Поцелуй, ожог и свитер

Сережа морщится, сквозь полудрему чувствуя, как рядом прогнулся матрас, шумно выдыхает и открывает глаза. Лицо Олега близко — чуть податься вперед, и они коснутся носами. Сережа рефлекторно тянется за поцелуем, затем вспоминает, что уже давно не утро. — Сколько времени? — Почти четыре. Черт. Прилег на десять минут, называется. Сережа мученически стонет, падает на подушку и растирает лицо ладонями. — Реферат не доделал. — Да забей, — Олег со смешком целует в ключицу. — Сегодня тебе можно ваще ниче не делать. Сережа скептически угукает и поглядывает на Олега через пальцы. — А программную инженерию ты за меня сдавать будешь? — Я не против, но результат тебе не понравится, — Олег широко улыбается и бодает лбом в плечо. — Лучше сам. — Вот именно. — Сережа взъерошивает тому волосы, коротко целует в губы и легонько отталкивает, когда Олег тянется продолжить. — Поэтому сейчас я сажусь за реферат, а ты мне не мешаешь. — Понял-понял, — Олег вскидывает руки в капитулирующем жесте и встает с кровати. — Ты только не увлекайся. Помнишь, что говорит Лена Иванна? Сережа картинно закатывает глаза. Ну разумеется, помнит: поменьше зацикливаться и побольше отдыхать, чтобы не допустить рецидива. С другой стороны, важно не просто сдать реферат — необходимо впечатлить Львова. Без рекомендаций не будет гранта на соцсеть, и тогда… Сережа медленно выдыхает, прикрывает глаза. Если слететь с катушек, как в позапрошлую сессию, придется заново подбирать колеса. И о гранте точно можно будет забыть. Елена Ивановна, конечно, снова вытащит его из дерьма, но еще к месяцу сонного ползания между домом и универом он не готов. «Сначала забота о самочувствии, потом — все остальное», — у Елены Ивановны это вроде присказки. Сережа, как ни крути, поспорить с этим не может. Убедился на личном опыте, и не раз. — Пойду приготовлю все на кухне, — говорит Олег, выдергивая из мыслей. Сережа благодарно улыбается и ойкает, вспомнив про торт. — Ты все купил? Ритин любимый был? — Ага, еще и по скидке! На остаток взял бананы и яблоки. — Супер, спасибо, — Сережа снова коротко целует Олега, бескомпромиссно выпроваживает из комнаты и садится за стол. Пока системный блок шумит, прогреваясь, Сережа прислушивается к себе. Можно особо не запариваться и быстро выдать что-то на среднем уровне, но… Отличный реферат и нервный срыв — или спокойствие и отсутствие профессорских рекомендаций? Сережа жует внутреннюю сторону щеки. Ладно, без паники. По крайней мере, он осознает, что спорящие стороны принадлежат только ему. Никаких крылатых образов и чужих голосов. На прошлогодней зимней сессии Сережа захотел расквитаться с историком, который вымогал у него взятку. Идея о коротком замыкании в квартире мудака пришла следом. В тот раз он впервые поймал себя на попытке отгородиться от мыслей, с которыми не хотел иметь ничего общего, и позволить им зазвучать голосом Птицы. Это ощущалось пугающей, но все же победой: одно дело слушать, как об этом рассуждает психиатр, другое — наблюдать за собственным расщеплением. С тех пор контролировать страх стало значительно проще. Он устало вздыхает и растирает пальцами виски. Резкий глубокий вдох и медленный выдох на счет. Хаотичный рой мыслей затихает. Ложная дихотомия, Сережа просто вновь себя накрутил. Ничто не мешает ему поработать над рефератом, прерваться на празднование дня рождения, а перед сном все доделать. Он успеет и провести время с Ритой и Олегом, и закончить реферат. Все под контролем. До начала зимней сессии два месяца, а там уже можно будет считать, что половина третьего курса пройдена. По всем зачетам Сережа планирует получить автомат, да и в готовности к экзаменам он уверен. Единственное, что не дает покоя, — финансирование соцсети. Весной он облажался с потенциальными инвесторами. Права на ошибку больше нет: чем раньше он заручится поддержкой, тем быстрее приступит к полноценной разработке «Вместе». Сейчас для этого идеальное время. Весь первый курс Сережа просто пытался выжить. В начале второго переоценил свои силы и устроился ночным администратором в отель, а когда началась сессия — словил мощный рецидив, здорово перепугав и психиатра, и Олега с Ритой. Чудом удалось привести себя в порядок к марту и избежать академа. Тогда он еще не был готов к презентации своего проекта, но теперь все иначе: он стабилен и не собирается взваливать на себя больше, чем сможет вынести. С учебой все в порядке. В качестве подработки Сережа репетиторствует с будущими абитуриентами и в свободное время пишет однокурсникам рефераты. Он съехал из общаги, они с Ритой и Олегом снимают двушку в Реутово. Он готов серьезно взяться за соцсеть. Сережа перечитывает последние написанные абзацы и растерянно вздыхает. Ему категорически не нравится написанное. Прежде чем грезить об успешной презентации инвесторам, надо заполучить их контакты, а этому не бывать без благосклонности Львова. Все опять упирается в сраный реферат. Сережа