В поисках проклятого меча

      — Учитель? — Шаньси непонимающе смотрел на Цзиньцзы Ляньхуа.       — Я из другого мира, — снова повторил мужчина, сверкнув безумным взглядом. — Теперь ты знаешь.       Шаньси промолчал, давя в себе липкий страх.       — Мне кажется, что мы с тобой особенные, ты — главный герой, центр этого мира и почти такой же особенный как и я, — Цзиньцзы Ляньхуа взял лицо Шаньси в свои ладони. — Только мы с тобой настоящие, а все другие лишь декорации. Они существуют только для нас.       Парень внезапно понял, что эти слова не для него. Великий заклинатель говорит их самому себе.       «Он настолько пьян? Да что с ним такое?!»       Не переставая думать об этом Шаньси пытался мягко вырваться из стальной хватки.       — Учитель вам нужно отдохнуть…       — Да, нужно, — не отпускал парня Цзиньцзы Ляньхуа. — Но ты ведь на моей стороне? Ты будешь меня защищать? Как тогда на берегу?       — Конечно учитель, — Шаньси готов был пообещать что угодно, лишь бы побыстрее сбежать от безумца.       Он осторожно взял мужчину за руки и повел в сторону кровати.       — Пойдемте, вам нужно немного поспать…       Происходящее напоминало Шаньси какой-то сумбурный сон, всё это просто не может быть реально. Он ведет под ручку великого заклинателя, который либо пьян, либо сошел с ума. Цзиньцзы Ляньхуа же совсем не сопротивлялся и моментально заснул, как только его голова коснулась подушки.       Несколько ударов сердца Шаньси неподвижно стоял возле кровати, боясь разбудить спящего, затем на цыпочках вышел из комнаты. Стоило двери с тихим стуком закрыться, как парень тут же побежал из здания, что есть сил. Ему что-то кричали в след, но Шаньси не останавливался. Неприятная тревога не давала покоя и гнала вперед. Причиной этого чувства был Цзиньцзы Ляньхуа и его пугающе странное поведение.       Остановился парень только, когда оказался в пышном саду раскинутым около дворца. Солнце уже спряталось за горы, на небе начали появляется первые звезды и ветер стал более прохладным. Шаньси уткнулся лбом в шершавую кору стараясь отдышатся и схватить ускользающую мысль.       Вся эта ситуация напомнила ему одну из лекций Ши Гуаня. Когда-то давно демон рассказывал о Юхунь — блуждающих душах. Самых странных существах из когда-либо существующих. Юхунь были словно воздух, неуловимы и невидимы, никто не мог предугадать где они объявятся и никто не знал, чего от них ожидать. Потому их закономерно боялись как люди, так и демоны. В истории было несколько зафиксированных случаев появления этих странных духов, и это только те, кто попался, никому неизвестно сколько их на самом деле. Насколько помнил Шаньси, самый известный случай нападения этих существ произошел с женой Юй Чжицзяна.        Юй Чжицзян был не просто заклинателем, он был главой второй по значимости школы заклинателей на континенте, носившей название «Долина Нефритовых Озер». Когда секта «Парящих журавлей» утратила свое влияние, другие школы начали гонку за главенство. Множество кланов не щадили себя, что бы преуспеть в этом деле, ведь награда явно стоила всех потерь. Победитель получал обширные территории, чем больше территории, тем больше людей на них живет, а значит будет больше заданий по изгнанию темных сил, и, следовательно, больше денег и славы. В начале самые высокие шансы были у «Долины Нефритовых Озер», а дворец Цзиньцзы не внушал никому опасений, так как был хоть и хорошей, но весьма посредственной школой. Однако все изменилось, когда к власти пришел Цзиньцзы Ляньхуа. Под предводительством молодого и амбициозного заклинателя школа быстро нарастила влияние и всего за пять лет стала главным претендентом на самую могущественную школу совершенствующихся на континенте, потеснив при этом «Долину Нефритовых Озер».       Видя это Юй Чжицзян перешел к решительным действиям. С территорией «Долины Нефритовых Озер» граничила гора Шу, названная в честь обитающей там богини. Богиня Шу — одна из немногих небожителей которые остались в Царстве Людей, отказываясь покидать свои владения. И Юй Чжицзян решил, что это хорошая возможность. Никто не знал каким образом он заставил богиню выйти за него замуж. Конечно ходили разные слухи, кто-то говорил, что это была любовь с первого взгляда, некоторые считали, что мужчина обесчестил леди Шу и она вышла за него, чтобы избежать позора, а кто-то говорил будто сама богиня была инициатором брака. Но слухи это всего лишь слухи, настоящая причина и по сей день остается тайной. В итоге брак с богиней закрепил за «Долиной Нефритовых Озер» второе место, так как никому не удалось обойти дворец Цзиньцзы.       