Записки Вареньки Свободной

Обычно Рыся встречает меня с порога и крутится под ногами пока не прикрикнешь. Но сегодня киска решила нарушить правила. Первый этаж дома представлял собой коридор, огибающий кухню-столовую, туалет, техническую комнату, с отопительным котлом и прочей бытовой мелочевкой, и дверь на веранду. - Есть кто дома? – крикнула я, заглядывая в кухню. - Гав! – вяло откликнулась чихуахуа по клички Кнопка. Эта собачка появилась у нас через год после Рыси. Я давно хотела чиху, но денег на приобретение породистой собачки не хватало. Надо отметить, что с появлением Рыси наша жизнь изменилась. Устав от работы и подработок, от попыток заработать, чтоб есть и есть, чтобы работать, я лежала на диване и тихо плакала. Всё закончилось круговой порукой. Конечно отдавать ипотеку разумнее чем платить аренду, но… но… но… Приходится выпрыгивать из трусов, чтобы не остаться голодным, босым и без жилья. А я давно хочу профессионально писать музыку, придумывать лайф-хаки для молодых и ленивых хозяек. Но бесконечная гонка не даёт даже голову поднять. Я слушала, как на кухне льётся вода, ругается себе под нос Тёмик, и звякают намытые тарелки. Я всхлипнула. Около лица появилось движение, и по прикрытым глазам пробежался шершавый язычок. Потом мокрый носик понюхал лицо и недовольно чихнул. Я продолжала молча ронять слёзы. Я согласна зарабатывать, но хочется видеть результаты. Новенький торшер, умную технику, ну или, на худой конец, посудомойную машину – мою самую сокровенную мечту. Но маленькая кухня с трудом вмещала холодильник, а мультиварка ютилась под столом. Кошечка прикусила острыми зубками меня за нос привлекая внимание. - Ну чего тебе? – буркнула я, открыв один глаз. Кошка недовольно пялила на меня глазки. Я отвернулась к стенке. Хорошо кошке. Её кормят, поят, и ей не нужно заботиться о жилье и уюте, сводить концы с концами и бояться остаться на улице. Конечно и у меня, и у Тёмы есть родители, но возвращаться к ним – смерти подобно. Во всяком случи, я бы не хотела давать маме повод убеждаться в своей правоте. Отношения с домашними у меня сложились своеобразные. Думать ещё и об этом не хотелось. Я уткнулась носом в спинку любимого дивана и, кажется, задремала. К слову говоря, диван я выбирала с душой. Это угловой достаточно жесткий предмет мягкой мебели имеет две полочки в углу, а между ними подцветка. На полочках у меня обычно валяется всякая мелочевка типа проводов, телефона, ноутбука и т.д. Проснулась я от объятий. - Варя? Что с тобой? – обеспокоено спросил муж. Он стоял перед диваном на коленях и настороженно смотрел в лицо. - Ничего… - вздохнула я, садясь. - Ты плакала? Почему-то именно этот вопрос стал последней каплей. Спроси Тёма что-то другое, я бы отшутилась, обозлилась или проигнорировала. Но лавину слёз прорвало. Рыдания рвались из груди болезненным криком. Я сползла на пол. Меня колотила нешуточная истерика. От собственного крика болела голова, но остановиться я была не в силах. Чем всё закончилось я не помню. Просто очнулась утром в постели голова была тяжёлая как после качественной попойки. Я попыталась подняться. Ох… Ну точно, бухала вчера. Вот только почему я этого не помню? С кухни доносился шепот. Так! У нас гости. Сколько же времени? Но дотянуться до телефона я не смогла, а точнее его не было на полу возле дивана. Со второй попытки я села, голова закружилась и загудела, как растревоженный улей. Попытка утвердиться на ногах привела к тому, что я упала обратно, а к горлу подкатила тошнота. Я решила добираться до туалета ползком, не очень хочется портить пол и постель. С постели я сползла неожиданно громко. С кухни тут же прибежали Тёма и Вероника, моя лучшая подруга. - Проснулась? – спросила она. – Как ты себя чувствуешь? Ну, более идиотского вопроса Ника придумать не могла. Я подняла голову и постаралась высказать всё, что я думаю и чувствую глазами. Уж