пьян от любви его, мама.

скучающий Азамат безразлично скользил взглядом по полкам с продуктами, опираясь локтями на тележку. ему нравилось ходить по магазинам вместе с Сосланом, но сегодня настроение какое-то не то было. они уже минут сорок бродили по Metro C&C и это утомляло. — Сос, ну когда мы уже домой поедем? — чего ты как маленький? продуктов наберём и поедем. — раздражённо ответил Бурнацев, — сходи, ягоды возьми, они должны быть рядом с овощами в той стороне, жди меня там. — он указал рукой направо. Азамат нехотя побрёл за ягодами и, только подойдя к нужным прилавкам, понял, что забыл спросить, какие именно нужны ягоды. — ну и что мне теперь, наугад что ли брать... — пробурчал Кудзаев себе под нос, рассматривая ценники. — клубника свежая нам нужна. внезапно подошедший Сослан кинул в тележку молоко и какую-то жестяную банку. Азамат взял её в руки, повертел и прочитал надпись «взбитые сливки». — зачем это? — мужчина вопросительно изогнул бровь, глядя на Бурнацева. — пирог на ужин приготовлю. пойдём, муку взять забыли. ещё какое-то время Азамат смотрел на этикетку, затем ухмыльнулся и направился за Сосланом. Бурнацев раскладывает нарезанные ягоды по тесту, затем отправляет десерт в духовку. поворачивается к холодильнику, чтобы взять сливки, но вдруг перед ним возникает преградивший путь Азамат. — это ищешь? — он показал банку в руке. — да... — Сослан прищурился, подозревая неладное, — ну давай, чего ты их схватил. гаденькая улыбочка на лице Кудзаева предвещала о том, что надвигается пиздец, только вот какой — неизвестно. Азамат подошёл вплотную, вынуждая Бурнацева отклониться назад, упираясь в стол поясницей. — зачем? я вполне могу съесть их с тебя. — мужчина потянулся за поцелуем. — боже, нет, Аза. это какое-то извращенство. — смеясь, Сослан отодвинулся ещё дальше. Кудзаев поставил банку рядом, закинул парня на стол, прижимая к нему спиной. — ну почему же? — блять, весь стол в муке, вещи мои сам стирать будешь. Азамат сделал вторую попытку его поцеловать, на этот раз получив ответные действия. внутри жестяной банки раздался звук, похожий на катающийся шарик — Аза встряхнул её и ради интереса попробовал содержимое. — неплохо... во рту у Кудзаева осталось немного сладкой смеси. вновь целуя Сослана, он размазал сливки по его языку своим собственным, а услышав тихий стон, остался собой доволен. отстранившись, Азамат дотронулся большим пальцем до уголка его губ, оставляя след белой субстанции, затем оставил там же поцелуй, едва ощутимо коснувшись языком. в глазах Бурнацева постепенно загоралась та самая искра, которую так любил Азамат. — ну, что скажешь? — шепнул он любимому, спускаясь губами вдоль ушной раковины. — уговорил, чертёнок. я в душ, а ты через двадцать минут вытащишь пирог из духовки, если я не выйду раньше. — слушаю и повинуюсь. — лукаво промурлыкал Кудзаев, слегка укусив парня за мочку. таймер отсчитывает последнюю секунду, Аза выключает его и идёт на кухню. запах печёной клубники проникает в лёгкие, возвращает в детство, когда мама готовила точно такие же пироги... улыбаясь, мужчина ставит ароматную выпечку на стол. возвращаясь в спальню, Кудзаев слышит, как щёлкает шпингалет на двери ванной и остаётся немного подождать. Сослан закрывает дверь, на его бёдрах висит лазурно-серого цвета полотенце; заметив пристальный взгляд Кудзаева, он застывает на месте. Азамат вдруг подлетает к нему и закидывает вскрикнувшего от испуга Бурнацева на плечо, с глухим хлопком шлёпнув его по заднице. тот хохочет и материт Кудзаева, поколачивая по лопаткам кулаками. как можно аккуратнее положив парня на кровать, Аза оказывается притянутым им же за плечи, отвечает на поцелуй. Сослан стаскивает с него футболку, одной рукой тянет за затылок, снова целуя, другой проводит почти по всей длине позвоночника до поясницы. Кудзаев, поддразнив его, кусает за губу и отстраняется, чтобы снять с чужих бёдер полотенце. о, как же он это любит — будто распаковывать желанный подарок. ладони сами собой тянутся к этим обнаженным и манящим бёдрам, чтобы сжать их, а затем насладиться громким вздохом Бурнацева. Азамат проводит носом посередине плоского живота, затем целует местечки с татуировками, срывая с губ Сослана лёгкие смешки и вызывая мурашки. Кудзаев вспоминает, зачем они сюда изначально шли и, оставив на кончике носа парня мягкий поцелуй, берёт в руки банку. «лучше бы ты не вспомнил...» — думает Бурнацев, но раз уж согласился — делать нечего. не сказать, что он относился негативно к экспериментам в постели, но это спонтанное желание Азамата выбило из колеи. слишком внезапно. капля сливок оказывается на шее Сослана, совсем немного