Ugh, this new guy again.

***

Чуя лежал и мирно спал, Дазай проснулся около пары минут назад, и он хотел прикоснуться к волосам Чуи, но по привычке отдернул руку, только потом осознавая, что он может до него дотронуться, это странное чувство, от которого по лицу ползёт нелепая улыбка, которую Осаму безуспешно пытался остановить. Он с замиранием сердца проводил костяшками согнутых пальцев по чужой щеке, и Чуя чуть поморщился во сне, повернувшись на бок, отоврачиваясь от Осаму, и раньше он бы не посмел разбудить рыжего, потому-что только в такие моменты он мог находится настолько близко к Чуе, но вчерашним утром Накахара стал его парнем, и он будет парнем Осаму до конца его жизни, ведь как только Чуя его оставит, жизнь Дазая на этом и закончится, но все таки это может случиться скоро, поэтому Осаму не хотел бы терять нисколько времени с рыжим. Осаму с лукавой улыбкой потянулся к чужой шее, понимая, что он не может не разбудить Чую так, он медленно притянул рыжего за живот, впиваясь холодными пальцами в чужой бок, и медленно начал выцеловывать шею Чуи от видневшихся ключиц из под футболки до самого верха, покусывая мочку уха и целуя за ним, и то что Чуя краснел сквозь сон и начинал медленно мычать, изворачиваясь, приводило Дазая в восторг. Чуя медленно открывал заспанные глаза и через пару секунд осознания распахнул голубые глаза и резко сжался, потому-что он все ещё однозначно не привык. Он чувствовал чужую улыбку на своей шее, и Осаму знал, что тот проснулся, но не остонавливался, и Чуя честно не знал, что ему делать в этой ситуации, он просто лежал, бегая глазами по собственному залу, иногда вздрагивая чувствуя чужие губы и дыхание на своей шее. —доброе утро, милый, — и Чуя все еще однозначно не привык, и это обращение так и отдавалось эхом, сонным и немного грубоватым голосом Дазая в его голове, и Чуя знал, что ему нравится голос Дазая в любом виде, но сейчас он ощущал это сильнее. Дазай повернул чужую голову так, чтобы он смог того поцеловать, но Чуя резко отвернулся краснея ещё сильнее, ему просто не верится, что он проснулся от поцелуев в шею и его парень которого он идеализировал, но на самом деле был влюблен, и просто как полнейший идиот этого не осознавал, попытался его поцеловать, такое тяжело сразу и резко осознать. —пошли сначала зубы почистим... — Чуя пробубнел это максимально смущённо, но если ради того чтобы поцеловать Чую нужно почистить зубы, то даже на необитаемом острове Осаму найдёт щётку и пасту, и то с каким оптимизмом и рвением Дазай поднялся с кровати, утаскивая Чую за собой, нужно было видеть, он ещё никогда так быстро не вставал с кровати, никогда в жизни наверное. И Чуя этого явно не ожидал, но сонно поплелся за Дазаем. У Осаму обычно нет сил даже на личную гигиену и такое поведение явно поражает. —могу я теперь поцеловать тебя? — Осаму почистил зубы и умылся первым, пока Чуя стоял разозленный с пеной зубной пасты во рту и еле сдерживлася, чтобы не выплюнуть её в лицо Осаму, поэтому в ответ Дазай получил лишь какое-то ворчанье. Как только Чуя убрал полотенце от лица, его мгновенно притянули в поцелуй и ему все таки нравилось это, но не нравилось то, как он придательски краснел при этом, он все ещё задаётся вопросом почему его тело вообще так реагирует. Дазай слишком жадно и развязно впивался в чужие губы для утра, но после каждого их поцелуя Чуя все больше осознавал, что хотел бы повторить ту ночь. Накахара сам того не замечая медленно поднимался на ципочки, тянувшись за медленно отдаляющимися губами Осаму, и то как Дазай улыбался в поцелуй заставляло чувствовать приятное скручивание в животе, но то что он не мог поймать чужие губы немного раздражало. Футболка Чуи топорщилась под чужими руками, а Накахара невзначай ковырял ногтем чужие бинты на руках. Вчера Осаму буквально утащили дальше на тусовки и Чуя никогда не видел его настолько озлобленным, хоть тот того и не показывал, но он явно не хотел идти