Карлоса, то со всем будет покончено и для брюнетки всё будет предрешено. Макарена сильно сомневалась. Она взвешивала разные решения, обдумывая, что говорило ей сердце. И что говорил ей её разум, вместе с которым она боролась последние несколько месяцев. — Г-жа Феррейро? Вы можете подтвердить, что г-жа Заир убила того человека? Макарена сделала глубокий вдох. И ответила. — Нет. — Вы не видели, как это произошло? — Нет. Алан ненадолго замолчал. — Могу ли я напомнить вам, что вы отвечаете под присягой? — Я в курсе, — спокойно ответила Макарена. — Я не видела, как это произошло. — Ладно, — продолжил Алан. — Тогда можете объяснить, что вы делали во время совершения убийства? — Я находилась в ангаре, на втором этаже. Я слышала лишь выстрел, а когда спустилась вниз, всё уже произошло. Сидя за столом защиты, Зулема поморщилась. Сначала она подумала, что просто немного недопоняла ответ Макарены, но когда блондинка продолжила свой ответ, Зулема становилась всё более и более уверенной в том, что Мака откровенно врала. Под присягой. Попалась, — подумала Зулема. — Вы видели, как г-жа Заир держала в руках пистолет? Или хоть что-нибудь, что могло указывать на то, что она была причастна к убийству? — Нет, — вновь ответила Макарена. — У всех при себе было оружие. Я не знаю, кто именно это мог бы сделать. Алан долго и настойчиво смотрел на блондинку. Если бы Макарена заявила обратное, то это бы обеспечило Зулеме долгие годы заточения в тюрьме. Но ответ блондинки был диаметрально противоположным. Довольно странно, но Макарена даже почувствовала лёгкую гордость за себя. — У меня больше нет вопросов, ваша честь, — закончил Алан. Он был немного раздражён словами Маки, но, в целом, он понимал, что его доказательств и так хватало, чтобы обвинить Зулему в других преступлениях. И это самое главное. — Сторона защиты, можете задавать вопросы свидетелю, — сказал судья. Мануэль Гарсия поднялся с места, держа в руках документы. — Я бы хотел начать с того факта, что хоть мой клиент и был задействован в обоих ограблениях, я всё ещё не услышал ни одного доказательства в сторону того, что она отвечала за их организацию. Г-жа Феррейро, какой была организация первого ограбления в казино и как оно происходило? — Это было моим первым заданием, когда я только присоединилась к группе, — начала Макарена, — поэтому я не очень осведомлена о том, кто участвовал в организации этого ограбления. Несмотря на это, именно Зулема давала мне указания, что делать, так что очевидно, что она участвовала в разработке плана. Гарсия кивнул. Он слегка нахмурился, и заметное напряжение в его плечах говорило Макарене о том, что он не был доволен её ответом. Мужчина поменял свои бумаги местами и решил подойти к делу с другой стороны, понимая, что в ином случае они далеко не продвинутся. — Каковы были ваши отношения с моей клиенткой? Алан готовил Макарену к этому вопросу. Но знать, что такой вопрос будет, и по-настоящему услышать этот вопрос — совершенно разные вещи. Однако Мака всё же собралась с силами и ответила. — Мы были коллегами. Она погружала меня в разные дела их организации. Я помогала ей с заказами, придумыванием планов и их реализацией. — Были ли у вас какие-либо романтические или сексуальные отношения с моей клиенткой? Макарена постаралась сделать так, чтобы её щёки не покраснели, пока Алан вставал со своего места: — Протестую. Это не имеет отношения к делу. Судья взглянул на него, а затем и на адвоката Зулемы, призывая его прояснить ситуацию. — Отношения между г-жой Феррейро и моей клиенткой несомненно очень важны для дела, учитывая, что практически все доказательства выдвинуты именно ею. Надо сказать, что в первую очередь, нужно было рассматривать природу их отношений. Судья утвердительно кивнул и посмотрел на Алана. — Протест отклонён. Сторона защиты, можете продолжать. Макарена знала, что ей придётся отвечать на этот вопрос, поэтому её щеки покраснели. Она буквально почувствовала это, но сделала вид, будто ничего не произошло. Она нашла глазами Кастильо, который выжидательно смотрел на неё. Но не это смущало её. А то, что в его взгляде читалось «я уверен, что