Отпуск (Драбблы)

– Доброе утро, мой Асюэ… Цзышу сладко потянулся, скидывая с себя плед, и опять расслабился. Просыпаться совершенно не хотелось, хотя утреннее солнце уже начинало припекать. – Доброе. Утро. – промычал он, пытаясь разлепить глаза и сфокусироваться. Голова гудела от вчерашних возлияний, вдобавок по лицу что-то ползало. Он нехотя мазанул ладонью по щеке и наткнулся на руку Кэсина с зажатой между пальцев прядью волос. – Асин, ну что ты делаешь? – недовольно заворчал Цзышу, разворачиваясь на бок. – Пытаюсь тебя разбудить, чтобы ты не подгорел на солнышке. Рука скользнула по талии и теплые губы прижались к губам. Цзышу лениво ответил на поцелуй и тут же принюхался. – Ты зубы чистил? – спросил он строго. – Что ты ел вчера такое? – Конечно, и душ принял, у нас вообще тут джакузи на крыше. – хихикнул Кэсин, ничуть не обидевшись. – На крыше? – Цзышу сел и удивленно огляделся. – А, ну да… Воспоминания о финале вчерашнего разгула были весьма смутными. Цзышу потер глаза, потряс головой, чтобы хоть как-то загрузить настройки… ужасно хотелось пить, и в душ, но любимый муж упорно лез обниматься. – А плед откуда взялся? – спросил Цзышу, и вдруг засмеялся, вспомнив пьяные вертолеты. – Вэнь Кэсин, у тебя короче. – Что? – Кэсин насупился и убрал руки. – А ночью ты говорил другое? – Что? – повторил за Кэсином Цзышу и пощупал руками задницу. – Да не, ты бы не смог меня, спящего, невменяемого… По лицу Кэсина расползалась шкодливая улыбка. – Кто знает, Чжоу Цзышу, кто знает… – Маньяк. – резюмировал Цзышу. –  Кстати, где наши голубки? Подавали признаки жизни? – Пока нет, давай уже спускаться, здесь становится жарко и я хочу кофе. – И зубы почистить… – Ну Асюэ! Цзышу кое-как, перекатываясь, добрался до лестницы и подергал ее, проверяя на прочность. – Как мы с тобой сюда залезли-то пьяные и ничего не сломали? – Сам удивляюсь… ** Еще спускаясь вниз, Цзышу и Кэсин поняли, что что-то не так. Из дома доносилась ругань, хотя ругался в основном Байи, Се Ван же пытался утихомирить своего похмельного мужа мирными переговорами. – Байи, это всего лишь птица. Она не вкладывает смысл в свои слова, а просто повторяет то, что запомнила. Ну как ты не понимаешь. – Дурацкая птица. Это все Кэсин виноват! – Ну конечно, во всем виноват я… – пробурчал Кэсин, стоя за дверью. – Не успели проснуться, попали в скандал. – И для этого ты его учишь, как обозвать Кэсина подурнее, да? То есть мой подарок будет ругаться сам с собой по ролям. Ты ничего умнее не придумал, Е Байи? – Се Ван говорил тихо, но  в его голосе чувствовались истерические нотки. – Ты хочешь мне день рождения испортить? Нашел, о чем поскандалить, мало тебе вечных разборок с Кэсином, ты решил и меня с попугаем к этому примазать? Давай тогда всех позовем и поорем друг на друга, кто больше виноват. Наверное, я… мой же день рожденья… – Да ты не понимаешь! – Куда уж мне понимать… может тебе похмелиться? Вряд ли у тебя недотрах… – Нифига себе… – продолжал ничего не понимать Кэсин. – Я не знал, что доктор так умеет… – Ты о чем? – Се Ван обиделся и заговорил не по-книжному. Вот твой учитель все-таки скотина, даже спокойного и умного доктора довел до нервного срыва. – Да ну тебя… – Цзышу тыкнул Кэсина в бок. – Может, вмешаемся уже? – Ты мне хамишь что ли, мальчишка! – взвился Байи. – Ты меня совсем не любишь! –  Се Ван запнулся и всхлипнул. – Я пойду прогуляюсь, не хочу с тобой разговаривать. Се Ван вылетел на улицу, при этом чуть не снес раздвижные двери, оставив их открытыми и быстрым шагом двинул к выходу из усадьбы, на ходу завязывая розовое ханьфу. – Не очень то и хотелось! – крикнул вдогонку Байи. –  Ты сам сначала остынь! Учить он меня вздумал… – Че делать будем? – прошептал Цзышу. – Не знаю… но ты же меня спасешь, если что? – спросил Кэсин и вздохнув в небо, шагнул в дом. Байи повернулся на звук и резко изменился в лице. – Ты! – он шагнул в