(не)совместимые

дуб стоит могуч, ветви выше туч. чернокрылый вран скликает нам брань.

      с давних времён и по сей день ходят слухи о генерале инадзумского войска. все знают, что заступила она на этот пост совсем недавно, но многие сомневаются в этом. мол, не человек эта Сара Кудзё, да и ещё из клана, о котором мало что известно.       говорят, что по ночам она превращается в черного ворона и вынуждена по велению своей госпожи приносить ей слухи, легенды, которые только зарождаются. отсюда электро Архонт всё про всех знала и битвы устраивала ранним утром. а кто-то уверен, что генерал — кукла, в которую вдохнула жизнь Райден Сёгун, и потому души у нее совсем не было.       но все они ошибались. инадзумцы были слепыми людьми, которыми правила алчность и зависть, хотя вечно строят иллюзии дружелюбия и взаимопонимания. грязные лжецы, портящие имена Архонтов Инадзумы.       Сара, как и Эи, никогда и никому не расскажут свой большой секрет о том, кто же такой генерал — предвестник смерти и войн. но этот миг точно останется в их сердцах навечно и будет напоминать, кто они такие друг для друга.

***

      Макото умирает смертью гордого воина. Эи сжимает бездыханное тело в своих руках, когда вокруг льются реки крови, разбавляемые горькими слезами, водопадом стекающие из глаз той, что выжила.       она ушла и никогда больше не вернётся. Эи это вспоминает каждый день в своих снах. в них она ловит призраков, свою слабость и боль. поэтому она тихо плачет в подушку, не вытирает слезы рукавом хаори, потому что останутся красные пятна, а лишь даёт чувствам выйти наружу. наутро она слегка щурится, чтобы скрыть свою усталость. хотя это точно невозможно было сделать.       Мико каждый день замечает это, а потом угощает лучшим чаем, который у нее был.       на время Яэ Мико стала ее лучшим другом, пока та не предала ее, узнав о планах Архонта. это было схоже с ударом в спину: от чая пахло завонявшейся корицей, а чаинки всплывали вверх в тот злосчастный день. она хотела отравить ее. и тогда больше ничего в этом мире не обременяло Баал — ни ее имена, ни "друзья". вечность стала ее лучшим другом, как и тот, кто приходил к ней каждую ночь.       Эи не спит ночами. лёжа на мягкой перине, ее глаза устремлены на ночное небо. там она ищет свое спокойствие. тучи всегда казались ей безмятежными, ничем не обремененными. такие лёгкие, никто им не был законом. и глаза слипаются сами собой каждый раз, Баал этого даже не замечает, но черная тень, лёгкий рокот призывают ее открыть глаза.       улыбка расплывается на лице, когда в окне появляется птица под стать ночи. она почти сливалась с пейзажем, они отличались только тем, что животное имело яркие солнечные глазки.       — ты пришла, — и птица залетает в комнату, но от нее не остаётся и следа. сначала это было безобразное существо, покрытое перьями в чем-то невиданном черном. вмиг это "что-то" превращается в миловидную девушку: серьезное выражение, такие же яркие сапфиры и чёрная, чуть распущенная юката облегала женское тело. улыбка Эи становится шире.       — конечно пришла. я обещала, — и незнакомка падает в объятия Архонта.       Эи делила ложе только с одним единственным человеком, запечатленным в ее сознании помимо Макото. девушка касается носом ярких волос госпожи, позволяет себе откровенно касаться открытых плеч и вдыхать этот прекрасный запах женского тела. Архонт видимо сошла с ума, но подобные ночи чертовски сильно успокаивают ее. сама Сара лечит ее душу от гнусных воспоминаний, режущих ножом как по маслу.       у Сары за спиной ободранные крылья и ладони увязли в крови. быть рядом с кем-то — ее панацея.       они так схожи внутренне, хотя сами не могут этого заметить.       мозолистые руки блуждают по молочному телу, оставляют множество красных поцелуев-меток, кричащих о том, что Эи, ее Эи, принадлежит только черному ворону.

я зажигаю спичку, чтобы почувствовать жар. мне всегда нравилось играть с огнем.