туда где не будет Чуи, а Чуи там не будет потому-что то сослался, что это всё таки не для него, а у Дазая просто не было выбора не идти, и он никогда не ненавидил тусовки настолько сильно. Поэтому он кое-как свалил от туда где-то к трём, и Чуя уже спал, а он хотел бы первый день их отношений провести явно не на какой-то тусовке. Чуя вчера говорил с Акеми и расстался с ней, прямо заявив, что теперь встречается с Осаму, он бы побоялся раньше, но подумав, он понял, что только действительно хорошие люди не отвернуться от них, но все же потом он подумал, о том что хотел бы Осаму огласкии их отношений? И ему было страшно, но в любом случае рассказать Дазаю нужно было, возможно это бы испортило его рипутацию, да и вряд-ли это у них навсегда. Чуя весь вечер провел в мыслях о том, что наверное зря это сделал, поползут слухи, репутация Осаму испортится, и тот отдалится от него и скорее всего высмеит, что тот все выдумал, конечно, они уже закончили школу, но это не помешает, сейчас все разойдутся по университетам, а информацию узнают сейчас, да такими темпами такое вообще можно по всему городу распустить, и Чуе страшно, но наверное лучше сказать сейчас. —я говорил с Акеми, — и Чуя медленно и потеряно отстранился, отводя опустошенный взгляд и поджимая губы, и такой его вид пугал Осаму, а упоминание этого имени при таком виде рыжего приводило в ярость, он был готов убить эту особу, но просто понимал, что в тюрьме без Чуи не протянет, его руки немного сильнее сжимались на чужих боках, и он со спокойным но чуть нахмуренным выражением лица смотрел на Чую, и то, что тот немного помолчал перед тем как продолжить, его настораживало, — и я сказал, что мы теперь встречаемся, и я только потом подумал, что это как-то может повлиять на твою репутацию, да и я скорее всего просто временный вариант, и ты возможно не хотел чтобы я— —что? — Дазай прервал его быструю и нервную речь на выдохе, и лицо Осаму не выражало ничего, он просто смотрел, буквально не моргая, на Чую, и то с какой холодностью был задан этот вопрос, заставляло все внутри сжиматся, Накахара чувствовал этот взгляд на себе, и видимо действительно не стоило гворить о их отношениях, губы немного онемели и начинали дрожать, и ноги явно не так крепко, как раньше, держали его, он приоткрыл рот, он хотел извинится, но холодным и ровным голосом его прервали, — временный вариант? —я видел как ты встречался с рыжими девушками, и подумал, что ты решил внушить себе эту влюблённость, чтобы забыть одну из них, как кто-то как я вообще может нравится тебе, — Чуя почти прошептал это, он так сильно не хотел, чтобы это подтвердилось, он чувствовал как сердцебиение ускоряется, и ему просто страшно, он даже головы поднять не может. —посмотри на меня, — и Чуя медленно поднял взгляд на Осаму, потому-что когда тот говорил так бездушно и холодно, ему было страшно, — ты серьёзно? Я, твою мать, как осознал это, не мог спать рядом с тобой, все мои бессонные ночи были проведены около тебя, потому-что это было единственное время когда я мог быть настолько близко к тебе. И ты наверное даже не догадываешься, сколько раз я уходил дрочить в туалет как тринадцатилетка в пубертате, потому-что кто-то щиголяет по дому почти голышом и вытворяет невесть что, сам того не осознавая! И все те рыжие девушки были заменой тебе, идиот! И ни одна из них и рядом не стояла, твою мать, я живу тобой, весь мой смысл жизни заключается в тебе, и как только этот смысл меня покинет я покину этот чёртовый мир, потому-что, блять, жить в нем без тебя я не собираюсь! — Осаму говорил на повышенных тонах, и никогда в жизни Чуя не видел на чужом лице столько удивления и шока. Накахара считает себя идиотом, полнейшим идиотом. — это я думаю второй день подряд, что ты со мной из-за жалости, а получается что нет, — Осаму потеряно улыбнулся, и посмотрел на Чую немного намокшими глазами, резко целуя и прижимая ближе к себе. Чуя правда не хотел плакать, но