отступив от линии челюсти, позже размазывается на длину крыла татуировки и зацеловывается Кудзаевым. горячий, влажный язык скользит вдоль сладкой дорожки, отчего Сос жмурится, сбивчиво выдохнув. — не нравится? — так себе, посредственно. — Бурнацев стирает с его подбородка частичку крема. — понял, учту. Сослан с улыбкой закатывает глаза, ведь на шею и ключицы один за другим сыпятся нежные поцелуи. он уверен, что так умеет только его Аза. Азамат вволю довольствовался теми звуками, что издаёт Бурнацев, ему всегда от них сносило крышу. самая замечательная, самая красивая музыка для ушей, ничто с ней не сравнится. Сослан чуть вздрагивает, когда кожи случайно касается металл, однако, холод уступает место теплу любимых губ. Кудзаев вылизывает замысловатую надпись на его груди, параллельно с этим плавно гладит ладонями по рёбрам, отчего Сос совсем забывается в ощущениях, не сдержав протяжного удовлетворённого стона. мазнув языком по его соску, Азамат тем самым выбивает из него ещё один стон, уже более судорожный. Кудзаева безумно заводило, что Сослан так откликается на ласку, он готов был уже сейчас вдалбливать его в матрас, но сам ещё недостаточно насладился процессом, да и за время их отношений научился контролировать себя. один за другим изо рта Бурнацева вылетают томные вздохи, пока Азамат языком перемещается от живота к бёдрам и обратно, повторяя этот цикл: вот он слизывает сливки на одном ребре, потом на своём псевдониме, через секунду проходится по внутренней стороне бедра, оставляя влажный след, а затем снова обводит петлю у пупка. эта сладкая пытка длится бесконечно и Сослан почти скулит, перевозбужденный затянувшейся прелюдией. — Аза, не могу больше, выеби меня уже, не мучай. — хнычет он. — не торопись, малыш, это не всё... ошеломлённый Бурнацев, распахнув веки, смотрит на него. что значит «не всё»? ехидно улыбаясь, Азамат размазывает крем по длине его органа, и наконец, до Сослана доходит, что к чему. — бля-я-ять... — вымученно протягивает он, смущённо закрыв лицо рукой, — ты сумасшедший, и меня хочешь свести с ума. — всё для тебя, любовь моя. сдерживаясь из последних сил, Сослан мутным взглядом наблюдает, как Кудзаев, откровенно издеваясь, ведёт линию по стволу, кончиком языка пройдясь по уретре, снова спускается вниз, теребит уздечку и оттягивает мошонку, чтобы Бурнацев так быстро не слился. в голове, сквозь белый шум, образовавшийся от избыточного удовольствия, Сослан материт его самыми изощрёнными бранными словами, одновременно с этим превознося на пьедестал, сравнимый с божеским. всё-таки сжалившись над парнем, Кудзаев берёт сразу глубоко, размеренно двигая головой, а когда на затылок опускается ладонь Сослана, ускоряется. тот стонет в голос, окончательно потеряв контроль. рот наполняется жидкостью, Азамат, не брезгуя, сглатывает, лишь бы потом не убирать. Бурнацев ещё находится в состоянии эйфории, это отвлечёт его неприятных ощущений, пока Аза будет его растягивать, так что тот, не теряя времени, достаёт смазку. — Аза, я таких виражей в следующий раз не вынесу, мне уже не двадцать, да и тебе тоже. — Сослан хотел съязвить что-то ещё, но Кудзаев его тактично заткнул, задев пальцами ту самую точку. — мы с тобой ещё в полном расцвете, милый. Бурнацев сцепляет лодыжки на его пояснице, притягивает за поцелуем, впиваясь жадно и глубоко, Азамат неторопливо начинает первые толчки, двигаясь нарочито медленно. — Азама-ат... — выстанывает Сослан, хватаясь за его широкие плечи. — громче. — рычит Кудзаев. Бурнацев запрокидывает голову, Азамат, воспользовавшись моментом, целует открывшееся слабое местечко, зная, что это послужит разгоном. Сослан переходит на крик, в темп Кудзаева повторяет его имя из раза в раз. Аза ускоряется и одновременно с любимым доходит до кульминации. вытерев с Бурнацева следы их бурной страсти полотенцем под рукой, Азамат заваливается рядом, приводя дыхание в порядок. отдышавшись, Кудзаев переводит взгляд на парня: тот, прикрыв глаза, ещё ловит воздух пухлыми губами, заалевшими от поцелуев, длинные тёмные ресницы подрагивают. такой красивый... он притягивает Сослана поближе, чтобы вновь поцеловать. — ну, как тебе? — ты ёбнулся в край... мне понравилось. — старался для тебя. Бурнацев целует его в переносицу и шепчет: — я люблю тебя. — пошли пирог есть, он наверняка остыл. «всю романтику запоганил» — думает Сослан, усмехнувшись и поднимается с кровати. — пошли, чего тормозишь? — он накидывает халат и завязывает пояс. — на тебя засмотрелся. — улыбается Кудзаев и, вставая следом, следует его примеру, тоже накинув халат. на плите греется чайник, а пирог режут на части. они ещё долго сидят на кухне.