Золото в облаках

Найти племянника оказалось делом сложным, но Цзинь Гуанъяо с этой задачей справился. Ребенок после тренировки уже переоделся и поел, так что Гуанъяо аккуратно постучал в двери личных покоев племянника, а после тихого разрешения и вошел внутрь. — А-Лин, — мягко улыбнулся Цзинь Гуанъяо, но племянник этого не увидел, потому что не смел оторвать глаз от пола. Гуанъяо только хотел сказать, чтобы Цзинь Лин перестал так волноваться и мять в руках золотую форму, но племянник неожиданно сам подошел к нему и бахнулся на колени, начав судорожно извиняться. — А-Лин. Ну что ты. Хватит. Давай вставай. Я на тебя не обижаюсь. Все хорошо. Вставай, — успокаивающе говорил Гуанъяо, пытаясь здоровой рукой поднять с пола юношу. Вот что за упрямый и вздорный нрав? Как же А-Лин все-таки похож на Цзян Чэна. Заклинателю только и оставалось опуститься также на пол, потому что провинившийся ребенок абсолютно не желал признавать себя так легко прощенным. — Послушай, А-Лин, не скажу, что твои слова меня не задели, но я как никто другой знаю тебя. Ты потрясающе похож не только на своих родителей, но и на нас с Цзян Чэном. И если твоя матушка умела подбирать слова, чтобы выразить свои чувства, то Цзинь Цзысюань не сразу этому научился. Про Главу Цзян и говорить не стоит. Я могу представить, что он мог тебе такое сказать, но не хочу его винить в этом, так как не верю, что он на самом деле так считает. Ты лучше меня знаешь, что твой дядя Цзян имеет злой язык, но доброе сердце, — сказал Цзинь Гуанъяо, сидя на коленях напротив племянника. — Так что твои извинения приняты и тебе нет нужды больше стоять на коленях. Цзинь Лин поднял покрасневшие глаза, всматриваясь в лицо своего дяди Яо. Гуанъяо же лишь с улыбкой приобнял за плечи этого ребенка, что уткнулся ему в плечо, пытаясь незаметно шмыгнуть носом. — Прости. Я не хотел. Я так не думаю о тебе, — снова тихо сказал Цзинь Лин, принявшись теперь мять мантию Главы Цзинь. — Уже все хорошо, А-Лин. Просто постарайся в будущем уделять своим словам больше внимания. Стремись быть еще лучше, чем ты сейчас. И я говорю не только про тренировки, — наставлял племянника Цзинь Гуанъяо. — Хорошо, Глава Цзинь. Я внял вашим словам. Цзинь Лин встал и сделал уважительный поклон. Гуанъяо же полностью довольный собой, так же поднялся, думая о том, что не мешало бы сказать пару слов и Главе Цзян, чтобы тот не надумал себе чего лишнего. Глава Цзинь, шагая по коридору с Цзинь Лином, только мысленно принялся рассуждать, что можно было бы повторить вчерашнее совместное чаепитие, но был прерван подбежавшим адептом, который сообщил ему, что в Башню Кои прибыл Глава Гусу Лань. Цзинь Лин безмерно уважал, но и побаивался Цзэу-цзюня, а уж счастливая и расслабленная улыбка дяди после такой новости, заставила подростка недовольно скрестить руки на груди. Как и предполагал юноша, они изменили маршрут, направляясь ко входу, чтобы встретить почетного гостя. Только они опоздали. Стражи на лестнице сказали, что Глава Лань встретил по пути Главу Цзян и они отошли для разговора. Цзинь Гуанъяо оставил улыбку на своем лице, но такая новость показалась ему тревожной. У Лань Сичэня было какое-то важное дело к Главе Цзян? Но Цзинь Гуанъяо не успел ничего придумать, когда уловил фиолетовый блик за зеленой оградой сада. И это явно были не его личные галлюцинации, ведь А-Лин рядом с ним также заметил эту вспышку, если судить по его расширившимся от страха глазам. Глава Цзинь не знал радоваться ему или разочаровываться, когда стража пропустила это мимо глаз. Но в конце концов Гуанъяо не стал зацикливаться на этом, с безмятежным выражением лица и степенной походкой отправившись к месту, что привлекло его внимание. Цзинь Лин последовал за ним, но было видно, что юноша еле удерживает себя от бега. Стоило только им войти в сад, оставив за спиной стражу, как Цзинь Гуанъяо перешел на быстрый шаг. Пусть это будет ошибка и сейчас происходит не то, что он думает. Они вместе с А-Лином быстро преодолели пару проходов и наконец увидели двоих заклинателей в белом и фиолетовом. И между ними буквально летели искры, как из Цзыдяня, так и из-за напряжения. Первым делом Цзинь Гуанъяо выдохнул. Он почему-то сразу подумал о драке между Лань Сичэнем и Цзян Чэном, но все оказалось совсем не так. Два заклинателя просто разговаривали, но видимо на не слишком приятную тему, потому что Цзыдянь хоть и все еще оставался в виде кольца на руке Главы Цзян, но искрил не хуже феерверка в Новый год. За шумоизолирующим куполом было не слышно заклинателей, но чем больше на них смотрел Цзинь Гуанъяо, тем больше хмурился. Цзян Чэн понятное дело выглядел хмуро и гневно, но это можно считать его обычным состоянием, а вот почему Лань Сичэнь выглядел так…странно, Глава Цзинь никак не мог понять. Но чем больше смотрел в их сторону Гуанъяо, тем больше замечал, что Глава Лань…давит на Главу Цзян? В это было сложно поверить, но всегда умиротворенный и добродушный Лань Сичэнь сейчас