Из рук в руки

Вдруг Рикар резко отстранился. Он сосредоточенно посмотрел на дорогу, будто выхватывая из темноты что-то важное, после чего, усмехнувшись каким-то своим мыслям — определённо нелицеприятным, потому что приличные, по моему опыту, в его голову не посещали, — повернулся ко мне. — Ты думаешь, здесь тебе плохо? — спросил он негромко. — Рядом со мной — и хуже быть не может? Видимо, жизнь тебя в своё время не научила. Тогда научу я. Машина рванула с места. Я не знала, что и думать. Его глаза блестели как-то совсем нехорошо, а между бровей залегла глубокая морщина — злится? Я знала его всего пару часов: слишком мало, чтобы понимать, и достаточно, чтобы бояться. Фонари за окном мелькали всё реже, словно город постепенно сдавался ночи. Я сидела, нервно заламывая пальцы — дурная привычка, — и украдкой поглядывала на электронный циферблат. 11:50. Эти цифры почему-то резали глаза, будто отсчитывали не время, а что-то иное. — Мне будет больно? — спросила я вдруг, сама не понимая зачем, уставившись прямо на него. Рикар явно не ожидал такого вопроса. Он не ответил сразу. Несколько секунд — слишком долгих — просто вёл машину, глядя вперёд. Я ждала. Почти не дышала. Прошла будто вечность пока он заговорил. — Есть вещи пострашнее боли, милая, — произнёс он неожиданно серьёзно, не удостоив меня даже взглядом. — Например? — продолжила я этот глупый диалог. Лишь бы не тишина. Под ней я бы рассыпалась раньше, чем от его рук. — Это ты ещё успеешь узнать, — усмехнулся он. — Не переживай. Всё в профилактических целях. Чтобы неповадно было скакать из форточек. — Так вы… — Да, видел. Интересно понаблюдать было. Во мне что-то болезненно оборвалось. Я вдруг почувствовала себя зверьком — не в клетке даже, а в цирке: когда тебя гонят по заранее проложенному кругу, а в конце бросают какую-нибудь дрянь в награду, будто ты сам до всего додумался. — Да вы… да ты… — я начала задыхаться. — Урод ты. Вот ты кто. Ответом был безразличный взгляд — и пощёчина. Щёка вспыхнула огнём. Горело всё: лицо, сердце, душа — чёртова, беспокойная, никак не желающая заткнуться. Жаль только, что не язык. Может, тогда не трепала бы глупостей и не платила за них так быстро. Но слова были моим спасением. Во мне скопилось слишком много злости, чтобы молчать. Моё тело бы просто не выдержало — лопнуло бы изнутри. Приехали мы неожиданно быстро. Меня вытащили из машины за локоть и потащили к заведению сомнительного вида прямо на обочине трассы, выглядевшей заброшенной и чужой. Я оглянулась на Рикара — почти жалобно. Он не посмотрел. У входа нас встретила радушная, немного полноватая и до неприличия вульгарная дама лет сорока. Её улыбка была слишком выученной. Рикар оттащил её в сторону, что-то мурлыча ей на ухо. Они переговаривались недолго, но этого хватило, чтобы у меня внутри всё сжалось. Потом он вернулся — и без слов повёл меня дальше. Местечко было выдержано в лучших традициях худших заведений: выцветшие обои, мебель с лаком, потрескавшимся ещё, казалось, с довоенных времён, ковры, запятнанные неизвестно чем. Деталей было столько, что их можно было рассматривать бесконечно — но “господин”, как я уже успела заметить, не любил объясняться. Он просто потащил меня куда-то вглубь. Когда дверь в большой зал распахнулась, всё стало ясно. Сальные мужики, потрёпанные девицы, фальшивый смех. Я посмотрела на Рикара — он всё ещё злился. Или делал вид. — Будет тебе уроком, — бросил он и исчез. Меня тут же подхватила женщина — объясняла что-то про клиентов, правила, тонкости. Я перестала её слышать почти сразу. Меня медленно втягивало во что-то липкое и мерзкое. Тело холодело. Я не успела даже пискнуть, когда меня втолкнули в первую попавшуюся дверь и тут же исчезли. Гул веселья был вязким, грязным, таким, что хотелось выть. Я хотела закричать — и не смогла. Голос застрял где-то в пятках. Мне стало физически дурно. Не от страха даже — от него я давно зачерствела — а от ощущения, что меня медленно, не спеша втягивают во что-то грязное и липкое, откуда не вырваться и не сбежать. Я стояла и понимала: сейчас от меня не ждут ни сопротивления, ни слов. Только покорности. Очень скоро на меня обратили внимание. Мужчина — словно уже начавший разлагаться заживо — подошёл и стал разглядывать меня молча, ухмыляясь. Через мгновение он схватил меня за руку и поволок в коридор, а оттуда — в дальний номер. Я пришла в себя только когда дверь за мной захлопнулась. В комнате было мерзкое красно-зелёное освещение. По центру — широкая кровать, заваленная дешёвой постелью из материала, отдалённо напоминающего красный шёлк. Мужик плюхнулся на диван. Он похабно ухмыльнулся, разводя руки в стороны. Они показались мне невыносимо грязными. Я застыла, не зная, что делать. Отступать было некуда. — Ну что, танцевать будешь? — усмехнулся он. — За что деньги уплачено? Он поднялся. Медленно. И тут стало совсем не до шуток. Он был больше. Сильнее. Голова гудела, тело не слушалось. Когда расстояние между нами сократилось до метра, я начала пятиться к двери — заботливо запертой заранее. — Ну же… мы никому не скажем, — прошипел он. — Я хорошо заплачу. В полуметре от двери я оступилась и рухнула на пол. Он что-то забубнил себе под нос и опустился на колени. Я закричала. — Нет! — Рикар! Он замер на секунду, бросив взгляд на дверь. Тишина. Потом ухмыльнулся и рванул бретельки платья вниз. Я билась, плакала, снова звала Рикара, но он не останавливался. Платье сползло до пояса. И вдруг мир перевернулся. Я оказалась на полу, а мужчины рядом уже не было. Передо мной стоял Рикар — злой, чужой, страшный. Рядом с ним — какая-то женщина, явно не из местных. — Рик… — ахнула она, пытаясь утащить его прочь. Он грубо оттолкнул её, указывая на выход. Рик, значит. Забавно. Рикар схватил мужика за грудки и вышвырнул его из номера. Тот с грохотом приземлился на стол, который не выдержал и треснул под его весом. Я поспешно натянула платье, заметив, сколько глаз уставилось на нас. Рик помог мне встать. В ту же секунду появился взъерошенный мужчина в светлом пиджаке. — Да что вы себе позволяете! — начал он. — Мы договаривались без рук, — холодно произнёс Эвергарден. — Кто возмещать будет? Администратор шагнул ко мне, щурясь. Думаю, этого будет достаточно… Его руки легли мне на плечи. Дуло пистолета у его виска появилось мгновенно. — Передавай хозяину привет от Эвергардена, — спокойно сказал Рик, уводя меня прочь. Мы ехали молча. Казалось, целую вечность. А его дыхание с каждой секундой казалось мне все громче. Тишина легла свинцовые тяжести на плечи, да так сдавило, что держать этот груз было уже невыносимо. — Вот так урок… — выдохнула я. — И правда не забуду. Рикар насупился и даже не посмотрел на меня. Я поняла, что сказала глупость. Но было уже поздно.