Красный вереск

Малфой отмерял шагами заброшенный чердак недостроенного здания, находившегося рядом со входом в Министерство магии, и отчаянно боролся с надвигающейся трансформацией. Всё помещение было насквозь пропитано запахом гнили и плесени, что только усугубляло раздрай внутри Драко. Паника Гермионы взорвалось внутри его сознания небольшой бомбой полтора часа назад, после чего он впервые в жизни совершил аппарацию в «никуда»: Малфой буквально сорвался места, оставив Эммануэля и Риниту в недоумении, сосредоточился целиком на образе Грейнджер и стремительно аппарировал, полагаясь только на магию связи. Всё это он сделал неосознанно, словно всегда знал, как именно нужно поступать в таких ситуациях, и сейчас этот факт его беспокоил наравне со остальными. Малфой не привык быть привязанным к кому-либо, кроме матери, не любил находится в подчинительной позиции и уж точно не собирался играть роль ручного пса. Связь его тяготила и лишала остатков самоуважения, и так пострадавшего после обращения и вынужденного отказа от прежней жизни; но одновременно с этим она рождала и небывалую заинтересованность в жизни Грейнджер. Так, почти в прямом смысле летя к ней навстречу всё из-за того же грёбанного инстинкта, он испытал странную смесь раздражения и радости: раздражения от самого факта, что он привязан к Грейнджер и радости, что с ней всё-таки всё в порядке. Осталось только надеяться, что в женском туалете её напугала коллега, которая шепотом призналась, что уже целую неделю уходит с работы на час раньше. — Малфой, — устало бросил Эммануэль, — ты можешь взять себя в руки и успокоиться? Меня утомило смотреть на твои метания. — Я спокоен, — ответил Драко, продолжая при этом обходить чердак по периметру. — На неё ведь не могли пытаться напасть прямо в Министерстве? — взволнованно спросила Ринита и подошла к разбитому окну, откуда как раз была видна телефонная будка. — Если это так, то у меня возникает большой вопрос к охранным чарам. — Да брось, — хмыкнул Эммануэль. — Как будто ты когда-то искренне верила в то, что человек сможет превзойти вампира. — Но ведь именно этим тайно и интересуется отдел мисс Грейнджер, — возразила Ринита. — Не только длиной клыков и формой ушей, но и нашей магией, а если точнее, то разработкой способов, как ей можно противостоять. — И мы, конечно, веками сдавали им наши секреты, чтобы они смогли использовать нашу силу против нас самих, — ответил Эммануэль. — Правителя нет уже час, боюсь, что твои опасения не просто оправдаются, но ещё и дополнятся интересными фактами. Драко резко остановился и развернулся к вампирам. — Я ведь могу ошибаться? — с надеждой спросил он. — Реагировать на все проявления плохого настроения из-за критических дней или на испуг из-за пролитого кофе и очередной тупой выходки Уизли? Вампиры переглянулись между с собой. Затем Ринита осторожно сказала: — Боюсь, что нет, Драко. В начале ты действительно сможешь чувствовать её ярче и сильнее, но та реакция, которая была у тебя сегодня, не может быть связана с пустяком. Тебя ведут инстинкты, и они никогда не обманывают. Драко застонал и прикрыл глаза. Ринита собиралась было что-то добавить, но её отвлек призрачный ворон, влетевший в разбитое окно. Зависнув в воздухе, он прокаркал голосом Бартоша: — Чужак был в Министерстве и смог проникнуть к ней в сознание. Мы остаёмся здесь надолго. Возвращайтесь в общину и объявляйте экстренное собрание. Повисла тишина. Затем Эммануэль мрачно подытожил: — Дерьмо.

