Глава 10
4 сентября 2021 г., 23:48
Ты проходишь через дверь и видишь, как Альсина быстро идёт по коридору. Как только ты входишь, она поворачивается. Несколько секунд сердито смотрит на тебя.
Это кажется глупым. Это так глупо. Но ты бежишь за ней по коридору.
— Моя дорогая, — грустно протягивает она, — оставь меня.
— Ты в порядке?
Это какое-то странное чувство; ты понимаешь, что с ней что-то не так. И осознание беспокоит ещё больше.
— Я в порядке, — женщина ускоряет темп, кажется, будто она убегает от тебя. — Оставь меня.
Ты останавливаешься посреди коридора и присматриваешься к ней. Уже на другой стороне коридора Альсина оглядывается на тебя. Рука на двери вот-вот толкнёт её.
Ты оказываешься в замешательстве.
Что-то щёлкает внутри неё, и Альсина в одно мгновение пересекает коридор. Сначала оказывается у двери, а уже через секунду держит тебя за рубашку и прижимает к стене.
Она хищно наклоняет голову и смотрит на тебя.
— Ты никак не можешь оставить меня в покое, — рычит она.
Твоё сердце бешено колотится в груди, и ты понимаешь, что проклятое любопытство однажды окажется губительным.
Женщина поднимает тебя, пока ты не оказываешься на уровне её глаз. А затем наклоняется вперёд и вдыхает тебя.
Ты дышишь учащенно и неглубоко, чтобы не раздражать её ещё больше.
— Ты не знаешь, что происходит, не так ли?
Ты качаешь головой.
Женщина начинает водить ногтями по твоим бёдрам, поднимаясь всё выше.
— Моя дорогая, — голос Альсины звучит так, словно в любую секунду она потеряет остатки самообладания, — я обычно отдаляюсь от горничных на неделю каждый месяц. Они синхронизируются, и когда наступает эта неделя, я обычно ничего не могу с собой поделать, поэтому держусь подальше, — она снова вздыхает. — Но ты была достаточно глупой, раз последовала за мной.
Ты сглатываешь.
— У тебя только что началось кровотечение, — продолжает она, — ты, наверное, ещё даже не догадалась, но я чувствую это. И ты так хорошо пахнешь… Я могла бы сорвать с тебя одежду и отнести прямо в комнату.
Ты корчишься, и она обнимает крепче. Но непонятная гримаса меняет её лицо, и женщина отворачивается.
Альсина качает головой и опускает тебя, как будто пытаясь прийти в себя.
— Пожалуйста.
Она смотрит на тебя с удивлением.
— Пожалуйста, мамочка.
Это ломает её и без того хрупкую решимость.
Она срывает платье с твоего тела, роняя испорченную ткань на землю. Трусики и бюстгальтер тоже безнадёжно изорваны.
Прохладный воздух замка мгновенно заставляет соски подняться. Ты задыхаешься, когда она прижимает твоё обнажённое тело к стене, холодный камень пугает, но возбуждает.
Единственный способ описать её поведение — это голод. Альсина поднимает тебя на свой уровень и жадно зарывается языком. Язык проникает внутрь, и ты краснеешь от того, насколько это всё грязно.
Ты извиваешься в её объятиях просто для того, чтобы она обняла крепче, и это происходит. Хватка становится практически болезненной, ты слышишь её низкое рычание, как угрозу не двигаться слишком много.
Язык кружит внутри тебя, стон срывается с губ.
Очевидно, что главная цель — не доставить удовольствие. Скорее, она просто утоляет свой голод, словно выпивает тебя.
Ты снова краснеешь от осознания, что Альсина питается тобой таким образом, от которого большинство людей пришли бы в ужас. Однако ей, кажется, это нравится, судя по лёгким стонам.
А затем её язык глубоко прижимается к тебе, исследуя.
Твои глаза расширяются, когда ты чувствуешь, как она касается шейки матки.
— Мамочка?
Женщина снова рычит, предупреждая. Ты не можешь не ассоциировать её с дикой собакой, той, которая проявляет агрессию из-за того, что у неё заберут еду до того, как она закончила есть.
Язык снова задевает шейку матки, а затем прижимается к ней. Ты чувствуешь, как он проскользнул внутрь, глубже, и это ощущение болезненное. Что-то идёт вразрез с естественным ходом вещей, к которому привыкло твоё тело, именно это причиняет боль.
Ты издаёшь стон, наполовину от боли, наполовину от удовольствия, кажется, такое только подстёгивает Димитреску. Она вдавливает тебя, создавая странные ощущения внутри.
Затем Альсина издаёт звук, от которого ты краснеешь. Гортанный стон.
Ты ощущаешь, как её язык скручивается, прижимается и движется по твоей матке. Каждое растягивание заставляет вздрагивать, но основание обеспечивает достаточное трение, чтобы успокоить боль.
Ты рвано дышишь. Ты не можешь оторвать взгляд от неё, когда женщина не обращает внимания ни на беспорядок, ни на кого-то проходящего мимо, ни на что-то ещё, кроме собственного удовлетворения.
Она долго пьёт из тебя. Она прижимает тебя к стене, пока не закончит, не насытится.
Когда Альсина заканчивает, то втягивает язык, и он приобретает нормальную форму, затем облизывает твой вход, забирая всё то, что пропустила, находясь внутри.
Она отпускает тебя, и ты понимаешь, что она дышит намного тяжелее. Глаза закрыты, а на лице написано блаженство. Твоя кровь покрывает её рот и подбородок, и это грязно, да, но также сексуально видеть, как она теряет над собой контроль.
Альсина открывает глаза и смотрит на тебя так, словно хочет ещё и ещё.
— Моя дорогая, — произносит она, и ты слышишь экстаз в голосе, — я нашла тебя как раз в нужное время. А теперь пошли.
Она укладывает тебя в свои объятия, и пробирается по коридорам, поднимаясь по лестнице на второй этаж. Ты смутно понимаешь, что это один из многих путей в её покои. Ты улыбаешься немного озорно и ждёшь, что будет дальше.
