Лето кровавых слёз

      Джейсон проснулся с ужасной головной болью. Он опаздывал на работу, но ему было откровенного говоря наплевать; боль была невыносимая, тошнота подступила к горлу, свет резал глаза, он еле-еле дошёл до ванной, принял холодный душ, накинул на себя домашние треники и толстовку, и отправился в ближайший корейский ресторан за похмельным супом.       На работу лейтенант Янг конечно же опоздал; скоро уже должен был начаться обед, а он только заезжал на парковку. Недалеко от неё. в «зоне для курящих», он заметил знакомый силуэт: высокий, худощавый, в одежде оверсайз, с растрепанными волосами и в очках в толстой оправе.       Крис курил, что-то рассматривая в телефоне.       – Доктор Купер, не ожидал от тебя какого.       – Что? – помощник с удивлением поднял голову. – О, лейтенант Янг, это вы?! Что-то случилось?       – Я бы так не сказал, просто первый раз вижу, как ты куришь, не ожидал от тебя такого, – говоря это, Джейсон так улыбался, как будто поймал его за просмотром порно на рабочем месте.       – Вы говорите так, как будто я травку курю.       – Нет, просто она тебе не идет.       – Сигарета? А она должна идти? Как галстук или шапка? – Крис расплылся в широкой улыбке, переходящей в тихий смех.       – В твоём случае, да, - улыбнулся Джейсон.       – Лейтенант что-то вы плохо выглядите.       – Насколько плохо?       – Ну, знаете, как один из моих пациентов, – снисходительно посмотрел на него Крис, докуривая сигарету.       – Ого, настолько всё плохо?! Вчера я немного перебрал, не надо было настолько уставшим идти в бар, потом ещё и чёрт меня дёрнул пойти в клуб, и надеюсь, что на этом мои приключения закончились.       – Так напились, что не помните, что было, я думал с вами такого не бывает, слышал, что вы можете перепить любого.       – Видимо уже нет. Ладно, мне пора, я и так на пол дня опоздал. ***       – Напарник, постой, со мной вчера много чего случилось, половину из которого я не помню.       – Зато тут ничего не происходит с самого утра.       – А что там с Миллером?       – Сказал, что потерял кулон лет десять назад.       – Не знаю, хорошо это или плохо, с одной стороны он был на том месте и там найден кулон, который он, по его словам, потерял лет десять назад, с другой стороны, теперь у нас двое подозреваемых, но это только если опираться на найденный кулон, который может и не являться уликой.       И если считать его слова правдой, и он действительно потерял его десять лет назад, то получается, что он мог быть у другого человека, который обронил его, когда закапывал труп, то есть, если опираться на нашу единственную сомнительную улику, то у нас уже трое подозреваемых, один из которых неизвестен. Дуглас Смит, Леон Миллер или человек, который нашёл один из двух пропавших кулонов. Хотя нет, у нас четверо подозреваемых, если они оба потеряли, значит два неизвестных человека могли их найти. Моя голова и так готова взорваться, а тут ещё и это.       – У меня от твоих выводов у самого голова разболелась.       – А что делать, у нас ничего нет, приходится высасывать из пальца.       – Вот как раз за уликами и иди к Пирсу, может он с зубами уже закончил.       – А ты?       – Наведаюсь к Миллеру еще раз.       – Что нового он тебе может рассказать? – непонимающе посмотрел на Аарона напарник.       – Ничего, просто не хочу, чтобы он расслаблялся.       – А как же Дуглас Смит?       – К нему я тоже зайду.       – Давай лучше я зайду к Пирсу, а потом поеду к Смиту.       – Ты себя видел? Я удивляюсь, как ты вообще до работы доехал в таком состоянии. От тебя всё ещё перегаром несёт. Сегодня лучше поработай с документами, – Аарон хотел спросить, почему он так напился, может у него какие-нибудь проблемы дома или с девушкой, но потом подумал, что это не его дело и ему это совсем не интересно.       – Всё настолько плохо? – Джейсон час назад смотрелся в зеркало, поэтому ответа на вопрос не ждал. – Ладно, сегодня поработаю тут. Прости напарник, это со мной редко случается.       – Не бери в голову. ***       Аарон поехал дожимать подозреваемых, а я не могу остановить рвотные позывы; хотел показать, что я отличный напарник и коп, а стою у автомата с кофе и давлюсь уже пятым стаканом этой отравы. Мне реально не везёт в последнее время, дали напарника, который работать со мной не хочет, Лили ушла еще и половину содержимого квартиры с собой унесла, это провальное дело, а теперь ещё и это. И с каких пор я начал превращаться в неудачника?! Надо взять себя в руки!       В зомбиленде было тихо, обычно тут играла какая-то попса типа Бритни или Рианны, под которую Дилан Пирс вскрывал трупы.       – Эй, есть кто? – вдруг Джейсон услышал стук; он конечно в зомби не верил, но страх дело тонкое. Лейтенант хотел уже убежать, потом передумал и пошёл в направлении стука, который исходил их холодильной комнаты. Джейсон медленно повернул ручку и открыл дверь, там был       Крис, трясущийся от холода, с красным носом и щеками. Джейсон вытащил его из холодильника.       – Купер, тебя что, Пирс так наказывает за косяки? – рассмеялся лейтенант, потом посмотрел на трясущегося Криса и понял, что тут уже не до шуток, ещё бы минут десять и у Пирса появился бы еще один клиент.       – Подожди, я скорую вызову.       – Не надо, – трясущимися губами сказал Крис, - мне нужно только согреться.       Джейсон послушался Криса и не стал вызывать скорую, всё-таки он сам врач, раз говорит, что не надо; значит не надо, да и выглядит он нормально. Джейсон сделал ему чай и накрыл его пледом, который нашёл в кабинете Пирса. Купер сидел на столе для вскрытий, закутанный в плед, на голове полотенце и с чаем в трясущихся руках.       – И как так получилось? – спросил Джейсон, пытаясь не рассмеяться.       – Пирсу позвонили, сказали, что нашли голову в мусоре, он сказал, что поедет один, а я пока должен разобрать другие части, которые привезли утром и занести в опись, я забыл руку в морозилке, пошёл за ней, а та закатилась за коробку, пока доставал её, дверь щёлкнула, меня не было видно, и он, наверное, подумал, что я вышел за бланками и снова забыл запереть дверь.       – Ты уверен? Может он не выдержал и решил избавиться от тебя? – Джейсон не выдержал и рассмеялся во весь голос, но потом почувствовал, как головная боль подступила с новой силой и замолчал.       – Как же больно, давно я так не напивался.       – Ого, всё ещё болит?! Я знаю, как тебе помочь, хотел бы сделать это сам, но я не в состоянии. Так что буду командовать.       – Так, подожди, с каких это пор, ты перестал мне «выкать»?       – Приближение конца сближает, – улыбнулся Крис.       – Ну ладно, что мне нужно делать?       – Налей кипяток в стакан, возьми из ящика мёд, добавь две ложки, потом там же возьми имбирный порошок…       – Так, стоп, какой порошок?       – Имбирный.       – А такой бывает? Имбирь - это же розовая острая штука, которая вместе с суши идет.       – Бывает. Ну вообще - это корень растения.       – Хватит умничать, сосулька. Вот этот порошок?       – Да, возьми из холодильника лимон, нарежь, и кинь туда же, перемешай и можно пить.       – И это непонятное пойло должно вернуть меня к жизни?       – Попробуй. Джейсон уселся на стол рядом с Крисом и глотнул тёплого напитка, после нескольких глотков, сделал вывод, что пить можно, после ещё одного, что это довольно неплохой чай или как это называется.       – Ну, не плохо. Кстати, зубы, я же за зубами пришёл.       – По зубам личность определить не получилось, – всё ещё трясущимся голосом сказал Крис.       – Да что за невезение такое, она что, пуританка или сектантка, отрицающая науку и медицину?       – Не исключено.       – Обнадёживающий ответ от патологоанатома. ***       Аарон стоял на первом этаже ресепшена бизнес центра, он уже был у того псевдоподозреваемого; к нему и ходить то не надо было, но чтобы было всё чисто, надо делать всё по протоколу.       – Здравствуйте, чем я могу вам помочь?       – Здравствуйте, подскажите, пожалуйста, на каком этаже находится компания «melodie de la lune»?       – На двадцать седьмом.       – Спасибо.       Выйдя из лифта, Блэк вошёл в огромную стеклянную дверь и попал в зал с десятками рабочих мест с перегородками, а в дальней части размещались две стеклянные комнаты-переговорные, из одной из которых вышел Миллер и направился в самую дальнюю часть помещения и вошёл в кабинет; за ним шла его секретарша, которая села за стол рядом с его кабинетом. Аарон направился к ней.       – Здравствуйте, я к мистеру Миллеру.       – Вам назначено?       – Нет, но скажите, что это его друг, Аарон Блэк, – полицейский улыбнулся.       – Подождите, пожалуйста, – секретарь вошла в кабинет, а через минуту вышла хмурая. «Видимо весть о его прибытии не очень обрадовала молодого господина», – подумал лейтенант.       – Входите, мистер Миллер вас ждет.       – Спасибо, – Аарон зашёл в кабинет.       – Лейтенант, зачем вы пришли, разве вчера не наговорились?       – Решил вас навестить, вдруг, признание уже написали.       – Я вам уже говорил, мне не в чем признаваться.       – Вы уверены? А как же та девушка, чьи кости лежат в морге?       – Это не я, я её не знаю, я обычный человек, людей не убиваю.       – Вы хотели сказать, обычный убийца?       – Так, всё, похоже, вы хотите поговорить с моим адвокатом.       – Если бы вы могли его вызвать, то давно сделали бы это. Боитесь огласки, что родственники узнают и сместят с должности, к которой так долго шли?       – Что? Да кто вы такой?       – Удивлены моими глубокими познаниями вашей жизни? Не удивляйтесь, это моя работа.       – Я вам ещё раз говорю, это не я, своими ошибочными выводами вы усложните мне жизнь. Да я в жизни и мухи не обидел, не то что девушку убить и закопать.       Эти слова перечеркнули все ранние старания Аарона держать себя в руках, он вплотную подошел к сидящему Леону, наклонился к нему так, что их глаза были на одном уровне.       – Даже мухи не обидели? – директор как будто застыл, он не был великим психологом, читающим людей по лицам, но в этом случае им и не надо быть, он сразу увидел ненависть в этих черных глазах. Слова, которые он хотел сказать, те, что он специально подготовил, на случай если полоумный хам вернётся, Леон их забыл, точнее, просто не смог произнести, так ему было страшно. Он взял себя в руки, «показывать страх нельзя, иначе тебя съедят», - этому его учил отец. Миллер оттолкнул от себя Блэка, встал и показал рукой на дверь, лейтенант взбесился ещё сильнее и схватил директора за плечи, сжал их со всей силы, и опустил его обратно в кресло, продолжая фиксировать его руками, Леон зажмурил глаза от боли, а Блэк наклонился к его уху и прошептал: «Я вернусь». ***       Аарон вернулся домой, настроения для походов в ближайший семейный ресторан не было, да и есть особо не хотелось, так что и от идеи с доставкой он отказался. Он надеялся найти что-нибудь в холодильнике, но ничего, кроме кетчупа, протухших помидоров и салата, там не было; да и что там может появиться, если он не заходил в магазин уже две недели. Тогда пришлось открыть тайник с припасами: консервированная фасоль в томатном соусе и замороженная пицца. Полуфабрикаты Аарон ел очень редко, он всегда помнил, как мама говорила ему, что они портят желудок (жаль, что она ему это не сказала и про сигареты с алкоголем). В основном он готовил себе сам один раз на всю неделю или ел в семейных ресторанах, но зная свою лень, он всё же купил немного вредной еды на всякий случай.       