После свадьбы супруги Юй почти не разговаривали. А когда у них родилась дочь, Юй Шу и вовсе ушла в уединение, Юй Чжицзян ничуть не возражал. Пока жена была в уединении, мужчина обзавелся двумя красивыми наложницами и наслаждался жизнью. Это продолжалось долгие восемь лет. Но в один день у Юй Шу случилось искажение Ци. Школа «Долины Нефритовых Озер» славилась изготовлением ядов и она же обладала лучшими лекарями на континенте. Потому им не составило труда спасти госпожу Юй, а когда она очнулась случилось невероятное. Женщина не только потеряла память, но и будто стала другой личностью. Вместо холодной и высокомерной богини теперь была словно вышедшая из сказки невероятно добрая и сострадательная небожительница. Она за короткое время очаровала всех в школе и люди уже не захотели помнить, что когда-то их госпожа была другой. Юй Юнхуа, дочь Юй Шу, наконец обрела мать о которой всегда мечтала, для завершения картины идеальной семьи не хватало только отца. Юй Чжицзян дольше всех не поддавался очарованию новой жены, но в итоге он полюбил её сильнее всех людей вместе взятых. Глава «Долины Нефритовых Озер» лично убил своих наложниц, чтобы показать, как сильно он дорожит своей драгоценной Юй Шу. Счастье милой семьи длилось почти десяти лет. Пока кто-то не заподозрил, что в госпожу Юй вселился Юхунь. И тогда началась едва ли не массовая паника.       Юхунь боялись ещё и потому, что в отличие от темных духов, вселяющихся в живых существ, их невозможно было ни вычислить, ни изгнать. Хоть эти существа и утверждали, что являются людьми, все же они были незнакомыми и пугающими. Юй Шу созналась только под пытками и в тот же день было принято решение о её казни, не смотря на отчаянные мольбы Юй Чжицзяня о помиловании. Перед тем как Юй Шу отрубили голову она клялась своей жизнью, что не имела и тени злого умысла, что попала сюда не по своей воле, но это было уже не важно. Хоть настоящая Юй Шу и не была подарком, но все же она была своей, а от новой никто не знал, что ожидать, несмотря на всю её доброжелательность. Все же знакомое зло лучше незнакомого.       Это был самый известный случай нападения Юхунь. После этого Юй Чжицзян так и не смог оправится от горя. Через он год покончил с собой и этим поступком ещё больше укрепил в умах людей мысль, что Юхунь — это зло.       Вспомнив эту историю Шаньси начал подозревать, что место Цзиньцзы Ляньхуа тоже занял Юхунь. Но через мгновение прикрыл лицо ладонью.       «Совсем с ума сошел, ну выпил человек, ну стал немного неадекватным, может он всегда таким был, мне-то какое дело? О себе думай дурень!»       — Шиди Сэнь?       Шаньси вздрогнул всем телом оборачиваясь на источник звука. Ему сейчас совсем не до разговоров. Он уже хотел грубо отослать этого человека, но замолчал увидев кто это был. В тени деревьев, среди кустов роз стояла Тин Ай. На ней было простое белое платье, густые черные волосы заплетённые в косу, лежали на плече, а на бледном лице сияла слабая улыбка.       — Шицзе Тин? Что вы здесь делаете? — Шаньси ещё больше занервничал.       — Вышла прогуляться, — девушка осмотрела собрата с ног до головы отмечая его взволнованное состояние. — Может присядем?       — Прошу меня простить шицзе Тин, но этому ученику пора… — попытался уйти шпион, но Тин Ай взяла его за руку и потянула за собой садясь на поваленное бревно.       — Не волнуйся ты так, — легко посмеялась заклинательница. — Эта сестрица просто хочет узнать, как у тебя дела, эта сестрица слышала, что ты подрался с шисюном Канкаем.       — Да, не знаю, как так получилось, — замялся Шаньси уставившись в землю.       — Просто не обращай внимания, он очень вспыльчивый, но теперь он не посмеет тебя обижать.       — Это было бы славно…       Несмотря на своё недоразвитое сопереживание Шаньси всё же заметил, что Тин Ай выглядит подавленной. Собственные переживания незаметно отошли на задний план. Парень сцепил подрагивающие руки в замок и прочистив горло неуверенно спросил:       — Ш-Шицзе Тин в порядке?       — Конечно, — улыбнулась Тин Ай.       Шаньси кивнул, но не нашел что ответить, и они неловко погрузились в тишину вечернего леса. Стрекотали насекомые, прохладный вечер играл в пышных кронах деревьев лаская слух шелестом зеленых листьев.       И вдруг Тин Ай тяжело вздохнула:       — Ты уже десятый кто спрашивает меня об этом…       — Десятый? — Шаньси сначала удивился, но потом понял, что это логично, однако почему девушка выглядит такой подавленной.       — Я устала… Я хотела стать героем, примером для подражания, но сейчас получаю только взгляды полные жалости, — девушка была так расстроена, что отбросила все формальности.       