В поисках проклятого меча

      Шаньси распахнул глаза и пару мгновений смотрел в полумрак пытаясь вспомнить где он находится. В голове крутились события вчерашнего дня, и он наконец осознал, что заснул в пещере во время медитации. Его духовные силы оставляли желать лучшего, потому он решил прибегнуть к этому, не самому любимому, методу совершенствования. Теперь тело чувствовало себя намного лучше, да и туман в голове рассеялся, даже раны уже не приносили прежнего дискомфорта. Однако с рукой что-то было не так, в плане силы и движений все было нормально, но вот духовная энергия просто не проходила дальше плеча, а если изредка ей это удавалось, то духовные каналы начали дико болеть и едва ли не искрились.       Костер давно погас, но пещера ещё сохраняла тепло, которое постепенно утекало на окутанную предрассветным сумраком улицу. Шаньси, осознав, что уже наступило утро стряхнул с себя остатки сна и пытался было подняться на ноги, но остановился, ощутив тяжесть на плече.       Сэнь Линь мирно сопел во сне, уткнувшись носом в плотную ткань рубахи шпиона. Сначала Шаньси непонимающе смотрел на адепта, после чего осторожно отодвинул спящего в сторону. Сэнь Линь недовольно заворочался, но не проснулся.       Шаньси быстро поставил барьер и поспешил к хижине, чтобы успеть привести себя в порядок. Он тихонько проникнул в хижину и облачился в ученические одежды. Приличное количество времени провозился собирая волосы в пучок и собираясь с мыслями. Сегодня он намеревался выложится на полную и наконец найти информацию о мече.       Услышав сигнал, оповещающий о начале завтрака, Шаньси отправился в столовую. Все-таки сейчас миска горячей каши это последнее от чего он откажется.       Но стоило ему прибыть на место как, к его непониманию, сотни пар глаз впились в него удивленными взглядами. Шаньси незаметно проверил амулет на шее, оправил одежду, убрал лезущее в глаза пряди волос. Все было в порядке, так почему на него столь пристально смотрели? Чувствовать себя объектом всеобщего внимания Шаньси совершенно не понравилось, но сейчас деваться было некуда. Невозмутимый внешний вид парня, однако ни на миг не дрогнул, и он спокойно занял очередь за едой.       До чуткого слуха тем не менее продолжали доноситься шепотки, а те, кто уже разместился за столами и вовсе не скрывали тему разговора и почти кричали на все помещение.       — Это он?       — Что у него с лицом?       — Интересно, что с ним теперь будет?       Уже понимая, что речь идет о нем, Шаньси тут же выловил последний вопрос из всего шума. Густые, черные ресницы, изящно изогнутые вверх, опустились, скрывая сосредоточенный взгляд. Шпион весь обратился во слух. Но все, словно неразумные говорящие птицы, повторяли одно и то же, только в разных формулировках.       — Бери быстрее, ты тут не один! — рявкнул адепт стоящий на раздаче еды и Шаньси подсуетившись схватил свой поднос.       Найдя отдаленное место, парень поспешил занять его и снова начать подслушивать окружающих. Однако почти все ученики переключились на обсуждение повседневных вещей. Лишь некоторые все ещё смаковали неудачную миссию и дальнейшую жизнь Сэнь Линя, при этом не стесняясь поглядывать на объект обсуждения.       Шаньси с мнимым спокойствием съел свой завтрак, чудом не давясь. После чего вместе со всеми поднялся, сдал посуду, и направился было к дому шисюна Канкая, но внезапно был остановлен одним из учеников.       — Шиди Сэнь, куда ты идешь? Сейчас объявят общий сбор на главной площади, ты обязан быть там.       — Да, этот адепт как раз туда и направлялся…       «День обещает быть тяжелым»       Шаньси послушно пошел за всеми учениками к главной площади. Площадь находилась у главного дворца, а значит сверкала почти неприличной роскошью: высокие колонны из редкого камня поражали своей высотой и искусно вырезанными на них узорами, цветущие магнолии стояли ровными рядами, а каменная плитка на земле была мастерски выложена в виде двух огромных карпов.       