Второй шанс | A Second Chance

– Мо Жань! Чу Ваньнин скривился от отвращения, увидев Мо Жаня, лежащего с кем-то на кровати. Этот ученик действительно безнадёжен, подумал он. В то время как его шисюны были близки к тому, чтобы быть скормленными иве, Мо Жань предавался разврату. Спустя некоторое время он заметил, что Мо Жань целовался ни с чем иным, как с заколдованным человеческим трупом с висящим на лисьем затылке талисманом. – ... Возможно, Мо Жань и не предавался разврату. И вдруг Мо Жань начал ругаться. – Кто это сделал с тобой??? Я убью его!!! Я убью его!!! Лицо Чу Ваньнина потемнело. Ему не нужно было спрашивать, отчего Мо Жань завёлся безо всякой причины. Жуткий труп с лисьей головой был завернут в кусок лисьего меха Цинцю. Считалось, что всё, что было завернуто в лисий мех Цинцю с небольшим количеством крови человека, автоматически принимает облик самого желанного человека. Должно быть, в этот раз труп принял облик Ши Мэя. Гоучэнь Возвышенный хотел высвободить духовную сущность Мо Жаня, и Чу Ваньнин был почти уверен, что далеко не ради благородных целей. И у них не так много времени, чтобы выбраться из этой подводной ловушки. Чу Ваньнин безмолвно призвал Тяньвэнь и одним движением сорвал талисман с трупа лисы. Он схватил талисман и, используя духовную энергию, сжёг его, после чего тот превратился в угольно-чёрную шахматную фигуру. Увидев её, глаза Чу Ваньнина распахнулись. – Шахматная формация Чжэньлун, – в неверии прошептал он. Шахматная формация Чжэньлун была одной из запрещённых техник мира совершенствующихся. Из всех трёх она была наиболее опасной и разрушительной. Чу Ваньнин знал это не понаслышке, потому что это было именно той техникой, которую Мо Жань изучил и улучшил до той степени, что стал первым и единственным императором культивационного мира. Убил множество людей, уничтожил секты, – и всё это используя Шахматную формацию Чжэньлун. В глазах Чу Ваньнина мелькнула опасливость. В этой жизни кто-то другой, помимо Мо Жаня, использовал Шахматную формацию Чжэньлун? Чу Ваньнин стиснул зубы. Хорошо, что в этот раз его золотое ядро не уничтожено. Он знал, как справиться с этим. – У-учитель! Подросток вскочил с кровати и вышел из камеры, с отвращением потирая руки после того, как увидел, с чем он целовался. Чу Ваньнин посмотрел на Мо Жаня, гадая, настоящий он или фальшивый. Неважно, подумал он. Скоро я уничтожу все шахматные фигуры. – Мо Жань, за мной! – Д-да, учитель. Лицо Мо Жаня пылало. Он бежал за Чу Ваньнином на шатающихся ногах. Чу Ваньнин отвёл полные презрения глаза от Мо Жаня. Так у него всё ещё осталось чувство стыда. Хмф. Независимо от того, как сильно Чу Ваньнин хотел искоренить цветок ненависти из сердца Мо Жаня, он также не мог терпеть его бездумное вожделение Ши Мэем. Он сделал пометку, что должен убедиться, что их отношения развиваются здоровыми, приемлемыми темпами. Они вышли из подземной тюрьмы и прибыли туда, где росла гигантская ива. Четыре гроба всё ещё стояли подле дерева, но теперь они были пусты. Чу Ваньнин хотел встретиться лицом к лицу с преступником, но он не мог просто бросить своих трёх учеников. По крайней мере, он должен доставить их в безопасное место, прежде чем что-либо предпринять. – Пошли, – сказал Чу Ваньнин Мо Жаню, ведя его в место, где он спрятал Ши Мэя и Сюэ Мэна. Его ученики должны были ждать их в безопасном уголке подземного дворца. Но там больше никого не было. – ... – Учитель, где Ши Мэй??? Лицо Чу Ваньнина потемнело. – Они должны были ждать здесь. Должно быть, что-то случилось, и они сбежали. Пошли, надо найти их. Перемахнув через дворцовые стены, они выбежали наружу. За пределами дворца рынок, который они посетили вчера, снова был полон подводных морских существ. – Маньтоу из рыбьей крови! Свежесделанная, свежесделанная! – Кожа шуайраньской змеи, отличный материал для одежды! Чу Ваньнин нахмурил брови. Он остановился, потянул Мо Жаня за руку и настороженно огляделся. Все эти продавцы говорили в точности то же самое, что и вчера, и они, казалось, идеально повторяли то, что произошло накануне! Взгляд Чу Ваньнина остановился на