Все адепты выражали сочувствие главной красавице школы говоря обтекаемыми фразами. Но были и такие, кто злорадствовал, маскируя колкости и издевки под искренние беспокойства. Тин Ай многих раздражала из-за своей красоты и высокого положения, и теперь недоброжелатели были безумно рады такому провалу «зазнавшейся» девушки. И она разумеется это чувствовала, однако оказалось, что жалость может быть хуже ненависти.       Шаньси не знал, что на это ответить, но Тин Ай продолжила, наконец-то найдя в его лице долгожданного слушателя, знающего, что произошло на той миссии. Девушка чувствовала, что шиди Сэнь выслушает её и не будет смеяться или осуждать.       — Не понимаю за что мне это… я ведь хотела помочь…       — Ну… — Шаньси думал, говорить ли о случае из своей жизни, чтобы попытаться утешить девушку или же воздержатся от этого, но увидев состояние Тин Ай все же решился: — Когда этот… жил в деревне, в реке завелся водяной гуй. Мы с … одним человеком решили избавится от него и этот ученик решил, что эффективнее будет нырнуть в воду. Не буду рассказывать всё, но в итоге из-за моей оплошности тот человек не чуть не пострадал. Я тоже хотел помочь и мне тогда просто несказанно повезло, что ничего серьезного не случилось…       — Как и мне на том задании, если бы не ты, даже не знаю, что бы со мной было, — девушка с благодарностью посмотрела на Шаньси.       — Думаю, что шицзе Тин получила хороший урок, если повезло однажды, то не значит, что повезет ещё раз, — попытался пофилософствовать шпион.       — Мгм, — Тин Ай не совсем поняла, что хотел этим сказать парень. — И, разумеется, важно учится на своих ошибках, сколько раз я уже это слышала, не сосчитать.       — Да, учится на ошибках это важно, но этот ученик думает, что намного важнее двигаться дальше, если будешь боятся сделать шаг вперед из-за одной ошибки, считай с тобой покончено.       — Но эти взгляды… не могу… мне хочется спрятаться в своей комнате и никогда не выходить, — девушка закрыла голову руками, пытаясь спрятаться от неприятных воспоминаний.       — Шицзе, этот все понимает, но не думает, что у тебя есть иной выход, если шицзе хочет стать великим заклинателем ей придется научится жить с жалостливыми и презрительными взглядами.       Тин Ай посмотрела в даль, размышляя над словами парня.       — Ты говоришь правильные вещи, но мне нужно время, чтобы обдумать твои слова, — наконец сказала она. — Однако в кое-чем я уверена уже сейчас.       — В чем же?       — Ты был прав шиди, я могу оказаться в опасности, из которой только я могу спасти себя.       Шаньси с легкой улыбкой смотрел на воспарявшую духом Тин Ай.       — Надеюсь такие ситуации будут редко случатся с шицзе Тин.       — Я тоже на это надеюсь, — Тин Ай тихонько посмеялась. — Мне пора шиди, поговорим завтра.       — Да, доброй ночи шицзе, — Шаньси поводил ногой по траве, приминая её. — Шицзе?       — М?       — Учитель сказал принести завтра один артефакт из сокровищницы, но этот все ещё чувствует себя неуютно, не могла бы шицзе Тин сходить со мной?       — Конечно шиди Сэнь, — с теплой улыбкой согласилась Тин Ай. — Спокойной ночи.       — Мгм, — помахал ей в след Шаньси.       «Если я пойду с Тин Ай, мне будет легче выкрасть меч»       Шаньси ещё немного посидел на бревне смотря на звезды через густую листву.       «Пора идти, нужно ещё переписать книгу»       Дом встретил его ожидаемой тишиной, Шаньси закрыл входную дверь и прошел к кладовой.       — Сэнь Линь, я вернулся, подожди немного, сейчас я тебя выпущу.       — Ну наконец-то! — стоило Шаньси отпереть дверь, как его чуть не снес ураган в лице Сэнь Линя кинувшегося в отхожее место. — С дороги!       Шаньси пожал плечами. Он хотел было отправится за адептом и сторожить чтобы Сэнь Линь не сбежал, но вдруг его взгляд зацепился за лежащую на полу бумагу. Наверное, потрепанный, сложенный в двое листок сдуло порывом воздуха, когда парень зашел в дом. Шаньси молча поднял записку, разворачивая её и читая написанное. Брови Шаньси сначала поднялись вверх, а затем нахмурились, пока глаза гипнотизировали размашистые иероглифы. Ему был знаком этот почерк… Очень знаком… Тело замерло, даже, казалось, сердце на миг остановилось.       — Ву-ух, — шпион вздрогнул от звука, понимая, что пока он стоял с этой запиской Сэнь Линь закончил свои дела и сейчас отряхивал руки после мытья. — Это что?       — Да, так… — пожал плечами Шаньси и повернулся лицом к адепту с красноречивым взглядом.       — Что? Нет… — возмутился и наигранно захныкал Сэнь Линь. — Я же только вышел! Ты тиран!       — Прости, — неловко ответил Шаньси.       — Ай! Иди ты! — Сэнь Линь не прекращал ругаться даже когда закрывал дверь кладовой. — Долго не задерживайся! Я есть уже хочу!       — Мгм…       Шаньси подпер дверь кладовой и вышел из дома продолжая сжимать в руке помятую записку с одной единственной строчкой: «Жду тебя у границы барьера».