Красный вереск

24 декабря

Гермиона бежала изо всех, чувствуя, как бешено стучит сердце в грудной клетке. Туман, окутавший сумрачный лес, сгущался всё сильнее и сильнее, и вскоре Гермионе пришлось замедлиться из-за плохой видимости. Остановившись, она сжала ладонью правый бок, в котором пульсировала боль от быстрого бега, и попыталась отдышаться. Придя в себя, она крепче сжала палочку и шепнула «Люмос», однако заклинание не помогло: туман был настолько плотным и густым, что огонька хватало лишь на слабое мерцание. Видимость по-прежнему ограничивалась расстоянием меньше мили, от чего создавалось ощущение, что дальше окружающий мир как будто заканчивался. «Спокойно. Я обязательно выберусь отсюда», — Гермиона мысленно постаралась успокоить саму себя. Она сделала осторожные три шага вперёд, постоянно прислушиваясь, и застыла в ужасе: тишину разрезал насмешливый голос, который словно отражался от деревьев и клубов сизого тумана. — Раз, два, три… — пропел голос. Гермиона резко обернулась, но вокруг по-прежнему никого не было видно. — Кто здесь? — крикнула она и вскинула палочку. — Четыре, пять, я иду… — продолжал голос. — Покажись! — в отчаянии крикнула Грейнджер и вновь начала озираться по сторонам. — Тебя. Искать, — опустился голос до свистящего шепота, после чего вокруг Гермионы сомкнулась темнота. Гермиона резко проснулась и машинально выхватила палочку из-под подушки. Тяжело дыша, она осветила «Люмосом» спальню и с облегчением поняла, что в комнате никого не было. Живоглот вопросительно мякнул, наблюдая, как Гермиона осторожно встаёт с кровати и направляется к выходу из спальни. В гостиной тоже было пусто. Гермиона прошла в ванную, затем заглянула на кухню — никого. Вернувшись в гостиную, Гермиона подошла к двери, ведущей на лоджию, и постучала костяшками пальцев по стеклу. Томас, как и всегда, расположившийся на стуле, обернулся. — Ничего же не произошло за ночь? — шепотом спросила Гермиона, открывая дверь. — Нет. А что? — кажется, это были первые слова, которые произнёс Томас за всё время своих дежурств. — Просто… Просто мне приснился кошмар, наверное, — пробормотала Гермиона и неловко застыла на пороге. Какое-то время вампир смотрел на неё с непроницаемым видом, а затем ответил: — Попробуйте добавить в успокаивающее зелье унцию толчённого лунного пустырника. Будете спать без снов. — Эм, спасибо… Никогда не слышала про такое сочетание. — Рецепт моей бабушки, — по-прежнему спокойно сказал Томас. — После смерти родителей я, будучи человеческим подростком, несколько месяцев не мог спать из-за кошмаров. — Ох, — скованно ответила Гермиона. Повисла неловкая для неё одной пауза, после чего Грейнджер неуверенно сказала: — Пожалуй, я попробую ещё раз уснуть. — Спокойной ночи, — вежливо сказал вампир.