аптекаре, которого Сюэ Мэн и Ши Мэй посетили днём ранее. Все они, все они стояли на тех же местах и воспроизводили вчерашние события с точным совершенством! Это было невозможно. Кровь Чу Ваньнина застыла в жилах. Все эти морские существа… они были мертвы! – Мо Жань, – не сводя глаз с морских существ, прошептал он. Мо Жань, стоя позади, неожиданно сжал его руку. – Я здесь, учитель. Они находились под водой, поэтому окружающая температура была низкой. Рука Мо Жаня была такой тёплой. Такой же тёплой, как помнил Чу Ваньнин. Чу Ваньнин закрыл глаза. Было время, давным-давно, когда он отдал бы всё, чтобы иметь возможность вот так держаться за руки с Мо Жанем. Когда чувства, которые он испытывал к нему, были словно нежные бутоны весенних цветов, когда Мо Жань ещё не возненавидел его. Чу Ваньнин мысленно увидел полное ненависти лицо Тасянь-цзюня. – Ты убил Ши Мэя! Ты оставил его умирать! Ши Мэю больше всех не повезло с таким учителем, как ты! Чу Ваньнин сжал руку Мо Жаня так сильно, что последний вскрикнул от боли. Только тогда Чу Ваньнин выпустил его кисть. – Оставайся возле меня, не броди вокруг. – Да, учитель... – согласился ученик. Взмахнув рукавами, Чу Ваньнин произнёс: – Цзюгэ! Чёрный гуцинь с исходящей из него ветвью, которая образовывала цветущие ветви хайтана, появился из воздуха, слегка зависнув перед Чу Ваньнином. Глаза Мо Жаня расширились. Чу Ваньнин вызвал Цзюгэ! Это было единственное оружие, которое Мо Жань не хотел больше видеть в этой жизни. Это было оружие, которое Чу Ваньнин столько раз использовал против него, пытаясь сорвать его план. Зачем Чу Ваньнин вызвал Цзюгэ в этот раз? Мо Жань обернулся, чтобы ещё раз оглядеть рынок. Теперь он понял. Шахматная формация Чжэньлун. Все морские существа под водой, возможно, включая морских обитателей во дворце, всё контролировалось Шахматной формацией Чжэньлун! Чу Ваньнин дёрнул за струну и послал волну энергии в их окружение. Все морские существа вокруг них замерли, когда их ударила энергетическая волна, а затем все они рассыпались в кучу кровавого, пузырящегося месива. Кровь растеклась по озёрной воде, окрашивая её в алый. Чу Ваньнин схватил Мо Жаня за руку и потащил его к дворцу. Человек в белом халате свирепо посмотрел в сторону дворца. Ошибки не было. Сюэ Мэн и Ши Мэй, должно быть, были схвачены и притащены туда же, где находился преступник. Другого места, куда они могли бы пойти, не… – Учитель, – нервно позвал его Мо Жань. – Что здесь происходит? Зачем Гоучэнь Возвышенный сделал всё это? Чу Ваньнин помотал головой. – Ты ошибаешься. Это ненастоящий Гоучэнь. – Откуда учитель знает, что он ненастоящий? Как фальшивый бог может совершить всё это? Мо Жань указал на кровавое месиво позади. – Если это настоящий бог, как думаешь, нужно ли было бы ему убивать всех этих существ, чтобы управлять ими? Чу Ваньнин избежал объяснения техники Шахматной формации Чжэньлун. Он не знал, откуда в его первой жизни Мо Жань узнал о ней. В этой Чу Ваньнин не хотел быть тем, кто посвятит его в эту ужасающую технику. Он не знал, что Мо Жань тоже вернулся в прошлое и, таким образом, всё время знал о Шахматной формации Чжэньлун. Подросток даже заметил чёрные шахматные фигуры, лежащие в луже крови, но ничего не сказал. Шестнадцатилетний Мо Жань не должен был знать о запрещённых техниках, не говоря уже о том, как применять их на практике. Чтобы скрыть свою личность, он должен был пока играть роль невежественного юноши. Чу Ваньнин знал, куда идти. Поскольку жертвенные гробы должны были питать иву кровью, то это должно было быть центром ловушки фальшивого бога. Гигантская ива угрожающе возвышалась над ними, стоило им подойти. Поблизости не было охранников, чтобы следить за двумя кричащими людьми, находящихся в иве. – Учитель, учитель! Помоги! – Юный мастер, я не думаю, что учитель поблизости. – Ты не можешь знать этого! Учитель, должно быть, уже понял, что мы пропали! Возможно, он рядом! – ... – ... – Пошли, – обратился Чу Ваньнин к Мо Жаню. Они вошли внутрь гигантской ивы и приземлились в арсенале священного оружия. Внешний вид арсенала был точно таким же, как и