не знаю, что они увидели в моих очах, но меня подняли с пола и с осторожностью, что бы не расплескать, потащили в туалет. Когда я относительно пришла в себя и утвердилась на кухне с чашкой свежесваренного заботливыми Тёмиными руками кофе, мне рассказали, что произошло. Истерика меня скрутила капитальная. Я каталась по полу с визгом и подвываниями. Тёма перепугался не на шутку, а Рыся забилась в угол и зашипела. Уговоров я не слышала, а попытку удержать меня силой я предотвратила довольно грубыми ударами и попыталась расцарапать мужу руки. В подтверждение мне продемонстрировали две царапины и синяк. И тут зазвонил мой телефон. Никогда не встречавшийся с таким Тёмка с облегчением увидел на экране аватарку Ники. Схватив трубку, как утопающий соломинку, он заорал стараясь перекрыть мой визг. - Приезжай! У нас тут! Ужас! Услышав истерический вопль Тёмы и мой вой на заднем плане, Ника в кротчайшие сроки оказалась у дверей нашей квартиры. К тому моменту я устала орать и только поскуливала и кашляла. Разобравшись в ситуации подруга отослала Тёму за крепким спиртным и принялась приводить меня в чувства. Грубая пощёчина, стакан воды на голову, пара глубоких глотков всё из того же стакана. Я заткнулась, но не отошла от истерики. А потом в меня залили почти литр водки. Дали бы ещё, но я отключилась. Меня бережно раздели и уложили на разложенный диван. Ника привела немного разгромленную квартиру в порядок и осталась ждать моего пробуждения. - А который час? - почти девять. – спокойно ответил Тёма. Я подпрыгнула на стуле, расплескав остатки кофе. Голова отозвалась болью, а желудок тошнотой. - Мне же на работе надо быть! – завопила я. - Сядь! – безапелляционно сказала Ника. – Тёма позвонил на твою работу и сказал, что у тебя температура. - А на своей я взял отгул, - продолжил он. - Теперь надо решить, что делать, - спокойно продолжила Ника. Я вопросительно уставилась на неё. Короче говоря, разговор получился не из лёгких. Было принято несколько важных решений, одним из которых было моё увольнение с работы и отдых в течении месяца от всего и вся. А во время отдыха я должна, нет просто обязана заниматься любимыми и приносящими радость делами: вышивать, танцевать и т.д. За неделю я отыскала себе идеального педагога по вокалу. Её тоже звали Варвара и она была совершенно слепа. Но это не мешало ей жить и работать. Её мама – просто герой! Она положила всю свою жизнь на алтарь Вариного благополучия. Правда, у меня есть пара своих идей по этому поводу, но об этом в другой раз. В общем, я постепенно становилась самым счастливым человеком на земле. После занятий я летела домой и принималась облагораживать свои песни. В один прекрасный вечер Тёма пригласил меня на прогулку. Мы доехали до набережной, купили там по большой порции шашлыка. А потом муж сел за руль и торжественно сообщил, что меня ждёт сюрприз. Через час мы оказались у железного забора, из-за которого раздавался собачий лай. Я, как ребёнок, радовалась и изнывала от любопытства. Оказывается, любимый давно уже присмотрел мне подарок – щенка Чихуахуа. Моему восторгу не было предела. Так в нашей семье появился ещё один член – чиха Кнопка. К слову говоря, с Рысей они поладили, а я ловила кайф от воспитания маленькой пёсы. За воспоминаниями я поднялась на третий этаж, где располагалась внушительных размеров спальня и две гостевых. По моей прихоти стиральная машина располагалась именно на третьем этаже. Я так решила из соображения, что таскать трусы и простыни с третьего этажа на первый, что бы постирать и высушить не целесообразно. Так что на балконе я расположила умную сушилку для белья – очень удобная вещь. В спальне на кровати лежала белая шикарная кошечка с вислыми ушами и слегка на выкате глазами. Нашли мы её несколько месяцев назад. Наш странный дом был почти готов, оставалось только несколько косметических штрихов и мебель. Городская