Что делать, если злодей-ленив, а система- назойлива?

За горизонтом, откуда бьют в небосвод молнии, где смерть подобна выпитой на утро чашки чая — жизнь плещет через край. Та жизнь, от которой миллионам существ хотелось бы отказаться, но они не вправе этого сделать. Подобие бога управляет этими землями. Он держится за свой трон крепко, властно. Никто не способен сместить его с насиженного места. Но вот беда, человечество решило бросить вызов демоническим землям. Людской император был смел в своих суждениях. Он действовал точно, быстро и скрытно. Именно из-за скрытности вперемешку с хитростью демонический владыка не сразу понял что творится в его землях. Провокации, истребление на границах и явная враждебность - все это мелочи для союза человека и демона. Но что насчёт сеяния раздора среди двенадцати владык? Звучит как вызов, который требует ответной провокации. **** Пока высшие силы расставляют шахматные фигуры и готовят своих пешек, секта небесного цветка ждёт свою миссию. Она плывет по течению, как отходы по сточной канаве. Либо секта выплывет на поверхность и у нее будет возможность подняться с колен, либо...она падет в самые грязные и вонючие пучины. В этом мире жестокость переплетается с безумием. Хороших или плохих людей нет. Есть просто разумные существа со своими мыслями, порядками, верой. Нет черных и белых. Мессией может оказаться кто угодно. Хоть царственным сын, хоть бедняк с темных переулков. Ну, а для секты спасителем стал человек, которому плевать с высокой колокольни на эту самую секту. Он живёт своей жизнью, а секта - своей. Линии этих двух понятий не должны были пересекаться, но вот судьба опять взмахнула рукой и провела перпендикуляр. А может и не судьба... Пока философы рассуждали, а предсказатели говорили о гибели этого мира из-за войн, мессия секты Небесного цветка накачивал себя алкоголем.  Хрупкая фигурка с изуродованным лицом, потрёпанной жизнью одеждой и со вселенским счастьем в глазах, активно открывала закрытые деревянные ящики в тусклой комнатенке. В руках у возбужденного человека блестел гвоздь. Блики от него разлетались, следуя движениям человека. Щепки от коробок как снаряды полетели в разные стороны. Вот последний гвоздь не выдержал такого упорства и предпочел улететь по неизвестному направлению. Желательно подальше от радостного культиватора. Ин Юншен просто светился от счастья. В таком резвом темпе он открыл по крайней мере пять коробок и все они были наполнены его вином. Именно ЕГО вином, то самое, которое вежливо выкрали. Сказать, что Юншен чувствовал облегчение за свой запас - это ничего не сказать. Единственное, что его огорчало, так это отсутствие сигарет. Ну вот нет их в этой комнате и все тут. По этому поводу Ин Юншен периодически проклинал людей, попутно покрывая их всевозможными сложными конструкциями. — Значит, так,  — Юншен вынул из деревянного ящика вино. Бутылка удачно легла ему в руку, словно была создана для него, в каком-то смысле все так и было. — Гуй Ян, подойди сюда. Голос парня был не громкий, но демон к которому он обращался все прекрасно, услышал. Секунду поколебавшись, он отодвинул перегородку и вошел в темную комнатку. Собственно, перед собой он увидел именно то, что и ожидал: Ин Юншен в компании спиртного. Ничего удивительного, можно сказать уже приятная глазу картина. — Ин Юншен, прости за такой вопрос, но у тебя нюх на спирт? —Демон с полуулыбкой вплотную подошел к Юншену. Он присел перед ним на корточки и как-то томно на него посмотрел. — Даже не знаю... Но это и не важно,— Юншен ощутил странное чувство в груди, которое кое-что ему напоминало. — Так вот, кхм... о великий демон