Нечто большее друг другу, чем принято.

— И к кому же ревновать? — лицо Юли выглядело так, будто она мало верила, что у меня что-то получится. Честно говоря, я в этом и сам сомневался. — А вот над этим я не подумал. — и задумчиво приложил палец к губам. К моему удивлению, у нас в школе довольно много молодых учителей, но не все из них преподают у нас. Довольно узкий выбор, если честно — географик, историчка, англичанин, обжшник. При этом, последний то появляется, то пропадает, и вероятнее всего, выбирать нужно того, с кем Константин враждует. А с кем именно, не так просто выяснить. Когда до урока оставались считанные минуты, мы зашли в класс, где у нас должна быть география. По звонку зашёл Сергей Борисович — преподаватель с короткостриженными русыми волосами, не выражеными скулами и голубыми глазами, в которых взгляд всегда полон энтузиазма, рост вроде высокий, по крайней мере, я могу носом упереться ему в шею, не поднимаясь или опускаясь. Худой, но широкоплечий за телосложением. Юля, как и всегда, села за парту перед учительским столом, а я с ней за компанию. Когда Сергей Борисович начал рассказывать тему, стоя у карты, я начал его рассматривать — парень молодой и даже симпатичный. К тому же, как я случайно однажды выяснил, одинок и по парням, а ещё в узких кругах славится плохой репутацией любителя помоложе, но этот факт ничем не подкреплён, поэтому о нём можно было не рассказывать, но я взял на заметку. Повествование от лица Константина. Мне тяжело отказывать людям, и одной из ситуаций, когда это повернулось мне не во благо стала сегодняшняя. Сначала одному принеси, второму передай, третьему то сделай, этому то. Создалось ощущение, будто я не их коллега, а мальчик на побегушках, и вовсе не занимаюсь серьёзными делами. «Надо бы к психологу, наконец, наведаться, а то мои детские травмы всё никак не улетучиваются.» — пронеслось у меня в мыслях, пока я собирал со стола всё необходимое, чтобы со спокойной душой пойти выполнять ещё чьи-то просьбы. — Константин Иванович! — услышал я голос возле себя и тут же обернулся. Это оказался Саша, как всегда в весёлом расположении духа. Иногда я удивляюсь, как ему это удаётся. — Да? — Когда нас сегодня на репетицию заберут? — я удивился, в чём была проблема написать мне, хотя учитывая то, что за всю перемену я ни разу не взял телефон в руки — это объяснимо. — После пятого. На этот раз, скорее всего, я вас буду забирать. — Ясненько. Как дела у Вас? — вот почему когда он нужен — его и след простыл, когда он определённо точно не первое, с чем я хочу столкнуться — он приходит ко мне и начинает со мной говорить. — Так себе. Меня загрузили, приходится вывозить. А ты как? — хотя, наверное, на такие вопросы ответ я уже знаю. — Плохие дни есть у всех, у меня вот тоже сегодня не очень. — и усмехнулся. — Ты не тот, кто будет забиваться в угол при малейших неудачах, уверен, у тебя всё разрешиться. — пришло понимание, что диалог затягивается. — Я занят сейчас, потом поговорим, ладно? Я не стал ожидать ответа, но до моего слуха долетело его «Хорошо». Меня на секунду помучила совесть, что я вот так просто прерываю с ним диалог, но правда нужно было идти. Я уже вышел с кабинета и прошёл всего несколько метров, как тут меня снова отвлекают, на этот раз Лена. «Почему я понадобился всем именно сегодня?» — подумал я. — Константин Иванович, я не договорила, что хотела сегодня утром сказать. — Если это ненадолго, то говори. — Можем встречаться после уроков, разговаривать и ещё что нибудь другое. Всё, что захотите. Если уж я Вам не интересна, то дайте хотя бы быть с Вами. — она улыбалась настолько непринуждённо, что я даже забыл, кем я ей вообще являюсь. — Что значит «что нибудь другое»? Ты что, забыла, кто я тебе в первую очередь? — Естественно нет, но между нами же разница пять лет всего. Не думаю, что в этом есть что-то плохое. — У меня нет времени. Дай время подумать. — сказанная фраза была попыткой завершить поскорее диалог. И в правду, после этого, Лена лишь кивнула и пошла в