Друг парня моей подруги

Светало. Тёмное полотно ночного неба уже убегало на запад, уступая место ярким цветам рассвета, что пронзали небо оранжевой и лиловой лентой на востоке. Солнце еще было холодное, само только собираяясь проснуться, и пока набиралось сил. От асфальта тянуло сыростью, это заставляло зябко ёжится, разглядывая промозглые, серые улицы. Игорь прищурился от света, с лёгким недовольством закидывая голову наверх, чувствуя, как немного болезненно фокусируется зрение. Они с Юлей только что вышли из кинотератра и были самыми последними из ночных посетителей. Покидать тёплое здание с приглушённым светом от чего-то совершенно не хотелось. Гром практически успел к нему привыкнуть. За столько-то часов. Радовало, что хотя бы грядущий день обещал быть ясным. Игорь вздохнул и сунул руку в карман, выуживая телефон и тут же вдавливая кнопку блокировки до тихой вибрации. Юля строго-настрого запретила включать мобильник, резонно заявляя, что у него законный выходной. Игорь,  хоть и отнёсся к этой идее скептически, спорить не стал. Чего уж греха таить — Пчёлкину он любил больше, чем работу. Телефон весело мигнул, и Игорь посмотрел на экран, тут же недовольно хмурясь, читая оповещения. — Зря мы отключили связь, — с лёгким сожалением проговорил Гром и поднял взгляд на Юлю, которая тоже шарилась в телефоне, смешно морща носик, — мне Олег звонил вчера почти в одиннадцать. — Мне тоже, — беззаботно отозвалась Юля, а потом сладко потянулась, что полы её джинсовки раскрылись, являя натянувшуюся на груди ткань майки, — ничего страшного, один раз же звонил. Игорь подавил в себе желание застегнуть все пуговицы на верхней одежде Пчёлкиной. Девушка она, конечно, красивая, и скрывать этого не собиралась. Но это Грому и не нужно — ревность тут совершенно не при чём. Просто слишком холодно, чтобы ходить в такой лёгкой одежде. Не лето же в конце концов.  Нужно было быстрее дойти до машины. — Олег никогда не звонит просто так, — уверенно сказал Игорь, а потом чуть нахмурился, задумываясь, вспоминая вчерашний вечер и свою слишком воодушевлённую девушку, что невообразимым образом подбила его на эту авантюру, — и я всё ещё думаю, что идея забрать у него ключи от дома была плохой. Пчёлкина коротко рассмеялась, одаривая Игоря тёплым взглядом, от которого даже что-то ёкнуло в груди. — А мне кажется, прекрасная, — Юля подскочила к Грому, оплетая руками его шею, мимолётно целуя в угол губ, — вот увидишь, он ещё спасибо скажет. Девушка улыбнулась и чуть хитро прищурилась. — Я надеюсь, — вздохнул Игорь, сжимая тонкую талию Юли в руках, с наслаждением утопая в запахе её цветочных духов. Гром доверял своей девушке, несмотря на порой совсем нелогичные и странные действия. Он до сих пор не понимал, зачем она буквально выкрала ключи Волкова, убедила Игоря ничего не рассказывать другу, так ещё и утащила в кино, чтобы не было никаких соблазнов. Но Гром точно знал — за этим всем крылась какая-то причина.  Признаться, Игорь немного переживал за Олега. Это его сближение с Разумовским… они ведь такие разные! Хорошо, конечно, только одно — теперь Гром был точно уверен, что Сергею нет дела до Юли. Его, оказывалось, привлекали другие… формы. Но в их чисто платонических отношениях Игорь убедился ещё на ужине, теперь же его грудь терзали другие переживания. Может, Гром и не видел в Разумовском ничего плохого, просто… не испугается ли он потом того, во что ввязался? Волков не подарок. Да, он умел слушать и видеть людей буквально насквозь, вот только… кто бы увидел его. Сколько раз сам Игорь приводил друга в чувства? Сколько раз напоминал, что всё закончилось? Олег трудно открывался людям, но если он это делал… то делал без остатка — с головой. И если Разумовский сделает ему больно — конечно, не физически, этот парень вообще вряд ли был опасней ребёнка — то Волков просто сломается. И в этот раз окончательно. Игорь старался не думать об этом исходе, глуша в себе ненужную тревогу. Тем более, что разумная сторона его мозга кристально чисто намекала Грому — точно он был на очередном опасном задании, — что Сергей именно тот, кто нужен Волкову. Да, странный, дёрганный, но, Юля говорила, очень добрый и чувствительный. И при этом не слабый. Просто… он проблемный. Жизнь, как говорится, не сказка, а в его случае даже хуже – буквально драма. Но сможет ли он вынести ещё и чужую? Гром вздохнул — кажется, он начинал путаться в своих рассуждениях, не в силах понять, что он думал об отношениях их с Юлей друзей. Игорю порой бывало сложно прийти к компромиссу между логикой и чувствами. Но… в конце концов, Гром был рад за Олега. Тот улыбался чаще. И кошмары его мучали теперь не каждый день. Это хорошо. Лишь бы эти двое не убили друг друга. Кто морально, а кто и… летально. Игорь чуть грустно хмыкнул своим циничным мыслям, поймал обеспокоенный взгляд карих глаз, чуть качнул головой и коротко поцеловал Пчёлкину. — Домой или заскочим в магаз сначала? Юля задумчиво нахмурила брови, выпутываясь из объятий, и направилась в сторону машины, легкомысленно качая сумочкой. — Хочу блинов со взбитыми сливками, — мечтательно протянула она через несколько секунд и обернулась, — согласен? — А вот эта идея мне по… желудку. Юля рассмеялась этому глупому каламбуру. Настроение у неё было прекрасное. Интересно, у неё получилось, что она задумывала? Надо будет позвонить Олегу. Но ещё слишком рано, а пока — Игорь заставил себя не думать так много. В конце концов, он уже нашёл свою причину жить. Не ему мешать делать это же и другим. Гром нагнал девушку в несколько широких шагов и мягко схватил за руку, переплетая пальцы.  Он поднял голову к небу — Солнце поднималось всё выше. Становилось теплее.