Пока лейтенант ел, принимал душ, собирал по всему дому грязную одежду, он не переставал думать о работе, о Леоне Миллере. «Пока Миллер боится огласки, он не будет шуметь, но как только вся эта неопределенность затянется ещё дольше, он подпустит ко мне своих адвокатов, и тогда всему конец. Я балансирую над чаном с кипящим маслом, главное сейчас не потерять равновесие, одно неверное движение и…       Отомстить самому или посадить в тюрьму, мучить на воле или оставить в покое в неволе? Не знаю, что делать. Мне нужно время, немного времени, нужно всё тщательно обдумать», - с этой мыслью он и уснул.       Ровно в пять утра зазвенел телефон, Аарон, открыл глаза, посмотрел на часы, стоявшие на тумбочке.       – Ну нет, два часа ещё можно спать, что ты звенишь? – он взял телефон, на экране отображалось имя его напарника, человека, который его бесил, ещё и звонит ему в пять утра. – Да, чего тебе?       – Напарник, тебе ещё не звонили?       – Кто?       – Из участка, ребёнок пропал, всех вызывают.       – Понял, - Блэк сбросил звонок, - вот это подарок, - его настроение улучшилось, это бонусное время, которое он так хотел, теперь у него есть время на раздумья и повод не заниматься своим делом.       Когда дело касалось пропажи ребенка, все полицейские работающие «в поле», кроме тех, которые задействованы в делах, в которых время играло важную роль и делах, которые, попадали под классификацию «особо опасные», а также полицейские под прикрытием, отправлялись на помощь отделу по делам пропавших без вести.        Когда он зашёл в участок, все уже были там, на большом экране была фотография ребенка, и тут Аарону стало горько, от того, что он назвал его пропажу подарком.       – Итак, полицейские Нью-Йорка, пропал ребенок и мы во чтобы то ни стало должны вернуть его домой, о деталях вам расскажет капитан отдела пропавших без вести - Грета Уолкер.       – О, Грета, Блэк, ты же не знаешь, что капитан - это давняя мечта твоего напарника?! Янг пускает по ней слюни с первого дня, он к ней яйца подкатывал несколько раз, но она его постоянно отшивает, наша гордая до тошноты правильная, но сексуальная капитан Уолкер. Посмотри на Янга, да он опять как идиот рот разинул, – просветил Аарона лейтенант Лопез.       – Эй, влюбленный безнадега, рот закрой, а то муха залетит.       – Заткнись, Лопез!       – Ха-ха-ха, какой злой, всё-всё, тише, твоя любимая вещает.       – Коллеги, как и сказал шеф, пропал ребенок, мы все знаем, что если в течение семидесяти двух часов его не удастся найти, шансы на то, что найдем его живым, уменьшаются на восемьдесят процентов.       – Итак, мальчика зовут Алекс Рикс, ему восемь лет, на экране его фотография. Последний раз его видели, когда он садился в серый Jeep Commander 2009 года выпуска, с номерами SDL-2145 примерно в час пятнадцать дня. Ребёнок был одет в синие кеды, джинсы и белую толстовку, у него был синий рюкзак с вышитыми на нём щенками. Машину угнали два дня назад с парковки в южном Бруклине. Аарону, Джейсону и ещё паре полицейских поручили поиск машины. Напарники направились к парковке, с которой был украден Jeep. Охранник ничего не знал, сказал, что отходил отлить, когда вернулся, провёл обход, машины уже не было. По его словам, обход он проводит каждые два часа, но по количеству сахарной пудры вокруг его рта и количеству просмотренных серий игры престолов Джейсон сделал вывод, что обход он проводит максимум каждые четыре часа.       – Примерное время пропажи машины - от двенадцати ночи до шести утра. Домов поблизости нет, только старые гаражи и пара складов. Ночью тут ни души. Камер нет. Отлично, от дела без улик, к делу без улик. Нам везёт, напарник, – громко выдохнул Джейсон.       –Да уж.       Парни весь день катались по всем разборкам, свалкам, перекупщикам, но так ничего и не нашли. Ближе к ночи они вернулись в участок, чтобы помочь с просмотром видео с камер ближайших магазинов и заправок.       Блэк всё ещё чувствовал себя виноватым, что радовался пропаже ребёнка, поэтому старался изо всех сил, не щадя себя, хотя так он работал почти всегда.       К концу второго дня поисков они всё ещё не могли найти ребёнка; была версия с отцом, но у него было железное алиби, так что она отпала, выкуп никто не просил, оставалось самое худшее.       – Янг, ты проверил видео с камер на заправке? Янг? – Блэк повернул голову и увидел, что его напарник вырубился, ведь они не спали уже двое суток. – Понимаю, что тебе хочется спать, но сейчас не время, – Аарон хотел разбудить его, но тут проходивший мимо Шеф остановил его. –       Лейтенант Блэк, ты и сам коньки хочешь откинуть и напарника с собой на тот свет забрать? Идите домой и выспитесь, мне тут зомби не нужны.       – Все нормально, Шеф, я не устал, у нас мало времени, успею еще выспаться.       – Ты в зеркало давно смотрелся? Домой спать и без возражений! Попроси кого-нибудь вас отвести.       – Хорошо, – он разбудил Джейсона, погрузил его тело в машину и отвез домой, было смешно наблюдать, как тот еле-еле волочил ноги и врезался во всё, что можно было, пока не дошёл до двери дома. Блэк должен был поехать домой, но решил сначала навестить Миллера, хотя его дом был в пяти минутах от дома напарника, а офис директора в двадцати в противоположную сторону.       Аарон уже два дня не приходил и не связывался с директором, нельзя позволить, чтобы тот расслаблялся, да и нужно было на ком-нибудь выместить раздражение и злобу.       Миллер стоял у окна в своём офисе и смотрел на ночной город, он не заметил, как уже некоторое время кто-то сидел на его столе и смотрел на него.       «Хочешь вниз? Я тебе это устрою, но не сейчас, ещё рано», – Леон вздрогнул и повернулся, посмотрел на человека, сидящего на его столе в темной комнате, Лейтенант разглядывал его: внешне он был невозмутим, приподняв слегка брови, с усмешкой он говорил что-то, но таким он был только с виду, в этот момент внутри него всё кипело, он хотел подойти и сбросить Миллера вниз, смотреть, как он летит все тридцать этажей, и как его тело разбивается об асфальт. Но ещё рано, игра только началась.       «Зачем пришёл? Снова обвинить меня во всех грехах? Я уже устал тебе говорить, что это не я, я тут не причём. Твоё начальство в курсе, что ты охотишься за мной? Тратишь деньги налогоплательщиков на свои дикие фантазии», – Леон смотрел на своего охотника, он испытывал страх, точнее, дикий ужас, но показывать этого было нельзя. Он смотрел на Аарона с небольшим раздражением в глазах, как бы говоря ему: «Ты мне надоел, тебе что, делать больше нечего».       Не говоря ни слова, Блэк рванул к Миллеру, с силой толкнул его так, что тот ударился спиной и затылком об окно. Леон даже не успел среагировать, так быстро это случилось, от боли он прищурился и начал слегка сползать вниз; с безразличием в глазах Аарон схватил его за шею и потянул обратно, тот испугался и начал задыхаться, он пытался барахтаться, но шансов у него не было: это выглядело даже как-то жалко; полицейский ослабил захват, чтобы тот смог дышать. Он кашлял, его лицо покраснело, Блэк окончательно выпустил его из тисков, директор был напуган и зол одновременно.       – Ты больной! Псих, ненормальный, что с тобой не так? Твоё начальство узнает о том, что ты сделал, даже не надейся оставаться полицейским, тебя уволят с позором, ты нигде не сможешь работать! – Миллер сыпал проклятиями и угрозами, иногда он сам не понимал, что говорит, но ему было всё равно; он был напуган и в бешенстве, просто хотел пригрозить Блэку, чтобы тот уже ушёл, но похоже на него это произвело обратный эффект: он взбесился еще сильнее. Лейтенант снова впечатал Миллера в окно, подошёл к нему так близко, что чувствовал его обжигающее дыхание на своей коже. Леон больше не мог скрывать страх, он не знал, что будет дальше, но точно ведал, что этот сумасшедший способен на всё.       Аарон положил руку ему на грудь и вдавил его в окно ещё сильнее; Леону казалось, что стекло сейчас треснет и он выпадет из окна; в такую минуту он думал о том, почему снял офис в стеклянном здании: лучше думать о глупостях, чем о том, что сейчас может случиться.       – Ну что, ещё хочется поболтать? Всё ещё хочется угрожать мне?       – Да пошел ты, псих, больной, твоей карьере конец, это называется превышение должностных полномочий, мои адвокаты тебя закопают, – полицейский чувствовал, что ещё немного и он убьёт его, но пытался контролировать себя, а Миллер всё не унимался. – Отпусти меня сейчас же, псих.       – Если не хочешь затыкаться по-хорошему, – с этими словами, Блэк впился губами в губы Миллера, с такой силой и страстью целовал их, как будто так можно было его убить. Он ни на секунду от них не отрывался, кусал губы, пока рот не заполнил металлический вкус. Леон сначала не понял, что произошло, он готовился к удару, поэтому, резко на автомате зажмурил глаза, потом, когда понял, что происходит, распахнул их; он на секунду растерялся, потом пытался оттолкнуть Аарона, но чем больше он сопротивлялся, тем сильнее были поцелуи. Неожиданно в дверь кабинета постучались.       – Мистер Миллер, это Стен, охранник, я слышал какой-то шум, у вас всё хорошо? – Леон и Аарон застыли, Блэк немного отодвинул лицо от Миллера, но рукой всё ещё прижимал его к окну; полицейский слегка улыбнулся, и прошептал:       – Ну же, позови своего друга на нашу вечеринку.       Миллер с презрением посмотрел на Блэка; он думал, только о том, что не может сейчас расплакаться, этот страх, унижение и неизвестность сводили его с ума, еще и этот охранник, «надо его позвать, и тогда всё закончится, это свидетель, этому психу тогда не отвертеться, я его закопаю, но, если его позвать, нет, этот позор, я его не вынесу, судиться с мужчиной по делу о сексуальном домогательстве или даже донести на него начальству: лучше смерть. Не думаю, что псих рискнет со мной что-нибудь ещё сделать».       – Мистер Миллер?       – Всё нормально, Стен.       – Точно? Мистер Миллер, может мне зайти?       – Нет, не нужно, всё нормально, мы с другом немного выпили и расшумелись, прошу прощения.       – А, понятно, прошу прощения, что побеспокоил.       – Ничего, Стен, иди.       Шаги охранника удалились, Блэк выпустил Миллера из захвата, «что же ты своего друга не позвал на нашу вечеринку, хотя, мне пора уже уходить, в следующий раз думай, прежде чем открывать рот». Аарон вышел из кабинета, а Леон так и оставался на месте, не понимая, что произошло. ***       Когда я пришел к нему, то хотел вылить на него злость, причинить боль, не оставляя следов на теле, вывернуть руки, потом пальцы, подержать голову под водой, я представлял, как делаю это, представлял, как он кричит от боли, умоляет прекратить, плачет, как его лицо искажается в этих муках. Зачем я это сделал? Мало того, что он человек, которого я ненавижу, он ещё и мужчина, я совсем от гнева разума лишился, ещё и охранник неожиданно постучался, если бы он не был таким гордецом и позвал бы его на помощь, всё оказалось бы под угрозой, и речь не только о деле, не знаю, чтобы я делал, если бы меня обвинили в сексуальном домогательстве к мужчине, да еще и подозреваемому.       