***

— Я не понимаю, — с тоской сказал Роджер и потёр виски. — Почему мы не можем назвать это видом легилименции и внести соответствующую запись в протокол? — Потому что это не легилименция, аврор… — Дэвис, — подсказал Роджер. — Аврор Дэвис, да, — ответил Иаков и утомлённо прикрыл глаза. — Для легилименции вы используете заклинание, это раз. Вы не можете «читать» сознание другого человека и уж тем более в него вмешиваться, это два. Лучше задайте вопрос мистеру Поттеру, он может подобрать нужное вам название для протокола исходя из своего собственного опыта. Гарри, который в этот момент как раз начал отпивать воду из бутылки, поперхнулся от неожиданности. — Что, простите? — просипел он. Иаков побарабанил пальцами по столу. — Если мне не изменяет память, мистер Поттер, то у вас был когда-то неприятный опыт соседства в собственном сознании вместе с Тёмным Лордом. Более того, всем известный нам тёмный волшебник даже смог создать ложный образ, который вы сочли за правду. Гарри побледнел. — Откуда… — Магический мир очень тесен, мистер Поттер, — вежливо ответил Правитель. — Все знают друг о друге ту информацию, которую считают нужной. Так вот, проведите параллель между вашим опытом и моим рассказом. Вампиры не читают сознание других, они в него проникают. Между собой мы можем общаться таким образом, с людьми же, кхм… — Вы используете это проникновение, чтобы сбить жертву с толку, — сухо продолжил Коллинз. — И при необходимости насылаете ещё и наваждение. — Использовали и насылали, — подчеркнул Иаков. — Если вы изучали Кодекс, то вы знаете, что уже несколько веков мы не заинтересованы в таком способе добычи крови. — Но всё же… — Роджер, — звенящим голосом перебила Гермиона. — На меня, твою мать, почти напали в туалете Министерства, и всё, что тебя беспокоит — это правильные формулировки в твоём сраном отчёте. Все замолчали. Дэвис покрылся пунцовыми пятнами и закашлялся. Бартош, в этот раз необычайно тихий и слегка поникший, бросил косой взгляд на протокол Коллинза, а Гарри незаметно накрыл своей ладонью руку Гермионы под столом. Иаков переглянулся с Тадеушом и примирительно сказал: — Прошу прощения, аврор Дэвис, но мы правда ушли от темы. Я готов рассказать вам все тонкости нашей магии, но только с учётом, что это действительно поможет мисс Грейнджер. — На самом деле, у нас остался последний и самый важный к вам вопрос, — сказал Коллинз и перевернул лист. — Есть ли у вас предположения, кто именно может стоять за этими эпизодами? Иаков резко дернулся и впервые на памяти Гермионы не смог совладать со своим человеческим обликом. Он словно стал выше и шире в плечах, от чего натянулась ткань мантии, кожа моментально побледнела на несколько оттенков, а клыки отчётливо выступили вперёд. Только над левым глазом Правителю удалось сохранить контроль, тогда как зрачок правого стал вертикальным. Зрелище было пугающим. — Это, — практически прорычал Иаков, — было отребье, позор нашего вида и враг всех тех соглашений, над которыми мы работали много веков. Мы не подобны ему, и, клянусь Морганой, как только мы узнаем его имя и найдём, он пожалеет обо всём. Авроры застыли, не смея шевелиться. Тадеуш покачал головой и попытался перевести разговор в другое русло: — Если у вас больше нет вопросов к нам, то мы бы вернулись в общину и провели экстренное собрание у себя. Нам нужно продумать общую стратегию поведения и понять, чем мы можем помочь. Мисс Грейнджер, что мы решаем насчёт вашей охраны? Гермиона, впавшая в апатию в результате шока и стресса, вяло пожала плечами и перевела взгляд на Гарри. Тот, оценив её состояние, кивнул и ответил: — Сегодня я бы хотел, чтобы Гермиона осталась у нас. Мой дом надёжно защищён, по крайней мере, по нашим меркам. Можно отправить одного вампира на участок перед домом. Иаков, уже вернувший себе менее пугающий вид, кивнул и недовольно взглянул на Бартоша. Затем Правитель поднялся со своего места, жестом подозвал вампиров и попрощался со всеми присутствующими. — Ну что, нам нужно для начала заполучить список с информацией о всех посетителях за сегодняшний день, — поставил точку Коллинз, дождавшись ухода вампров. — Но первым делом нужно отправить мисс Грейнджер в безопасное место. — Я отправлю патронуса Джинни, — сказал Гарри, а затем повернулся к Гермионе. — Давай ты отправишься к нам прямо сейчас, а все нужные вещи я заберу из твоей квартиры сам после работы? — Хорошо, — не стала спорить Гермиона. — Но сначала мне нужно в Мунго.