замирает, ожидая чужой насмешки, но в комнате тихо. В тишине только он и его навязчивое недовольство. Надо будет рассказать об этом эпизоде на приеме. На часах без четверти шесть, когда в квартиру шумно вваливается вернувшаяся со съемок Рита. — Где мой именинник? — радостно зовет она из прихожей. Реферат требует правок в части оформления — а несколько абзацев в середине вообще нужно переформулировать, — но это вполне можно отложить до ночи. Сережа с тяжелым вздохом встает из-за стола, растирает затекшую поясницу и выходит в коридор. Рита бросается на него с объятиями. В одной руке у нее только что снятый ботильон, в другой — ярко-зеленый пакет, которым Сережа получает по спине. Судя по весомости удара, сегодня ему подарят несколько книг. — Нельзя со мной так, — ойкает он, согнувшись под Ритиным весом. — А как еще с тобой нельзя? — фыркает она. — С днем рождения! Рита целует в щеку и выдает подарок. В пакете действительно книги, но вынуть и рассмотреть Сережа не успевает. — Марго, бля, я пол помыл! — возмущается выглянувший из кухни Олег. Рита делает шутливо-недовольное лицо и отшагивает на коврик. Второй ботильон все еще на ее ноге. — Когда я полы мою, его это не останавливает, — ворчит она и стягивает куртку. — Так, дайте мне минут пятнадцать. С этими словами Рита скидывает второй ботильон и исчезает в ванной. Сережа коротко усмехается, кивает Олегу, мол, я тоже скоро приду, и возвращается в комнату. Взгляд упирается в горящий монитор, на котором открыт недоделанный реферат, но Сережа, поколебавшись, сохраняет файл и отправляет комп в сон. Все остальное — после праздничного ужина. Или, в крайнем случае, завтра. Сережа снимает домашние штаны и растянутую футболку с надписью «I don’t need sex, the government fucks me every day», надевает брюки и новенький синий бадлон, перевязывает у зеркала хвост. Скашивает глаза на стоящую рядом с книгами фотографию, сделанную на крыше три года назад, — абсолютно дурацкую, потому что Рита не отключила вспышку и у них у всех красные глаза, — и улыбается. С тех пор у них появилось много удачных совместных фотографий, но эта — его любимая. Она всегда помогает Сереже помнить, что все получится. Уже получается. Это был сложный путь, несколько раз Сережа всерьез думал, что все кончено, он не справится, но в итоге… он здесь. Они с Олегом и Ритой здесь. Они справились. Ему не нужно придираться к себе. Дойти до этой точки — уже победа. Риту зовут на рекламные фотосессии, и это явно только начало. Олег учится на экономическом — без особых успехов, только для корочки, зато не вылетел с бюджета. Сережа понятия не имеет, как Олегу это удается, учитывая, что тот постоянно подрабатывает и на пары ходит через раз. После первой сессии, которую Олег с трудом закрыл, Сережа боялся, что тот отчислится и пойдет в армию на поиски «стопроцентного варианта достать денег и найти свое место под солнцем». Они с Ритой с трудом уговорили Олега не рубить с плеча: сначала получить вышку, потом уже хоть в армию, хоть еще куда. Этим летом Олег ездил на сборы от военной кафедры и, к счастью, остался совершенно не впечатленным армейской романтикой. Зато принял решение всерьез вернуться к тренировкам дзюдо и пойти в профессиональный спорт. Часть Сережи по-прежнему считает, что Олег способен на большее, чем размахивать кулаками — пускай и ради неплохих денег, — но в последние месяцы контролировать недовольство стало значительно проще. У Олега своя жизнь, и Сережа не обязан быть в восторге от каждого ее аспекта. Снизить уровень ожиданий и требований к Олегу на деле оказалось в разы проще, чем сделать это по отношению к себе, но они с Еленой Ивановной работают в этом направлении. Он оборачивается на стук — в приоткрывшуюся дверь заглядывает Олег. — Уже выхожу. — Ага. — Олег проходит внутрь, прикрывает дверь и с неловкой улыбкой протягивает сверток подарочной бумаги, перевязанный лентой. Сережа широко улыбается в ответ. — И что там? На ощупь сверток мягкий, бумажная обертка приятно хрустит в руках. Неужели Олег решил подарить одежду? — Наденешь на застолье? Сережа тянет за край завязанной бантом ленты. Под подарочной бумагой обнаруживается слой крафтовой. Сережа расправляется с упаковкой и удивленно поднимает брови: внутри нечто фиолетово-розовое. — Это что? — вопрос вылетает сам собой. Он уже знает что. Понял сразу же, еще толком не расправив свитер. В горле встает ком. — Марго вспомнила, как он выглядел, — Олег светится улыбкой. Сережа оторопело рассматривает свитер. Однозначно не тот самый — больше, чем мамин, розовее, с отличающимся в деталях рисунком, — но похожий, до чего похожий! Взгляд непроизвольно соскакивает в угол полки, где стоит единственная уцелевшая фотография родителей. На глаза наворачиваются слезы. — Сереж? — Олег переминается с ноги на ногу. — Прости, я думал, тебе понравится, я… — Нравится, — перебивает он севшим голосом. — Очень. Просто мне так… — Сережа замолкает. Грудь распирает