***

Во второй раз Гермиона проснулась уже от звука будильника. Остаток ночи ей удалось проспать относительно спокойно, хотя тревога всё равно присутствовала в её сознании общим фоном. Помассировав виски, Гермиона отключала будильник, нехотя поднялась и направилась на кухню. Покормив Живоглота, она сделала себе сэндвич, приготовила кофе и села завтракать, мысленно проверяя список вещей, которые нужно было собрать в «Нору». Гарри обещал зайти за ней в двенадцать дня, а Джинни отправилась к семье ещё вчера вечером. Гермиона вспомнила слова друга о нарастающих сложностях в его отношениях и с тоской представила всю степень неловкости, которая неизбежно возникнет во время праздничного ужина. С одной стороны Гарри и Джинни, вынужденные изображать из себя счастливую молодую пару, а с другой — она и Рон, усиленно создающие видимость прежней дружбы и отсутствия взаимных претензий. При других обстоятельствах Гермиона заказала бы порт-ключ до Австралии и провела бы Рождество вместе с родителями на пляже, но в этом году её планы подверглись слишком большим изменениям и свою заявку на получение ключа пришлось отозвать на следующий день после нападения на Симуса. Гермиона вздрогнула, вспомнив своё вчерашнее посещение Мунго. Симус всё больше походил на восковую фигуру и по-прежнему не приходил в сознание. Хотя Падме и другим специалистом удалось найти способ поддержания всех ключевых функций организма в состоянии относительной нормы, восстановить потери крови так и не удавалось, более того, Симус продолжал терять небольшое количество каждый день. Единственный способ спасти его продолжал ускользать — все попытки общины Иакова найти логово чужаков были безуспешными, расследование Гарри застыло на одной точке. Нервы постепенно начинали сдавать у каждого, и у Гермионы переодически возникало смутное ощущение, что где-то скоро должна произойти кульминация. Не может так долго ничего не происходить. С довольным урчанием Живоглот запрыгнул к ней на колени. Гермиона рассеянно почесала за ухом и глянула на часы. — Пора собираться, старичок, — сказала она.

