Сделка ценой любви

Посиделки в кафе затягиваются на дольше, чем планировалось, и девушкам удаётся опомниться только в тот момент, когда к ним подходит Скарамучча, что явно уже заждался, или просто решил проверить, всё ли в порядке. И только Тарталья замечает, как какая-то девушка, торопясь, задевает его плечом, как только они вошли. Проводит её взглядом и незаметно для знакомых хмурится. Но молчит. — Составите нам компанию? — Фишль ухмыляется, складывая ногу на ногу, и Скарамучча улыбается, принимает предложение и садится рядом с Моной, обнимая её за плечи. Тарталья мотает головой, но садится рядом с юной девушкой, что оглядывает его с ног до головы и как-то по-хитрому хихикает. Мегистус заметно расслабляется и определённо радуется тому, как Скарамучча и Фишль смогли найти общий язык друг с другом: Фишль сама по себе личность спорная, она уживается характерами не с каждым, да и чтобы ей понравиться нужно быть или Моной, или же её друзьями детства, третье даётся редко. Да и тот факт, что общение с Тартальей у неё складывается свободно, как-то необычно, Мона не любитель общения и экстраветских реалити, но в этой компании она чувствует себя… Хорошо. Да, просто хорошо. Даже если они останутся друзьями, то Моне хочется верить, что вот такие посиделки будут чем-то, что станет их традицией. Такой… Дружеской, что ли. Фишль обещает наведаться в гости, говорит, что где-то на следующей неделе, и с огоньком в глазах смотрит на парочку, а после подмигивает Аяксу, будто уверена в своих словах. А парень только улыбается. Мона и Скарамучча только кивают, соглашаясь.

***

По этажу разносится эхом стук каблуков, ритмичный стук в двери, которые открываются после спокойного «Входите.». К кабинету этому относятся почти как к проклятому, из-за чего стараются обходить его в несколько метров и без надобности не подходить. Высокая темноволосая девушка останавливается и смотрит на ту, что чуть старше неё, но в свои годы уже является лидером крупной компании. — Удалось что-то выяснить, Сара? — Весьма интересную информацию, мисс Райден. Монолог, длительностью в минут пятнадцать, Эи не перебивает, слушает заинтересованно и делает какие-то заметки на листе бумаги, а после улыбается. — Благодарю, ты отлично поработала. Этого более чем достаточно. Сотрудница отдаёт поклон в знак уважения и покидает помещение. Настенные часы отдают раздражающим тиканьем, но мысли заняты другим. Эи смотрит на фотографии у себя в руках и на всю информацию, что записана на листках с пересказа подчинённой.

Постарался же, чёртов наглец.

— Оставила бы ты своего брата в покое, Эи~, — в комнату заходит девушка, принося чашку кофе, что оставляет на столе и смотрит на свою подругу, сверлящую её взглядом неодобрения. — Я говорила, что прежде чем входить нужно стучать? — Эи. На меня это не работает. — Яэ Мико, оставь мой кабинет. — А ты оставь своего брата в покое, — девушка складывает руки на груди, смотря с укором, и любому другому человеку стало бы стыдно и неловко, но Эи отвечает полным безразличием. — Я сама разберусь, что делать со своим братом. — Эи! Он не маленький ребёнок, раньше надо было разбираться, а не сейчас! Ему двадцать три года, и тебе пора от него отстать. — Его девушка — проститутка. — И что дальше? — Яэ Мико закатывает глаза, когда подруга поднимается и со стуком опирается ладонями на стол, — То, что он её встретил на трассе, не значит, что её можно так называть, тем более, воронёнок тебе всё объяснила, и что-то я не услышала, чтобы там был рассказ этой девчушки, как трудно… Снова стук ладонью по столу и Яэ Мико замолкает, вздыхая. — Запомни мои слова: Скарамучча пошёл не в тебя, скорее в Макото, она более упёртая и самоуверенная была, поэтому ты не сделаешь так, чтобы он тебя слушал. У тебя не получится, а вот отношения ты с ним испортишь. Выпишешь мне потом штраф. Девушка ухмыляется как-то по-лисьи и оставляет владелицу компании одну в четырёх стенах. Снова.

***

Мона падает на диван, когда заканчивает мыть пол, и закрывает руками лицо, чтобы свет от лампы не заставлял слезиться глаза — а может это просто усталость снова хочет дать о себе знать. Нет, всё-таки слишком сильно бьёт свет. — Гре-е-ей, выключи свет. Слышится уверенное гавканье и щелчок выключателя, после чего слышится, как с кухни в гостиную проходит Скарамучча. — Это что было? Мона приподнимается на локтях, пока Грей подбегает к ней и запрыгивает на диван, чтобы свернуться калачиком рядом. — А что? — Он не знает такой команды. — Врёшь. Скарамучча смотрит на неё с лёгким удивлением, и Мона прикрывает ладонью рот, сначала удивляясь, а после слабо смеётся. — Ладно, возможно, я просто ведьма. — Возможно. — Хэй! Скарамучча разворачивается и возвращается обратно на кухню, чтобы выключить там свет, и снова подходит к Моне, садясь на спинку дивана рядом, пока девушка ложится обратно, складывая руки на груди и прикрывая глаза. — Знаешь, даже если ты не понравишься моей сестре или знакомым, я в любом случае рад, что представляю именно тебя, как свою невесту. Скарамучча потирает щёку, не поворачиваясь в сторону девушки, от чего даже не имеет представления, насколько из-за этих щёк она покраснела. Он вздыхает, мотая головой, а после потягивается уходя в сторону. — Спокойной ночи, я… — Я тоже рада, что мы познакомились. Произносит Мона, не поднимаясь и даже не открывая глаза, но слышит, как парень подходит ближе, как он наклоняется и как целует её в лоб, а после вновь уходит в сторону своей комнаты, оставляя её одну. Мегистус прикрывает ладонями лицо, смущённо тихо визжит, даже не догадываясь о том, что её парень сейчас в такой же тишине скатывается по стене вниз от подобного смущения.

Стадия осознания приводит к постоянному смущению, от чего становится невыносимо сложнее.