глаза намокали и сквозь ресницы протискиваются капли слез, он слишком опустошен, он почти всё это время провел в нервотрепке и теперь он спокоен и это ещё более странно. Осаму был поражён тому, что Чуя вообще мог задуматься об этом, он считал это такой глупостью, что вообще он допускал мысль об этом, и просто прижимал того к себе ближе и сильнее, он не хотел его терять. Осаму сжимал руки на чужой талии, и то как нежно Дазай его целовал и прижимал к себе сводил просто с ума, Чуя чувствовал кожей как краснеет, и он явно не хотел этого, потому-что он серьёзный человек, а млеет и тает от каких-то прикосновений и слов, он однозначно не привык. —ты даже не представляешь, как же сильно я тебя люблю, — и Осаму не открывал глаз, когда разомкнул поцелуй, ему страшно, он боится, что открыв глаза Чуя пропадёт, словно это сон, который он не сможет досмотреть если проснётся сейчас, сколько не пытайся уснуть снова. Он просто провел кончиком носа по чужой щеке и единственное чего он хочет сейчас это кофе и Чую. И то, что он по сути может получить и то, и то очень радовало. Осаму просто сидел за столом, наблюдая как Чуя готовил кофе, потому-что Дазай с утра ни готов ни то что кофе готовить, вообще ничего, он скорее засыпет отходы прямо из кофемашины в отдел для зёрен, и вместо сахара насыпит соль, поэтому лучше это сделает рыжий. Чуя попутно рассказывал, что ему снилось, как они вместе шли к вулкану чтобы сжечь там болгарский перец, и Дазай просто улыбался, потому-что тот был сонный и не совсем соображал, и не сразу мог вспомнить собственный сон и он считал это милым. Но то что тот ходил в этих чёртовых боксерах и одной футболке было скорее соблазняюще чем мило, и он все таки старался не думать о той ночи, где Чуя извивался прямо под ним, дрожа всем телом. Наверное если бы не его самообладание, терпение и моральные принципы, которые почему-то работают только с чуей, то сейчас на барной стойке был бы не кофе, а Чуя, но пока что Дазай может лишь мечтать об этом, и его взгляд немного мутнел от этих мыслей. —...в итоге я не смог кинуть в жерло вулкана болгарский перец потому-что кто-то решил меня разбудить. Ты вообще слушаешь меня? Дазай, мать твою! — Чуя поморщился и подпер голову рукой, сделав разочарованное лицо, из-за того что Осаму летал где-то в облаках. —я слышу. — и голос Осаму звучал максимально серьёзно и спокойно и он теперь просто испепелял Чую взглядом, монотонно продолжая говорить, и это уже настораживающе, — Просто ты слишком возбуждающе выглядишь, когда тянешься за зернами кофе на верхнюю полку стоя на цыпочках, ты впринципе слишком возбуждающе выглядишь когда твою нижнюю часть тела не прикрывает ничего кроме боксеров, гольфов и низа футболки, и знаешь ли, тяжело сосредотачиватся на твоём рассказе, когда невольно мои мысли сосредотачиваются на тебе. На столе. — и Осаму сделал глубочайший выдох медленно моргая и отпивая из кружки, словно это обыденный диалог, но честно, он ели сдерживлася, чтобы не начать улыбаться от вида рыжего, Чуя смотрел глазами по 5 копеек на Дазая, и его брови медленно поползли вверх, и он стремительно краснел, и пару раз он перевёл взгляд на свои ноги, потому-что ему странно и стыдно такое слышать. И в голове невольно появляется картинка его же на столе под Осаму и от этого сводит внизу живота, а то с каким спокойствием об этом говорит шатен порожает, он хладнокровно заявил, что хочет его трахнуть на этом же столе за которым они пьют кофе, и так же спокойно продолжил пить это кофе. — а зачем мы хотели перец в жерло вулкана кидать? —а... Я не помню уже... — Чуя просто отвёл взгляд куда-то в сторону и теперь ему стыдно смотреть на столешницу, а Дазай медленно расплывался в улыбке от реакции рыжего на его слова, но всё таки он старался вызвать именно такую реакцию и все получилось. Он просто пил кофе в полном умиротворение. —ха, а где мы вулкан в Йокогаме нашли? — Дазай выглядел как довольный кот, наверное лучше