Гуй Ян, не желаете ли вы поменять наши текущие планы и напиться со мной? Слова Юншена были преувеличенны и больше походили на издевательство, но демона это не особо волновало или он этого просто не понял. Гуй Ян с ошеломленным лицом уставился на серьезный взгляд парня и неосознанно поправил свой грязный воротник. Юншен наблюдал за ошарашенным демоном и про себя посмеивался. — Я шучу, — Ин Юншен поднялся с пола в обнимку с бутылкой теплого вина и подошел к открытой перегородке. Его движения были такими же как и всегда. Непохожие на остальные. Поведение, манера речи, походка – все это было чуждо этому миру. — Гуй Ян, бери ящик с бухлом и пойдем все-таки осмотрим наших больных. Демон скептически прищурился, но всё-таки повиновался. Лишь оказавшись за спиной Ин Юншена, шагая к жилым комнатам, он многозначительно хмыкнул и прошептал: "готов поставить сотню душ на то, что мы снова напьемся." Идущий впереди Ин Юншен повернул голову и улыбнулся. Его улыбка, как всегда была прекрасна в глазах демона, но ужасна для всех окружающих. — Ты знал, что азарт наказуем? — Юншен ухмыльнулся. — А пьянство карается законом, — вернул усмешку демон. — Резонно. Пока эти двое мило беседовали и подходили к следующей комнате, внутри этой самой комнаты из-за шума просыпались больные и лекари. Столь не скрываемая наглость со стороны пришедших вызвала у них недоумение. Один из лекарей, и по совместительству ответственный за этот корпус с больными, поднялся с пола, где он последние несколько часов отдыхал, и подошел к перегородке. Его лицо выражало негодование. Он был зол, измотан ночью и в принципе был не готов к конструктивному диалогу. Да собственно, он был не готов к любому диалогу. Он вообще не хотел видеть людей. Перегородка перед самым его носом резко распахнулась, обрывая поток усталого сознания и опустошая его. Удивленный представшими перед его лицом двумя "людьми", не такой уж и молодой лекарь, сделал шаг назад и как восьмиклассница в ночном переулке попятились куда-то вглубь комнаты. Ему вдруг очень сильно захотелось оказаться как можно дальше от этих двоих. Демон, что, собственно, открыл дверь удивлённо, смотрел за действиями данного индивида. Юншен же, поняв почему этот человек так себя ведет, тихо хихикнул в сторону. Гуй Ян перевел взгляд на Юншена и прищурился, тот махнул на него рукой и вслух проговорил — Так, господа-хорошие и иже с ними, поднимаемся и слушаем мое распоряжение, — Юншен поставил бутылку на стоящий рядом медицинский ящик и хлопнул в ладони, попутно осматриваясь. Комната была больше той кладовой. Во много раз больше.  Это было просторное помещение с закрытыми окнами и траурной атмосферой.  Множество матрасов было расстелено вдоль стен. На них закутавшись во что попало на боках лежали больные. При звуках открывающейся двери и последующих словах, эти обездвиженные культиваторы открывали свои глаза и приподнимались на локтях, чтобы взглянуть на нарушителей спокойствия. Они мало спали из-за постоянной боли. Их лбы были покрыты испариной, а ноги были поджаты в порыве уменьшить боль и судороги. Ин Юншен понаблюдал за лёгкой нервозностью окружающих и наконец продолжил: — Кто здесь главный из лекарей? На его слова никто не отозвался. Ин Юншен хмыкнул и многозначительно покачал головой. — Если сейчас ко мне не подойдёт главный, то я уйду и не стану лечить пострадавших. На этих словах по комнате прошло лёгкое волнение. Пара человек в одеждах внешних учеников, сидящих в это время в углу, подскочили со своего места. Один из них подхватил с пола клинок. А человек, который первый встретил Ин Юншена и Гуй Яна у входа, сильно нахмурился и переглянулись с