Что делать, если злодей-ленив, а система- назойлива?

Маленькое дитя Фен Бо, что родился из его сумки, поселился в секте небесного цветка. Он резво подхватывал листву, кружился в танце вместе с ней, сбрасывал с себя, взлетал ввысь и исчезал. Но чтобы позже вновь родиться и устремиться ввысь. Его жизнь наполнена счастьем и не одна живая душа не способна этому счастью перечить. Сотни новых событий сопровождали его изо дня в день. Даже сегодня, в этот славный осенний вечер он увидел то, что никогда раньше и не знал. Человек, что должен преклонить колени перед природой и молить богов о милосердии, смеялся и улыбался своей пугающей улыбкой. Ему как будто не ведомы печали. Словно бабочка-однодневка, в порыве любви к своей короткой жизни, он мечтательно улыбался. Резвое дитя могучего бурана удивлённо закружило в маленьком дворике. Его мысли взрывались потоком воздуха и бешеного рвались наружу. Вот ветерок взмахнул своей рукой и всколыхнул волосы этого человека. Интерес к парнишке не затих. Он насупился и изо всех сил дунул резким порывом. Парень прикрыл свои глаза, подставив ладонь. Он смотрел исподлобья прямо в ту сторону откуда дул ветер. В его глазах кружились черти. Вы когда-нибудь ощущали на себе взгляд хирурга-имбицила, который чисто с "научной точки зрения" хотел вас вскрыть? Нет...? Странно... Но ветер ощутил этот взгляд и его пробрало. Он поспешил быстро ретироваться куда-нибудь подальше и затеряться среди лесов и полей. Что, собственно, он и сделал. И не важно, что ветер - бесплотное творение природы. Ин Юншен проводил взглядом взметнувшиеся листья и повернулся обратно к Гуй Яну. Тот смотрел на него нечитабельным взглядом. Брови были нахмурены, а лицо выражало недопонимание и какую-то озабоченность происходящим. Нужно заметить, что вид этих двоих кардинально изменился. Ин Юншен был облачён в простые белые одеяния, больше напоминающие исподнее, а Гуй Ян красовался нарядом с символикой секты Небесного цветка, из-за чего некоторые проходящие мимо культиваторы улавливали микро инфаркт. Но собственный внешний вид этих двоих как-то не особо заботил. Они предпочитали разглядывать друг друга. Один смотрел с лёгким подозрением и глубокой обеспокоенностью, замешанной на привязанности. Другой же смотрел с интересом. Прервать тишину решил первый. — Юншен, а ты знаешь, что напоминаешь человека, лишившегося своего рассудка? — Демон покрутил пальцем у виска. Это движение он подсмотрел во время того, как Юншен методично вправливал мозги окружающим, попутно объясняя основы капитализма в матерной форме. На удивление, окружающие все вняли и начали беспрекословно выполнять даже самые странные приказы, другим словом как "приказ" это и назвать было нельзя. Поэтому, демон взял на вооружение это волшебное движение. — А ты в курсе, что напоминаешь банкомат в лесу? Такой же незаметный, — Юншен же был расслаблен и весел. Он наблюдал за реакцией демона и прямо-таки радовался медленным изменениям на физиономии стушевавшегося демона. Его не удивило то, что демон начал перенимать его жесты. В какой-то степени ему даже было приятно. Сохранив это нежное чувство где-то в уголке своего сердца, Юншен отвернулся от Демона. Улыбаясь своей коварной улыбкой, он смотрел на то как кипит и делается работа без него. Одни летают или бегают за материалами, другие пытаются создать подходящее место для изобретения первых в этом мире анальных свеч... Этот мир свернул куда-то не туда, вместе со всей его логикой. Настолько это смотрелось странно. Почему эти свободные и осознающие себя люди слушались Ин Юншена? Он для них является чужим человеком, подозрительной личностью без власти... С другой стороны, а что такое власть? Это воля сильнейшего, с помощью которой можно управлять людьми, и не важно, что она выражена в лицах хитрого пьяницы, глупца, сорняка и левой женщины. Она работает и это главное. Ин Юншен задумчиво посмотрел на то как двое людей без дела стояли у входа в дом. Это были те культиваторы, что принесли им с демоном одежду. У парня, что