В поисках проклятого меча

      — Что-то не так шиди? — попыталась улыбнутся Тин Ай.       — Что шицзе задумала? — севшим голосом спросил Шаньси.       — Эта ученица не понимает о чем шиди говорит…       — Шицзе… отдай пожалуйста то, что у тебя под подушкой, — парень старался говорить твердым, спокойным голосом.       Тин Ай запихнула петлю под подушку.        — Уходи! — её злой голос заставил Шаньси вздрогнуть. — Если ты и правда мой друг, то сделай вид будто ничего не заметил!       — Это не выход!       — Это единственный правильный путь! Взгляни правде в глаза — моя жизнь окончена! Лекари сказали, что сделали все что могли, даже мощный артефакт едва ли сможет это исправить! Моим друзьям неприятно даже находится со мной в одной комнате, отец едва ли не плачет, если меня не станет, то им всем станет легче.       — Не станет! — Шаньси протянул руку к подушке. — Отдай!       — Нет!       Завязалась борьба, Шаньси мертвой хваткой вцепился в импровизированную веревку для повешения. Тин Ай зарыдала, но не смела разжать руки видя свое решение единственно верным.       Снаружи послышался шум, однако ни Тин Ай, ни Шаньси, к сожалению, не обратили на это внимание занятые своим спором.       Наконец шпион вырвал из рук девушки петлю и как раз в этот момент распахнулась дверь. Отряд вооруженных адептов ворвался внутрь. И они застали сцену, которая их ужаснула: валяющийся на полу сдернутый полог, плачущая изуродованная сестрица и Сэнь Линь с петлей в руках. Первое, о чем все подумали, это о том, что Сэнь Линь хочет убить свою шицзе.       — Отойди от неё предатель! — закричал один из адептов наставив оружие на шпиона. — Что ты сделал с шицзе, ублюдок?!       — Что? Нет… Я ничего не… — попробовал оправдаться Шаньси.       — Вы не так поняли, — заступилась за Шаньси Тин Ай, но договорить ей не дали.       — Шицзе! Это был он! Он напал на тебя! Он предал нас всех!       Адептам явно было нелегко смотреть на Тин Ай, но по их мнению виновник её бед стоял прямо перед ней.       — Нет же, шиди не мог… — Тин Ай не оставляла попыток объяснить ситуацию, хотя сама сгорала от стыда из-за того что собратья увидели её такой.       Адепты же списали её слова на шоковое состояние и пара самых крепких из них направилась в сторону Шаньси. Парень отскочил назад, но не успел он и глазом моргнуть, как расторопные ученики дворца быстро скрутили его.       — Предатель! Увести его!       Шаньси обреченно понял, что это конец и осмелился лишь бросить полный вины взгляд на Тин Ай.       — Да послушайте же! Это все какая-то ошибка! — Тин Ай соскочила с постели, почти сразу же падая на колени, бинты на лодыжке тут же пропитались кровью.       Тин Фэн в один миг подскочил к дочери, обеспокоенно смотря на неё. Затем его полный ярости взгляд метнулся к замершим адептам, которые уже связывали Шаньси.       — Уведите его прочь! — разъяренно закричал старейшина и его рык немало напугал учеников, которые впервые видели его в таком состоянии, но их заминку мужчина расценил иначе. — Да чего же вы медлите?! Хотите поглазеть на мою дочь?! Пошли все вон! Если поползут слухи, то я вас закопаю вместе с этим мерзавцем!       Адепты отмерли, на почти спотыкающихся ногах уводя преступника. Обернувшись, Шаньси посмотрел на Тин Ай и до его ушей сквозь крики и ругательства учеников донесся разговор девушки с Тин Фэном.       — Отец, это не он, он ничего не сделал… он не мог такого сделать! — не успокаивалась Тин Ай вцепившись в ханьфу отца и видя в нем единственное спасение для друга.       — Сяо Ай… этот подонок тебя обманывал все это время! — со слезами на глазах Тин Фэн обнял дочь укрывая её от всего мира. — Втерся к тебе в доверие, обманул тебя, изуродовал, но и этого ему было мало, сейчас он пришел убить тебя как и Канкая Туди.       Глаза Шаньси распахнулись.       «Канкай Туди мертв?! Но я совершенно точно не убивал его! Что происходит?!»       В один миг школа совершенствующихся наполнилась гулом тысячи голосов. Адепты разных статусов выходили на улицу побросав свои дела, все были шокированы ужасными новостями. В их дворец проник шпион, и не просто шпион, каких время от времени подсылали другие школы и секты, нет, этот тип в глазах общества был подобен демону. Темный дух что плутал среди учеников не вызывая подозрений, тот что зверски изуродовал добрую Тин Ай, тот что убил единственного сына великого Канкай Луна! Даже доподлинно неизвестно сколько бед принесло это зло во плоти.       Стоило Шаньси выйти из лекарского крыла как его оглушили яростные, надрывные крики людей со всех сторон.       — Сдохни мразь!       — Убейте его!       — Казните его! Отрубите голову!       