***

«Нора» встретила Гарри, Гермиону и Живоглота запахам рождественских яств, громкой музыкой, доносящейся из динамика старенького радио, и рулонами обёрточной бумаги, разбросанными по всей гостиной. Мистер Уизли сидел в кресле и невозмутимо читал праздничный выпуск «Пророка», на соседнем диване полулежал Джордж, поедавший шоколадных лягушек и подпевавший модному биту Сильвии Пренсон. Из кухни были слышны голоса миссис Уизли и Перси, а где-то наверху звучал детский смех. — Да ладно, — лениво сказал Джордж и начал распаковывать ещё одну упаковку с лягушкой. — Мне только попалась карточка с некой волшебницей по имени Гермиона Джин Грейнджер. Не знаешь, кто такая? — Говорят, что мы похожи, так что могу дать автограф за неё, — Гермиона и поставила переносную клетку с Живоглотом на пол. — Здравствуйте, мистер Уизли, рада видеть. — Ох, а я-то как! — тепло ответил Артур и с видимым усилием поднялся с кресла. Он с чувством пожал руку Гарри и похлопал его по плечу, а затем заключил в объятия Гермиону. — Молли, у нас гости, — крикнул он поверх головы Гермионы, а затем с улыбкой посмотрел на гостей. — Она с самого утра колдует над пудингом. — Не уверен, что дождусь завтра, — пошутил Гарри. Миссис Уизли вышла из кухни и всплеснула руками, увидев Гарри: — Мерлин мой, как ты похудел! Джинни, ты что, совсем его не кормишь? — Мам, — страдальческое лицо Джинни появилось в дверном проёме. — Не начинай. Но Молли уже заметила Гермиону и впала в ещё больший ужас: — Девочка моя, и ты просто кожа да кости! Ты поди пропускаешь обеды и питаешься быстрорастворимой… — Ма, Гермиона всю жизнь была худой, — позади раздался голос Рона, от чего у Гермионы внутри всё сжалось. Она собралась с духом и повернулась к нему. — Спасибо за комплимент, — Грейнджер попыталась скрыть свою неловкость шуткой и помахала Рону рукой. Но тот подошёл ближе и крепко обнял Гермиону. — Готовься, мама не выпустит тебя отсюда, пока вся привезённая одежда не станет тебе мала, — шепнул он и мягко выпустил Гермиону из объятий. Грейнджер слабо улыбнулась и вздрогнула, услышав истошный крик Живоглота, возмущенного, что о нём забыли. Гермиона присела на корточки, придвинула к себе переноску и открыла дверцу. Кот пулей вылетел из ненавистной клетки и рванул через всю гостиную к лестнице, а потом помчался наверх. Спустя мгновение со второго этажа раздался восхищённый детский вопль. — Ну всё, — сказал Джордж, подойдя к Гермионе. — Можешь забыть про Глотика, Мари-Виктуар своего не упустит. — Да, от пятилетних девочек просто так не уйти. — Гермиона, — Джордж наклонился к её уху. — Ей семь. Гермиона мысленно застонала. — Ты этого не слышал. — Смотря сколько ты за это мне дашь, — подмигнул Джордж и отошёл. На его месте тут же оказался Перси. — Рад видеть Гермиона, — он горячо пожал ей руку и поправил свои новые очки в модной роговой оправе. — Как там эпопея с русалками? — Даже не спрашивай, — вздохнула Гермиона. — В приёмной до сих пор воняет тиной, стажёр попал в Мунго из-за лопнувших барабанных перепонок, пришлось менять оконное стекло. — Они начали петь? — удивился Перси. — Нет, они начали орать друг на друга. Почему нельзя сначала договориться между собой, прежде чем подниматься из Озера в Министерство — я не знаю. А как дела с вашей аномалией расщепов? — Даже не спрашивай, — комично передразнил её Перси и погрустнел. — Шесть пострадавших подали на нас в суд, утверждая, что это мы нарушили правила безопасности и подвергли их риску, забыв упомянуть, что они сами… — Идиоты? — заметно оживился возникавший из ниоткуда Гарри. — Слушай, я вчера как раз был в Визенгамоте, когда Паркер зачитывал коллегам вслух лучшие выдержки из их жалоб… — Никакой работы, — злобно прошипела Джинни, точно так же