накануне. – А-Жань! – Учитель! Мо Жань был так рад увидеть Ши Мэя. Он немедленно отошёл от Чу Ваньнина, чтобы подойти и обнять своего соученика. В то же время Сюэ Мэн бросился к Чу Ваньнину и обнял его за талию. – Учитель, мы так испугались! Нас поймали стражники и привели сюда! Чу Ваньнин потрепал Сюэ Мэна по голове. – Теперь всё в порядке. Не беспокойся. В этот момент Мо Жань обнял Ши Мэя. Хоть это и был один из редких, интимных моментов с Ши Мэем, которым он должен был дорожить, Мо Жань не мог насладиться им. Заслышав разговор Чу Ваньнина с Сюэ Мэном, он обернулся и увидел, что рука Чу Ваньнина покоится на голове Сюэ Мэн, а сам Сюэ Мэн вцепился в Чу Ваньнина. В сердце Мо Жаня разгорелся огонь. По какой-то причине вид этих двоих вместе вызывал жуткую неприязнь. Как неподобающе со стороны Сюэ Мэна вот так бросаться на их Учителя. Он что, трёхлетний ребёнок? Мо Жань пересёк помещение, волоча Ши Мэя за руку, и яростно оттащил Сюэ Мэна от Чу Ваньнина. – Если тебе так страшно, почему не убежал? – огрызнулся Мо Жань. Сюэ Мэн скривился. Он вырвался из хватки Мо Жаня и нанёс ответный выпад. – Ты, дворняга! Будь здесь выход, мы бы давно сбежали! – Идиот, если здесь нет входа, как мы с Учителем смогли войти??? Все четверо машинально посмотрели в ту сторону, откуда Чу Ваньнин и Мо Жань вошли в арсенал священного оружия. Проход исчез, словно его и не было. – … Они всё ещё смотрели на место, где находился вход, как вдруг из плавильного резервуара донёсся булькающий звук. Чу Ваньнин подтолкнул всех трёх учеников за спину, прикрывая. Мгновение спустя из раскалённого бассейна расплавленного металла появилась фигура, похожая на упыря, с двумя большими глазами, горящими красным светом. Чу Ваньнин отступил, и ученики, стоявшие за ним, попятились назад, создавая для него свободное пространство. Казалось, жуткая фигура пристально рассматривает своими двумя пламенными глазами незнакомцев, вошедших в арсенал священнного оружия. Она механически крутила головой по сторонам и наблюдала за ними с разных сторон. Чу Ваньнин раздумывал, что делать, как вдруг фигура издала яростный рёв и напала на них. Раскалённая лава выплеснулась из резервуара и хлынула в сторону Чу Ваньнина и трёх его учеников. Чу Ваньнин заблокировал атаку, создав барьер для защиты. Красная огненная жидкость обрушилась на барьер, взорвавшись, как фейерверк, после чего почерневшие остатки посыпались на землю. Хотя они не обожглись от атаки, столкновение заставило Чу Ваньнина отступить на несколько шагов. Это дух. Может ли это быть озлобленный дух, погибший в арсенале священного оружия...? Чу Ваньнин помрачнел. Золотое свечение на его раскрытой ладони показывало, что вот-вот будет вызвана Тяньвэнь. Чу Ваньнин метнулся к плавильному резервуару и атаковал вместе с Тяньвэнь. Тяньвэнь обернулась вокруг фигуры. Как и следовало ожидать от божественного оружия, ивовая лоза нисколько не опалилась. Барьер Восстановления Истины был сформирован, на этот раз внутри него находились только Чу Ваньнин и огненный дух. Внутри барьера огненный дух принял иную форму. Перед ним предстал красивый высокий мужчина с длинными серебристыми волосами, аккуратно собранными золотой заколкой на макушке. Белое ханьфу с серебряной вышивкой по подолу делало его похожим на божество. И всё же он им не был. – Меня зовут Чу Ваньнин, я Старейшина Пика Сышэн, – представился Чу Ваньнин. – Могу я узнать, кто вы? Мужчина мягко ответил: – Моё имя Чжайсинь Лю, я дух этого ивового дерева. Меня привёл в это место Гоучэнь Возвышенный, и с тех пор я остаюсь здесь. Дух ивового дерева... – Почему вы совершаете все эти ужасные вещи? Какова ваша цель? – Я не делал ничего подобного. Это дело рук другого человека. – Кого? Может ли быть, что Гоучэнь Возвышенный поместил Чжайсинь Лю в озеро Цзиньчэн специально? Словно прочитав мысли Чу Ваньнина, он поднял полные печали глаза и ответил на его немой вопрос: – Это не Гоучэнь Возвышенный. Бог покинул это место много лет назад, и с тех пор я ничего о нём не слышал. Кто-то другой проник сюда и нарушил покой озера Цзиньчэн. – Кто это? Кто это сделал? Чжайсинь