противоположном моему пути направлении. Я пытаюсь относится к ней лояльно, ведь у меня были такие же одноклассницы и их жизнь не особо жалела. Вдруг, у неё также? Закончился пятый урок и я со спокойной душой отпустил учеников на следующий. От балды я перечитывал сценарий, пока ожидал дежурных. У них сегодня пять уроков, и мы договорились, что пока я провожу репетицию, они поубирают и пойдут домой. Обычно я так не делаю, но это хорошие ребята, которые за всё время нашего знакомства ничего не натворили. В класс зашёл Сергей — учитель географии и заменяет иногда историю. Подошёл ко мне, будто он моё последнее и долгожданное спасение, и кинул журнал на стол. Его недовольно лицо дало мне понять, что сейчас будут претензии. — Ты чего учеников своих не воспитываешь? Весь урок бормотали и урок провести нормально не дали. — Они здесь воспитывались одиннадцать лет. Что выросло, то выросло. Как я, по твоему, их изменю? — ответил я, не глядя ему в глаза и оставаясь непоколебимым. — Ты не справляешься со своей работой. — вот тут я опешил. — Сложно объяснить своим, что не обязательно орать, пока я говорю? Вот тут я всё-таки посмотрел на него таким же недовольным взглядом. Меня смутило то, что он смотрит на меня свысока (буквально), поэтому я встал, и теперь уже был выше. — Раз ты такой умный, почему твои детки мне сегодня чуть шкаф не свалили? Объяснения же так хорошо работают! Сергей на меня угрюмо посмотрел, а я пытался сдержать смех. Он мне напомнил рыжую панду, которая становится на задние лапки, чтобы быть крупнее и опаснее. — Я тебе шею сверну! — сказал коротюлька, своей фразой ещё больше дополняя образ. Я не успел ответить, так как сзади заметил Колю Петрова, в ту сторону обернулся и Сергей, после того, как заметил, что я куда-то смотрю. Ученик положил портфель на парту. На нас он особо внимания не обращал, либо же делал вид. «Когда он успел войти?» — подумал я. Мой коллега с поддельной вежливостью сказал ему «Здравствуй», а после удалился с кабинета. — Сашу и Юлю в актовом зале будешь ждать? — спросил я у Коли. — Да. Я протянул ему ключи и удалился с кабинета. Повествование от лица Саши. Константин уже забрал нас на репетицию, а сейчас мы ждали двухчасового мучения, пока Жук и Оксана разбирались со всякими проводами. Мы сидели с Юлей, я наблюдал за Аней и Леной, вспоминая ссору. У меня даже догадок нет, что после этого думает обо мне Некрасова, уверен только, что ничего хорошего. Сейчас я понимаю, что эта «сцена ревности» была ошибкой и не стоило провоцировать её, а просто оставаться внимательным. Но что случилось, то не исправить. Репетиция началась, мы стояли с партнёрами в танце. С Леной мы даже взглядом не пересеклись, всего лишь стояли рядом и ожидали. Не знаю, заметил ли кто ещё напряжение между нами, но Константин точно заметил, и во время перерыва поинтересовался у нас, что такое. — Вы в порядке? — мы стояли втроём, вдали ото всех. Казалось, учитель действительно волнуется за нас. — Да. — солгала моя партнёрша, так противно улыбаясь, что вот-вот и меня стошнило бы. Я же выдержал долгую паузу, а после, скрестив руки на груди, тоже солгал, натягивая улыбку: — Всё чудесно. — при этом друг на друга мы не смотрели. — Если есть какие-то проблемы, можете мне рассказать. Я вам обязательно помогу. — получив в ответ наши кивки, он ушёл. Нам не поверили. Вот только, я не собираюсь что-то рассказывать. Это дело двух людей и не важно, что в какой-то мере Константин тут тоже замешан. Возможно, конечно, если ситуация перейдёт границы, то расскажу, но это в очень маловероятном случае. Честно говоря, я ещё никогда так сильно не ждал окончания репетиции. Когда всё закончилось, мы с Юлей, и только что подошедшей Аней, собрали вещи. В конце ряда я взглядом, среди других людей, нашёл рыжую макушку, и мы пошли к Коле. Вместе мы вышли из актового зала и пошли в раздевалку, где мне пришлось немного задержаться. После моей фразы: «Идите, я вас догоню» они вышли. Я подумал, что остался один и никак не ожидал на выходе встретить