Второй шанс | A Second Chance

Чу Ваньнин медитировал, сидя посреди бамбукового павильона, в то время как Сюэ Мэн стоял на страже рядом с ним. Многое произошло после того, как он вернулся в этот мир. Сначала ему пришлось залатать брешь в барьере, затем он бросился в библиотеку, чтобы перечитать медицинские книги. После он работал над ночным стражем, а следом ему пришлось наводить порядок… Он был совершенно измотан. Одержимый желанием сделать то, что должен перед своей неминуемой гибелью, Чу Ваньнин не потрудился хоть немного позаботиться о себе. Он старался делать шаг за шагом, но знал, что у него не так много времени. Он сражался с незнакомцем, скрывшимся за кулисами. Он не знал, какой шаг незнакомец сделает следующим. Чу Ваньнин должен был действовать поспешнее, продумывать ходы наперёд. С другой стороны, это было так утомительно — соревноваться с кем-то, кого он не мог видеть, поэтому Чу Ваньнин мог только отчаянно бежать быстрее и быстрее, не имея возможности на перерыв; как только он остановится, он проиграет гонку. — Мхм… Тихий стон сорвался с его губ. Его отчаяние и гнев… Казалось, они вызвали скопление дурной крови в его груди. Ему просто нужно было выговориться, вот и всё. По прошествии ещё некоторого времени Чу Ваньнин закашлялся кровью. Она текла у него изо рта, стекала по подбородку, пятнала его всегда безупречно белую одежду — стресс сделал своё дело, и Чу Ваньнин потерял сознание, отключившись в объятиях Сюэ Мэна. Это зрелище встретило Мо Жаня по прибытию в Павильон Алого Лотоса. Его лицо тут же побледнело. Мо Жань поспешно оттолкнул Сюэ Мэна в сторону. – Что за хуйню ты сделал?! Сюэ Мэн осел в шоке от внезапного толчка, однако быстро оправился: – Ты ублюдок! Что ты думаешь, я сделал?! Учитель пребывал в процессе восстановления, как ты смеешь вот так врываться с криками и руганью?! Мо Жань поднял тело Чу Ваньнина на руки и дотронулся до подбородка, приподнимая лицо вверх. Его сердце билось как сумасшедшее. Вид Чу Ваньнина, залитого кровью, пробудил ужасное воспоминание из его прошлой жизни. Именно так он выглядел тогда, не считая крови, что в тот момент стекала не только изо рта. Что бы он ни делал, сколько бы сил не тратил, но, как только Чу Ваньнин вдохнул в последний раз, он ушёл навсегда. Инстинктивно Мо Жань понимал, что это не тот случай, но он всё ещё не мог видеть Чу Ваньнина в таком состоянии. Он осторожно вытер кровь с подбородка рукавом. На этот раз лицо не превратилось в страшное месиво, да и крови действительно было не так уж много. Краска вернулась к лицу Мо Жаня, и он наконец мог вздохнуть с облегчением. В этот момент Сюэ Мэн оттолкнул Мо Жаня. – Учитель, учитель. Глаза Чу Ваньнина слегка приоткрылись. – Мне нужно отдохнуть, – хрипло промычал он. – Дайте мне немного отдохнуть. Спальня Чу Ваньнина всё ещё не походила хоть на что-то приличное, поэтому вместо того, чтобы отнести его в комнату, Мо Жань и Сюэ Мэн решили принести ему подушки и одеяло, соорудив нечто похожее на гнездо для Чу Ваньнина. Последнего, если честно, это совсем не волновало – он заснул сразу же, едва почувствовав малейшее удобство. Сюэ Мэн заботливо укутал Чу Ваньнина в одеяло; его учитель очень плохо переносил любые заболевания. – Эй, – позвал своего брата Мо Жань. – Чего? – не оставшись в долгу, огрызнулся Сюэ Мэн. – Помоги мне с уборкой. – С чего бы это? Не я здесь наказан! – То есть ты хочешь, чтобы учитель спал сегодня на улице? – ... Сюэ Мэн не нашёлся с ответом, посему уныло последовал за Мо