Это были ещё самые мягкие слова, донесшиеся до Шаньси, и в конце концов все они сплелись в одну фальшивую песню полную ненависти. Но парень слышал их будто через толщу воды. Голова шпиона мотнулась в сторону — кто-то кинул в него камень попадая прямиков в скулу, боль расползлась по правой части лица, но её быстро перебил удар чуть выше виска. Шаньси низко опустил голову стараясь спрятать хотя бы лицо, иначе ходить ему с одним глазом как Дуяню. Самые меткие адепты дворца с нездоровым азартом закидывали его всем что под руку попадется.       Стражники держащие Шаньси не препятствовали вымещению агрессии, по ним же не попадают и ладно, они только следили, чтобы преступник оставался живым и способным говорить.       Где-то в глубине души ученик демона знал что этим все и закончится, но все равно решил действовать. Упрямство сгубило его… Это конец… Даже если ему удастся выбраться отсюда живым, в будущем его не ждет ничего хорошего. Учитель прогонит его и никогда больше не захочет видеть и что ему тогда останется? У него больше ничего нет, так что без разницы будет ли он казнен здесь или позже сам умертвит себя. Все равно в конце концов итог будет один.       Темница, куда стражники вели Шаньси, находилась на самых нижних этажах и славилась своей неприступностью. Множество энергетических массивов, сотни сдерживающих и подавляющих заклинаний, кандалы и решетки из самого прочного металла лишали узников любой надежды на побег.       Хоть дворец Цзиньцзы и обладал столь ужасающим местом, оно почти всегда пустовало. В зависимости от проступков учеников дворца либо казнили, либо ломали духовные каналы, лишая возможности и дальше идти по пути заклинательства, а затем изгоняли из школы. С демонами и темными совершенствующимися разговор был коротким, казнь без шанса на помилование. А значит Шаньси не смел даже думать о пощаде.       Его бросили в одну из камер, защелкнув на руках кандалы, приковывая шпиона к стене. Шаньси даже не сопротивлялся, из темницы самому все равно не сбежать.       Парень закрыл глаза опуская голову, выбившиеся из прически пряди скрыли лицо.       «Это действительно конец… Может это даже и к лучшему…»       Шаньси со всей силы откинул голову назад ударяясь о стену. Новая боль волнами растеклась по голове, но вместо стона парень раздраженно втянул воздух.       «Учитель не воспитывал меня тряпкой! Если я даже от такой мелочи готов опустить глаза, то как я стану генералом?! Хватит жалеть себя! Ничтожество! Как ты Учителю в глаза-то смотреть будешь?! Что ты ему скажешь?! Меня бросили в темницу, и я послушно жду спасения или смерти, тут уж как повезет? Бред»       Шаньси обвел взглядом камеру, осмотрел кандалы, попробовал пустить духовную энергию, она всё ещё ощущалась в теле, но совершенно не подчинялась.       «Я выберусь отсюда… Меч уже вряд ли достану, но зато Учитель не будет тратить время на мое спасение! Если конечно он вообще решит меня спасать… Но тогда тем более нужно выбираться самостоятельно!»        Кандалы были из особого сплава, который Шаньси не смог распознать, и замыкались на ключ. У парня при себе сейчас не было ни оружия, ни чего-нибудь более-менее похожего на отмычку. Разве что… нефритовая заколка, которая вряд ли подойдет, но попробовать можно.       Шаньси затряс головой, пытаясь стряхнуть с волос простую корону и заколку держащую её. Как на зло этим утром он постарался с прической на славу, почти половина волос выбились, однако корона словно приросла к волосам. Но упорства парню было не занимать, пусть со стороны и выглядел так, будто одержим злым духом или сошел с ума. Извиваясь и так, и этак, и терпя исходящую от ран боль, которую вызывали его дергания, Шаньси все же смог сбить корону, ценой пряди вырванных волос. Изящный предмет упал на каменный пол, а Шаньси тяжело дышал, сжимая в зубах нефритовую заколку с собственными волосами в придачу.       Не теряя времени зря, парень поудобнее перехватил украшение и потянулся с ним к закованной руке. Острие заколки только вошло в замочную скважину, как вдруг раздался тихий голос.       — Ничего не выйдет.       — Попытаться все равно стоило, — буркнул Шаньси, только сейчас обращая внимание на человека.       Глава школы, великий Цзиньцзы Ляньхуа, собственной персоной стоял перед решеткой. Богатое одеяние безупречно, волосы убраны волосок к волоску, в руках дорогой веер, лицо пугающе безэмоционально. Казалось бы такой господин будет выглядеть инородно в стенах грязной, мрачной темницы, где царят боль и отчаяние, но он напротив до странного органично смотрелся в этом месте. Может дело было в глазах великого заклинателя, Шаньси не очень хорошо читал эмоции, однако сейчас ему казалось, что перед ним не человек, а кровожадный тигр, как-то сумевший влезть в человеческую кожу. Даже Ши Гуань не вызывал в парне таких ассоциаций, хотя доля звероподобности в нем присутствовала.       