Лич

«Победителя никто не спросит, говорит он правду или нет» Раздробленные кости с громким треском вставали на место. Позвоночник, а затем и грудная клетка неумолимо приобретали свой первоначальный вид. Чуть меньше минуты потребовалось некроманту для того, чтобы привести себя в порядок. Да, это была победа — культисты вместе со своим лидером благополучно отправились на «теплую» и «милую» встречу к своему демоническому повелителю, а их ритуал был прерван. Казалось бы — большой успех, но было несколько нюансов. Во-первых, до того, как Сандаун избавился от отряда стражи, он успел наговорить много лишнего, хотя, казалось бы, произнес всего одно предложение. Вот только уже от того, что он проговорил, будут вопросы у представителей Дневной стражи. Их, правда, в живых осталось только трое, да и то они находятся в состоянии весьма далеком от понятия «удовлетворительное». Была и парочка гражданских — старик-пегас и жеребенок-земнопони. Хотя… Летун похоже закончился — он остекленевшим взглядом смотрел в потолок и не подавал никаких признаков жизни. Чутье тоже молчало. Как бы то ни было, во время боя Мортимер как-то не уделял ему внимания, но при чуть более внимательном визуальном осмотре можно было предположить, что у старика были проблемы с сердцем — очень уж характерно он прижимал копыта к своей груди. Похоже, что дед все-таки не выдержал стресса и ушел в лучший мир. «Ну и вендиго с ним», — подумал живой мертвец и обратил свой взгляд на жеребенка. Маленькая кобылка забилась в угол зала и теперь с ужасом во взгляде смотрела на единственного стоящего в комнате пони. Ну, во всяком случае, немертвый обоснованно предпочитал себя считать именно пони, а не злобной нежитью. Совсем уж злобным он точно не был. В общем, вопрос с кобылкой и прочими живчиками надо было решить в рекордно короткие сроки. Пути решения проблемы Алексу виделось всего два. Первый — бесхитростно прибить несчастную вместе с выжившими стражниками. Вариант был хорош тем, что некромант получал в свое распоряжение немного времени для разного рода маневров, ну, и в качестве приятного бонуса была возможность подольше использовать свою иллюзорную личину. С другой стороны, он уже открылся перед Хуфом, так что все равно обман бы раскрыт в ближайшее время. Да и… убивать жеребенка? Нет, моралистом Мортимер не был, но социальные устои тысячелетней давности кое-что для него значили. Пони никогда не могли похвастать особо большим числом, так что даже во время междоусобиц между тремя народами жеребят старались не трогать. Когда же пегасы, единороги и земнопони объединились под властью аликорнов, дети и вовсе стали главной ценностью для формирующейся Эквестрии. Пришельцев с севера никто не ждал и уж тем более не любил, так что народам, населяющим будущие территории страны пони, пришлось потесниться или и вовсе исчезнуть с лица Эквуса. Мало было объединиться и прийти в новые земли — эти самые земли требовалось завоевать и удержать, так что смерти среди старших пони пытались компенсировать большим количеством жеребят и трепетной заботой о них. И если на детей условных бизонов или алмазных псов некроманту было глубоко плевать, то на «своих» нет. Да и уцелевших стражников тоже было некрасиво губить ради сомнительного преимущества в час-другой. Несмотря на всю их мягкость и профнепригодность они все же выполнили свой долг, выиграв живому мертвецу лишние секунды для того, чтобы разобраться с культистами. Вторым вариантом развития событий ему виделся следующий порядок действий: для начала стабилизировать состояние солдат, чтобы потом им привели уже нормальных медиков, а не узкопрофильного специалиста, действительно хорошего только в работе с мертвецами и нанесении тяжких телесных повреждений. Маленькая кобылка же была явно не в адеквате, так что возиться с ней времени у Алекса не было. Решение было принято. Снова накинув на себя иллюзию и громко цокая копытами, немертвый быстро подошел к изувеченным телам. Стражникам действительно досталось — крепкие земнопони в большинстве своем отправились в Вечнозеленые луга, но несколько ещё были живы. Сержант-единорог, имя которого немертвый так и не удосужился спросить, а также пара его коллег без рогов, пребывали в отключке. Накинув на выживших базовый комплекс диагностических чар, некроманту стала видна картина повреждений — бойцы