сторону Кэсина и посмотрел по сторонам, видимо в поисках чего-нибудь потяжелее, но потом плюнул и сфокусировал свой гнев на этом виновнике скандала, решив задушить его голыми руками. Кэсин предусмотрительно спрятался за Цзышу, даже не стесняясь, хотя Цзышу тоже был не особо рад вступать в конфликт с учителем. – Байи, Байи, успокойся пожалуйста! – лепетал Кэсин из-за спины мужа, не осмеливаясь называть черепаху черепахой, чтоб не нагнетать. – Учитель… – вторил ему Цзышу, предусмотрительно, на всякий случай, мало ли что,  встав в оборонительную стойку. – Вы оба, мать вашу! – Байи приблизился вплотную, сжав кулаки, но все-таки любовь к этим балбесам остановила его от членовредительства, он в сердцах рыкнул и отошел. – Если вы ругаетесь из-за мелочей, то в чем мы виноваты? – осмелел Кэсин, высунув нос за амбразуру, но получил тычок от Цзышу. – Угомонись! – цыкнул тот, но Кэсин не унимался. – Нет, ну в самом деле, мы тоже ругаемся, но мы же не виним в этом окружающих, если у них не все гладко, то подари я хоть набор вилок, они бы поругались. Вчера же все ок было, что случилось-то? – Не знаю… – Байи сел на диван и обхватил голову руками. – Голова трещит. – Иди найди таблетку и сделай чаю. – шепнул Цзышу Кэсину и сел рядом с учителем. – У вас с Се Ваном все в порядке? – спросил Цзышу участливо. – Я никогда его таким не видел, он же все просекает и пресекает на раз-два. А тут обиделся. – Да все у нас хорошо. – раздраженно выпалил Байи и осекся. – Нет, серьезно. Мы живем душа в душу, ну спорим иногда по мелочам… вы вон со своим постоянно выясняете, кто сверху, это вам не мешает любить друг друга. Не знаю что на меня нашло, этот попугай выбесил, блин… Кэсин принес чайник с чашками и поставил на стол. Потом всунул деду в руки таблетку и стакан воды. Тот выпил и задумался. – И чего делать-то теперь? – Ну для начала успокоится… – Цзышу почесал голову. – Я думаю, Се Ван не настолько даст волю эмоциям, чтобы уйти пешком в город и заставить всех нервничать. Погуляет часик и вернется, тогда и поговорите. – Тебе лучше извиниться, старый ты дурак. – нравоучительно заметил Кэсин.  – Не потому что ты прав или нет, а просто за свою грубость. Разве можно так с доктором-то? Он среди нас самый неконфликтный и спокойный, это как надо было его довести, чтобы он психанул. Ты совсем уже из ума выжил что ли? Байи поднял взгляд на Кэсина, но даже не стал вступать в полемику, а только грустно вздохнул и опустил голову. – Ну ладно, всё, учитель, выпей чаю и поспи, не надо только бегать искать Се Вана, пусть побудет один. – Цзышу похлопал учителя по плечу и поднялся. – Думаешь? – тихо спросил Байи. – Думаю. А мы пока в душ. Цзышу поймал Кэсина за рукав и потащил из комнаты. – У меня даже слов нет… – прошептал Кэсин, раздеваясь. Он был настолько в шоке, что даже не среагировал на упавшее с мужа на пол ханьфу. И только вид голой попы в движении отвлек его от чужих отношений, рот растянулся в улыбке и руки сами потянулись проверить, осталась ли она за ночь такой же мягкой и упругой… ** Как только Се Ван вышел за ворота усадьбы, его обиженное выражение лица испарилось, сменившись хитрой улыбкой. – Ох, Байи, Байи… старая ты черепаха… Он покачал головой, сорвал травинку, засунул ее в рот и пошел прогуляться вдоль дороги, под тенью огромных деревьев. Он знал, что через четверть часа Байи станет настолько стыдно за свое дурное поведение и хамство, что по возвращении Се Ван утонет в любви и просьбах о прощении, потом они на свежую голову поговорят и конфликт будет исчерпан. Кэсину, конечно, прилетит, но ему не привыкать, к тому же у него есть защитник. В конце концов, Се Вану  надоело быть доктором, он решил просто покапризничать и вести себя так, как обычно делают эти трое – пойти на поводу у эмоций. Этот локальный инцидент не стоил того, чтобы иметь печальные последствия. Се Ван улыбнулся в небо и вдруг сзади