Мастурбант. Околосекс.

Я люблю купаться в кипятке. Налить горячей воды, залезть по шею и вариться до готовности. Согласись, чувствуешь некое перерождение, когда сил хватает только на подышать. Лежишь у бортика, запрокинув голову, и томно дышишь - ох, только бы не сдохнуть... Тогда любые мысли кажутся ничтожными. Есть в этом некое очищение. Как будто стоишь перед богом на коленях и ждешь отпущения грехов. Как будто в ожидании выстрела. В ожидании последнего удара сердца. Хочется закрыть глаза и поверить, что будет так всегда. Одно мгновение от вечности и до конца. Жаль, что мало кто разделяет мои предпочтения. Когда доходит до совместного купания по моим правилам, любая женщина превращается в вареник. Ни потрахаться уже, ни поговорить. Ну, извини. Выскакивают, как только в попе зашкварчало. Крутят пальцем у виска и ждут у телевизора среди закусок, алкоголя и конфет. Я искал тебя среди многих. Ждал, что не один я занимаюсь экстремальными погружениями в кипяток. С тобой все было иначе. Видать, сильно понравился. Лежишь, кусаешь губы, закатываешь глаза, с трудом дышишь и больно улыбаешься... но лежишь! Лицо красное. Шея от воды в пупырышках. Плечи, как будто обгорели. Весь макияж и уход за телом насмарку. Это ничего - ты и так произвела на меня впечатление, что согласилась идти до конца. Я давно мечтал о такой, которая поверит мне и примет меня. Когда твоя ухабистая речь выровнялась, стала гладкой и скользкой, как мыло, я решил, что пора вылезать, но услышал возражение. Все в порядке, мол, просто в горле запершило. Сейчас пройдет. Ты сказала, что с тобой такое бывает, если долго мыться в хлорке. Я поверил. Вдруг посередине фразы твой рот запузырился и вместо слов я услышал хрип. Хрип, до этого момента таившийся за болезненной улыбкой, вырвался наружу, почти сразу затих и превратился в скупой выдох. Вдоха не последовало. Глаза твои пустились. Лицо угасло. Голова упала на плечо и чуть не скрылась в воде. Я понял, что теперь уж точно пора вылезать. Пора вылезать настала еще полчаса назад, но мне же все мало! Мне нужно сидеть до последнего! Сколько таких случаев было - и ничему это меня не научило. Я вытащил тебя из ванной, подхватил на плечо и понес сквозь облако пара. Скользкий пол, кипяченые стены. Велик соблазн был провести по распаренному зеркалу пальцем, оставить след на утро, о котором приятно будет вспомнить, но я боялся, что след показывать будет уже некому. Вынес тебя наружу в холод. От наших тел поднимался даже не пар, а как будто дым! Уложил на кровать. Специально постелил свежее белье с цветами. Думал, тебе будет приятно. Что-то пошло не так - ты лежала без сознания. Принялся откачивать, как запомнил в кино. Надувал через губы воздух, пока не понял, что воздух дует мне в щеку из ноздрей. Заткнул нос, надул еще. Что дальше? Руками толкал грудь. Ритмично, как будто со знанием дела. Грудь эротично тряслась, но это ни к чему не приводило. Пошлепал по щекам - ответа не было. Заглянул в глаза - закатившиеся белки. Что я ожидал там увидеть? Оттяну веки, а оттуда на меня посмотрят? Человек без сознания! В "скорую" звонить уже поздно, а моих навыков киношного спасателя, очевидно, не хватает. Думал, что меня посадят за убийство. Я был готов принять неизбежное и набрать в "скорую", даже потянулся за трубкой. Из кучи вступительных фраз я остановился на двух: "Здесь произошел несчастный случай" и "Здравствуйте, я убил человека". О чем говорить дальше и как объяснить, не было ни малейшего представления. Говорить не пришлось - заговорила ты. Женщина-мечта! Ты открыла глаза и посмотрела на меня так, словно я бог. Стою над тобой величественно и устрашающе. Так должна смотреть женщина на любимого мужчину. Ты пару раз моргнула, осмотрелась по сторонам. Было видно, как снова заработало в груди. Лицо налилось кровью. Еще раз ты глубоко вздохнула - и притянула меня за шею. Притянула так сильно, что было тяжело дышать и одновременно целовать тебя. У тебя не было сил, но была страсть - страсть в обмякшем теле. Страсть помогла тебе вернуться. Я лежал промеж раздвинутых ног, будто участвовал в прошлом свадебном конкурсе на лопание шаров. Ты еле слышно постанывала, не до конца придя в себя. И это благоговейное лицо, абсолютно счастливое и лишенное каких бы то ни было мыслей. Эти синие губы. Полузакрытые глаза. Тремор в пальцах. Я же говорил, что это лучше, чем секс. Это любовь.