отделались закрытыми переломами, а также порезами и колотыми ранами от осколков брони, уничтоженной главой культистов. Им, в прочем, повезло — да, повреждения были серьезными, но вот прям сейчас погибнуть они были не должны. За диагностикой последовал комплекс регенеративных чар, которые были призваны остановить кровотечение и стабилизировать состояние раненых до подхода медиков. Когда дело было сделано, Алекс развернулся в сторону маленькой кобылки и задумчиво посмотрел на неё. Она быстро поймала его взгляд и попыталась забиться в угол ещё сильнее, но, когда поняла, что попытки стать одним целым с каменной стеной попросту бесплодны, только громко взвизгнула и тут же упала в обморок. «Может, так даже лучше», — подумал Мортимер и обратил свое внимание на новую проблему. Члены Ордена Хаоса не должны были быть совсем уж идиотами по определению, раз столько лет успешно действовали на территории Эквестрии, но вот слова их лидера почему-то расходились с этой стройной концепцией. Сущности из плана Хаоса как правило любили разные негативные эмоции и энергию с ними связанную, потому зрелище в виде расчлененных трупов не было большой неожиданностью. Начертанная на полу гексаграмма судя по своей структуре должна была черпать всю подходящую энергию и передавать ее куда-то в Хаос. Но кое-что не сходилось. Если целью культистов был прорыв барьера между мирами, то даже с учетом убитых членов Ордена Хаоса, погибших стражников и замученных гражданских этого было маловато. Сливать же главу культа, который за свои действия получил от Дискарда разного рода «дары», в комплекте к которым шла отличная промывка мозгов, было не слишком рационально. Во всяком случае, так считал сам Алекс. С другой стороны, демон был достаточно могущественным для того, чтобы каким-то образом предсказать кто и когда придет к его прислужникам в гости с недружественным визитом. И вот это уже было страшно, потому что вербовка некроманта в культ выглядела поводом надуманным и странным. Немертвый попросту не понимал, чего хотел добиться хозяин культистов, и это напрягало. Однако логику порождений Хаоса понять было практически невозможно, так что ломать голову над истинными мотивами и целями Дискарда было можно ещё очень долго. А вот узор на полу, который по-прежнему мог передавать энергию на ту сторону, необходимо было уничтожить. Но этим придется заниматься уже не ему — сейчас надо было покинуть Мейнхеттен и как можно быстрее. Если Мортимер и успел в чем-то разобраться за то недолгое время, что он находился в Эквестрии, так это в отношении пони к насилию и смерти, которое за время его отсутствия кардинально изменилось. Навскидку Алекс мог предположить, что сегодня погибло где-то пять или семь десятков пони, что, судя по всему, было чем-то из ряда вон выходящим. А ещё он имел неосторожность открыться — так что по его душу рано или поздно должны будут прийти. Хотя учитывая специфику имеющихся силовых структур страны пони, живой мертвец верил, что на такую крупную рыбу, как он, «клюнет» сама Селестия. И вот если местных специалистов единорог мог не слишком опасаться, то вот принцесса… Пусть превращение в нежить дало некроманту огромную силу, оно также принесло проблемы с контролем магии и навязчивым желанием «утолить голод», чтобы загнать мерзкий Холод по глубже на задворки сознания. Так что выяснять отношения с тысячелетним аликорном с позиции силы не представлялось возможным. В итоге оставалось надеяться на диалог с солнцекрупой принцессой, ну, и надо было подготовить пути отхода, чтобы даже если у правительницы Эквестрии возник соблазн радикально решить проблему «мокрушника» из далекого прошлого, она не смогла этого сделать. Оставив в покое раненых стражников и упавшую в обморок кобылку, некромант двинулся наверх из подвала, где уже слышен был топот. Когда немертвый вышел с нижнего этажа особняка, сверху как раз в темпе спускалась разномастная группа представителей Тайной стражи. Похоже, база культистов была окончательно зачищена. Но победа досталась им непросто. Взлохмаченные, окровавленные и усталые — они не производили впечатление элиты элит. Сам же Алекс подкорректировал иллюзию ещё в подвале — теперь он тоже выглядел неопрятно, был заляпан кровью и в целом производил впечатление потрепанного жизнью разумного. — Ну и что там? — обратился к некроманту Барри. Судя