между вами с Зулемой ничего не было». — Г-жа Феррейро, — надавил адвокат Зулемы. — Я… — запнулась Макарена. Она украдкой посмотрела в сторону Зулемы, давно смотрящей на неё саму. Да, были. Поэтому Мака перестала пытаться избегать знакомых тёмно-зелёных глаз, и прямо уставилась на них. Взгляд Зулемы был дерзким, будто говорил ей «давай же, расскажи правду». — Да, — наконец ответила Макарена. — Один раз мы переспали. — Уточните, что вы имеете в виду, — настоял Гарсия. — Чтобы избежать недопонимания. — Протестую! — тут же воскликнул Алан, подрываясь с места. — Ваша честь, я понятия не имею, какое это имеет значение. — Я настаиваю на своём прошлом ответе, — сказал ему в ответ Гарсия. — Это может принести пользу и вам. — Отклонено, — заявил судья. — Сторона защиты, продолжайте. — У нас был секс, ясно? — ответила Макарена, пока никто не успел ничего либо сказать или спросить. Не было смысла это скрывать. Ей бы всё равно пришлось, рано или поздно, это сказать. — Это произошло всего один раз. Несколько недель назад. После того, как она договорила, блондинка посмотрела на Зулему, но взгляд той был направлен в стену. Она даже не шелохнулась от её слов. — Как это повлияло на ваши с ней отношения? — спросил адвокат Зулемы. — Я… не знаю, — запнулась Макарена. — И хорошо и плохо одновременно. — Видите ли, я пытаюсь выяснить, есть ли хоть одна причина доверять словам г-жи Феррейро, — Гарсия обратился к судье. — Практически всё дело построено на её рапортах. Если у неё были отношения с моей клиенткой, то даже небольшая ссора могла привести к фальсификации доказательств, собранных г-жой Феррейро. Макарену часто обвиняли в различных деяниях, и обычно она на это никак не реагировала, но на этот раз всё было по-другому. Его утверждение раздражало и даже пугало блондинку, потому что он свернул не на тропу, по которой она хотела идти. Если хоть кто-нибудь догадается, что она действительно намеренно изменяла найденные улики, убирая Зулему из различных сделок и операций… То у неё будут большие проблемы. Но не только у неё, но и у Зулемы тоже. Потому что брюнетка была виновна в гораздо больших преступлениях, но только лишь Макарена знала об этом. Поэтому, чтобы спасти себя и Зулему, она вновь решилась соврать. — Прошу прощения, г-н Гарсия, но я не понимаю, с чего вы так решили. Если бы вы уделили время на изучение моей биографии, то вы бы узнали, что я отлично справлялась с работой частного детектива уже на протяжении восьми лет. За это время я несколько раз сотрудничала с полицией, и я не вижу причин, почему это дело должно как-то отличаться от других. Затем, она произнесла слова, о которых будет сожалеть потом, но которые на данный момент придадут её речи больше правдивости и убедительности: — О каких-либо романтических отношениях между мной и г-жой Заир не может быть и речи. Думаете, я бы действительно сдала её полиции, если бы правда любила её? Ауч. Макарене было физически больно это произносить, а Зулеме было также больно это слышать. Но брюнетка не подала виду, единственным проявлением волнения стала её дёргающаяся нога под столом. Её лицо не выражало никаких эмоций, и Маке стало интересно, куда исчезла та женщина, которую она целовала в ту ночь. На несколько секунд повисла тишина, пока адвокат Зулемы продумывал свой следующий вопрос. — Хорошо, — наконец заговорил он. — При условии, что показания г-жи Феррейро верны, я бы хотел перейти к последней теме. Как уже упоминалось ранее, парень Зулемы был застрелен несколько недель назад полицией. Г-жа Феррейро, контактировали ли вы с моей клиенткой в последующие дни после смерти её парня, Ханбаля Хамади? — Да, — ответила Макарена. — В действительности, я была рядом с ней, когда ей поступил звонок с известиями. — И как она на него отреагировала? Блондинка ненадолго переметнула взгляд на Зулему, которая всё также держала скрещенные руки на груди, притворяясь незаинтересованной в происходящем. — А как вы сами думаете, как она на него отреагировала? — ответила Макарена, слегка раздражённая вопросом. Казалось, что она защищала Зулему, и брюнетка это тоже заметила, сидя на своём месте. Ей