внезапно материализовавшаяся рядом с компанией. — Сегодня канун Рождества, завтра сам праздник, если ещё раз… Гарри и Перси одновременно подняли руки вверх. Сверху вновь раздался хохот, а затем звук разбившегося то ли стеклянного, то ли керамического предмета. У Гермионы начала болеть голова. — Я пойду разложу вещи, — предложила она и взяла свою сумку. — Какая комната моя? — Чарли, — ответила Джинни. — Он приедет только послезавтра. — Ну да, ему-то разрешается возиться с драконами в праздники, — едко ответил Гарри и отвернулся. — Джордж, может, полетаем? — Давай через час? Я так объелся, что могу сломать метлу. Подняв сумку на уровне груди, словно щит, Гермиона отважилась подняться на второй этаж. На последних ступеньках она чуть было не упала из-за Живоглота, который опрометью бросился вниз. Уже поднявшись по лестнице, она чуть было не упала во второй раз — в неё врезалась девочка лет семи с ослепительно платиновыми волосами. — Ма’ри-Виктуа’р, — раздался певучий женский голос. — Немедленно п’рек’рати вести себя как бешеный пикси. — Привет, Флёр, — сказала Гермиона, потирая ушибленную ногу. — Отлично выглядишь. — Спасибо, — проворковала Делакур-Уизли и расцеловала Гермиону в обе щеки. Отстранившись, она осмотрела фигуру Грейнджер и одобрительно сказала: — Ты не толстеешь, молодец. Я вот всё гово’рю Джинни, что надо избегать мучного, но она… — Ты не помнишь, где комната Чарли? — как можно вежливее постаралась перевести разговор на другую тему Гермиона. Флёр нисколько не обиделась и махнула рукой: — Т’ретья две’рь слева. Если что, детей мы отп’равим наве’рх. — Ага, спасибо, — ответила Гермиона и направилась в комнату. Закрыв за собой дверь, она с облегчением вздохнула и поставила сумку на пол. Комната Чарли, давно съехавшего из родительского дома, уже не имела никаких выраженных персональных черт и была просто похожа на нейтральную гостевую спальню. Двухместная деревянная кровать, накрытая синим покрывалом, комод с четырьмя ящиками, письменный стол, стул и большое окно. Идеально. Прежде чем лечь на кровать прямо в одежде, Гермиона тщательно проверила её на предмет изделий из магазина «Волшебных Вредилок Уизли». Не обнаружив следов нежелательных продукции, она рухнула на матрас и как следует потянулась. Услышав раздавшееся из коридора требовательное мяуканье, Гермиона вытащила палочку из кармана и слегка приоткрыла дверь. В комнату юркнул Живоглот, который тут же спрятался за шторой. — Я тебя понимаю, старичок, — пробормотала Гермиона и слегка прикрыла глаза. Ей удалось пролежать в тишине десять минут, как в дверь постучали. — Это я. — Заходи, — слегка повысила голос Гермиона, не открывая глаз. Дверь скрипнула, после чего раздались мягкие шаги. Матрас рядом с ней слегка прогнулся. — Ты знала, что Мари-Виктуар уже целых семь лет? — Да, — сказала Гермиона и разомкнула глаза. — Джордж предупредил. — Кошмар, и как они так быстро растут, — сказал Гарри. — А мы быстро стареем. — Ну если только ты… Ай! — Гарри потёр руку и рассмеялся. — Хорошо, мы оба. — Вот так-то. Вновь скрипнула дверь. Кто-то тихо присвистнул. — Вот это да, — сказал Джордж. — Гарри, у тебя есть пять минут, чтобы лечь в ту же позу на вашей с Джинни кровати. Она заканчивает ругать Перси на кухне и затем идёт наверх. Я могу предложить тебе полетать через пятнадцать минут. Гарри тяжело закряхтел и начал подниматься с кровати. — Десять, — сказал он и вышел в кроидор. — Это что, мужская солидарность? — спросила Гермиона, приподнявшись на локтях и укоризненно глядя на Джорджа. — Кто, если не мы? — пафосно изрек тот и закрыл за собой дверь. «Какой-то дурдом», — подумала Гермиона, прекрасно при это понимая, что именно такая атмосфера и сможет её отвлечь от неприятных мыслей.