***

Падма успокаивающе погладила её по спине и тихо сказала: — Он выкарабкается. Ты же знаешь Симуса. Гермиона кивнула, чувствуя, как слёзы предательски увлажнили глаза. Какое-то время она продержалась, глядя на Финнигана сквозь пелену, а затем не выдержала и расплакалась. Падма аккуратно притянула её в свои объятия и начала приговаривать: — Всё-всё… Тшш… Так будет легче. — Я не могу, Падма, — всхлипнула Гермиона. — Мне казалось, что я сильная, но лучше бы на его месте была… Падма резко отпрянула от неё, положила руки на плечи, а затем несколько раз энергично встряхнула Гермиону: — Не смей, ты слышишь меня?! Не смей даже думать подобное. Симус обязательно придёт в себя, а ты должна помочь Гарри найти того, кто это сделал. Гермиона прикрыла опухшие веки и кивнула. Падма знала не всю правду — аврорат и община пришли к совместному выводу, что давать лишнюю огласку делу не стоит, чтобы не вызвать чувство изощрённой гордости у нападавшего. Официальная версия гласила, что на Симуса напали неизвестные, которые попытались инсценировать стычку с вампиром. Община в таком случае была заинтересована в том, чтобы найти того, кто бросает тень на вампиров и устраивает провокации, аврорат занимался своей прямой работой, ну а Гермиона якобы являлась посредником между общиной и авроратом. Падма знала о перспективном романе, так как именно она и поспособствовала первому свиданию, поэтому эмоциональные реакции подруги были для неё понятны, но всё же нужно было соблюдать осторожность. — Я… Я просто от всего устала. Тяжелый день, — практически не соврала Гермиона и вытерла слёзы рукой. — Прости меня, Падма. — Извиняться тоже прекрати, — строго сказала Патил и быстрым взмахом палочки убрала с лица Гермионы все мокрые дорожки. — Твои эмоции абсолютно к месту, странно было, если бы ты их не испытывала. Но и заниматься самобичеванием тоже не надо. — Слушаюсь, — попыталась улыбнуться Гермиона и взяла Падму за руку. Какое-то время они вдвоём наблюдали за Симусом, а затем Патил деликатно потянула её за собой. Гермиона послушно кивнула и отправилась вслед за подругой в её кабинет. Уютное помещение сочетало в себе всё то, что отображало сущность характера Падмы, её корни и текущие достижения: шарф Когтеврана, шутливо повязанный на бюсте целителя святого Мунго Бонама; фотография с Парвати, где они запечатлены на семейном празднике, одетые в национальные костюмы; причудливая скульптура символа Ома, постоянно меняющая цвета; несколько грамот за самоотверженную службу на посту целителя, небрежно сложенные на подоконнике; образцы экспериментальных мазей и зелий, занимающие большую часть стола наравне с научными журналами. Как и всегда, лёгкий рабочий беспорядок наравне с приятным запахом индийских благовоний подействовал на Гермиону успокаивающе. — Может быть, чай? У нас есть пятнадцать минут, — предложила Падма и освободила место на кресле, до этого оккупированным стопкой историй с болезнями. — Не откажусь, — ответила Гермиона и расположилась в кресле. Падма начала колдовать над чашками, сосредоточенно отмеряя нужное количество разных трав и специй. Закончив все приготовления, она отлевитировала чайную пару на стол и села рядом с Гермионой. — Мм, фенхель? — спросила Грейнджер, сделав первый глоток. — В том числе, — кивнула Падма, тщательно перемешивая сахар в своей чашке. Попробовав результат, она удовлетворительно кивнула головой. Какое-то время подруги пили чай в тишине, затем Падма мягко спросила: — Я знаю, что аврорат никогда не делится подробностями расследований с посторонними, но ты всё-таки выступаешь как медиатор между ними и общиной… Есть ли хотя бы подозреваемые? Всё понимаю, тайна следствия и так далее, но Симус ведь и мой друг тоже. Гермиона ощутила, как где-то внутри начинает формироваться новая волна страха. Она поставила чашку на стол, чтобы дрожание рук не выдало её состояние, и вздохнула. — Увы, я сама знаю не больше, чем ты. Моя роль больше сводится к тому, чтобы объяснить Гарри и его сотрудникам, как не следует разговаривать с представителями общины. — Мда, они весьма специфичны, — лаконично ответила Падма. — Знаешь, что меня удивляет? То, как тщательно нападавший воссоздал иллюзию нападения вампира. Симус потерял очень много крови, раны на теле идентичны со следами реальных укусов, к тому же, его явно оглушили странным тёмным проклятием до того, как… Ох, прости! Иногда сложно дистанцироваться от работы. — Ничего, я сама такая же, — попыталась улыбнуться Гермиона. Неловкую паузу нарушила Джинни, появившаяся в камине ровно в половине седьмого. — А вот и я, — энергично объявила Джинерва и встряхнула огненными волосами. — Привет, Падма, рада видеть. — Взаимно, — ответила Падма и улыбнулась краем рта. Гермиона допила чай, поставила пустую чашку на стол и встала с кресла. — Я готова, — она показала на свою сумку и внушительную стопку перевязанных папок, которые она предварительно забрала с работы. — За всем остальным заскочит Гарри. — До сих по не верю, что уговорила Гермиону взять несколько дней удалённой работы и пожить с нами, — сказала Джинни и ухватилась за папки. — Если бы не ремонт, мы бы так и не увиделись до Рождества. — Зря ты не переезжаешь в магический район, — упрекнула Падма Гермиону. — Смогла бы решить все вопросы парой заклинаний, а не ждать неделю, пока маггловские рабочие всё закончат. — Ну вот может неделя с Джинни и Гарри заставит меня последовать твоему совету, — отшутилась Гермиона и поцеловала Падму в щеку, пытаясь скрыть смущение. Она не любила врать близким, но другого способа объяснить подруге переезд не было. — Да и ты, Падма, могла бы чаще вспоминать о друзьях, — неожиданно язвительно сказала Джинни и шутливо погрозила Патил пальцем. — Ну что, вперёд.