Лену. Оперевшись плечом об стену, она остановила мою попытку обойти её. — Я хочу тебе кое-что рассказать. — Лена ехидно улыбнулась, и я начал гадать, что у этой мадам в голове. В ответ я повернулся, скрестил руки на груди и стал внимательно на неё смотреть. Мы полминуты глядели друг на друга, в итоге, образовалась неловкая тишина, и у меня появилось чувство, будто на меня давят. — Ну? — завершил я безсмысленные гляделки. Лена всё так же ехидно хихикнула, наклонив голову на бок и отвела взгляд, а после начала говорить: — Сегодня ты сказал, что Жуку всё равно на меня. Что он видит во мне школьницу и даже не посмотрит на меня, и так далее. — И до сих пор уверен в этом. — пиздёшь. — Я убью твою уверенность если скажу, что завтра с ним встречусь? На то, чтобы переварить информацию у меня ушло около трёх секунд. После я громко и истерично засмеялся, ловя на себе не понимающий взгляд Некрасовой. — Ты серьёзно думаешь, что я поверю в эту хуйню? — за громким смехом пряталась моя тревожная и ревнующая сторона, что молилась, лишь бы я оказался прав. Она вытащила из кармана свой телефон, что-то поклацала и протянула, в нём я увидел их переписку. — Вы подумали? — сообщение от Лены. — Когда подумаю, тогда и напишу. — сообщение через два часа: — Прийди ко мне в кабинет завтра после репетиции, там и поговорим. — Оки. Пока я изображал ухмылку на лице, я почувствовал, как в грудь давит что-то тяжёлое, а из глаз так и норовят вытечь слёзы. Мне не верилось, что меня восприняли как игрушку и в наглую завели себе ещё одну за моей спиной. Может он и не чувствует ко мне ничего, но в чём была проблема предупредить? Или, хотя бы, договориться? — Пока не увижу подтверждения, я тебе не поверю. — после этой фразы я покинул здание. На улице стояли мои друзья, что тут же повернулись ко мне, услышав шаги. — Где ты ходишь? — спросила Юля. — Мы уже думали идти за тобой. Хорошо, что не пошли. — Да ничего особенного, телефон залагал резко. — Этого мамонта менять уже пора. Пойдём. Мы пошли в Мак и заказали еды количеством в силу своего обжорства. Рекордсменами были я и Юля, чья еда на подносы едва помещалась. Интересный факт обо мне — больше всего в жизни я люблю жрать и трахаться. Аня и Коля предпочли взять более скудное количество еды в виде картошки и бургера. — Саш, а где ты был вчера на физре? — спросила Аня, сидящая напротив меня. Я начал придумывать отговорку, но тут слово вставил Коля. — С Жуком развлекался, не так ли? — смотрел он на меня с улыбкой. Аня захихикала, а Юля, которая, напомню, обо всём знает, и я молча смотрели на своего друга шокированным взглядом. — Откуда ты знаешь? — серьёзным тоном спросил я. По взгляду Коли я понял, что до него дошло, что я не шучу. Он сразу же переменился во взгляде, сменяя его на шокированный. — Что? — от непонимания захихикал он. Юля спрятала лицо, ложась головой на руки и содрогаясь от беззвучного смеха. До меня дошло. Этот приколист пошутил, а я собственноручно выдал себя, со всех сил пытаясь произошедшее скрыть. Я выдал протянутое «блять» и спрятал лицо в ладонях. — Я думала, ты раньше себя выдашь. — в истеричном смехе выдала Юля и начала захлёбываться от колы, которую совершенно не кстати начала пить. — Что выдаст? — Коля продолжал быть в замешательстве. — Он с Жуком спит. — после этой фразы все замолчали. Я не видел их лиц, так как спрятал лицо в руках, трагично поедая картошку, но предполагаю, что ребята шокированы. — Кстати, я сама первая об этом узнала. — Такой себе повод для гордости. — буркнул Коля, а после обратился ко мне: — Ну чё, какой у него размер? — Сорок пятый, блять. Зачем вам это знать? — настроение было шикарным, но сейчас оно подпорчено. Мне не хотелось напоминать лишний раз о Константине, и я подумал, что будет проще окружить себя людьми, которые ничего не знают, но теперь ничего не исправишь. — У вас какой-то конфликт с ним? — вообще-то да, пусть и не напрямую, но почему ему в голову пришло именно это, если этой фразой я возмутился его бестактностью? Я смотрел куда-то вниз