Блэк был слишком возбуждён и растерян, уснуть бы он точно сейчас не смог, поэтому отправился на парковку, с которой был угнан jeep. Он припарковался неподалёку, чтобы понаблюдать за охранником, его причастность не доказана, но и то, что он не имеет отношения к похищению, тоже не доказано. Даже если результата не будет, всё равно лучше, чем бессонная ночь лежа в постели.       Прошёл час, второй, ничего не происходило, охранник даже не двинулся с места, похоже, что даже самый неумелый вор смог бы угнать отсюда тачку. Аарон решил подождать ещё час, потом поехать домой, переодеться, принять душ и снова поехать в участок.       Думать ни о чем не хотелось, особенно о том, что случилось сегодня, но мысли и образы приходили сами. «Со мной что-то не так, я же сплю с женщинами, не встречаюсь, но сплю же и получаю удовольствие от этого». Марта из убойного: с ней Аарон спал месяц, потом была Ребекка, адвокат с месячной зарплатой как его годовая, затем Мэри, помощница Грега из бюро улик, Ванесса из бара: с ней он спал на протяжении пяти лет, параллельно с остальными - эти отношения можно было назвать удобными.       Раздумья об этом поцелуе бесили его всё больше и больше; сколько бы он себя не оправдывал, но врать себе - удел дураков, а он человек разумный, единственным верным ответом было «просто захотелось», он конечно не устраивал лейтенанта, но другого настолько же приближенного к истине у него не было. Пока он бесился сам от себя, к одному из складов подъехала грузовой автомобиль, водитель вышел из кабины, постучался в дверь, и зашёл в склад, затем, в течение десяти минут, подъехали следом ещё три таких же грузовика, водители также зашли в склад, а через полчаса вышли с тележками, заполненными пластиковыми лотками. Блэк вышел из машины и направился к ним.       – Эй, парни, что грузите так поздно?       – Ты ещё кто? Иди-ка куда шёл, – ответил тот, который больше всех походил на члена банды.       – Не могу, – полицейский достал значок, – ну так, и что грузим?       – Хлеб, тут небольшая пекарня, – уже не так дерзко ответил тот же водитель.       – Да расслабьтесь, мне до вашего хлеба нет дела, меня интересует парковка, третьего июня со стоянки был угнан серый Jeep Commander 2009 года выпуска, с номерами SDL-2145, вы что-нибудь видели?       – Нет, – все замотали головой.       – А если подумать? – Аарон уже был готов взорваться, но тут заметил на машинах видеорегистраторы. – Мне нужны ваши карты памяти из видеорегистраторов.       – А ордер у вас есть? – продолжил выступать всё тот же.       – Ордера нет, но если я за ним пойду, то за одно и всю вашу лавочку прикрою.       Водители напряглись, переглянулись, и через пару минут у Аарона в руке было четыре карты памяти.       Лейтенанту начало везти прямо с первой карты, на ней он заметил тень машины, проезжающей мимо - это было в четыре десять, на второй карте было тоже самое, на третьей, показалась часть машины, а вот на четвертой она была целиком и даже видно было водителя: белокожего мужчину с усами в бейсболке и черной толстовке.       – Не фото в профиль и анфас конечно, но хоть что-то, – Блэк отправил видео в участок, а сам поехал домой.       Через четыре часа он был уже на работе, к тому времени, команда специалистов по кепке определила, что он бывал на турнире рыболовов и рост у него не больше метра семидесяти пяти.       – О, так это и правда этот странный сосед Гусман?! Я же говорил, что что-то тут не так, он слишком вежливый и участливый, – все посмотрели на только что вошедшего молодого офицера; поняв, что сказал слишком громко, то что предназначалось только для его напарника, он сразу замолк.       – С чего ты взял, что это он? – подключился шеф.       – Ну, усы похожи, такие же аккуратно стриженные, да и кепку такую же видел у него, когда опрашивал его.       – Команда Уолкер, готовьтесь, – без лишних раздумий скомандовал шеф.       Присутствие при захвате всех, кто учавствовал в этом деле, не требовалось, поэтому, Аарон остался в участке; через несколько минут нарисовался и его красноглазый напарник, с вопросами: «Что? Где? Когда? И как?», - Блэк его сразу проигнорировал, отвернулся и начал печатать отчёт. Джейсон не расстроился, он ничего от него и не ждал, и то хорошо, что он вчера его довёл до двери, а не оставил на обочине.       У экрана с фотографией усатого мужчины стояла милая и молодая офицер из дорожного отдела, Джейсон был бы не против, если бы она каждый день выписывала ему штрафы; он давно пытался к ней подкатить, даже когда ещё встречался с Лили. Вот и повод.       – Лиз, привет, а ты не расскажешь мне, что тут случилось, что это за мужик? – спросил Джейсон, сверкая своей улыбкой «для соблазнения».       – Да, это подозреваемый.       – Ну, я понял, но откуда он взялся? – офицер принялась ему все в деталях рассказывать, и через каждые пять слов он выслушивал по комплименту в адрес своего напарника, какой он умный, трудолюбивый, настоящий полицейский, лучше его нет, и так далее, и тем самым дала понять Джейсону, что ему тут ничего не светит; настроение лейтенанта было испорчено.       Через два часа по всем новостям показывали счастливое воссоединение семьи, плачущих родителей, испуганного, сонного ребенка, и безразличное лицо преступника. Ещё через час он был уже в участке, его сразу посадили в комнату для допросов. Всем было интересно послушать, поэтому, дверь в комнату за стеклом не стали закрывать: там собралась целая толпа. Всем было интересно, кроме Блэка: он знал, что его напарник и так скоро прибежит ему всё рассказывать, так что он просто ждал, сидя на своём месте, в то время как остальные толпились в духоте.       Так и случилось, не прошло и получаса, как Джейсон подошёл к нему.       – А ты что, не слушал?       – Нет, слишком душно там.       – А там и слушать нечего, я тебе сейчас всё расскажу. Отрицать что-либо было бесполезно, поэтому он раскаялся во всём и рассказал всё.       Изначально, у него было железное алиби, поэтому его не подозревали, у него был идеальный план, а он прокололся на такой мелочи, как кепка, вот идиот! Он и правда был с первого по третье июня в командировке в Вашингтоне, как и говорил, потом вечером четвертого июня встречался в мотеле на окраине Филадельфии с женщиной, с которой вёл переписку полгода, есть свидетели и камеры его засняли в кафе недалеко от мотеля. На самом деле. он приехал в мотель из Вашингтона, заселился в номер, ближе к ночи, незаметно удрал, автостопом доехал до парковки, угнал машину, поехал обратно, припарковал её недалеко от мотеля и пошёл завтракать в кафе напротив, затем пошёл в номер и через полчаса снова сбежал, на этот раз поехал за ребёнком; так как мальчик знал, что это его сосед, то после минуты уговоров, сел к нему в машину. Усач накачал ребенка снотворным и спрятал в багажнике, встретился с женщиной в мотеле, поужинали в кафе, потом разошлись, он выписался из мотеля, дошёл до машины, выкинул камни из чемодана и положил туда ребёнка, поехал до пригорода Нью-Йорка, утопил машину в реке и доехал на попутке до дома. Ребёнка держал в заранее подготовленной комнате за книжным шкафом. Знаешь, что он сказал? Настоящий псих. Сказал, что следил за ним уже почти год.       – Понятно.       – Понятно? И это все?       – Что ещё? Ребёнок нашёлся, можно вернуться к нашему делу.       – Да уж, правду говорят, что ты бессердечный.