раздался топот копыт и грохот. Се Ван остановился и обернулся. Из леса выехала крытая деревянная повозка, запряженная парой лошадей. На таких в его любимых фильмах ездили знатные господа. По бокам ехали два всадника в форме императорской охраны. Се Ван от удивления замер, во все глаза пялясь на приближающуюся компанию. Повозка поравнялась с ним и остановилась. Из нее выбрался мужчина лет сорока с собранными в пучок волосами и в расшитом золотом ханьфу. Се Ван забыл, как дышать. – Доброе утро. – мужчина сложил руки в уважительном поклоне. – Меня зовут Хэлянь И, я хозяин этих земель. А вы один из тех четырех господ, что сняли мою усадьбу с лотосами? – Аа… эээ… да… – Се Ван пришел в себя. – Как мне вас называть? – Я Се Ван… – ответил доктор с поклоном. – Чудесно. Не желаете ли прокатиться до моего поместья и выпить доброго вина тридцатилетней выдержки? Се Ван оглядел его с головы до ног и обратно и прислушался к своим ощущениям. Интуиция говорила, что будет весело. «Почему бы и нет». – подумал он. – С удовольствием! ** – Ну и где он может быть? Вы, два умника. Не трогай его, через часик вернется, бла бла… Уже пять часов прошло, долго мне еще его не трогать? – ругался Байи, наматывая круги по дому. Цзышу и Кэсин сидели на диванчике и хлопали глазами. Утром, после душа и легкого перекуса они опять завалились спать и проспали бы до вечера, если бы не нервный до истерики Байи. Не выдержав, он растолкал обоих и сказал, что больше ждать не намерен и надо идти искать, связаться с администрацией, вызывать полицию и мчс, ибо его любимый малыш потерялся и не отвечает на звонки. Байи уже сто миллионов раз пожалел о своем утреннем плохом настроении, барахтаясь по уши в чувстве вины, как и предполагал Се Ван. – Да подожди ты с полицией… – начал было Кэсин. – Тогда звони, с кем ты там  договаривался! – Ладно, ладно, не кипятись, сейчас. – Ты думаешь, что-то случилось? – спросил Цзышу шепотом. – А черт его знает, я не знаю, что и подумать. Доктор так обычно себя не ведет, это странно. Кэсин куда-то позвонил, задал свои вопросы, покивал в трубку и отключился. – Говорят, что его никто не видел, но они займутся и будут искать… – Кэсин замолчал, недоуменно глядя на телефон. – Какие-то они тоже странные, как будто что-то знают и молчат. – Блять… – выругался Байи. – Пошли искать. Они обошли двор на всякий случай, мало ли, Се Ван спокойно спит в беседке, а они тут психуют, потом обошли близлежащие окрестности, пугая птиц криками. Результатов не было, и Байи решил вернуться и звонить в полицию. Он уже не злился и не ругался, в груди скребся страх. Кэсин и Цзышу пытались его подбодрить, хотя и заметно нервничали. Кэсин позвонил еще раз менеджеру, но результат был тот же… и тут в дверь постучали. Байи, растолкав сочувствующих, подлетел к дверям и рванул их в стороны. На пороге стоял добрый молодец в привычном уже усяшном наряде и треугольной шляпе. Он молча вручил Байи письмо и отошел. – Это что еще за хрень? – удивился дед и вскрыл письмо. Чем дальше он читал, тем больше в его душе закипал гнев. Дочитав, он поднял тяжелый взгляд на Кэсина, и, скомкав письмо, отшвырнул его в сторону. – Вэнь Кэсин… так это все твоя затея? Тебе не кажется, что всему есть предел? Кэсин смотрел на него, ничего не понимая. – Да в чем дело то? – Я прибью тебя, и твой муж тебя не спасет. Цзышу тем временем расправил письмо и подошел к Кэсину. «Уважаемые господа. Спешу вам сообщить, что ваш друг находится у меня. Если хотите его увидеть, следуйте указаниям человека, который принес письмо». Ни подписи, ничего. – Да я тут вообще ни при чем! – воскликнул в сердцах Кэсин. – Байи, ты думаешь, что я мог бы зайти настолько далеко? – Да от тебя всего можно ожидать! – Откуда мне было знать, что вы поругаетесь, и Се Ван уйдет? Мне кажется, он там без нас чего-то намутил. – Я тебе не верю! – Байи сверлил Кэсина взглядом, разрываясь