Лю хотел было ответить, как вдруг его тело охватила дрожь. – Времени... времени больше нет. Послушай, этот человек использует меня как источник энергии, чтобы применять запрещённые техники. Срок моей жизни скоро подойдёт к концу, поэтому ему пришлось найти древесные духовные элементы для поддержания моей жизни. Ты и твой ученик... в опасности. – Как мы можем выбраться отсюда? – потребовал Чу Ваньнин. – Только если... если вы сможете убить меня. Кровь проступила из уголка его губ. – Я больше не в силах сохранять сознание. Великий мастер Чу, всё, что вам нужно сделать для бегства - это убить меня. Прошу, убейте меня, я лучше умру, чем буду использован как инструмент для совершения преступлений. Чжайсинь Лю упал на колени и закашлялся кровью. Чу Ваньнин хотел подойти к нему, но Чжайсинь Лю поднял руку в останавливающем жесте. – У меня есть три техники... Первая - Сон Нанькэ, погружает человека в сладкий сон, от которого он не больше не захочет проснуться... Вторая - Искушение сердца, заставляет товарищей убивать друг друга. Третья... Лицо Чжайсинь Лю исказилось и приняло уродливое выражение, прежде чем он смог закончить своё объяснение. Барьер сломался, и Чу Ваньнин был бесцеремонно выброшен наружу. Он едва успел подняться с земли, как по всему арсеналу священного оружия раздался душераздирающий рёв, и Чжайсинь Лю затянуло обратно в плавильный резервуар. На его месте из земли поднялись девять столбов пламени, а в воздухе повисли четыре жетона. Древнее письмо появилось в воздухе над четырьмя жетонами и исчезло. Чу Ваньнин прочитал его вслух: «Вытяни жребий, разбей кошмар...». – Учитель, что это была за надпись? – спросил Сюэ Мэн, потянув Чу Ваньнина за рукава. – Это древний язык цанцзе, мне ещё предстоит научить вас этому, – ответил Чу Ваньнин. Вытяни жребий... – Все вы, встаньте позади меня. Ничего не делайте. Чу Ваньнин велел юношам отойти, а сам двинулся к четырём парящим жетонам и потянулся за ними. – Учитель! – закричал Мо Жань. Рука Чу Ваньнина зависла в воздухе. Он оглянулся на Мо Жаня, гадая, не было ли там чего-то ещё. – Будьте осторожны, – добавил Мо Жань. Чу Ваньнин перевёл взгляд с лица Мо Жаня на его руку, сцепленную с рукой Ши Мэя. Он усмехнулся и, повернувшись, взял один из жетонов с воздуха. Нефритовый жетон был прохладным на ощупь. Он повертел жетон туда-сюда, но на нём ничего не было. – Хмм? Заметив, что ничего не происходит, к нему подошли три его ученика. – Учитель, что это? – спросил Ши Мэй, глядя на жетон в руке Чу Ваньнина. – Он пуст, – сообщил он. Чу Ваньнин потянулся за другим жетоном, но жетоны ускользнули от него. – ... – Позвольте мне попробовать, Учитель, – вызвался Сюэ Мэн. Прежде чем Чу Ваньнин остановил его, он также схватил один случайный жетон из воздуха, и тот тоже оказался пустым. После Сюэ Мэна и Ши Мэй вытянул один, и тот тоже оказался пустым. Все трое в недоумении смотрели друг на друга. Остался последний жетон. Он подлетел к Мо Жаню, и подросток взял его. Перевернул жетон, но он оказался не пустым. На нём было что-то написано, опять же на языке цанцзе. – Учитель, – позвал он, показывая Чу Ваньнину древнюю надпись на жетоне. – Кровавые песочные часы, – прочитал Чу Ваньнин, нахмурив брови. – Учитель, что такое кровавые песочные часы? – Я не знаю. Послышался грохот - земля под ногами задрожала. С высоты спустились огромные медные песочные часы с подвешенным посередине крестом. Кровавые песочные часы. Чу Ваньнин быстро, как молния, выхватил жетон Мо Жаня и вложил свой собственный ему в руку, чем привёл в замешательство всех трёх учеников. – Учитель, что...? Сеть колючих лоз вырвалась из песочных часов и обвилась вокруг Чу Ваньнина. – УЧИТЕЛЬ!!! Мо Жань рванулся выхватить свой жетон из рук Чу Ваньнина, но было уже поздно. Чу Ваньнина затащили внутрь песочных часов, а его ученики в ужасе смотрели на это. Шипастые лозы привязали Чу Ваньнина к кресту. Из гущи лоз показался сверкающий золотой меч и вонзился Чу Ваньнину в грудь. От удара его вырвало кровью, остатки которой потекли по всегда безупречно белым одеждам вниз и собрались у основания песочных часов.