был ниже своего напарника, был взгляд напряжённый и какой-то подозревающий, но не тот, что бросают на тебя трезвые люди, когда ты под градусом шатаясь идёшь домой, а тот догадливый, который бросает, знающий все следователь, на виновного. Молодой парень что-то знал и был уверен в своих суждениях. Но собственно, Юншену было плевать. Ему было лень об этом думать. —  Вот скажи, — начал из далека Гуй Ян. — Для чего ты притворяешься? — его голос прервал запутанные мысли парня и приковал к себе внимание. — А кто тебе такое сказал? — Юншен сделал неуклюжее движение, излишне пародируя. Гуй Ян схватил его за плечо, как бы придерживая, но при этом прекрасно осознавая,что человек перед ним – играет в свою игру. — Знаешь... демон. Ты намного умнее чем кажешься... — Юншен протянул руку и крепко схватил Гуй Яна за затылок, притягивая к себе. — Я скажу тебе на ушко... по секрету... При приближении, демон уловил лёгкий алкогольный аромат на губах Юншена. Его сердце бешено застучали, а пальцы ног поджались в предвкушении. Все его силы были пущены на то, чтобы не облажаться и внимательно выслушать этого мелкого дьяволенка. А тот бесхитростно начал и тут же собственно и кончил: — Я просто веселюсь и ты, мой друг, попробуй. Отстраняясь, Юншен провел ладонью по подбородку демона и хищно ухмыльнулся, а следом просто развернулся и ушел. Гуй Ян смотрел на удаляющийся силуэт с благоговением.  Его уши горели алым пламенем вместе со всем лицом. Нельзя описать всех тех сладких чувств, которые он испытал. Словно сотни бабочек заплясали где-то в животе. Вот, как может лишь одно прикосновение, пара фраз и брошенный вскользь взгляд взорвать фейерверк в душе? Разжечь огонь желания и страсти? Увы, понять это будет сложно, а для таких существ как глупый демон и вовсе невозможно. Но это и не важно, он чувствует и видит цель и цели этой он добьется. Хотя, тут сомнительно кто будет первым. Есть подозрение, что такими темпами трахнут именно демона. Встряхнув лохматой головой и прижав руки к лицу, Гуй Ян попытался разогнать смущение. Получилось не складно, но приемлемо. По крайней мере его лицо более не пылало как филиал ада в революционную пору. Успокаиваясь, он медленно поплелся в след за своим культиватором. Почему же "своим"? Да, потому что, как-то иначе и быть не может. Его шаг был тверд, а намеренье непоколебимо. А тот, что так будоражил сердце, спокойно остановился у стола на котором расположились разные травы, плошки, толкушки, доски, другая химическая и кулинарная дребедень. Он внимательно осмотрел все это добро и в глазах этого человека загорелись огни веселья. Подняв голову, Юншен нашел взглядом подпирающую стену молодую женщину - Бай Цзехо.  Она поймала его взгляд и насторожено нахмурились. Что-то ей подсказывало, что настал ее черед платить за свободу. Вздохнув, словно перед прыжком в омут,  Бай Цзехо оторвалась от стены и медленно направилась прямиком к Юншену. Ее шаг был лёгок, аккуратен, а голова высоко поднята. Вся она словно преисполнились благородством, хотя секунду назад испытала отчаянье. Люди, что находились в это время во дворе, внимательно следили за передвижением компании Юншена. Учитель Фа Линг стоял у входа в госпиталь и просто наблюдал. Он видел как Бай Цзехо подошла к Юншену, видел как демон встал позади шестого ученика и видел как разросшиеся лозы начали сгущаться в области где находился Ин Юншен. Парочка таких лоз потянулась по земле, прямиком под длинный стол, который вынесли со склада ученики секты. Фа Линг просто стоял и наблюдал. У него не было возможности препятствовать действиям и приказам его бывшего ученика... Да, у него больше нет власти над ним. Он глубоко вздохнул. В это же время Ин Юншен нашел на столе что-то напоминающее бумагу и какую-то графитную палочку. Разместив их поудобнее, он посмотрел на стоящую рядом Бай Цзехо. — Итак, мисс Бай, вам пора выполнить вашу часть сделки, — Юншен поманил ее пальцем и она нехотя подошла. Нужно заметить, что гордый вид она сохраняла до последнего. — Мне нужно, чтобы вы сделали формы для лекарства, а именно, вырезали их из дерева. Бай Цзехо смотрела через плечо Юншена, как он что-то вырисовывал на пергаменте. Она нахмурилась. — Я создатель артефактов, а не резчик по дереву. Ин Юншен обернулся и посмотрел на недовольную женщину.  