Жанем, бросив последний взгляд на крепко спящего Чу Ваньнина. Чу Ваньнин свернулся калачиком под одеялом. Он погрузился в сон о своей прошлой жизни: он стоял на четвереньках на земле, одежда была разбросана вокруг него. Сзади сильные руки обхватили его за талию, и что-то большое снова и снова вторгалось в его тело. Мужчина обильно кончил, не выходя из тела и используя свою сперму в качестве смазки, чтобы облегчить проникновение в следующий заход. Она непристойно стекала по бедру во время дикого совокупления. Чу Ваньнин никогда раньше не был унижен до такой степени, до этого его тело не подвергалось такому насилию. – Мо Жань... Мо Жань... Прекрати... Хватит... Чу Ваньнин умолял снова и снова, но мужчина заботился только о своём собственном удовольствии. Чу Ваньнин отчаянно хватался за мокрую от спермы и других телесных жидкостей одежду. Тасянь-цзюнь прижал дрожащее тело Чу Ваньнина к земле, приподняв бедра для более глубокого проникновения. Чу Ваньнин полностью потерял силы сопротивляться. Слёзы текли по его щекам, острая боль в нижней части тела не оставляла его ни на секунду. – Учитель... Тебе хорошо? Ты выглядишь так невинно, но только посмотри, как твоё тело реагирует на мои касания. – Блять, ты такой тугой... Чу Ваньнин прикусил нижнюю губу в попытке скрыть постыдные звуки. Он ни капли не наслаждался процессом, однако тело честно отвечало на любую стимуляцию. Тасянь-цзюнь грубо толкнулся в тело Чу Ваньнина, от чего оба непроизвольно вздохнули. Горячая жидкость наполняла его снова и снова. Будучи чересчур вымотанным, Чу Ваньнин наконец провалился в небытие. После этого его долго лихорадило, шок был слишком велик. Духовное ядро разрушено, достоинство попрано… И всё же он так долго упорствовал, так долго оставался в живых. За несколько дней до смерти он задался вопросом, действительно ли он чего-то достиг? Разве он просто не связывал свою надежду и надежду себя из прошлого? Он даже не мог убить Мо Жаня. В настоящее время Чу Ваньнин кашлял и дрожал. Моргнув несколько раз, он уставился в тёмное ночное небо. День обернулся ночью; он лежал на подушках под плотным одеялом посреди павильона. Чу Ваньнин, завернувшись в одеяло, прошёл к своей спальной комнате. Все трое его учеников находились внутри: Сюэ Мэн уснул где-то в углу, Мо Жань укрывал спящего Ши Мэя своей накидкой. – ... – О, учитель, ты не спишь, – обернувшись, сказал Мо Жань. – Ага. – Уже поздно. Вам троим следовало вернуться гораздо раньше, – вздохнул Чу Ваньнин. Мо Жань не согласился с ним, но и не стал отрицать. Чу Ваньнин опустился на колени подле Сюэ Мэна, раздумывая, следует ли ему разбудить его или просто отнести обратно. В это время Мо Жань окликнул его в сомнениях: – Учитель, эмм... – Что? – Я... Я хотел извиниться, за то, что сказал ранее. Учитель, ты ещё злишься? Ты извиняешься за то, что сказал, как хочешь меня трахнуть? Как насчёт тех раз, когда ты действительно делал это со мной? Чу Ваньнин не мог не соотносить прошлого Мо Жаня с нынешним. Мо Жань мог извиняться сколько угодно, или же не делать этого вообще – Чу Ваньнину было совершенно без разницы. Мо Жань сделал слишком много всего, что не исправят никакие извинения. Чу Ваньнин посмотрел на него взглядом, полным горечи. Мо Жань был ошеломлён. Он настолько ранил Чу Ваньнина теми словами? Привычный учитель просто отхлестал бы его Тяньвэнью. Но что это за реакция? Чу Ваньнин тихо сказал дрожащим голосом; каждое слово впилось в сердце Мо Жаня ледяными шипами: – Уйди. Я хочу побыть один.