***

Весь отрезок времени до ужина прошёл немного суетливо, но быстро: сначала мистер Уизли провёл экскурсию по саду и с удовольствием показал свои недавние маггловские приобретения; затем Джордж на пару с Роном устроил презентацию последних товаров из семейного магазина; наконец, Билл и Флёр радостно поделились фотографиями с летнего отдыха во Франции. Миссис Уизли прекрасно помнила уровень кулинарных и в принципе хозяйственных возможностей Гермионы, поэтому даже не пыталась впустить её на кухню. Вместо этого Молли позвала Гарри и Рона и отправила троицу разбираться с гномами. — Не понимаю, — недовольно пробурчал Рон, выйдя в сад. — Нам всем скоро тридцать, но мы всё равно должны гоняться за этими засранцами. Ещё и ловить их под снегом. — Ты знаешь, — ответил умиротворённый Гарри, успевший уже полетать с Джорджем над полем и изрядно отморозить себе нос, — иногда я искренне хочу гоняться за гномами вместо полоумных психов. Да и в сравнении с русалками они просто милахи, да, Герм? — Не напоминай, — ответила Гермиона и метко перекинула гнома через забор. — Тебе всё ещё не наскучило заниматься магическими тварям? — спросил Рон, слишком близко подойдя к ней, чтобы якобы вытащить гнома из ямки за яблоней. — Нет. — Я бы сказал, что с их выкрутасами слово «скука» вообще неприменимо к работе Гермионы, — встрял Гарри. — Помнишь, как делегация банши заблудилась в коридорах, завалилась по ошибке в отдел магических игр и испугала своими криками Европейскую ассоциацию квиддича? Гермиона прыснула: — И потом почти все наши мужчины тряслись всю неделю от страха, что чемпионат перенесут в другое место. — Ага, и вам пришлось в итоге лично водить главу ассоциации по всем достопримечательностям города. — Ну не надо так, Гарри. Мистера Шнайдера повесили исключительно на меня. — Да, помню это историю, — прервал диалог друзей Рон, и Гермиона неловко замолчала. Именно в тот период началось её продвижение по службе, когда несколько подразделений объединили в единое управление по связям с разумными волшебными существами по руководством Герберта Уиллбоу. И именно тогда началось ухудшение в отношениях между ней и Роном. — Как дела в магазине? — попытался разрядить обстановку Гарри. — Наверное, в эти дни перед праздниками был очень горячий период? — Как и всегда, — с неприкрытой гордостью ответил Рон. — Распродали почти все новинки. — Гарри, дорогой, — раздался голос миссис Уизли. — Нужна твоя помощь с рассадкой. — Миссис Уизли, но гно… — Жду тебя, — крикнула Молли и вернулась в дом. Гарри запустил последнего гнома через забор и виновато посмотрел на друзей: — Боюсь, шансов нет. — Мы справимся, — ответил Рон и улыбнулся Гермионе. Та постаралась выдавить улыбку в ответ, прекрасно понимая, что Молли, как истинная мать, была готова бороться за счастье сына до конца. Какое время бывшие возлюбленные молча боролись с вредителями, а затем Рон прервал паузу: — Ты редко пишешь. И почти не заходишь в гости. — Да, прости, — ответила Гермиона, отчаянно оглядываясь в поисках гномов. — Просто… — … много работы, да, — горько усмехнулся Рон. — Как и всегда. — Мне нравится моё дело. Кстати, ты слышал новости о… — Гермиона, — голос Рона прозвучал совсем близко к её уху, так, что Грейнджер вздрогнула от неожиданности. — Мы ведь так и не поговорили нормально после расставания. Просто разошлись, как будто никогда друг друга и не знали. — Эээ… Ну в чём-то ты прав наверное, — осторожно ответила Гермиона. — Давай исправим это? — Прямо сейчас? — скептически подняла бровь Грейнджер и показала пальцем на гнома, пытавшегося укусить Рона за ногу. — Или за ужином при всех? — Ну конечно нет, — чуть раздражённо ответил Рон. — Но пока ты здесь. — Хорошо, — сдалась Гермиона. — Но только без драмы и скандалов. — А я их что, когда-то устраивал? Вообще-то… — Ужин готов! — объявил Гарри, вновь появившись в саду. — Поторопитесь, пока дети не свалили стол. Рон с Гермионой синхронно обернулись. Гарри приветливо помахал рукой и жестом пригласил их вовнутрь. Рон кинул последнего гнома за пределы сада и пошёл искать специальную сетку, чтобы защитить несколько растений от снега и вредителей. Гермиона же отряхнула грязь с перчаток и направилась в сторону дома. — Ты и правда чёртов спаситель всего мира, Гарри Поттер, — тихо произнесла она, проходя мимо друга. — Обращайся, — подмигнул Гарри. Ужин прошёл в достаточно непринуждённой атмосфере. Джордж вовсю шутил, рассказывая то смешные истории про клиентов, то казусы при регистрации новых товаров в отделе, где работал Симус. Билл и Флёр поделились успехами детей, которые уже успели столкнуться с первыми выбросами магии, а Рон, кидая многозначительные взгляды на Гермиону, долго говорил про новую квартиру в Косом переулке, которую он купил в начале месяца. Между Гарри и Джинни не чувствовалась никакого