Та в свою очередь вскинула голову и надменно молчала. — Проблемы рабов царя ебать не должны, — многозначительно проговорил  Юншен и отвернулся, продолжая что-то вырисовывать на листе. Бай Цзехо всполошилась. — Юншен, не путай берега. Наши отношения сугубо партнёрские. Шестой ученик загадочно молчал или просто издевался. Это вызывало раздражение у женщины, но она толком ничего не могла сделать. Проговорив что-то очень матерное и явно на каком-то неизвестном наречии, Бай Цзехо сдалась. Она резким движением вырвала листок пергамента из рук Юншена. — Хуа Чен с тобой, — женщина в сердцах сплюнула и пробежалась глазами по бумаге.  Замерла. Потом ещё раз прошлась по бумаге и наконец нахмурилась. — Юншен, я прошу прощения за нескромный вопрос, а ты писать умеешь? — Бай Цзехо напряжённо подняла взгляд на Ин Юншена. Все на поляне замерли. Демон с любопытством посмотрел на Ин Юншена и придвинулся ближе. Парень же со спокойным лицом смотрел на Бай Цзехо. — Допустим умею, а в чем заключается вопрос? — Эту писанину невозможно разобрать! — женщина с брезгливостью аристократки бросила на стол лист пергамента, и с вымученным выражением лица схватилась за голову. Юншен рассмеялся. Все молчали. **** Кружевные облака мирно плыли по голубому небосводу, размеренно шумел водопад, а редкие сухие листья шуршали под стопами людей. Белье, развешанное на деревянных манекенах, покачивалось в такт ветру. Слышались приглушённые веселые голоса, шелест листвы и постукивания. Солнце тихо клонилось к закату. На деревянном полу, рядом с основным входом в госпиталь, сидели Гуй Ян и Юншен. Один нежно улыбался, а другой пафосно рассказывал что-то очень интересное. Ин Юншен закинул ногу на ногу, отчего выглядел развязнее обычного. Но демон был не против. Наоборот, он был рад, ведь периодически, во время очередной тирады, Ин Юншен дотрагивался до него ногой, отчего сердце немного ускорялось. Из-за чего казалось, что делал он это специально...хотя, это всего лишь влажные мечты одного идиота. Но, а пока эти двое наслаждались друг другом, у длинного деревянного стола сидела женщина.  С глубокими как бездна глазами, черными вздёрнутыми бровями и сжатой ниточкой губ. Она методично брала в руки брусок деревяшки и проделывал в нем одинаковые дырочки с помощью своих пальцев. Конечно, в кисти руки у нее была сконцентрирована внутренняя энергия, отчего данный процесс практически ничего от нее не требовал. Проделав в бруске несколько продолговатых отверстий она отложила его на стол. По другою сторону стоял молодой парнишка из тех, кто прибыл с группой мастера Фа. Он брал изготовленные детали и протирал их тряпкой смоченной в спирте. Как оказалось, спирта в бывшем общежитие оказалось предостаточно. Парнишка передавал изделие далее по столу. Оно попадало в сухие, жилистые руки старика-лекаря, который ставил брус на стол, следом брал стоящий на подставке котелок и аккуратно, с филигранной точностью заливал варевом из котелка отверстия. Когда формы оказывались полностью наполнены, к столу подходил мужчина из тех лекарей, что были в госпитале, и поднимая брусок, нес все это чудо инженерной мысли в холодный погреб, где уже другие части живого конвейера будут записывать лекарство внутренней энергией. Этот удивительный способ подкинул Ин Юншен, во время того как сжато объяснял смысл его гениальной идеи. Единственные, кто в тот момент не послал Ин Юншена в пешее-эротическое был Гуй Ян и Жорик. Ну а не послали они его просто потому, что ничего не поняли, но даже если бы и поняли, то все равно бы остались на его стороне в надежде, что союзникам он подобный способ лечения предлагать не будет... Мастер Фа, с непробиваемым выражением лица стоял по другую сторону стола от общей цепи и молча мешал лекарство на огне. После разговора с Юншеном он просто смирился. Было что-то такое давящее, даже щемящее, что четко указывало на пустоту других потуг. Перечить не было смысла. Да и к тому же Юншен был убедителен, настолько что даже казался безумцем. А может им и являлся? Учитель Фа опустил плечи и сгорбился. Весь его стан и спесь окончательно сошли на нет. Он стал казаться усталым работягой, что не знал покоя и сна, а не благородным мастером лекарского дела... А по праву ли он назывался мастером?  