Твоя муза

      Настал вечер. Его я помню, пожалуй, чётче всего, что происходило за первую половину моего заточения. Хотя не половину, скорее четверть… По датам, я так, сверился, я полгода сидел у него дома. И первая четверть моего прибывания в доме этого извращенца запомнилась мне мутно, кроме как раз-таки этого вечера. Скорее всего, потому что мне было очень приятно. Нельзя назвать изнасилованием этот момент, хотя я хрен знает: я находился в нестабильном состоянии и чёткого согласия не дал. Но тем не менее Питер, пожалуй, это единственный человек, кто доставил мне сексуальное удовольствие на максимум. Печально то, что это был единственный раз, единственный адекватный раз, если быть точнее.       Я проснулся нехотя, но мне было очень хорошо. Пища успела перевариться, но живот меньше не стал (здравствуй, новый отёк от большого количества соли). Либидо подскочило до стратосферы, по тем ощущениям, и мне хотелось соитий. Бёдра сами начали сжиматься, только я забыл, что между них лежит этот извращуга. Видимо, ему понравился этот мой непроизвольный «жест».       — Малыш, ты уже проснулся, — говорит Питер как всегда с заботой и ласково, но даже будучи сонным я улавливал нотки озабоченности. — Ты так сладко спал, словно младенец.       Не знаю, как воспринять это сейчас, потому что сравнение больное, но тогда я воспринял это как комплимент (очень стыдно за себя). От дикого возбуждения пробежала мощная дрожь, будто меня током ударили. Парень поднимается и смотрит на меня, изучает, практически поедает взглядом. А я просто раздвинул нога перед ним. Чувство, будто я кошка во время течки. Меня это так возбуждало, но сейчас… Господи, мне это не просто стыдно рассказывать. Я готов под землю провалиться сейчас. Тогда я был просто на седьмом небе и хотел, чтобы меня просто взяли.       — Ты… ты такой соблазнительный, — слышу дрожь в его голосе, и этот огромный язык.       Поцелуй с ним был чем-то очень необычным, отчего потом я стал зависим, как от транков. Длинный язык проник куда-то глубоко внутрь, он был такой горячий. Дышать было максимально тяжело, но ощущение тепла изнутри заставило меня перестать думать обо всём. От недостатка кислорода уже начал закатывать глаза, но от себя Питера не отстранял. Мне было слишком хорошо. Он сам меня отстранил, а после опустился ниже, стянул с меня бельё и перевернул на живот. Его руки легли на ягодицы, и я задрожал под ними. Косо смотрю на тумбочку, которую он позже открыл: этот чёрт ещё забрал мои секс-игрушки. У меня их много, даже очень. И он их все забрал. Я уже тогда знал какие игрушки он выбрал на первом этапе: три виброяйца и пробку. Много сладкой смазки, аромат которой донёсся до меня. Химический запах ягод. Люблю такое.       — Ох, малыш, я бы хотел тебе присунуть, но ты пока что не готов… Начнём тебя подготавливать…       Чувствую холодную смазку у дырки. Немного залил её внутрь, всё по правилам. А затем первое яйцо, самое маленькое. Потом второе, побольше, и третье, самое большое. Шнурочки наружу, хотя он был бы не против покопаться своими лапами внутри меня. Слышу его тяжёлое дыхание, представил его зверскую улыбку. Сейчас мне мерзко, но тогда мне было хорошо. Мне было приятно, что кто-то был от меня настолько без ума. А сколько фейерверков у меня в голове начало возникать, когда он начал включать эти игрушки по очереди… Он смог вырвать из меня стоны. Закрыл проход пробкой. Его ехидный смех…       — Поработаешь ротиком?       Обожаю делать минет, особенно если начнут делать мне приятно. Я готов на всё, лишь бы ласкали меня. Он это прекрасно знал. Поднял меня, усадил в позу лягушки и довольно облизывается. Я чувствую его возбуждённый взгляд и руку на затылке. Мне было настолько на всё плевать, что я дышал с открытым ртом, как собачка.       — Ты выглядишь божественно…       Всё-таки он настоящий извращенец, и он же сделал меня таким на тот момент. Я плохо помню конкретно этот момент из-за недостатка воздуха, но я чётко помню, что мне нравилось ему отсасывать.       Я не знаю, зачем я всё это вам рассказываю, особенно в таких подробностях… Но вам это нравится… Поэтому продолжу.       Такого большого члена я ещё не видел. Сквозь туман я подумал, что он меня разорвёт, но я не учёл того факта, что мне так сильно понравится эта наполненность внутри. Двадцать добротных сантиметров в моём горле… Тогда мне было так хорошо. Я дрожал от дикого возбуждения. А сейчас… Это какой-то ужас. Помню нехватку воздуха, вкус пота, его порыкивающие стоны…       Благо это мракобесие долго не продолжилось, но самое интересное, как столько семени у него помещается в… Ладно, не буду говорить это слово. Оргазм сопровождался выкриком моего имени и большим количеством семени. Я не успевал глотать. Чётко помню, как мой живот заполнялся им. Как будто я выпил много воды, но это отнюдь не вода… Я думал, что лопну, но благо это закончилось, и этот ебанный шланг высунулся из рта. Вибрация внутри продолжается, а меня клонит в сон. Желудок урчит от такого сильного натяжения. Его возбуждает моя полнота… И не только та, которой я обладал вообще…       Я не получил удовлетворения, как и он. Видимо, это только начало. Ебучий секс-гигант. Пока он вытаскивал из меня все игрушки, длинный горячий язык по кругу обводил мой округлившийся, похожий на беременный живот. О боги, как меня передёргивает от омерзения… Мне мерзко от того, что мне нравилось такое ощущение. Я настолько на нём зациклился, что даже не заметил, как он вошёл в меня, оттрахал и кончил второй раз, также много… Единственное, что я помню, это то, что живот снова увеличился. Было уже больно, но ему было плевать, как и мне.       Мне снова не хватало ласки, хотя я сам был на грани оргазма. Он снова вернулся к животу: вылизывает, чуть покусывает и аккуратно мнёт. Меня будто постоянно било током, и в конце концов я наконец-то почувствовал оргазм. На стоны у меня сил не хватило, но ему было достаточно того, что я удовлетворён. Я уснул быстро, а Питер приложился прямо рядом со мной. Правда, сквозь дремоту, я чувствовал, как он меня одел.       Я проснулся посреди ночи. Абсолютно внезапно. Я был в лежачем положении, накрытый одеялом. Я посмотрел под него: живот всё такой же большой: у меня очень быстро откладывается жир, и, собственно, это был он. А ещё этот извращенец лежал на мне. Тяжело. Очень. Но мне лень скидывать его с себя, поэтому я просто забил и снова уснул.