двумя внешними учениками. — Ну и? Дальше будем в гляделки играть или делом займёмся? — Ин Юншен был сама учтивость. Он картинно поднял левую руку и посмотрел на свое запястье. — Мои часы подсказывают мне, что меня ждет ящик вина и приятная для меня компания с которой я могу спокойно напиться.... И если вы сейчас не начнёте отвечать на мои вопросы, то я пойду выполнять данное желание, — он сделал долгую пазу, чтобы окружение вняло. — Я понятно объясняю? На этих слова Юншен "вежливо улыбнулся", настолько насколько это позволяли шрамы на лице. Все в комнате замерли. Тот самый лекарь, шумно выдохнул и с надрывом произнес: — В-вы кто такие? Как вы попали сюда? Н... Немедленно уходите.... — Тц, тц, не стоит так говорить. Мы пришли с мирными намерениями и не хотим конфликтов... Пока Юншен уверял в своих добрых намерениях, демон поставил ящик на пол и выразительно огляделся. Ничего интересного для него здесь не находилось, кроме, конечно, чистой одежды. Но наверное это будет нагло, если он прямо сейчас стянет с себя одежду и пойдет рыться в поисках своего размера в чистых вещах. Он ещё не настолько свободный как Юншен... А этот парень действительно может так поступить. Ему плевать на окружающих, но ему будет не все равно. Он не хотел, чтобы кто-то кроме него мог видеть Юншена в подобном виде... Он свернёт шею всем тем, кто хотя бы мельком посмотрит на Юншена... В голове демона гудели странные мысли. Выражение его лица менялось быстро. Под конец метаморфоз в его взгляде уже нельзя было ничего прочитать. Но Юншен этого не заметил, или проигнорировал, а вот все остальные в комнате прекрасно это увидели. И у них сжалось очко. — Значит так, надеюсь наши намерения вам ясны? Мне попросту лень дальше с вами разбираться и если честно, ходить мне тоже лень, — Юншен многозначительно проговорил эту фразу, намекая на вину участников сие диалога. — Как насчёт такого: прямо сейчас вы все в темпе вальса отправляетесь в другие части этого места, где есть больные и созываете других лекарей. Вы же здесь не одни? Юншен взмахнул рукой и внимательно поглядел на растерянную тройку. Те были в каком-то трансе. Один из них, наконец поняв, что от них ждут ответа резво сказал: — Вы до сих пор не представились, да и доверять мы вам... — Опять двадцать пять. Мне ещё раз повторить? — Юншен нахмурился и закатил глаза. — Мое имя вам не нужно. Просто выполните мою просьбу. Просто просьбу, а не приказ. Гуй Ян, находившейся позади Ин Юншена, молча провел большим пальцем по горлу. Жест был понят быстро. Лекари вздрогнули. Старший сделал шаг вперёд и произнес: — Мне сюда созывать людей? Юншен мягко улыбнулся, подтверждая выводы. Трое людей ринулись к выходу из комнаты и вслед за ними Юншен крикнул: — И не пытайтесь ускользнуть, вдруг подскользнетесь. Лекари вняли предупреждению и через короткий промежуток времени перед Юншеном стояла группа обеспокоенных и напряжённых людей. Молодые и постарше. Среди них оказался даже один старейшина, правда мало значимый в секте, но все же. Ин Юншен смотрел на них с каким-то подозрительным интересом. Гуй Ян же к тому времени успел успокоиться и пригубить немного вина из ящика. Юншен же ему в этом деле помог. — Итак, голубки вы мои шизокрылые, готовы ли вы к труду и обороне? Юншен был уже чутка на веселе. В глазах у него играли черти, а на губах плясала улыбка. От его слов большинство людей передёрнуло. Многие были в сильном замешательстве и если честно, особо не соображали. Поэтому, дружною толпой выразили свое негодование. На этот групповой крик он лишь прикрыл глаза и хрипло рассмеялся: — Хэ-хэ, а деваться вам все равно некуда. Лучше бы вам по-хорошему