квартира была почти продана, и мы уже жили в доме вместе с Кнопой и Рыськой. Загрузившись после трудового дня в Тёмин Мерседес внедорожник, мы рванули за покупками. Забрали кое-какую мебель в разобранном состоянии и заехали в Ленту за продуктами. Когда машина оказалась загружена под завязку мебелью, продуктами питания и симпатичной посудой, мы решили прогуляться по почти ночному парку. Мы шли и наслаждались… вспоминали первые свидания и ту робость, с которой изучали друг друга. Время двигалось к полуночи, а уходить совершенно не хотелось. Мы присели на обледенелую скамейку. Ощущение первого свидания было таким реальным, что мы потянулись к губам друг друга. Сладость отношений в нашей паре давно сменилась на взаимное уважение и крепкую почти родственную привязанность, но сейчас… Мы тонули в нежности и захлёбывались в разгорающейся страсти. Вдруг мне что-то послышалось. - Что это? – настороженно полушепотом спросила я, прервав поцелуй. - Где? - Вроде какой-то шорох сзади. Мы обернулись, но там, конечно ничего не было. Звук повторился, и мы дружно сунули голову под скамейку. Там ничего не было, кроме комков снега. Хотя, минуточку! У одного комочка, кажется, есть глаза! Я сунула руку и схватила снег. Каково же было моё удивление, когда я поняла, что он живой. От неожиданности я чуть не отбросила его с визгом, но в этот момент мою руку перехватил муж. - Котёнок?!! – вскрикнул он. Усилием воли я остановила замах, стащила перчатку и быстрым движением убрала снег. Это оказался маленький белый котёнок, замерзший в ледышку. Незговариваясь мы рванули в машину. Я запихнула почти бесчувственное тело под куртку. Пока мы бежали сквозь парк к машине, Тёма прокладывал маршрут до ближайшей ночной ветеринарной клиники. Пока белый внедорожник летел по ночным улицам в лечебницу, я пыталась согреть маленькое тельце. Это каким же живодёром надо быть, что бы выкинуть котёнка на мороз? Сами без шапки и сапог и в окно не выглянут, а котика можно? Мы взаимно крыли матом нерадивого хозяина, пока машина скользила по ночному замёршему городу. В клинике оказалось совсем мало народу. Несколько собачников и бабулька с птичкой. Очередь мне показалась бесконечной, и я принялась просить, что бы пропустили. - Ну счаз! – возмутился один из собачников. – Садись и жди! - У нас котёнок замёрз! – вступил в разговор Артём.- А вдруг он умрёт, пока мы в очереди сидим! - Это будет на вашей совести! – не дала я повиснуть тишине. - И где твой умирающий? – Набычилась бабка. Я с замиранием сердца полезла за пазуху. Белый комочек почти не дышал. - Следующий! – сказала молодая доктор, выходя из кабинета. Я в два прыжка оказалась перед дверью. Девушка нахмурилась, но я уже протягивала ей умирающий комочек. Оценив обстановку она приняла нас без очереди. После каких-то манипуляций нам вернули котёнка. - Что ж вы, хозяева, до чего малышку довели, - недружелюбно сверкая на нас глазами сказала докторица. - Мы его в парке нашли, - Ответил Артём. - Вот твари! – сменила девушка гнев на милость. – Как можно живого маленького котёнка, даже ущербного, выбросить как мусорный пакет. - что значит ущербного? – Изумилась я. - Видите! Это довольно дорогая порода, но на выставках к каждому объекту довольно суровые требования. А у вашей найдёнки задние лапки разной толщины и слегка кривоваты. - Понятно, - вздохнули мы. - Мы его заберём, - сказала я, а Тёма поспешно кивнул. Врач улыбнулась ещё радушнее. Маленькую киску приняли довольно благосклонно другие члены стаи. Малышка отогрелась, распушилась и стала похожа на глазастого совёнка. Я стянула с себя уличную одежду и вытянулась поверх покрывала в нижнем белье. Двигаться ужасно не хотелось. Кошка по клички Сова потопталась и с дробным мурлыканьем устроилась на моём животе. К слову, всю зиму и большую половину весны она провела на третьем этаже, где полы покрыты мягким ковролином.