This is the end

Правило «не дольше двух часов в день» неукоснительно соблюдается без напоминаний. Серебристый ноутбук всегда стоит на столике в гостиной, там же Серый залипает в него все свое разрешенное время. Олег непроизвольно ищет причины придраться, но их нет. Кроме одной: он привык, что все чужое внимание круглосуточно принадлежало ему. Это было приятно – впервые за много лет снова оказаться центром чьего-то мира. Приятно, но неправильно. Олег старается занимать себя, чтобы выбить странные собственнические мысли. К ним начинают частенько кататься курьеры: то с книгами, то с новыми шмотками. По негласному условию Серый сам показывает содержимое посылок. ― Что на этот раз? ― Олег перегибается через спинку дивана, где залипал в планшет последний час. Серый прижимает к себе небольшую черную коробку. ― Да так, еще книжки. ― Я тоже подсел. Можем делиться рекомендациями. ― Ага… Олегу ни разу не нравится его интонация. Как и то, что Серый неосознанно прячет коробку от чужих глаз. ― Прости, я могу посмотреть? Бледные щеки покрываются румянцем. Серый отводит глаза в пол. Олег судорожно перебирает варианты: яды, взрывчатка, оружие? Ничего из этого не привезла бы обычная доставка. ― Там ничего такого. ― Настаивает Разумовский. ― Серый, так не пойдет. ― Олег хмурится. Не силой же отбирать чертову коробку. Серый пыхтит, дергает краешек картона по линии перфорации, подцепляет пальцами пупырчатую пленку. Первое, что Олег видит – розовую упаковку с недвусмысленным рисунком. ― Да на, боже! Это игрушки. Доволен? Олег пожимает плечами, изо всех сил пытаясь сохранить лицо кирпичом. ― Так бы и сказал. Что такого. Серый вздергивает подбородок и вместе с коробкой уходит к себе. У Олега влажнеют ладони. Ничего такого. Гостиную украшают к празднику первой. Серый даже набрасывает себе на бумаге эскиз, воплощает который, конечно же, Олег. Лазает по стульям, чтобы зацепить над плинтусом гирлянды и приклеить к потолку объемные звездочки на нитках. Елку наряжают уже вместе. Пушистое дерево чуть повыше Олега и пахнет почти выцветшими воспоминаниями из раннего детства, еще до детдома. Звезда на вершине переливается яркими блестками, в которых теперь все руки и одежда Серого. Мрак разгоняют огоньки гирлянд и зажженные на столе свечи. Серый сидит на другой стороне дивана и тянет безалкогольный глинтвейн. Оба боятся заговорить, чтобы не разрушить хрупкий, как стеклянный шарик, момент. Празднуют у Саши. У нее полон дом гостей, огромная шумная компания. В последний раз Олег так отмечал на первом курсе. Он помогает девчонкам на кухне, повеселевший Серый болтает с кем-то за столом. ― Жень, ты еще и готовишь… ― Щебечет Яна, невысокая шатенка со звонким голосом. ― Кому только такое счастье достанется? Олег смеется, не сбиваясь с ритма быстрых движений ножом. Горка огуречной соломки стремительно растет. Это счастье достанется кому-то с членом. ― Отстань от него. ― Саша отпихивает подругу бедром. ― А что, уже заняла? ― Беззлобно огрызается Яна. Саша косится на Олега, явно придумывает для него изящную отмазку. ― Я женат на своей работе. ― Помогает ей Олег. ― И ничто не растопит моего сердца. ― Что, совсем ничего? ― Ехидничает Саша. ― Абсолютно. Я слишком трудоголик. Стол ломится от наготовленного, фирменный салат Олега расходится первым. Заканчивается праздничное обращение. Серый открывает шампанское. Звенят фужеры, кто-то обливается пеной. Сидящая у Олега на коленях Арина восторженно пищит. Бьют куранты. Олег украдкой поглядывает на улыбающегося Серого, пьет большими глотками шампанское и загадывает совсем наивное – быть счастливым. На часах начало второго, дети уже отправлены спать. Связь с реальностью истончается к середине алкогольных игр. Большой кружок, сидящий на полу, гудит в ответ на каждый ход. Олег едва ли напивался с десяток раз за всю жизнь. Голова приятно-легкая, на душе спокойно. ― Я никогда не занималась сексом под куранты. ― Выдает блондинистая девчонка, имени которой Олег так и не смог запомнить. ― Приму к сведению. ― Усмехается ее парень. Олег с Серым одни из круга синхронно опрокидывают стаканы. Кто-то шутит про «это было в один новый год в одной кровати?», Олег смеется вместе со всеми, на Серого не смотрит. Тот сидит совсем близко, привалившись плечом к плечу. Как и положено людям за тридцать, домой возвращаются рано. Олег хочет свалиться на диван, потому что десятью минутами раньше играл с Сашей в снежки, взмок и абсолютно вымотался. ― Хочешь открыть свой подарок? ― В спину спрашивает Серый. ― А? Да. ― Олег и не подумал об этом. Он тянет золотистую ленту на большой коробке, которую Серый достает из-под елки. Внутри, среди сверкающей мишуры, маленький плюшевый волчонок, томик Ремарка, а на самом дне – какой-то ламинированный листок. Олег приближает его к глазам. Свидетельство о собственности на дом, оформленное на левое имя. ― Тебе здесь нравится, поэтому я взял смелость… В общем, с новым годом, Олег. ― Голос Серого долетает как через вату, Олег не может отвести взгляда от бликующей бумажки. ― Я все уладил с прошлым хозяином, проблем точно не будет. ― Спасибо. ― Нам нужно поговорить. ― Это оба произносят одновременно. ― Ты первый. ― Уступает Серый. Олег кивает, пытает собрать в слова рассыпающиеся сверкающими огоньками эмоции. То ли от алкоголя, то ли от природного дефицита красноречия – ничего не выходит. Серый ждет, поэтому Олег вместо глупых слов – а он точно ляпнул бы сейчас что-то очень глупое – подается вперед и прижимается губами к его губам. ― Олег, нет. ― Серый мягко, но настойчиво отстраняет Олега от себя, упираясь ладонями в грудь. Не то чтобы Олег как-то продумывал этот момент, но «нет» он не ожидал точно. Олег быстро моргает, пытаясь хоть что-то понять по лицу Серого. Тот только хмурится. ― А о чем ты хотел поговорить? ― У Олега совсем садится голос, приходится прокашляться. Серый вздыхает. Его ладони все еще лежат на Олеге тяжким грузом, обжигают через тонкую водолазку. ― Я собирался сказать, что хочу переехать. Один.