между разумом и чувствами. – Да я клянусь! – Я тебе не верю! – повысил голос Байи. – Разве ты мне скажешь правду! – Разве я тебе не друг? – тихо спросил Кэсин. – Ему скажи. – Байи ткнул пальцем в Цзышу. – А ты думаешь… – Кэсин скривил рот в саркастической улыбке. – Я при тебе скажу ему правду? – Ты!!! – Так, стоп! – встрял в диалог Цзышу. – Хватит выяснять отношения. Кэсин, ты правда ни при чем? – Да нет же! Чтоб мне год без секса! – А кто здесь главный? – Территорией этой владеет некий Хэлян И, чересчур загадочный и очень богатый тип, я с ним не знаком, но знаю, что он любитель закосплеить императора. Со всеми вытекающими из его банковского счета последствиями. Цзышу хмыкнул и продолжил: – В любом случае, главное, с Се Ваном все в порядке, я думаю, это какой-то квест, и нам нужно следовать указаниям в письме. Ничего криминального не случится. Втроем они последовали за ожидавшим их посланником. На каждого надели наручники с длинной цепью, завязали глаза и посадили в повозку. – Если я выберусь отсюда живым, я заберу Се Вана и уеду с ним на Тибет, подальше от вас. – Да он сбежит от тебя через неделю, а через две и ты сам. – хохотнул Кэсин. – Как это ни прискорбно, но ты прав, мой недалекий друг. Повозка вздрогнула и, громыхая, покатилась вперед по грунтовой дороге. ** Несколькими часами ранее. – Святой Будда, это не дом, это дворец главы клана. Как такое вообще возможно? Вы здесь дорамы снимаете? – Се Ван оглядывался, чуть не взвизгивая от восторга. – Я как в мечту попал. – О, нет… – Хэлян И засмеялся и махнул рукой. – Это моя личная дорама, мой собственный усяшный мир. Я здесь живу. Се Ван осторожно шел вдоль стены, кончиками пальцев ощупывая позолоченную лепнину. Шелковые обои согревали приятной текстурой. Статуэтки из нефрита и черного металла переливались и гармонировали под грамотно установленной подсветкой. Изысканные курительницы для благовоний источали тонкий аромат. А синий дымок из них завивался в причудливые,завораживающие узоры. И все это наяву. Се Ван не скрывал восторженного взгляда. – Хотел бы я жить в таком доме. Тот дом, где мы остановились, он тоже хорош, но этот… безупречно… ничего себе, здесь даже трон есть. – Да… иногда хочется побаловать свое эго. Я вижу, вы тоже любитель этого стиля. Не хотите присесть? – А можно? – Конечно, это же не музей. Се Ван осторожно сел на трон, испытывая ни с чем не сравнимый восторг. Его внутренний мир как-будто ожил и материализовался вокруг, он даже забыл, что поругался с Байи, да и вообще забыл о его существовании. – У вас очень красивое ханьфу. – А? Да, это мой друг сшил, он модельер. – Се Вану на секунду пришлось вынырнуть из океана грез, где он представлял себя принцем, не меньше чем родным братом императора. – Очень тонкая и изящная работа. Кстати, может быть, ваши друзья присоединятся к нам? – Боюсь, они не оценят величия и красоты этого дома. Тем более, мы немного повздорили. Пусть поволнуются. – Тогда предлагаю организовать для них небольшое приключение. И им не скучно, и мы развлечемся. Пойдемте, покажу вам дом, и заодно расскажу свои идеи. Наверное только сейчас Се Ван осознал, что чувствует ребенок, когда видит настоящего Санта Клауса. Се Ван восхищался с такой детской непосредственностью, что Хэлян И только умилялся, подбрасывая дровищек в костер впечатлений. Ведь все можно было не только посмотреть, но и потрогать, посидеть полежать и померять. Показав весь дом и огромный внутренний двор, Хэлян И усадил уставшего от эмоций Се Вана в беседку в тени развесистых каштанов. Молчаливые служанки принесли запечатанный кувшин с вином , который хозяин собственноручно вскрыл, осторожно очистив от засохшей глины. – Как вам? – Нет слов… – Можете не продолжать… – Хэлян И рассмеялся. – Выслушаю, когда вернется дар речи. Выпьем! – А теперь послушайте, что я придумал насчет ваших друзей и давай уже перейдем на ты. – Согласен.