Стражник, пришедший с главой школы открыл дверь давая Цзиньцзы Ляньхуа зайти внутрь. С каждым его шагом Шаньси ощущал, как спина покрывается мурашками и неприятно напрягается живот, как легкие вдыхают меньше воздуха, словно желая сделать присутствие своего обладателя незаметнее, сердце же предательски стучит громче, приманивая хищника в людском обличие.       — Как же ты мог так поступить со своим учителем А-Линь… — печально произносит Цзиньцзы Ляньхуа изящно опускаясь перед Шаньси. — Разве Учитель не обещал тебе все сокровища мира в обмен на верность.       — Простите… У-Учитель, — рефлекторно выдавил Шаньси.       — Простить? Но мой ученик столько всего натворил, этот Учитель просто обязан наказать его.       — Глава школы, — в темницу вошел высокий мужчина жуткой наружности. — Мы все подготовили.       Цзиньцзы Ляньхуа кивнул и поднялся на ноги, стражники же открепили кандалы от стен и повели Шаньси по темному коридору. Позади величественно брел глава школы то и дело поджимающий губы при виде засохших капель крови на полу, которые остались от прошлых жильцов этого места.       Наконец коридор закончился и Шаньси грубо втолкнули в комнату за массивной железной дверью. Подняв голову, парень обвел помещение взглядом и невольно сглотнул вязкую слюну, в нос ударил запах крови, пота и гнили. На стенах висят различные приспособления, вызывающие дрожь одним своим видом, громоздкие деревянные сооружения занимают едва ли не половину пространства, на столах в безукоризненном порядке лежат различные инструменты, зловеще поблескивая в свете факелов.       Стражники раздели Шаньси до пояса и подвесили за руки. Цзиньцзы Ляньхуа окинул пленника цепким взглядом и обратил особое внимание на покоящийся на шее амулет.       — Что это? — кончиком веера мужчина подцепил предмет.       Стражники не посмели не ответить на вопрос главы школы, потому подошли поближе, тоже рассматривая артефакт. Один из них нахмурился.       — От него исходят странные эманации.       — Странные? — Цзиньцзы Ляньхуа убрал веер и чуть отошел назад.       — Вы разве не чувствуете? — пожал плечами второй стражник. — Эта вещица явно сделана демонами, от неё лучше избавится.       И одним резким движением веревка была разрублена, амулет с тихим стуком упал на каменный пол. Сперва ничего не происходило, но затем лица праведных заклинателей вытянулись от удивления видя как меняется «Сэнь Линь».       — Амулет меняющий внешность, — присвистнул стражник. — Неплохо.       Оба заклинателя вели себя как обычно, будучи уже привыкшими к такого рода фокусам, их больше занимали предстоящие пытки и только глава школы застыл изваянием во все глаза смотря на незнакомца.       — Глава, что нам с ним сделать?       Словно очнувшись ото сна Цзиньцзы Ляньхуа чуть повернул голову в сторону подчиненных, но при этом и не думал сводить взгляд с Шаньси.       — Что?..       — Ну, как нам выбить из него признание, какие пытки использовать?       — Это… Я… — великий заклинатель отвел глаза в сторону. — Это…       — Глава школы вы в порядке?       — Разве пытки не бесчеловечны? — тихо спросил Цзиньцзы Ляньхуа.       — Бесчеловечны? — стражник приподнял брови. — Глава школы что с вами? Мы всё понимаем, возможно вас шокировало то, что эта сволочь прикидывалась вашим любимым учеником, но тогда мы должны ещё больше постараться, чтобы эта крыса рыдала кровавыми слезами за свой обман!       — Тогда… — веер раскрылся с тихим щелчком, словно создавая фантомную защиту для хозяина. — Что… Что вы предлагаете для начала?       Судя по лицу стражника его удивила подобная реакция, но он послушно принялся перечислять наилучшие варианты пыток, одна безжалостнее другой, с каждым словом воодушевляясь всё сильнее. В противовес ему Шаньси обреченно прикрыл глаза, а Цзиньцзы Ляньхуа бледнел все больше и больше.       — Так что вы выберете?       — Плеть… — бесцветным голосом сказал Цзиньцзы Ляньхуа, заметив выжидающий взгляд стражника неуверенно добавил, подавляя тошноту: — Это для начала…       — Сделаем! — мужчина жуткой наружности снял со стены плеть, придирчиво осмотрел её и удовлетворённо кивнул. — Глава школы не желает нанести первый удар, дабы выпустить пар?       Цзиньцзы Ляньхуа смотрел на плеть как на ядовитую змею.       — А если… этот случайно убьет пленника? — слабым голосом ответил вопросом на вопрос заклинатель, словно прощупывая почву.       — Ну и что с того? Правда нужно сначала вытянуть у него сведения, а потом его все равно казнят.       После этих слов изящная рука неуверенно потянулась к плети.