Демиан

      Серые тучи медленно, но угрожающе затягивали небо недавно такое ясное. Небольшой оркестр старательно играл свадебный марш. Демиан стоял в арке цветов в тесном свадебном костюме, застёгнутом на все пуговки, идеально отутюженном, и смотрел вперёд. Вперёд и выше — в небо, мрачнеющее с каждой минутой, как и сам юноша. Он знал, что если опустить взгляд чуть ниже, то непременно увидит её, идущую в белом свадебном платье под руку со своим отцом, дрожащую от волнения и восторга. Не хотелось.       Но мгновение, и она уже стоит рядом, всё так же волнуясь и сияя от своего невинного восторга. Что-то бормочет священник, перелистывая страницы. Демиан не слушает, смотрит на гостей — там, где-то среди обезличенных персонажей сидит он — высокий, стройный, прямой и упругий, словно струна, темноволосый и бледный, как всегда, в своём чёрном пальто, как всегда, смотрит внимательно, словно в душу и глаза у него из карих будто в красный отливают, красиво так…       — Нет… — не отрывая глаз от Виктора пробормотал юноша на вопрос священника о согласии.       Невеста испуганно вцепилась в его руку, дрожа уже от страха и стыда.       — Демиан, милый, повтори громче, пожалуйста, — пробормотала она, дрожа даже улыбкой.       Юноша развернулся к ней и священнику.       — Я сказал: «Нет», — произнёс он уже достаточно громко, чтобы позади раздались возмущённые вздохи.       Юноша высвободил свою руку из хватки невесты, вновь отыскал в толпе Виктора и поспешно направился к нему, оставив несчастную у алтаря.       Шаг, ещё один, и вот уже почти удаётся ухватить протянутую Виктором руку, но будто из неоткуда вдруг перед Демианом возникает фигура отца.       — Ты что тут вытворяешь?! — шипит фигура.       — Ты прекрасно знаешь что! Я не хочу этого брака! И ты прекрасно знаешь почему! — Демиан говорил громко и напористо, сам удивляясь своей смелости перед отцом.       — Потому что ты больной! Ты неадекватный, ты позоришь меня и мать перед людьми. Брак быстро поставит всё на свои места в твоей голове больной. Как до тебя дойти не может?!       Демиан не слушал больше, плечом он оттолкнул отца и подошёл к Виктору.       — А-а, — раздалось из-за спины, — вот он, змей искуситель. Он тебе эту дурь в голову вбил?! Ну ничего, мы сейчас мигом всё выбьем. К алтарю, как миленький побежишь!       — Идём отсюда, Виктор, — умоляюще протянул Демиан.       Шаг. Ещё. Выстрел.       Демиан медленно обернулся на Виктора, отпустившего руку. Тот спокойно смотрел на сквозную кровоточащую рану на своей груди.       — Прости, кажется, далеко мы не уйдём, — проговорил он так же спокойно, подставив ладони под истекающую кровью рану.       — Виктор? — испуганный его спокойствием Демиан подошёл ближе.       Ван Арт улыбнулся, провёл по кровавому пятну большим пальцем, шагнул ещё ближе к Демиану, тем же большим пальцем провёл по его нижней губе, оставляя кровавый отпечаток.       — Попробуй, вкусно, — с каким-то невероятным удовольствием улыбнулся он.       Демиан облизал нижнюю губу, размазав по ней кровь, проглотил, привкус железа остался во рту.       — Плохо, — пробормотал Ван Арт и склонился к его лицу, — не упускай ни капли.       Мучительно медленно он слизал остатки крови с губ юноши и, углубив поцелуй, языком проник глубже через десна и зубы, удостоверяясь, что всё останется на языке Демиана…       Глубоко и судорожно вдохнув Демиан широко распахнул глаза. Знакомые тёмные обои и рояль посреди гостиной, он был в поместье Виктора.       — Кошмар приснился? — спросил Ван Арт, сидевший рядом на той же софе, оторвавшись от книги.       — Д-да… Кошмар, кажется… — пробормотал Ван ден Берг, потирая глаза.       Виктор почему-то улыбнулся:       — Поделишься?       — Ты сошёл в нём с ума и почти умер, — немногословно ответил Демиан, нервно усмехнувшись.       — Как умер? — Виктор прикрыл книгу, лёгкая загадочная улыбка не сходила с его лица.       — Вот так. Обыкновенно. Тебя продырявили! — недовольный резким пробуждением и его причиной Демиан рассуждал так же недовольно, что очень забавляло Ван Арта. — Здесь, — угрюмо добавил он, потирая себя по груди.       — Чем убивали?       — Револьвером.       — Обычным?       — Ну да… Наверное. Что за вопросы? — Демиана раздражало, что Ван Арт заставляет вспоминать его все эти ужасные подробности.       — Не возьмёт, — какой-то своей мысли улыбнулся Виктор и перевёл глаза обратно в книгу.       — Что? — проговорил Демиан, не понимая к чему вообще этот разговор. — Стоп, Виктор, который час?       Ван Арт поднял глаза на часы с маятником, стоявшие в другом конце зала.       — Без пятнадцати минут девять, — проговорил медленно и спокойно, наблюдая, как глаза Демиана расширяются от испуга. — А что? Ты торопишься?       Демиан подскочил с места и судорожно начал искать свое пальто.       — Чёрт, совсем из головы вылетело, — ворчал он себе под нос, мечась из стороны в сторону. — Да где же оно?!       — Демиан, оно прямо позади тебя, — невозмутимо перелистывая страницу, проговорил Ван Арт.       Юноша поспешно натянул чёрное пальто, подбежал к зеркалу, поправил воротник и волосы и, тяжело выдохнув, обратился к Виктору:       — Сегодня приезжает моя… невеста моя… — недовольно буркнул Демиан и отвёл глаза.       Виктор закрыл книгу и отложил её в сторону. После секундного замешательства произнес:       — Невеста? Так ты помолвлен? — Ван Арт смотрел вперёд в окно, за которым уже смеркалось, не искал взгляда юноши.       — Да, к моему несчастью. Нас помолвили родители, когда мы были ещё детьми. Выгодный союз и прочая чепуха.       Ван Арт молчал, однако слова Демиана его немного успокоили. Мысль о том, что в этой помолвке не было его инициативы успокоила Виктора настолько же, насколько и расстроила; он начинал понимать, насколько в действительности затруднительно положение юноши.       — Родители пригласили её повидаться, — вдруг начал Демиан, — «нужно поддерживать связь будущих супругов, они должны больше общаться», — спародировал юноша кого-то из них.       В комнате снова повисло сухое молчание.       — Виктор! — юношу вдруг словно осенило, он подбежал к софе и сел перед мужчиной на корточки, заглядывая ему в лицо. — Пойдём со мной, пожалуйста.       — Как я могу так внезапно заявиться в твоём доме, ещё и когда к тебе приехала твоя невеста? — Виктор строго посмотрел на Демиана, сидящего перед ним почти на коленях и строящего самый умоляющий взгляд.       — Почему внезапно? Я приглашаю тебя, — возмутился юноша. — Виктор, прошу, я не переживу эту компанию в одиночестве, — осторожно юноша обхватил пальцами его холодные ладони, лежащие на коленях.       Ван Арту нужна была ещё секунда внимания этих голубых глаз, чтобы согласиться на всё, что попросит Демиан.       — Ладно, — говорит он сухо.       Юноша улыбается будто всем своим существом и радостно оставляет секундный поцелуй на тыльной стороне ладони Виктора.       Стемнело. На улице прохладно и влажно, от недавно прошедшего осеннего дождя. По воде озера, у которого шли молодые люди, проходила мелкая рябь. Жёлтые, красные, оранжевые листья деревьев срывались порывистым ветром, падали в воду и плыли, кружили лениво по её поверхности.       Виктор взглянул на Демиана — он шмыгал покрасневшим носом и глубже кутался в своё пальто.       — Кстати, Виктор, — вдруг проговорил он, — почему ты еще не женат? У тебя есть своё поместье, ты красив, молод, состоятелен, неужели нет ни одной достойной кандидатки?       Ван Арта обидел этот вопрос. И вроде бы обижаться не на что, но слышать это от Демиана ему было неприятно.       — А откуда ты знаешь, что нет? — Виктор решил ответить тем же.       Вообще сегодняшний вечер до сих пор его только расстраивает. И вопрос Демиана про женитьбу ни сколько не улучшил его настроение.       Юноша опустил взгляд, неловко уставился себе под ноги, промямлил:       — Ну, ты ничего не рассказывал об этом… — кажется, он сам уже был недоволен тем, что задал этот вопрос.       — Так и ты про свою невесту мне до сегодняшнего дня ничего не рассказывал, — съязвил Виктор.       — Тебя это задело?       Виктора этот вопрос поставил в тупик. Да, задело. Но что именно? Факт наличия у Демиана невесты или то, что он об этом так долго умалчивал? А так ли долго, ведь они знакомы всего пару месяцев… А даже если и есть эта невеста, то что с того? Даже если допустить, что где-то внутри проснулась какая-то привязанность, какая-то симпатия, то что обидного в этой самой невесте, если Демиан её даже не выбирал?       Виктор молчал, ища причину, а Ван ден Берг вдруг расплылся в довольной улыбке:       — Или ты ревнуешь, Виктор? — протянул он, заглядывая в лицо мужчины.       Ван Арт отвернулся, избегая вездесущих голубых глаз. Ему отчетливо казалось, что он краснеет, будто его щёки снова могут наливаться кровью.       — Ревность? Я не испытываю ревности, мне это не свойственно, — проговорил он строго, но, кажется, Демиан всё уже понял.       Юноша рассмеялся и ступил перед Виктором, заставляя его остановиться:       — Нет, Виктор, ты именно ревнуешь!       — Демиан, я прямо сейчас могу развернуться и уйти, — Ван Арт говорил строго.       — Ладно-ладно, прости, — Ван ден Берг поднял руки в примирительном жесте, и молодые люди продолжили дорогу. — Ты покраснел, — улыбнулся Демиан, пряча лицо в воротник пальто.       Виктор коснулся щёк, проверяя их температуру — как всегда холодные.       — Шучу-шучу, — улыбнулся юноша, наблюдая за его действиями.       — Безобразник, — Ван Арт наконец улыбнулся.       Между тем поместье Ван ден Берг уже предстало перед ними в своем минималистичном великолепии. По сравнению с мрачным, местами готичным поместьем Ван Арта, это казалось светлым, но будто менее проработанным. Поместье — коробка с небольшими выступающими колоннами и невысокой крышей.       Сердцем этого всего, несомненно, был сад. Большой и пышный он раскинулся вокруг поместья. Виноградные лозы оплетали колонны и окна. Казалось, ещё немного, и это зелёное великолепие поглотит несчастное здание, но бдительные садовники внимательно следили, чтобы этого не произошло. Однако же зелёным оно было летом, сейчас листья опали, и поместье без своего сада выглядело голым.       — С возвращением, господин Ван ден Берг. Добро пожаловать, господин Ван Арт, — произнёс дворецкий, распахнув дверь.       Молодые люди перешагнули порог. За столиком около камина в глубине зала сидели двое: одна из них непременно была Эвелин, мать Демиана, её ровный, стройный стан всегда видно из далека, а вторая, кажется, и была той самой невестой.       — Чёрт, приехали раньше нас… — прошептал Демиан Виктору, — отец убьёт.       Юноша натянул на себя вежливую улыбку и, потянув Виктора за собой, направился к камину.       Ван Арт чётко заметил резкую перемену в лице девушки, когда та увидела Демиана. Грустные янтарные глаза тут же повеселели, она поднялась с кресла и шагнула навстречу. Виктору в какой-то момент показалось, что её непослушные волнистые волосы повыпрыгивали из прически от радости этой встречи. Ему даже на мгновение стало жаль её за то, как Демиан, в отличие от неё, не хотел здесь появляться.       — Добрый вечер, Софи, — улыбнулся ей Демиан и легко поцеловал её руку. — Добрый вечер, мама, — поклонился он подошедшей к ним женщине, Ван Арт сделал то же.       Виктор вспомнил, как полчаса назад Демиан почти так же целовал его руку, и где-то под рёбрами почему-то неприятно заскребло.       — Знакомьтесь, Софи, это мой хороший друг — Виктор Ван Арт, — Виктор поклонился девушке в знак приветствия, — Виктор, это Софи де Винтер — моя невеста, — девушка присела в лёгком реверансе.       Софи была красива. По-простому, без всякого секрета красива. Светлые, по-видимому, длинные волнистые волосы были убраны назад в замысловатый пучок, большие светло-карие глаза с длинными ресницами, румянец на щеках и веснушки. Мода диктует идеальную, гладкую кожу без единой помарки, но Виктору показалось, что веснушки эти ей очень даже к лицу.       