Не было ли все это одной большой шуткой? Фа Линг тяжело вздохнул, но свою задачу продолжил выполнять, лишь на мгновение он позволил себе поднять взгляд и вглядеться в худощавую фигуру, что так была счастлива в своем безумие... Значит, все-таки безумный. Учитель Фа опустил взгляд и заглушил боль в своем сердце. Какое-то время все присутствующие утонули в процесс работы, не отвлекаясь на внешний мир. Делая однообразные действия, они как бы впали в транс, можно даже сказать медитацию. Продолжалось это достаточно долго. Настолько долго, что все участники не сразу поняли, когда все было кончено. Бай Цзехо с удивлением посмотрела на свои пустые руки. С минуту помолчав она встала с каменной плиты и изящно отряхнула свой прекрасный грациозный зад. Она расправила плечи и с твердой походкой направилась к Ин Юншену. Плюхнувшись на деревянный пол рядом с ним Бай Цзехо многозначительно цокнула языком. Ее глаза угрюмо сверлили в парне дыру. Тот просто ее игнорировал. Он спокойно сохранял свое достоинство и попивал вино из горла. — Ты отвратителен, — Бай Цзехо заговорила резко. Ин Юншен даже не смотрел в ее сторону. — У тебя совесть есть? — женщина продолжила давить своим взглядо. — Если бы я была членом этой секты, то не довела бы все до такого...состояния. Тем более не предлагала бы нечто... настолько безумное и отвратительное. Юншен лишь ухмыльнулся. Он аккуратно сцепил свою левую руку с рукой демон, отчего тот удивлённо на него посмотрел, а его уши и шея загорелись. Ин Юншен поднес сцепленные руки к своему лицу и поднял их к заходящему солнцу. Красный луч скользнул по пальцам и окрасил их в привлекательный оранжевый цвет. На секунду показалось, что ещё чуть-чуть и вспыхнет огонь. Юншен мягко улыбнулся. Он опустил руки на свои колени и начал пощипывать чужие пальцы. Демон, сидящий рядом молча это позволил. Бай Цзехо молчала. Ее лицо стало мрачнеть. Наконец Ин Юншен повернул голову. — Знаешь, мир полон разных вещей, как отвратительных и безумных, так и нежных и ярких. Бай Цзехо приподняла бровь. Ин Юншен улыбнулся и сильно ущипнул кисть демона отчего тот вздрогнул и на коже остался красный след. Гуй Ян обижено посмотрел на Юншена и нахмурился, а сидящий на земле сорняк хихикнул и взял этот странный прием на заметку. — Не порть веселье своей угрюмой мордой и посмотри на мир шире, — парень растянул губы в улыбке. Бай Цзехо фыркнула и произнесла: — Морда здесь только у тебя, да и то наглая. — О дорогая, дальше только хуже. Нас с тобой ждёт такое веселье, что после него ты вечерами в старости будешь вздрагивать и проклинать меня за сломанную психику. Ин Юншен стремительно косел, отчего язык его становился развязнее. Это уже нельзя было назвать притворством, слишком много алкоголя он выпил за то время пока остальные работали. Женщина приложила руку ко лбу и тяжело вздохнула. — Какой ты сложный. — Я бы сказал продуманный. Бай Цзехо ухмыльнулась. — Просто сумасшедший, — она поджала колени к груди и положила на них свою голову, любуясь алым  закатом. Ее лицо наконец-то разгладилось, приобретая приятные черты. Женщина проводила солнце взглядом. Алый закат горел, скрываясь за кряжем гор. Последние лучи скользнули по ее лицу, лицам сидящих рядом существ и всех тех, кто внимательно слушал разговор во дворе. Все погрузилось в странную тишину. Никто не решался заговорить. Да и какие разговоры сейчас?  Алые отблески ещё танцевали на вершинах гор, когда Ин Юншен решительно поднялся. **** От автора: Жорик: а ПоЧеМу мЕнЯ так МАЛО