со своей неизменной улыбкой выглядел так, как будто одним лишь взглядом и силой воли придушит Цзян Чэна. Цзинь Гуанъяо даже несколько раз непонимающе моргнул, но картина перед его глазами никуда не исчезла. То есть он не ошибся, и Лань Сичэнь, вы только вдумайтесь, ЛАНЬ СИЧЭНЬ угрожает Главе Цзян?! Гуанъяо был шокирован до глубины души, но кажется снова не ошибся в выводах, ведь А-Лин похоже также заметил, что разговором этот прессинг можно было назвать только с натяжкой. Глава Цзинь никогда бы не вмешался в межклановые дела, которые его не касались, но здесь он решил переключить внимание на себя, чтобы на некоторое время разрядить обстановку, надеясь снизить градус опасности между заклинателями, а то если Цзян Чэн все-таки развернет Цзыдянь прямо здесь, то его белым пионам точно будет конец. — Глава Лань, Глава Цзян, — с улыбкой поприветствовал заклинателей Цзинь Гуанъяо, проходя сквозь звуковой барьер. Вслед за ним прошел и Цзинь Лин, также приветствуя Глав двух великих орденов. Цзян Чэн и Лань Сичэнь тут же замолкли с их появлением в непосредственной близости. Улыбка не слетала с губ Цзинь Гуанъяо, а вот вежливые слова уже закончились, а между ними все еще витало напряжение, которое можно было ножом резать. В конце концов у Гуанъяо не хватило сил, чтобы и дальше притвориться, что он ничего не замечает. Обоих заклинателей перед ним он считал своими друзьями, так что решил пойти напролом. — Что у вас случилось? — прямо и со всей серьезностью спросил Цзинь Гуанъяо, переводя взгляд с одного заклинателя на другого. Но ответом ему стала лишь тишина, грозный взгляд Цзян Чэна и безмятежная улыбка Лань Сичэня, которая удивительным образом не имела ничего общего с его холодом глаз. И этот контраст вблизи еще больше шокировал Цзинь Гуанъяо, заставив его сделать предположение, что Лань Сичэнь зол, что само по себе звучало невероятно. Что такого могло случиться, чтобы Глава Лань разозлился на Главу Цзян, да так что оба заклинателя чуть ли не за оружие хватались? — Недоразумение, — сквозь зубы выдавил Цзян Чэн, выглядевший как собака, которая уже рычала и скалила зубы, готовясь в следующий миг броситься на противника. Цзинь Гуанъяо не удержался и подошел ближе к Главе Цзян, положив руку ему на плечо в качестве поддержки и сдерживающего элемента. Его все еще заботила судьба своего прекрасного сада. Ну, и конечно же, репутация их всех, если они все же превратятся в клубок не почтенных Глав, а людей желающих набить друг другу лицо. Глава Цзинь после своего жеста перевел взгляд на Главу Лань и чуть не примерз к месту. Он и представить не мог, что Лань Сичэнь может так смотреть. Древесный мед темных глаз был острее любого меча, обладая без преувеличения холодом смертельной метели в самую безжалостную из зим. — Я не знаю, что между вами произошло, но я все же решусь попросить вас отложить этот разговор на время, чтобы прийти в себя, а также покинуть этот уголок сада, что совершенно не предназначен для таких встреч, — сказал с нажимом Цзинь Гуанъяо, снова пытаясь снизить градус опасности. — Нечего откладывать. Глава Лань выразился предельно ясно, — очень ядовито отозвался Цзян Чэн, сбрасывая руку Цзинь Гуанъяо со своего плеча. Глава Цзян хмуро посмотрел на Гуанъяо, но заклинатель лишь с интересом отметил этот взгляд, и не думая отходить в сторону. Цзян Чэн даже не оглянулся на Лань Сичэня, когда прошел мимо Главы Цзинь. Гуанъяо легко кивнул головой и А-Лин понятливо засеменил за Цзян Чэном, что быстрым шагом скрылся за пределами сада. Глава Цзинь лишь печально выдохнул. У него будет хоть один день без этих проблем? Гуанъяо отвел взгляд от зеленых зарослей и посмотрел на Лань Сичэня, не имея сил сдерживать теплую улыбку. Что бы не произошло у Главы Лань с Главой Цзян, но Гуанъяо был рад видеть своего друга. Взгляд Лань Сичэня к этому времени уже смягчился, но заклинатель все еще был напряжен. — Пойдем, Сичэнь-гэ. Ты очевидно чем-то обеспокоен, так что чашечка хорошо заваренного чая тебе не повредит. А уж в моей компании или нет, оставляю это решение на твое усмотрение, — легко улыбнулся Цзинь Гуанъяо, решив что чай действительно может поднять Лань Сичэню настроение. Лань Сичэнь только кивнул с несколько неловкой улыбкой. Гуанъяо распорядился подать чай в гостевые покои, закрепленные за Главой Лань в Башне Кои, думая что Лань Сичэнь хочет побыть в одиночестве, но совершенно не расстроился, когда его попросили составить ему компанию. Цзинь Гуанъяо даже не успел потянуться к чайнику, как его опередили другие руки. Гуанъяо не успел уловить брошенный Сичэнем сквозь ресницы взгляд на свою несколько скованную левую руку, а увидел только мягкую улыбку, когда Глава Лань решил сам разлить чай. Они обменялись несколькими вежливыми фразами, но обоим было понятно откуда взялась некоторая неловкость между ними. Оба никак не могли отбросить мысли о разговоре в саду у лестницы в Башню Кои. В конце концов Лань Сичэнь прикрыл глаза, признавая свое поражение.