сейчас объяснить мне положение больных, — Юншен указал подбородком на судорожно вздрагивающих человек, лежащих на матрасах. — Их корчит похлеще меня после пьянки. Ин Юншен повернулся спиной к группе лекарей и начал вышагивать по комнате. Его тон стал более деловым: — Вы им что-то даёте? Пилюли или мазь? Если мазь, то правильно ли вы ее наносите и что за мазь? Ин Юншен остановился у одного матраса на котором с оленьими глазами лежал парень лет 15. Он был худощав, невысок. Кожа была особенно бледная и даже чутка желтоватая. Ин Юншен протянул руку и схватил паренька за запястье. Тот вздрогнул. Он попытался было вырвать руку, но Юншен оказался все-таки сильнее. Он начал внимательно разглядывать пальцы рук у выбранной жертвы. Ногти у парня оказались посиневшими. Ин Юншен сильно нахмурился. Следом он передвинулся ближе к парню и схватил его за голову. Тот испуганно зажмурился. Ин Юншен цыкнул и насильно открыл ему глаза. Кроме темно-синих мешков под глазами и воспалённых капилляров Юншен более ничего не нашел.  Остальные горе-культиваторы выглядели похоже. От этого ему стало чуточку спокойнее. Он примерно осознал, что нужно будет сделать. Старейшина в это время смог взять себя в руки и ответить странному парню: — Молодой человек, я не знаю кто вы, но если вы способны вылечить наших учеников, то я готов содействовать... — старик утих и продолжил. — Несмотря на ваш вид... Кхм... Да, мы давали больным лекарства. Это были микстуры и сыворотки. Ин Юншен отступил от парня и с любопытством оглянулся. В его глазах плясал интерес. А у паренька чуть было не остановилось сердце от тревоги. Гуй Ян же напрягся так, что аура вокруг него сгустилась и стала напоминать кисель. Его немного заносило от выпитого, поэтому демон предпочел подпирать стену, во избежание так сказать. Но кое-как скрываемая ревность рвалась наружу, требуя крови. — Какого типа сыворотки? — продолжил Юншен. — Настойки делались из лечебных трав. Эффект был преимущественно направлен на заживление... Но результат не значительный. — Получается, давали перорально? Но вы же осознаёте, что характер травм требует другого лечения. Ин Юншен подошёл к группе смущенных лекарей. — В организме пациентов присутствуют токсины, или же яд, если говорить на чистоту. Старейшина кивнул в знак согласия. — Мы понимаем и знаем об этом, но у нас мало возможностей что-либо сделать... — Почему же? Возможности у вас есть, просто вы не готовы действовать решительно, ведь так? — Юншен хищно схватил старика за плечо и зашипел. — Вы не готовы переступить через свою этику, культуру и обычаи. Боитесь говорить очевидное. А люди страдают... От этих слов многих передернуло. Этот грязный оборванец ворвался сюда и качает свои права, обесценивая своими заявлениями все их труды! Несколько человек, не выдержав, сделали шаг к Юншену, намереваясь оттолкнуть и повалить, но Демон, про которого благополучно все забыли, был быстрее. Шатаясь, он отскочил от стены, остановил, ударив под дых, одного из нападающих. Другому он скрутил руку и дёрнул в сторону от Юншена. — Агх! Второй вскрикнул и отступил на шаг, держась за поврежденную конечность. Лицо было перекошено нескрываемой болью. А первый мужчина скрипнул зубами и согнулся пополам, опускаясь на колени. — Д... Да, как в...