Вскоре на площади было и яблоку негде упасть от скопления людей. Гомон стоял невероятный, ученики переговаривались и делились догадками, наблюдая за собирающимися у каменной платформы старейшинами. Наконец к заклинателям вышел сам Цзиньцзы Ляньхуа и шум стих.       Мужчина неприятно поразил всех чрезмерной бледностью и выделяющимися кругами под глазами. Он недолго простоял на ногах, кивком поприветствовав собравшихся, заклинатель прошел к громоздкому креслу, больше похожему на трон. Тин Фэн, внимательно следивший за состоянием главы школы, махнул рукой и к краю платформы вышел один из адептов со свитком в руках. Увеличив громкость своего голоса при помощи духовной энергии, он раскрыл свиток и зачитал написанное.       — Приветствую адептов дворца Цзиньцзы! Темы сегодняшнего собрания: изменение в учебной программе, изменение формирования групп для миссий разного уровня сложности…       Адепт продолжил говорить про изменения, но ученики слушали в пол уха. Такие собрания время от времени проходили во дворце Цзиньцзы, потому никто из адептов не был удивлен. Правда чаще всего такой сбор устраивали если какая-то из миссий пошла наперекосяк и старейшины проанализировав, что пошло не так, вводили изменения дабы ошибки не повторились. Обычно, люди могли только догадываться кто из собратьев не справился с заданием, но на сей раз каждый знал, что послужило этим изменениям. Это была миссия, на которую отправился сам Цзиньцзы Ляньхуа. И с которой вернулся едва живым. Все детали старательно умалчивались, но слухи никто сдержать не мог.       Пока адепт зачитывал информацию со списка, Шаньси начал ощущать нервозность. Если адепты рассуждали о его судьбе, то возможно ли что Цзиньцзы Ляньхуа все узнал? Что адептам вообще известно? Ведь ни Тин Ай, ни глава школы никак не могли узнать, что он притворяется Сэнь Линем.       Шаньси нервозно поправил бинты и посмотрел на Цзиньцзы Ляньхуа. Мужчина почти лежал в просторном кресле подпирая рукой голову. Одежда и прическа были идеальны, чего явно нельзя было сказать о его здоровье. Полуприкрытые глаза смотрели расфокусированным взглядом на толпу, что придавало его уставшему виду несколько надменный оттенок. Словно ощутив чужое внимание Цзиньцзы Ляньхуа посмотрел прямо на Шаньси с пугающей скоростью отыскав его среди тысячи адептов.       Всего лишь на миг взгляд задержался на нем, но Шаньси от этого стало не по себе. Паника уже начала пускать когти в его разум, пытаясь бороться с ней парень начал разрабатывать план побега.       Солнце уже начало припекать к тому моменту, когда адепт закончил озвучивать изменения, а шпион придумал пару вариантов отступления.       «Я могу попробовать взять кого-нибудь в заложники и отойти к выходу, а дальше…»       — Сэнь Линь.       «А если мне повезет? Тогда нужно найти того сплетника и разузнать все, а ночью можно попробовать прокрасться в сокровищницу»       — Адепт Сэнь Линь.       Шаньси вздрогнул и перевел непонимающий взгляд на адепта со свитком, который снова позвал Сэнь Линя.       — Адепт внешнего круга Сэнь Линь, — адепт опустил свиток и принялся вглядываться в толпу. — Где он?       — Не стой столбом, тебя зовут, — раздался голос со стороны.       Шаньси кто-то начал пихать в спину, потом присоединился ещё кто-то, и ещё, и наконец его почти что вытолкнули к каменной платформе. Пара учеников помогли ему забраться на платформу и чинно встали по обе стороны от него. Шпион смог сохранить бесстрастное выражение лица, но нервозность проскальзывала и в движениях, и в напряженном взгляде. Адепт же смерил его оценивающим взглядом и, едва слышно хмыкнув, вернулся к свитку, торжественно возвысив голос:       — За боевые заслуги и преданность ценностям дворца Цзиньцзы, адепт внешнего круга Сэнь Линь повышен до ученика внутреннего круга, и удостоен чести стать учеником мастера Цзиньцзы Ляньхуа!       «Что?»       Толпа разразилась аплодисментами.       «Что?!»       