На ней было светлое молочное платье с высоким воротником под горло и множеством кружева. Одним словом, симпатично и только.       Она была открыта этому миру по-детски, нараспашку, и это было очаровательно настолько же, насколько и глупо.       — Виктор останется сегодня у нас, — обратился Демиан к матери, — мы начали писать кое-что, и пока муза посетила нас, мы должны непременно закончить, — переглянулся с Виктором.       — Дело ваше, пожалуйста, — ответила Эвелин, — комнат у нас предостаточно, нужно тогда расположить мистера Ван Арта в одной из.       — Та, что рядом с моей, подходит идеально, — произносит Демиан.       — Бога ради, только не забывайте, мой дорогой Демиан, что кроме музы вас сегодня посетила еще и ваша невеста, — в тоне Эвелин, кажется, прибавилось строгости.       — Не волнуйтесь, нашей музой мы вероятно займёмся после полуночи, чтобы никому не мешать, до тех пор мы оба в вашем распоряжении, — улыбнулся Демиан. — С вашего позволения, я покажу Виктору его комнату.       Эвелин кивнула.       — Благодарю за гостеприимство, миссис Ван ден Берг. Мисс де Винтер, рад знакомству, — улыбнулся Виктор и направился вслед за Демианом.       — Спускайтесь к ужину через десять минут, — вслед произнесла Эвелин и вернулась к разговору с невесткой.       — И как давно нас с вами посетила эта эфемерная муза? — усмехнулся Ван Арт, когда они с Демианам поднимались на второй этаж в сторону спален.       — В нашу первую встречу, Виктор. В нашу самую первую встречу, и с тех пор лично меня она не покидала, — улыбнулся Демиан. — У тебя появился новый повод для ревности, — усмехнулся.       Виктор недовольно, но не совсем всерьёз закатил глаза.       — Ты слишком самоуверен, дорогой Демиан, — проговорил он, — это быть может и прокатывает с женщинами, но не со мной. С чего ты вообще взял, что я могу тебя ревновать?       Демиан открыл дверь в комнату, пропустил Виктора вперёд и закрыл дверь, оперевшись на неё.       — Да, в общем-то, то не с чего, — проговорил он тихо, как-то поникнув, — мне бы просто очень хотелось, чтобы это было правдой… — поднял глаза на Ван Арта.       Виктор почему-то тут же почувствовал себя виноватым. Он шагнул к Демиану, подпирающему спиной дверь.       — И почему же тебе этого хотелось бы? Что хорошего в ревности? — Виктор говорил медленно, шепотом. Демиан смотрел молча в глаза. — Иногда из-за неё убивают.       Демиан молчал, всё также настойчиво продолжая смотреть в глаза. Определённо он пытался сказать что-то этим взглядом, что-то непременно важное. Виктор почти слышал это, но грань между мыслями Демиана и его собственными была размыта, потому он не мог быть уверен, чьи именно мысли сейчас пульсируют в его голове.       — Поверь, я не тот, кого стоит заставлять ревновать, — проговорил Ван Арт, оперевшись на дверь рядом с лицом юноши, — ты не понимаешь этого лишь потому, что ещё не знаешь моей настоящей ревности.       Вопреки сказанному, Демиан по-лисьи прищурился и расплылся в довольной улыбке. Он вдруг схватил вампира за талию и резко, даже грубо прижал к себе.       — Теперь мне даже любопытно, — прошептал, не разрывая зрительного контакта, пальцами сжал ребра, — но я постараюсь не допустить череды ужасных кровавых убийств, — потянулся к холодным губам, оставил лёгкий поцелуй, так и не прикрыв глаз, улыбнулся, совсем рядом прошептал. — Займемся нашей музой после полуночи, сейчас нас ждут на ужин.       Мало. Опять ужасно мало, весь день он дразнит непонятными, мимолетными, эфемерными, как та самая муза, прикосновениями. И самое главное, всё это ему забавно, ему всё это в удовольствие.       Ван Арт не понимал, чего хочет от него этот юноша, чего добивается своим непонятным поведением, почему не говорит напрямую о своих желаниях, ведь сам вампир его ни разу не оттолкнул.       Что самое невыносимое, нельзя было предсказать его действия, его реакцию. Одно Виктор понимал точно — его собственное терпение на исходе.