даже не нужно было смотреть на Макарену, тон её голоса всё говорил за неё. — Очевидно, что она была убита горем. — Выглядела ли она как прежде спустя дни и недели после произошедшего? — Не совсем. — Ваша честь, господа присяжные, — Гарсия отвернулся от Макарены к залу. — Думаю, все из вас согласятся с тем, что смерть близкого человека сильно влияет на то, что мы делаем и как мы думаем. Все справляются с горечью по разному, и, как мы видим, у г-жи Заир эмоции вылились через агрессию, что также нормально, как если бы она молча горевала. Я бы хотел, чтобы смерть Хамади была учтена как смягчающее обстоятельство по отношению к делу об ограблении ювелирного магазина и причинении вреда г-ну Гонсалезу. Спасибо. Наконец-таки, Макарене было разрешено покинуть трибуну. Она сосредоточила свой взгляд на мраморном полу, чтобы ни в коем случае не встретиться взглядом с Зулемой, пока шла к своему прежнему месту на скамье. Может, именно потому что она не посмотрела на неё, она не заметила в глазах брюнетки подозрительный проблеск… чего бы там ни было. В свою очередь, Зулема понимала, что каким бы ни был исход, она потянет Макарену с собой. Блондинка только что врала, находясь под присягой. И, услышав её ответы, было очевидно, что Макарена точно что-то недоговаривала. Покрывать преступника также является преступлением. Зулема знала это. И она воспользуется этим. Но позже. Судья вновь заговорил. — Обе стороны дали показания. Адвокатам осталось выдвинуть последние заявления. Сторона обвинения, можете начинать. Алан начал своё заключительное слово. Он перечислил самые важные доказательства, что были озвучены ранее, и пока он перечислял обвинения в адрес Зулемы, Макарена уныло смотрела вниз на свои колени. — Основываясь на доказательствах, становится ясно, что обвиняемая должна понести ответственность сразу за несколько серьёзных преступлений. Например, таких как организация и соучастие в преступной группировке, незаконный оборот и продажа наркотиков и оружия, военной амуниции, причинение тяжкого вреда и, наконец, участие в ограблениях, упомянутых ранее. Господа присяжные, сторона обвинения просит вас выдвинуть обвинения по всем пунктам. Спасибо. Макарена закрыла глаза. Я не хочу, чтобы она попала в тюрьму. Я не хочу тосковать по ней каждый божий день, как это было все эти семь недель. — Сторона защиты, ваше последнее слово, — едва донёсся голос судьи до ушей Макарены. Речь адвоката превратилась для неё в белый шум, пока в её голове продолжали крутиться тысячи мыслей. Она не слышала ни обвинений, ни смягчающих обстоятельств, ни слова, что сказал Мануэль Гарсия. Она вернулась в реальность, когда всем пришлось подняться, когда судья вместе с присяжными вышли, чтобы принять окончательное решение. Макарена ненадолго задержалась взглядом на Зулеме, надеясь, что брюнетка посмотрит на неё в ответ. Но нет. — Я могу поговорить с Зулемой? — она развернулась к Кастильо. — Не прямо сейчас, а попозже? Разве здесь нет места, где я бы могла с ней поговорить хотя бы две минутки? Пожалуйста. Мужчина отрицательно покачала головой. — Нет. Вероятнее всего, её осудят хотя бы за одно из преступлений, так что её сразу отправят обратно в тюрьму. — Но мне правда очень нужно с ней поговорить. — Ты можешь навестить её в тюрьме, если захочешь, — ответил Кастильо. — Но, Макарена, лучшее что ты можешь сейчас сделать — это оставить всё как есть. Если ты продолжишь об этом думать, то никогда уже не сможешь успокоиться. Макарена понимающе кивнула, уже давно осознавая, что она не послушается его советов. Она не могла оставить всё как есть. Как ты можешь оставить кого-то, если все твои мысли забиты им? Время, казалось, тянулось бесконечность, и, наконец, судья и присяжные вернулись в зал. Они заняли свои места и в здании суда повисла гробовая тишина. Зулема, которая, казалось, прослушала половину заседания, напряженно сидела. — Присяжные, вы пришли к единому решению? — спросил судья. Женщина слева от судьи поднялась с места. — Так точно, ваша честь. Судья кивнул, призывая её огласить их решение. — Мы, присяжные, признаём Зулему Заир виновной по всем пунктам обвинения.