Ученики поднесли ему подвеску в подтверждение его нового статуса. Два карпа, мастерски вырезанные из бело-желтого нефрита, словно застыли, плавая по кругу в окружении облаков. Сверху и снизу подвески крепились крупные, напитанные духовной энергией жемчужины, чарующе переливающиеся на солнце. Дополнял это произведение искусства шнурок из конского волоса, цвета красного, словно пылающий закат. Грива такого цвета была только у диких коней, обитающих на севере, и люди, живущие там относились к ним с почтением, считая их потомками мифических коней цзилян. Иными словами, продав это украшение, простой человек мог бы обеспечить себя до конца жизни!       Осознание этого немного отвлекло Шаньси, но легкое покашливание вернуло его в реальность.       — Шиди Сэнь, прими подвеску… — шепотом сказал адепт держащий поднос с украшением.       Шаньси неловко взял подвеску, потными от нервозности, руками. Адепт же, видя, что его шиди нервничает и не знает что делать, подхватил фальшивого собрата под локоть и отвел в сторонку.       — Сейчас пойдешь в кабинет главы школы и преподнесешь ему чай.       «Да, чайная церемония…»       Шаньси отчего-то подумал о Ши Гуане. Подносил ли он ему чашку чая? Конечно нет… Тогда может ли он вообще считаться его учеником? Будет ли предательством поднести чай другому учителю?       В груди неприятно кольнуло от этой мысли. Но парень тут же отмахнулся от этой мысли. Он сейчас в облике Сэнь Линя, добросовестно выполняет задание, за которое сам взялся.       — Что я должен делать? — поникнувшим голосом спросил Шаньси.       — Я все расскажу и объясню, — адепт повел его к кабинету попутно объясняя все тонкости церемонии.       Через некоторое время отставленный всеми Шаньси стоял у кабинета Цзиньцзы Ляньхуа. Парень то и дело рассматривал коридор, прикидывая в уме планировку здания и думая, как бы половчее можно прокрасться сюда ночью. Но шпион тут же принял благочестивую позу, когда вдалеке показалась изнеможденная фигура Цзиньцзы Ляньхуа в сопровождении главного лекаря. Подойдя к двери глава школы кинул мрачный взгляд на Шаньси, махнул рукой, отпуская лекаря и прошел в свой кабинет.       Шпион молча последовал за ним. Кабинет главы школы нисколько не выбивался из бело-золотой палитры дворца и здесь все так же сверкало роскошью, отчего Шаньси снова почувствовал себя не в своей тарелке. Кабинет был чем-то похож на покои шисюна Канкая, но если у шисюна все было нагружено и чересчур вычурно, то здесь складывалось ощущение, что ты попал к небожителям. Стеллажи с книгами упирались в высокий потолок, на стенах красуются шедевры живописи, белоснежные экраны грамотно разделяют огромное пространство, отделяя библиотеку от рабочего место. Большие окна были приоткрыты и тонкие занавески из газовой ткани легонько колыхались, свежий воздух смешался с запахом книг и легким ароматом лекарств.       Цзиньцзы Ляньхуа поспешил сесть за резной стол и начал массировать виски.       — Посуда и принадлежности на полке…       — Да, господин.       Шаньси взял поднос и осторожно поставил его на маленький столик. В напряженной тишине он принялся заваривать напиток и пока нагревающий талисман кипятил воду, Шаньси смирно сидел на коленях, буравя взглядом пол. Когда же все было готово, парень оценивающе посмотрел на результат, но не смог определить получилось ли у него что-то достойное великого заклинателя. Все же пока что пиком его мастерства были простые отвары и двух-трех лесных ингредиентов.       Шаньси перевел взгляд с готового напитка на Цзиньцзы Ляньхуа, и едва не вздрогнул. Мужчина не двигался, пристально следя за фальшивым учеником. И это нежелательное внимание все же немного пугало Шаньси. Глава школы же приподняв кисть руки подозвал парня к себе.       — Чего замер? Поторопись, мне нужно отдохнуть.       Шаньси взял чашку горячего напитка и на вытянутых руках, с поклоном, преподнёс её Цзиньцзы Ляньхуа. Великий заклинатель небрежно принял чай и через силу отпил немного.       — Гадость…       Шаньси потупил взгляд.       — И все же… — мужчина расслабленно улыбнулся. — Поздравляю с новой жизнью адепт Сэнь Линь.