в! Зарождающийся вопль был мгновенно остановлен ударом кулака в лицо. Демон схватил человека за грудки и бросил на пол, тот же тихо вскрикнул и попытался отползти. Но Гуй Ян не стал добивать лежащего, он лишь придал ему скорости ударом ноги по филейной части. Вскрик и захлебнувшееся проклятие. Ин Юншен не обратил на это внимание. Он сжал плечо старика так, что тот скрипнул зубами от нарастающей боли. Замешательство и не понимание ситуации отражалось в его душе. — Раз вы не можете, то смогу я, — Юншен широко улыбнулся. — Лекарство я возьму на себя, а вы... Вы будете познавать реалии нашего мира, переступая через свою гордость, но не бойтесь, я покажу вам как нужно будет лечить людей. Я подам пример. Старик судорожно втянул воздух. Юншен одобрительно похлопал его по плечу. Его улыбка была похожа на оскал бездны. Такая же глубокая и вселяющая отчаяние. **** Ворота импровизированного госпиталя были плотно закрыты. По всей их немалой поверхности струились подозрительные лозы. Они переплетались и стремились дальше вдоль забора, медленно оплетая каждый сантиметр пространства. Яркие лозы были необычайно живыми, явно не просто растения. Перед воротами стояла группа культиваторов во главе с учителем Фа. Они молчаливо разглядывали медленно разрастающиеся виноградные лозы. — Что за черт... Какой-то культиватор не выдержал. Он шепотом выругался и воткнул свой меч в то место где он стоял. Учитель Фа молча повернул голову и тихо вздохнул. Он прекрасно понимал чувства этого ученика. Все слишком сложно. Ученики, которых он отправил за одеждой уже вернулись. С ними проблем не возникло. Это даже смотрелось как-то подозрительно, ведь все остальные его приказы полетели в бездну, прямо к тому огромному хе...существу. Учитель Фа прибывал в сомнениях. Его внутренний голос кричал о том, что все здесь пожалеют о том, что привели этого обезумевшего старшего шестого ученика... В том числе и он тоже. Зачем он вообще решил это сделать? Где весь тот хвалёный ум и его проницательность? Где его предчувствие? Почему оно его не предупредило? Или предупредило, но он просто не услышал... Фа Линг поднес пальцы к вискам и помассировал их. "О боги, помогите нам..." В критический момент человек, любой человек, начинает взывать к богам. Эта странная черта объединяет народы, страны, миры. Такое нелогичное поведение служит психологической опорой для слабых духом и не только. Это как островок последней надежды. Пока Фа Линг взывал к богам, ворота громко заскрежетали и отворились. Лианы, что опутывали их, словно по волшебству разошлись в стороны. Хотя, какому ещё волшебству? Его не существует в этом мире. Дверь полностью отворилась и появилась пьяная и оттого веселая фигура. Ею оказался небезызвестный старший шестой ученик - Ин Юншен. Сверкая яркою улыбкою, которая при желании могла бы убить, в прямом смысле этого выражения, Юншен картинно взмахнул рукой. — Рад вас видеть, — он оперся о косяк двери, для пущей устойчивости. — Надеюсь это взаимно? Он многозначительно помотал рукой и продолжил: — Хотите стих? Фа Линг приложил руку к лицу и пробурчал что-то очень матерное. Остальные культиваторы молча наблюдали. Юншен же громко рассмеялся и стал читать: — Два верных спутника – вино и слово. Без одного не мыслю я другого, А без обоих мир уныл и пуст. Без них мертво существование наше. Пусть шутка новая слетает с уст И старое вино бушует в чаше.... — Ин Юншен запнулся и тихо посмеиваясь над собой, поплелся обратно. Ученики и учитель Фа молча стояли у открытой двери. Ветерок трепал растрёпанные волосы одних, бил по лицу других, а третьих... Про третьих все забыли. ****** От автора: новогодняя сценка Ин Юншен: *пафосно появляется перед группой культиваторов и Фа Лингом* — Господа, рад вас видеть, а вы меня? Группа культиваторов и Фа Линг: *стоят ослеплённый светом* Ин Юншен:  *снимает одежду, а под ней новогодний костюм оленя* -— С новым годом, хуесосы! Гуй Ян: * надевает новогодние трусы и шапку* — ну впринципе я готов. Жорик: *цветет цветком омела*