чувства чем вводить Чую в ступор и смущение Дазай не ощущал, и задавать вопросы в тот момент пока Чуя настолько смущен, что не может ответить, было превосходно. —не знаю... — Чуя уже абсолютно забыл свой сон, но пытался лучше думать о нем, но слово спать впринципе сейчас в его голове имеет другой смысл. — ты ещё начал флиртовать с какой-то девушкой. — Чуя поморщился и фыркнул после того как вспомнил именно эту часть сна. —ты приревновал меня к девушке из сна? — Дазай посмеялся от этого, а Чуя нахмурился полностью это отрицая, но где-то в глубине души он понимал, что да, да, он ревнует сука, и это омерзительное чувство. — ты такой милый когда смущаешься, ты даже не представляешь, у тебя кстати ещё коленки и ушки краснеют, — Дазай медленно перепретал их пальцы рук в замок, смотря на Чую, и на то как он с ошарашенным видом начал рассматривать собственные колени и прикрывать волосами уши, и Чуя быстро моргал от удивления. Осаму медленно перевернул чужую руку начиная аккуратно выводить невидимые узоры кончиками пальцев на чужом запястье, и Чуя быстро перевёл взгляд на то, что делал Дазай и достаточно резко убрал свою руку под стол, зло посмотрев на Осаму, краснея ещё сильнее. — ты такой чувствительный, Чуя. — Осаму готов был уже начать мурчать от удовольствия, что то, что он предполагал, что у рыжего чувствительные запястья, оправдалось, и Накахара не согласен с этим, он не чувствительный, так у всех. У всех же? —отвали, Дазай, — и Чуя злился на шатена, правда не совсем понимал почему, но почему-то то, что ему сказали, что он чувствительный это оскорбительно, и Чуя явно хочет ему отомстить, и самой гениальной идеей было сделать что-то похожее. Чуя медленно коснулся своей ногой чужой и медленно провел выше, и Осаму часто такое испытывал, но сейчас это ощущалось по другому, и он явно этого не ожидал и на его лице отразилось удивление во всей красе, и Чуя чувствовал даже некую гордость за себя, видя как удивлённо на него смотрит шатен, пока его не схватили за эту ногу, притягивая ближе. Он этого явно не ожидал. — мать твою! Дазай! И Чуя чуть не упал с этого бедного стула, кое-как успев ухватится за столешницу. Он вырвал свою ногу из чужой хватки. Но Чуя постепенно начинал входить в азарт, он в полном молчании слез со стула и обошёл барную стойку вставая в плотную между столешницей и Дазаем, и Осаму молча и с интересом смотрел, что делает рыжий, и когда тот буквально запрыгнул на столешницу, глаза Осаму постепенно начинали расширяться, и Чуя был выше сидя на столешнице. Он медленно, усаживаясь по-удобней, раздвигал ноги, и боксеров не было видно из под футболки, и было чувство, что теперь единственная атрибутика, похожая на одежду, находящиеся на его нижней части тела, это были толко белые гольфы, и то насколько рыжий выглядел уверенно, сидя перед ним на столе с раздвинутыми ногами и закинутыми руками ему на шею , заставляло Осаму терять дар речи и задумываться не спит ли он, и Чуя медленно и развязно начал поцелуй, и твою мать, наверное Осаму единственный, целуя кого, Чуя чувствует себя комфортно, он не знает ни одного человека с которым мог бы повторить что-то хотя бы отдалённо похожее на это. Руки Дазая неосознанно ложатся на чужие бедра, и по началу Чуя держится, но как только руки шатена начинают подниматся выше он медленно теряет свою уверенность. Каждый раз в такие моменты Чуя думает что «недостаточно хорош в этом», ведь он по сравнению с Осаму вообще нетронутый одуванчик, и не совсем разбирается в этом, поэтому ему кажется, что он выглядит крайне нелепо и он даже блять не знает как бы мог доставить удовольствие Осаму, в то время когда Дазаю хватит, как сейчас, всего-то медленно провести по внутренней части его бедра, как он начинает почти-что скулить в поцелуй, и Осаму медленно перемещается на чужую шею, от чего Чуя уже закусывает губу, чтобы не издавать постыдных для него звуков. И Дазай медленно забирался одной рукой под