и не мог и слова выдавить — только открою рот и тут же им придётся нести на себе мои проблемы, но и врать людям, с которым я прошёл через огонь и воду тоже не хочу. Спроси это Аня, я бы солгал. Но мои близкие друзья, которые для меня как брат и сестра, не заслуживают лжи из моих уст. — Такой вечер хороший, не хочу его портить. — бросил я. — Он мне ставит халявные четвёрки, так что пока это не важно. — и тут же вернул улыбку, в попытке разрядить обстановку. — Это как-то не честно. — подметила Аня, на моё удивление, оставаясь непоколебимой в эмоциях. — Хотя, откуда мне знать, я же сама такая. — откуда такая откровенность? — С этого места подробней. — выдала Юля, широко улыбаясь. В любопытстве ей равных нет. — В прошлой школе я нализывала математичке. В погоне за хорошими оценками я и не такое могла сделать. — говоря это, она обыденно мешала ложкой в чае. — Хорошо получалось? — с ухмылкой спросила Юля. — А что, хочешь проверить? — с таким же лицом поступил ответ. Ясно, образовывается парочка. Я не упустил возможности подколоть их: — Как детей назовёте? — В твою честь и назовём. Вечно ты со своим этим самым. — с демонстративным недовольством вскрикнула Юля. Аня же лишь тихо хихикнула. — И всё же, как это произошло? — Начнём с того, что все тогда узнали, что я по девочкам. — она, на мой взгляд, немного поникла. — Моя бывшая от обиды на меня выложила в инсте фото с моей, на тот момент, нынешней. И при этом, было видно, что мы пара, то есть, мы целовались и держались в обнимку. — А на что обиделась? — спросила Юля, сосредоточенно слушая. — Просто потому что я её бросила, но суть не в этом. Вся школа узнала об этом и это чуть не дошло до моих родителей. Мы с моей девушкой, под давлением, расстались, а на фоне этого я заметила, что мне надо подтянуть оценки по математике. ОГЭ, все дела. В один из дней, математичка позвала меня к себе. А она, знаете, была молодой и красивой. В общем, в кабинете у нас завязался разговор, в котором она говорила, что у меня с её предметом проблемы и предложила мне то самое. Она сказала: «Давай ты после уроков будешь делать приятно мне, а я на уроках тебе». Я, конечно же, поняла, что она имеет ввиду. В тот же день я согласилась и у нас всё это долго продолжалось, но чувств у меня к ней не было. Это закончилось, когда мои родители прочитали мои переписки с ней, а после и со всеми моими девушками и, в конце концов, приняли решение переехать сюда. — Хотела бы её вернуть? — спросила Кузнецова. — Нет. Мне больше нравятся сверстницы. Следующий день. Я, наверное, никогда настолько много не наблюдал весь день за действиями учителей, которые контактируют с Жуком. А таких немного и, скорее всего, Константин общительный, но вряд-ли экстраверт. По средам физики у нас нет и это немного усложнило мне задачу найти того, с кем у него какая-то конкуренция или просто натянутые отношения. Под кандидатуру попали англичанин, но ему за тридцать и, судя по всему, он примерный семьянин, а также географик, но мне только раз довелось заметить, как они с Константином перекинулись парою фраз. Хотя, я думаю, что это даже хорошо. Я, всё-таки, попросил помощи у третьего человека — Коли. У него Константин Иванович классный руководитель, так что его помощь мне только в плюс. Вот только, зная эту рыжую душнилу, он вряд-ли согласится, если ему всё с порога сказать. Я выловил его после пятого урока, пока шёл на репетицию и тут же спросил, что хочу. — Помощь твоя нужна. С кем Жук из учителей в раздоре? Я думаю, ты можешь знать. — Я-то некоторых подозреваю, только зачем это тебе? — Ты скажи сначала, а я отвечу. — Блять, ну, англичанин и Лера (Валерия Леонидовна). — такие себе кандидаты, если вспомнить, что вторая мне как мать, только крёстная. — А из молодых и не тех, с кем я в близких отношениях? — Ну, я, перед тем, как дежурить вчера, услышал, как Жук с географиком срётся. — Уверен? — Послушав их перед тем, как войти, я понял, что такие ссоры точно не мелкие неполадки. Они не кричали друг на друга, но, думаю, могли