чувство настолько счастливо-горькое, что говорить невозможно. Внимание и забота приятны, но вместе с этим — от нахлынувших воспоминаний просыпаются злая обида и жалость к себе. Сережа стискивает подарок и подавляет порыв отмахнуться от неприятных мыслей. Он отчетливо помнит день, когда Влад с ребятами испортили мамин свитер. Помнит, где это случилось, после какого урока они вышли из школы, помнит выражения их глумливых лиц. До сих пор больно. Олега из этого уравнения не вычеркнуть, но прошлому место в прошлом. Люди меняются. Люди прощают. Елена Ивановна сказала: Сережа не должен стыдиться того, что смог примириться с болью, которую Олег ему причинил. Он обнимает Олега, утыкается мокрой щекой тому в плечо. — Очень красивый, — шепчет на выдохе, — спасибо. Олег прижимает к себе и целует в макушку. Тот молчит, но Сережа слышит гулкий, частый стук сердца в чужой груди и знает, что Олег и сам отлично помнит тот день. И многие другие дни. Он с горькой усмешкой думает: Олегу тоже не помешала бы терапия, но денег на это пока нет. Сережа прижимается губами к ключице и обнимает крепче. Они через столько прошли — в голове не укладывается. Иногда не верится, что все это действительно произошло. Страшно представить, чем оно могло обернуться, если бы… Этих «если» слишком много: если бы Сережа не подружился с Ритой; если бы Олег оказался беспросветным жестоким мудаком; если бы удача отвернулась и Олег бы погиб или попал за решетку по Сережиной вине. Продолжать можно долго. Любой из альтернативных вариантов ужасает. Сережа вдыхает родной запах и жмется теснее. Олег здесь, рядом с ним — не отвернулся, не предал, не погиб. Шел бок о бок все эти годы. Сережа знает точно: без Олега и Риты он не справился бы. Их любовь и поддержка дали ему шанс выбраться, и он никогда этого не забудет. Последнее время Сережа все чаще думает, что люди мало на что способны в одиночку. Всем нужна помощь и поддержка. Пальцы непроизвольно теребят мягкую ткань свитера. Сережа медленно выдыхает. — Ну что, идем? — Олег ободряюще хлопает по спине и снова целует, теперь в висок. Сережа отстраняется, делает глубокий вдох. Он думает об этом уже которую неделю, но все никак не решается озвучить. — У Влада скоро дембель, — осторожно начинает Сережа. Олег издает недоуменный звук, затем неоднозначно хмыкает, меж бровей залегает складка. — Ты поедешь? Он же звал. — Звал, — хмуро повторяет Олег, дергает плечом и добавляет резче: — Ну и? Я ниче не обещал. Сережа поджимает губы. Трудно сказать, в какой момент история с Владом превратилась из триггера в неприятное воспоминание, но, когда Олег в прошлом году рассказал, что Влад снова попытался возобновить общение, Сережа не почувствовал ни привычной ненависти к уебку, ни обиды на Олега. Мысль, что Олег может отвечать на сообщения или звонки Влада, показалось обыденной. Сережа не против, чтобы эти двое наконец поговорили. Вот только сам Олег ни в какую не хочет этого делать. Сереже, разумеется, плевать на Влада с высокой колокольни, и, если этот клоун исчезнет из их жизней навсегда, он будет только рад. Но Олег точно не отпустил ситуацию — любое упоминание Влада до сих пор выводит Олега из равновесия. — Давай вместе сгоняем на какие-нибудь выходные, — Сережа склоняет голову к плечу. — Мне тоже надо в Питер, с квартирой разобраться. Олег смотрит на него с мрачным непониманием. — Да на фига? Ты с ним встретиться хочешь? — Нет уж, — он криво усмехается, — обойдусь, спасибо. Но он был твоим другом. Хреновым, и все же, — Сережа перекидывает свитер через плечо и берет Олега за руки, гладит костяшки пальцев. — То, что тогда произошло… тебе явно не дает покоя. Олег невесело прыскает, подается назад, почти высвобождая руки, но передумывает и остается на месте. — Был полный пиздец. Предлагаешь забить? — по скулам Олега бегают желваки. — Да пошел он на хуй. — Это я уже понял, — Сережа со смешком качает головой. — Слушай, дело твое, но я считаю, поговорить все равно придется. Выслушать, что он там хочет сказать. Не ради него, а ради себя. Олег снова дергает плечом, упрямо отводит взгляд. — Сегодня твой день рождения, — помолчав, вздыхает Олег. — Сереж, давай не будем сейчас? — Хорошо, — он чуть сильнее сжимает руки Олега, прежде чем разжать пальцы. — Я не настаиваю. Просто хочу, чтобы ты знал: я не против, если ты решишь встретиться с ним. Олег смазанно кивает и подходит к окну, берет с подоконника кубик Рубика, проворачивает несколько граней и кладет на место. Сережа никогда не забудет, сколько вреда и боли принес Влад — и прощать уебка не собирается, — но кое-что сделать он в силах: дать Олегу шанс залатать эту страшную дыру внутри себя. Возможно, Олег даже сумеет себя простить, хотя бы отчасти. Сережа стягивает бадлон, надевает свитер и картинно разводит руки в стороны. — Ну, как я тебе? Олег оборачивается. — Красивый, — и тепло улыбается: — Как всегда. Сережа поправляет волосы и с улыбкой смотрит на свое отражение.