футболку, медленно проходясь по животу и ребрам, начиная медленно массировать чужую грудь, то сжимая или прокручивая, Чуя уже буквально скулил, но не позволял себя полноценно стонать, все ещё закусывая нижнюю губу, уже почти до крови, но Дазай искренни не понимал почему Чуя скрывает свой чудесный голос, и это даже немного раздражало. —я не дам тебе кончить пока не буду слышать твой голос, — на протяжении всей этой фразы Осаму снимал нижнее белье с рыжего и у того был явный стояк, он медленно провел по головке подушечкой указательного пальца смазывая предъэякулят, и тело Чуи пробило дрожью, но продолжения не последовало, Чуя понимал, что он хочет закончить, поэтому медленно на выдохе разжал зубы, поднимая голову вверх, но не тут-то было, ему сразу же скомандовали снова, — я хочу чтобы ты смотрел на меня, поднимешь голову или попытаешься сдерживаться — я остановлюсь. — Чуя быстро закивал головой, и Осаму начинал медленно двигать рукой по всей длине, постепенно наращивая темп, слушая как тихие постанывания Чуи превращаются в достаточно громкие и протяжные стоны, и Чуя как его и просили не отводил взгляда от чужой руки на своём члене, — Чуя, ты такой послушный, — это было протянуто с восхищением и Накахара хотел было что-то возразить, но единственное что в ответ получил Осаму это был почти что щенячий скулеж, потому-что Дазай резко и глубоко накрыл его член своим ртом, обвивая языком и начиная выбирать глубже, и он слышал сверху громкие стоны и готов он их был слушать вечно. У Чуи уже начинало темнеть в глазах и фокус пропадал, Чуя неосознанно запустил свою руку в чужие волосы и достаточно крепко ухватится за них, толкаясь в чужой рот глубже, и Осаму этого не ожидал, но против явно не был, Чуя уже полностью отдавался шатену, не отдавая отчёт о своих действиях, он уже начинал самостоятельно задавать темп. Дазай чувствовал как обхватывает горлом чужой член и он чувствует рвотные позывы, но его вполне все устраивает. И Чуя попытался убрать голову шатена, когда понял, что на пределе, но безуспешно, Дазай с максимально счастливым лицом проглотил почти все, а остатки попали ему на лицо. Видеть то, как Чуя резко принимает невинный и стыдливый вид, после того как сам же засадил ему по самые гланды, было чудесно. Чуя медленно перевёл взгляд вниз и у Осаму явно был стояк, и он успел только открыть рот, чтобы возразить, что тоже может сделать Дазаю приятно, но его резко прервали и Осаму ушёл в туалет, и Чуе стыдно, что считай удовольствие получает только он и ему даже не дают возможности это исправить. —эй! Самый сексуальный парень на планете хочет пойти в парк атракционов? — Чуя был уже в комнате, когда резко он услышал голос шатена из ванны, и переодевался потому-что вещи в которых он был до этого, были испачканы им же, но не столь обыденным образом. Осаму внезапно пришла идея пойти в парк аттракционов, ведь все там были и все это любят, верно же? — хотя не так, самый сексуальный парень на планете соизволит сходить на свидание с простолюдином в парк аттракционов? — Дазай, смеясь, зашёл в комнату к Чуе, и тот немного нахмурился и смотрел в никуда, и Осаму не понимал что такого произошло. —я тоже хочу доставлять тебе удовольствие, иначе я чувствую себя бесполезным, — и Осаму был в шоке от такого заявления, и видимо Чуя не совсем понимает почему тот решил уйти. —знаешь почему я ухожу? — Осаму улыбнулся и не дожидаясь ответа, подошёл ближе к рыжему, поворачивая того к себе лицом, — потому-что если ты отсосешь мне, то я захочу большего, но, дорогой, мне кажется ты не готов, — он не обратил особого нимание на новое прозвище, но все таки от одной фразы «отсосешь мне» становилось почему-то стыдно, да и Чуя не хотел этого признавать, но тот был все таки прав, и это раздражало, и Чуя не стал отвечать на это, и Осаму не требовал от него ответа, он просто поцеловал рыжего, потрепав того по голове, на что получил злобное ворчанье от него, ведь волосы и так