по всему, он успел получить копытом по лицу, о чем красноречиво говорил опухший глаз и кровоподтек на левой для немертвого части мордочки. — Плохо там все. Куча трупов и крови. Лидера культа удалось прикончить, вот только он был дюже могучий. Снизу три раненных стражника и жеребенок. Больше живых там нет, — имитируя усталость в голосе, ответил Алекс, неопределенно повертев передним копытом в воздухе. Пока он это говорил сразу пять пони прошли мимо него и стали спускаться в подвал. — Ладно, разбирайся тут дальше, а я пошел, — продолжил живой мертвец, собираясь пройти мимо служащих Тайной стражи. — Куда пошел? — ответил Барри, вместе с коллегами перекрывая единорогу путь. — На поиски сортира. И если ты не пустишь меня туда, клянусь, я сделаю с тобой что-то нехорошее, — такой ответ пронял невозмутимого земного пони, с момента их знакомства держащего морду кирпичом, а стоящие рядом бойцы даже немного повеселели. Причина была признана достаточно веской для того, чтобы выпустить мутного лорда-командующего из поля зрения на какое-то время. В конце концов он не обманул Тайную стражу, когда говорил о поклонниках Дискорда. Поговорить по душам с ним можно было и попозже. Он все равно никуда не денется, ведь так? — Ладно, но поторопись. Я буду снизу, — ответил темно-зеленый земнопони. — К слову, есть тут у кого-нибудь бумага и перо? — обратился к другим пони некромант, на что получил только отрицательные кивки. — По-моему была в комнате по коридору и направо, — все же ответил один из стражников. Поблагодарив солдата кивком, Алекс двинулся в указанном направлении. Действительно — бумага в комнате была. Как и три трупа, один из которых валялся на столе, закрывая собой исписанные мелким почерком листы бумаги. Бесцеремонно спихнув тело на пол, Мортимер стал искать пустой лист. Чернильница и перо, к счастью, тоже были на столе. Правда, немного чернил пролилось и заляпало часть стола, да только никакой роли это особо не играло. Для того, что задумал живой мертвец, остатков должно было хватить. Чистый лист тоже нашелся — при том действительно чистый, а не заляпанный кровью фиолетового земного пони, которого некромант недавно скинул со стола на пол. Осталось только черкануть пару строчек для принцессы. Немертвый сильно сомневался, что Селестия помнит, где находится курган, в котором живой мертвец провел последние века. Потому что встретить правящую принцессу Эквестрии он собирался именно там, где он будет наиболее силен и подготовлен к гипотетическому столкновению — среди мертвецов и свойственной им энергии. Алекс подробно описал, как добраться до места, где он будет ждать Селестию, вот только текст был написан не на эквестрийском, а на языке сфинксов. Когда-то пони вырезали под корень этих любителей близкородственных связей и некромантии, однако потеря их знаний была бы преступной утратой, поэтому единорог в свое время освоил их язык. Насколько Мортимер помнил, Селестия и Луна тоже потратили свое время на изучение письменности сфинксов, но уже по своим причинам. Только вот с тех пор прошла уже тысяча с лишним лет, так что в плане была одна «маленькая» такая проблема. Скорее всего солнечной принцессе потребуется неопределенное количество времени для того, чтобы расшифровать его писанину, опять же в силу прошедших лет, но, по крайней мере, лишние любопытные и инициативные пони к нему лезть не будут — просто потому, что понятия не будут иметь о том, где он находится. Осталось только сбагрить бумажку кому-то из Тайной стражи, а потом покинуть Мейнхеттен. Возможность передать послание для Селестии подвернулась довольно быстро — в коридоре как раз было несколько пони из Тайной стражи, одному из которых Алекс и отдал лист бумаги с посылом передать его Барри. Тот, конечно, не поймет ничего из написанного, но послание наверняка сохранит. А там странной запиской от вернувшегося из небытия единорога должна будет заинтересоваться уже сама правящая принцесса. Теперь оставалось только исчезнуть из поля зрения представителей спецслужб Эквестрии, что было уже несколько более затруднительной задачей. Телепортироваться без специальных маячков или портальных меток некромант умел метров на тридцать максимум. Были, конечно, мастера, способные в мгновение ока переместиться из одного населенного пункта в другой, но то были талантливейшие в магии