***

— Впервые за долгое время мы столкнулись с действительно серьёзной проблемой, — начал собрание Иаков, — которая ставит под угрозу все наши достижения и успехи в работе с людьми за последние несколько веков. Если у кого-то оставались сомнения, что ситуация, в которой оказалась мисс Грейнджер, является частной и не имеет никакого отношения к нам, то сегодня вы убедились, что это не так. Неважно, какую роль при этом играет мисс Грейнджер — действительно жертвы или же пешки в чьих-то руках, мы не можем отрицать того негативного эффекта, которая эта история с чужаком окажет на нашу жизнь. Но прежде чем продолжить, я хочу спросить: есть ли те, кому мои слова кажутся чушью? Драко оглядел всех присутствующих и усмехнулся про себя. Только круглый идиот или самоубийца решился бы перечить Иакову открыто. Такими привилегиями обладал только Тадеуш, который иногда мог и брать на себя некоторые функции Правителя. Иаков тем временем убедился, что никто не собирается оспаривать его слова, и продолжил: — У нас есть все основания полагать, что давний инцидент с несогласными может повторится. Те, кто постарше, понимают, о чём я. Новичкам и молодым вампирам нужно знать, что не всегда наша община жила так же слаженно и организованно, как сейчас. Ещё до появления первой версии Кодекса и первого соглашения с людьми, мы жили весьма разрозненно и часто тратили силы и время на конфликты. Некоторые «чужаки», о которых вы неоднократно слышали, являются как раз бывшими членами общины, покинувшими её из-за разногласий. — То есть, нападать на людей могут те, кто когда-то был с нами? — спросил молодой вампир, чьё имя Драко всё время забывал, хотя они были обращены примерно в одно время. — Да. Поэтому нам нужно разделиться. Часть общины останется здесь и будет следить за обычным порядком. Те, кто работал с Министерством, продолжают решать текущие вопросы, понимая, что некоторые из нас, — Иаков поочередно посмотрел на Риниту, Эммануэля, Бартоша и Тадеуша, — теперь сотрудничают с авроратом большую часть времени. Ну а опытных я попрошу заняться поиском чужаков. Тадеуш? — Я уже составил списки, — отозвался тот. Драко внимательно слушал, как Тадеуш монотонно произносит имена один за другим и с изумлением осознал, насколько же велика община, который управлял Иаков. Малфой в принципе не особо стремился к сближению с кем-либо, тем более после обращения, когда меланхолия и желание покончить с бессмертием довлели над ним весь первый год. Его круг общения состоял только из Бартоша, Риниты и иногда ещё ревнивого Эммануэля. Вампиры тем временем удалились за Тадеушом, но зал, специально расширенный к собранию, не опустел даже на треть. Следующими Иаков отправил молодёжь, которую должны были проинструктировать на тему поддержания поместья и близлежащей территории в нужном порядке. Это лёгкая на первый взгляд работа на самом деле таковой не являлась: на содержание животных, выращивание Багровых деревьев, создание иллюзии вечных сумерек и контроль нужной температуры в поместье уходило