бы. — Коль, реально спасибо, проси, чё хочешь! Потенциальная «жертва» найдена. Географию я не особо люблю, но думаю, никогда не поздно притвориться, что она мне интересна. — Ответ. — Тут такое дело, — я перестраховался, оглянувшись, нет ли посторонних в коридоре, — Константин мне нравится, но я заметил, что внимания он на меня не обращает. Короче, я хочу привлечь его внимание через его ревность. Раз. Два. Три. — Гениальный план! Надёжный, сука, как швейцарские часы. Саша, ты конченный? Это вообще не вариант, зачем ты так делаешь? Это самая обычная манипуляция и он вряд-ли на это поведётся. Неужели нет других способов, например, подкатывать, хотя бы? — вот-вот, и он сорвался бы на крик. — А ты чё на меня гонишь? Я, вообще-то уже был в отношениях, в отличии от тебя. — Да, ты был, но один раз и не в здоровых. Ты Димку ревновал к каждой палочке, а он тебя провоцировал к этому ещё и рукоприкладство практиковал. А закончилось всё тем, что мы с Юлей вовремя сказали твоей матери, что вы снова срётесь. Она пришла и, как щенка, из дома выперла его. Если бы он не ушёл из девятого, вы бы уже поубивали друг друга. — уже более ласково добавил: — Я не злюка, просто желаю тебе добра. — Я знаю. — тихо и печально выдал я, отводя взгляд в сторону. Мы разошлись и я пошёл на репетицию, где уже все собрались. Вот только, Лену я среди толпы не разглядел, хотя в школе она была. Неужели решила слинять, чтобы я не разгадал её пиздёшь? Вся эта история с перепиской очень неправдоподобная и мне правда неясно, с чего бы это Лене так спокойно рассказывать мне об этом. Я подошёл к Ане. — Ты, случайно, не знаешь, где Лена? — Ей брата забрать из школы нужно. Это ненадолго. Меня это смутило. — Странно, она так раньше не делала. — Обычно его второй её брат забирал, но он заболел и не пошёл в школу, поэтому Лене пришлось самой. — Ладушки, спасибо. После этого, я всё-таки увидел, как Лена заходит в актовый зал. По её растрепанному виду было понятно, что она очень спешила. С репетиции нас отпустили на двадцать минут раньше, о чём предупредили ещё в начале. Юля уже была уведомлена о нашем с Леной вчерашнем разговоре и знала, что сейчас я пойду проверять достоверность её слов. На этаж я пошёл раньше «соперницы», но при этом позже Константина, когда был уверен, что он в кабинете. У меня, конечно, промелькнула мысль «а нахуя я это делаю?», но ответ пришёл сам собой. Хочется перестраховаться, ведь Константин, вообще-то, должен быть только моим. Я не люблю конкуренцию. Я стоял возле кабинета и в предвкушении ждал Лену, сразу же поставив себе условия, что если через тридцать минут никто не объявится, то я принимаю тот факт, что мне напиздили и весь счастливый иду домой, а если всё же объявится, то лишний раз проверю. Я был более чем уверен, что именно первое и произойдёт. Вот только, со стороны лестницы я услышал цоканье каблуков и тут же отвлёкся от телефона. Она пришла и тут же подошла к двери, глядя на меня. — Честно говоря, я не удивлена, что ты пришёл проверить. — с победной ухмылкой произнесла Лена и вошла. В двери в этот кабинет есть одна прикольная фишка — в замочной скважине есть отверстие, через которое можно увидеть происходящее в кабинете. Конечно же, я воспользовался этим. Присев на корточки, я направил глаз в отверстие и прищурился. Очень мало чего было видно, но это не было проблемой. Я ничего не слышал, только видел. И увидел не самую приятную картину. Жгучее, сжимающее по всему телу и доводящее до слёз чувство, что разбивает тебя внутри и заставляет ощутить себя куском мяса, которым всегда можно воспользоваться, ведь оно не испытывает ничего, кроме удовольствия и наивного доверия. Чувство, что называют обидой, перемешанной с ревностью. Именно этого я и боялся. Тот, кто позаботился обо мне, зашил мои душевные раны, сейчас целует абсолютно другого человека. Целует так, как меня ни разу не целовал. Не знаю, любит ли он её, но мной он воспользовался, и как только я это осознал, сжал рукой свой рот в попытках предотвратить истошный всхлип.