пространства пони, которые могли позволить себе такие телодвижения. Такими возможностями Мортимер не обладал, а потому приходилось импровизировать. Закрывшись в уборной, которая оказалась совсем недалеко от главного входа в здание, некромант принялся за работу. План был прост и сложен одновременно: несколько последовательных телепортаций на небольшой дистанции помогли бы в сжатые сроки убраться подальше от служащих Тайной стражи. Выглядит просто, да только реализация такого маневра была довольно сложной. Но при движении по прямой все должно было сработать, так что живой мертвец концентрировался и собирался с силами перед рывком. Мгновение, и Алекс растворился в сияющей вспышке, чтобы тут же возникнуть на улице за воротами особняка. Затем ещё три телепорта по прямой, и между ним и бывшей базой культистов остается около сотни метров. Быстро осмотревшись по сторонам, немертвый увидел только какого-то земнопони в кресле-качалке, который с удивлением смотрел на возникшего из ниоткуда единорога. Мортимер же не терял время зря и быстро скрылся уже из его виду, свернув в подворотню неподалеку, чтобы накинуть на себя новый образ — иллюзию желтой кобылки-единорога с карими глазами и меткой в виде сердца. Пожалуй, это даже было забавно — чтобы усложнить задачу поиска себя любимого, немертвый замаскировался под куртизанку, услугами которой часто пользовался. Теперь оставалось выполнить финальную часть плана — покинуть город, а для этого необходимо было выйти из частного сектора и добраться до знакомых мест. На это ушло ещё около часа, но, благодаря помощи нескольких добрых пони, которые не отказались помочь заплутавшей «кобылке», недавно приехавшей в город, Алексу все же удалось добраться до огромного здания, на пятом этаже которого жила единорожка, ставшая проводницей некроманта в изменившемся мире. Перед тем, как отправиться прочь из Мейнхеттена, надо было кое-что у неё забрать. Вряд ли, конечно, к ней бы пришли с обыском, но у неё скорее всего могли бы возникнуть проблемы от фонящих магией смерти костей и короны, которую немертвый оставил у Лайт перед выходом из квартиры. Проигнорировав лифт, единорог быстро поднялся по лестнице на пятый этаж и стал требовательно стучать копытом в знакомую дверь. — Иду я уже! Иду! Зачем так колотить то? — послышался недовольный голос бежевой единорожки. Стоило двери открыться, а Лайт поинтересоваться у пришедшей к ней кобылки, чего это ей от неё потребовалось, как Мортимер ввалился в квартиру и сменил иллюзию на облик серого единорога. Его невольная спутница, ещё мгновение назад готовая разразиться возмущенной тирадой, теперь испуганно отпрянула и нервно посмотрела на живого мертвеца. — Я ненадолго. Забрать кости и корону, — коротко бросил Алекс, деловито направляясь к столу. — Как все прошло? — все же осторожно поинтересовалась единорожка, сморщив носик от запаха крови, пришедшего в квартиру вместе с некромантом. Если на свежем воздухе он особо не ощущался, то вот в закрытом помещении… — Приемлемо. Можешь спать спокойно. Тебя и Флору я больше не потревожу и скорее всего вы меня больше никогда не увидите. — проговорил Алекс, засовывая все свое небольшое имущество в реквизированные у культистов седельные сумки. — Вот тут лежит мешочек с деньгами. Понятия не имею, сколько там сейчас по нынешним расценкам, но теперь он твой. И избавься от стола. К нему уже можно подходить, но я бы на твоем месте не пользовался им по назначению, — продолжил немертвый, не давая вставить кобылке и слова. Та покорно внимала и с тревогой смотрела за сборами живого мертвеца, который опять сменил облик и снова стал выглядеть, как кобылка. Вообще-то постоянное удержание твердой и правдоподобной иллюзии было делом весьма энергозатратным, но с недавнего времени проблем с силой у Мортимера не было, так что ходить в чужом облике он мог хоть круглосуточно. — Прощай, — коротко бросил Алекс, прежде чем выйти и закрыть за собой дверь. Кажется, единорожка хотела что-то ему сказать, но тот уже довольно резво спускался по лестнице, а потом и вовсе в темпе двинулся прочь из города. Прохожие, конечно, с любопытством посматривали на спешащую куда-то кобылку, но вскоре благополучно забывали о ней. Теперь некроманту оставалось только добраться до места назначения и основательно подготовиться к судьбоносной встрече с принцессой.