***

Это был длинный путь, и мы рады, что вы добрались до его конца вместе с нами! Ориентировочно в следующую субботу мы хотим сделать созвон с читателями: все желающие обсудить с нами ПОС/задать вопросы/просто услышаться, пишите в личку Ms. Genius на фикбуке или в твиттере.

Пара слов от соавторок:

Меня не подождали: Мы с Ms. Genius дружим с третьего класса. Выросли вместе, и, видимо, отчасти поэтому можем настолько друг под друга подстроиться, что сложно отличить, где чей текст. Этот фанфик — плод нашей дружбы и один из ее больших столпов. Летом 2021 года зародилась идея написать его. Сколько времени и сил мы затратили на обсуждение и производство глав! За эти годы мы пережили такое, какое и представить не могли. Начинали с идеи сделать масштабную, запоминающуюся работу, с возможностью выпуска книги на ее основе. С первой задачей мы справились. Для второй придется подождать лучших времен. Я безумно благодарна, что мы нашли столько поддержки в лице читателей. Не верю, что мы закончили.

Ms. Genius: Тоже не могу до конца осознать, что эта работа закончена. Несколько последних лет я была так глубоко в нее подгружена, что сейчас это ощущается своего рода расставанием. Мне радостно, что мы смогли это сделать, но вместе с этим — странно-пусто и немного грустно. ПОС помог мне справиться со многими эмоциональными переживаниями, особенно в 2022 году, когда единственным, куда я могла безопасно сливать свои злость, страх и отчаяние, было написание текстов. И тем не менее эта история всегда была и остается про любовь. Она напоминала мне, что каждый день есть выбор, и можно выбирать себя, жизнь и любовь. Я в шоке с того, через какой сложный путь мы провели наших персонажей, и я горжусь и ими, и нами с Меня не подождали. А еще я очень благодарна каждому, кто читал работу онгоингом, долго ждал новые главы, помнил, что там у нас вообще происходило в предыдущих, и писал поддерживающие отзывы. Это нереально вдохновляло! Я не уверена, что мы осилили бы такой сложный текст без вашей поддержки. Спасибо. И отдельное спасибо моей лучшей подруге Меня не подождали, потому что писать с ней в соавторстве — это особый вид удовольствия. У нас сложился отличный райтерский тандем. Наш уровень доверия позволил нам спокойно переписывать куски друг друга, расширять чужой текст своим, а зачастую и вовсе не править, а сносить чужое и писать по-новой. Во всем тексте почти нет мест «чисто ее» или «чисто моих», именно поэтому все выдержано в едином стиле: нашем общем. К сожалению, функционал фикбука делает одного автором, а второго соавтором, но в нашем случае мы обе — равноправные соавторки этого текста. И мы справились, ура-ура!

Еще раз всем большое спасибо за то, что читали, испытывали эмоции, делились ими. Лучшая благодарность райтерам — лайк и отзыв.

Если кто-то хочет задонатить, можно написать одной из нас в личку 💜