огромное количество времени и магии ежесуточно. Далее Ринита и Эммануэль выбрали ответственного для работы с Министерством, в чью задачу входил координация всех процессов, связанных с текущим сотрудничеством между общиной и отделом Грейнджер. Драко ожидал, что его определят во вторую группу, чтобы хоть чем-то занять, но в итоге он оказался с небольшим количеством оставшихся вампиров вместе с Бартошом, Ринитой и Эммануэлем. Иаков жестом пригласил всех проследовать за ним на второй этаж поместья, в то крыло, где Драко раньше не бывал. Они оказались в просторной комнате с высокими потолками и стенами, украшенными узорчатыми гобеленами с вышитыми сценами из древних преданий и мифов. В центре находился овальный стол, вокруг которого расположились стулья с резными спинками. Все дождались, пока Иаков первым займёт своё место, и только после этого начали рассаживаться. Драко подозвала Ринита, и он расположился между ней и Бартошом. — А теперь, — сказал Иаков, — нам надо проработать все вопросы, касающиеся мисс Грейнджер. — Аврорат пока не выяснил, как именно чужак смог проникнуть в Министерство? — спросил Эммануэль. — В процессе. Но уже известно, что дежурного волшебника на входе приложили «Конфундусом», — ответил вместо Иакова Тадеуш. — Потрясающе, — фыркнул Эммануэль — И это после нападения на Азкабан. — Ну, кого-то же тогда смогли найти, — пожал плечами Тадеуш. — Видимо, понадеялись, что тёмные времена миновали окончательно. Да и мы, стоит признать, тоже слегка недооценили опасность, да, Бартош? Бартош заметно напрягся, но его тон остался прежним: — После нашей первой встречи Поттер ясно дал мне понять, что аврорат ни за что не одобрит наше присутствие в стенах Министерства. Я контролировал входы снаружи, но ничего подозрительного не видел. Можете просмотреть воспоминания. Иаков на секунду задержался взглядом на лице Бартоша, а затем покачал головой: — Пока не нужно. Уверен, что способов пробраться в Министерство гораздо больше, чем нам кажется. Драко ощутил, как внутри начал сжиматься тугой узел нехорошего предчувствия. Сначала он решил, что вновь стал вместилищем для эмоций Грейнджер, но затем осознал, что тревога принадлежала только ему. «Ничего не закончилось, — с тоской подумал Драко. — Зло вечно». Но самым неприятным оказалось то, что вечным теперь был и он сам.

***

Глава 5 (тизер)

— Думаешь, здесь что-то будет? — скептически спросила Гермиона и налила себе ещё кофе. Джинни сосредоточенно листала новостные каналы и не ответила. Остановившись на одном, она тихо ойкнула и увеличила громкость. — … сегодня одна из жительниц района Сент-Эндрюс была найдена мёртвой в своём доме. Тревогу подняли соседи, которые сначала заметили странные вспышки зелёного света в окнах погибшей, а затем увидели необычный символ, выведенный несмываемой черной краской на двери дома. Гермиона застыла, увидев кадры с изображением символа на двери маленького кирпичного коттеджа: череп, из глазниц которого выползали две змеи, рождал самые прямые ассоциации с Чёрной меткой.