были запутаны, а он запутывал их ещё сильнее. —ну так? Мой соблазнитель примет приглашение или как? — Осаму просто был рад что все хорошо, но он почему-то чувствовал, что это не надолго. —я не был там никогда. — и Чуя явно погруснел после этих слов, он видел все эти парки развлечений только с экрана телефона и другой электроники, и это как-то казалось уже чем-то за гранью и невозможным, поэтому его даже не посещала мысль что туда в самом деле можно пойти. —правда?... Тебе скоро девятнадцать и ты ни разу не был в парке развлечений, и не катался на атракционах?... — Дазай был шокирован таким известием, как можно было вообще так жить!? —ага... — и от того, с каким удивлением это произнёс Дазай, ему становилось не по себе, он действительно такой странный? —нет, просто до смерти родителей мы ходили туда несколько раз... Я иногда забываю какие у тебя были отношения с родителями. — Осаму было неприятно вообще поднимать тему родителей, вдвойне неприятно, потому-что известие, что Дазай ходил в парк аттракционов с родителями, огорчало обоих, и никому это явно не нравилось, поэтому тему развивать они не хотели. —да нет, ничего, я уже не маленький мальчик который плакал в одиночестве.. и видел родителей реже чем всех этих нянек.. — Чуя поджал губы и его тело содрогнулось, нет он не плакал, взгляд был стеклянный, направленный куда-то в пол, он был разбит. Он редко прибегал к воспоминаниям о своей жизни с родителями, в основном он вселился и... Почти все время проводил с Осаму? Хотя почему почти, так и было, все. От осознания того, что единственным человеком который спасал его от вечного самобичевания, был Дазай, становилось не по себе, и он никогда не благодарил его, он ничтожен. Чуя резко обхватил руками Осаму, и тот явно опешил, это было неожиданно, слишком быстрая смена эмоций и ситуаций, и он не успевает перестраиватся. Дазай почувствовал как его достаточно сильно обняли, и он буквально ощущал физически, что его сердце ныло от радости, он чувствовал запах знакомого шампуня и сигарет, и это было чудесное чувство, он обожает этот запах уже почти год, и ни капли не сожалеет, и это тепло исходящие от чужого тела, этот запах, его футболка на Чуе, все это дарило чувство комфорта, как же он, мать вашу, сильно его любил, — знаешь есть несколько фраз которые мне стоило бы почаще тебе говорить. —правда? Ну и каких? — Осаму улыбнулся и, прикрыв глаза, положил свою голову на рыжую макушку. —«прости», «спасибо» и... — Чуя притих, крепче прижимаясь к Осаму и делая глубокий вдох, рыжий в свою очередь чувствовал запах одеколона и сигарет от футболки шатена и он уже настолько привык к этому, что наверное не проживёт без этого. — «я люблю тебя». —Чуя почти прошептал это, и каждый раз когда он говорит это, он словно боится что его отвергнут, от чего сердце Дазая буквально кровью обливается. —я тоже, Чуя, ты даже не представляешь насколько, — Дазай усмехнулся, чмокнув Чую в макушку отпуская, и Осаму видел как Накахара пытался скрыть смущение, но в этот раз решил ему об этом не говрить и дать собраться с мыслями, просто наблюдая как тот нервно идёт в ванну, скорее всего за расческой. — знаешь, когда мне становилось слишком хуево, а тебя не было рядом, то я курил, не по тому что я зависим, нет, потому-что мы всегда курим одни и те же, поэтому это давало мне чувство спокойствия, и что ты рядом, забавно правда? — и Дазай буквально чувствовал как рыжий краснеет, хотя и не видел чужого лица. Осаму зашёл за ним в ванну и в зеркале, конечно же, увидел покрасневшего Чую, и то что после того как он решил положить свою правую руку Накахаре на талию, Чуя не вздрогнул, приносило непонятное чувство радости. —собирайся, будем катать тебя на американских горках, возьми подгузники на всякий случай, рапунцель! —Дазай быстро поцеловал Чую в висок и отправился в зал за своими вещами, попутно говоря все это, слушая ответ о том, кто ещё здесь испугается, и что он не рапунцель.