напряжения, и даже Мари-Виктуар, Доминик и Луи были весьма спокойны и всего лишь два раза опрокинули на себя тарелки с едой. Все стали расходиться из-за стола ближе к одиннадцати вечера. Первыми ушли спать мистер Уизли и Перси, затем Билл и Флёр пошли наверх укладывать детей. Миссис Уизли выгнала всех из гостиной, чтобы спокойно привести всё в порядок. Гарри, Рон и Джордж решили сделать небольшой круг над садом перед сном, несмотря на то, что за вечер прилично похолодало. Джинни подозвала Гермиону к себе, и они тоже отправились наверх в ту спальню, которая раньше принадлежала младшей Уизли. — Ну как? — спросила Джинни, удобно устраиваясь на кровати. — Как и всегда душевно, — ответила Гермиона и опустилась на уютное кресло, предварительно поставив на пол рюкзак Гарри. — Я имею в виду Рона. — А. Всё в порядке, — лаконично ответила Гермиона. Джинни слегка наклонилась вперёд, как всегда делала, когда хотела что-то узнать. — Ну вы смогли поговорить? — Ты же видела сама, мы разговаривали то об одном, то о другом весь вечер. — Я про настоящее «поговорить», — надавила Джинни, а затем заметно погрустнела. — То, что Гарри так не хочет делать. — А у вас… Как? — воспользовалась случаем Гермиона и перевела тему. Джинни потупила взгляд и начала теребить бахрому покрывала. — Я… — начала она и осеклась. — Я думаю, что у него кто-то есть. — Джин… — Я это чувствую, — упрямо сказала Джинни и посмотрела на Гермиону. — Только не думай, что я подозреваю тебя. Тогда у меня просто был… Просто был срыв. — Всё в порядке, забудь, — сказала Гермиона. — Послушай, мне кажется, что Гарри не из тех мужчин, кто может жить двойной жизнью и скрывать что-то от партнёра. Если бы это было правдой… То он бы не стал мучить тебя и ушёл бы открыто и честно. — Может быть, он и был таким когда-то, — пожала плечами Джинни, чьи глаза начали блестеть. — Но сейчас я уже не уверена. — Джин, — нежно сказала Гермиона, но подруга лишь замахала руками. — Я в душ, — сказала она и призвала к себе полотенце. — Подожди меня тут. — Хорошо, я после тебя, — согласилась Гермиона и устроилась поудобнее в кресле. Она погрузилась в свои мысли, уставившись в неопределённую точку на полу, но затем её внимание привлек яркий краешек бумаги, выглядывающий из-под кресла. Гермиона поняла, что скорее всего что-то случайно выпало из многочисленных отделений рюкзака, и наклонилась, чтобы вернуть предмет на место. Им оказалась красивая и красочная зачарованная открытка, которая сразу же вспыхнула от прикосновения. Гермиона не собиралась читать текст, явно предназначенный другому человеку, однако открытка начала раскрываться сама, после чего на пергаменте появились золотистые буквы: «Гарри Джеймсу Поттеру с пожеланиями счастливого Рождества и удачного Нового года. P.S. Спасибо за всё, что было. Я ни о чём не жалею. П.». В коридоре послышались шаги. Гермиона поспешно засунула открытку поглубже в рюкзак и вернулась в ту же позу, решив никогда не поднимать этот вопрос ни с Гарри, ни, тем более, с Джинни. Тем временем сам Гарри спрыгнул с метлы и довольно отбил «пять» сначала Рону, а затем Джорджу. — Я отнесу мётлы в сарай, — сказал он и забрал «Чистометы» у братьев. — Вперёд, — одобрительно ответил Джордж и громко зевнул. — Я спать, мама же завтра разбудит всех с утра пораньше. — Гарри, справишься? — спросил Рон, устало потирая глаза. — Мне ещё надо проверить папин гараж. — Конечно, — откликнулся Гарри и направился в сторону сарая. Он тщательно почистил мётлы от снега и вставил каждую в специальные крепления на стене. Ровно в тот момент, когда он всё закончил и собирался уходить, маленькое помещение озарилось ярким светом, исходящим от серебристого скворца. — Гарри, прости что беспокою в канун Рождества, — приглушённо сказала птица голосом Роджера. — На МакЛагена было совершено покушение. Жив, в сознании, но ранен. Мы с Коллинзом в Мунго. Гарри сжал зубы, чувствуя, как напрягся каждый мускул в теле. Достав палочку, он наколдовал своего патронуса и передал сообщение: — Я буду через час-полтора. Олень величественно взмахнул рогами и растворился в воздухе. Гарри вышел на улицу, запер сарай и отправился в дом, решив пока ни о чём не сообщать Гермионе.

***

Глава 10 (тизер)

<...> она стояла на незнакомом утёсе, обдуваемом беспощадно холодным ветром, и пыталась найти способ спуститься к берегу. Но чем больше она начала нервничать, понимая, что с таким крутым обрывом ей не удастся добраться до моря, тем быстрее сгущались вокруг тёмные тучи. Наконец, Гермиона обессилено опустилась на землю, машинально отметив про себя, что никогда не видела цветы вереска такого странного, красно-багрового оттенка. Дотронувшись ладонью до растения, она испуганно одёрнула руку и медленно выставила её перед собой. С ужасом Гермиона осознала, что вся земля была залита кровью.