III
18 сентября 2021 г., 00:08
Тэхен сидит на лавочке под раскидистой вишней и смотрит в экран телефона ожидая ответа на свое сообщение. На улице идет ливень, Ким держит над собой черный зонтик спасаясь от крупных холодных капель. Температура воздуха довольно низкая для конца июля — двенадцать градусов. Тэхен замерз одетый лишь в одну футболку белого цвета. Его руки ледяные, кончики пальцев, нос и щеки — красные от холода. Но парень не обращает на это никакого внимания, полностью поглощенный перепиской с Чимином.
Пак быстрым шагом идет к главному входу школы, опаздывая на урок, как слышит сквозь шум дождя оповещение своего телефона. Чимин останавливается, достает гаджет и идет дальше, открывая диалог с Кимом.
«Ты где?»
«Я почти в школе. Скоро буду»
«Нет. Иди на аллею к нашей скамейке»
«А как же урок? Мы же его прогуляем, получается»
«Похуй»
Чимин останавливается посередине двора школы как вкопанный. Тэхен никогда не прогуливал уроки. Всегда приходил раньше всех, всегда делал домашнее задание. Если Киму плевать на уроки — значит что-то случилось. Чимин не на шутку пугается, спешно убирает телефон в карман, разворачивается на пятках и несется в сторону аллеи, постоянно поправляя лямку рюкзака, спадающую с одного плеча.
Пак в считанные минуты добегает до лавки на которой сидит Ким, опирается руками о свои колени в попытке отдышаться. Приведя дыхание в более-менее нормальное состояние, Чимин смотрит на Тэхена. Тот сидит с опущенной головой, опираясь руками о поверхность лавки и до белизны в костяшках сжимая ее край.
Чимин присаживается на корточки перед парнем, взволнованно поднимая взгляд на его лицо. Бледная кожа, прикрытые глаза и поджатые губы. Чимин садится рядом на лавку, притягивает к себе подрагивающего друга. Тэхен прячет лицо на груди Пака, тихо плачет. Брюнет водит ладонью по подрагивающей спине и плечам, вплетает пальцы в каштановые волосы и шепчет успокаивающие фразы в надежде, что они хоть как-то помогут успокоить Кима.
Тэхен отрывается от Чимина, поднимая глаза на его лицо, а Пак замечает разбитую нижнюю губу и синяк на скуле.
— Это он тебя ударил? — спрашивает Пак, осторожно дотрагиваясь большим пальцем до повреждений.
Тэхен положительно кивает, опуская взгляд вниз.
— За что? — Чимин хочет голыми руками придушить этого ублюдка, и только сам Бог знает, сколько сил приложил Пак, чтобы его голос так и оставался ровным, дабы не пугать Кима.
— Я сказал, что не буду с ним спать. А он, проорав, что я буду делать то, что он мне скажет, ударил, — тихим голосом отвечает Тэхен, все так же не смотря на Пака. Чимин не понимает, почему он всегда смотрит куда угодно, но не ему в глаза, когда говорит об отце и его выходках. Он боится, что Чимин начнет его осуждать? Или просто стесняется? Сам Пак больше склоняется ко второму аргументу, чем к первому, потому что не раз говорил о том, что никогда не бросит Тэхена одного. — А еще, он намекал на то, что… хочет этого… сегодня, и мне страшно, — Ким перебирает пальцами ткань рубашки Пака и тяжело вздыхает. — Я не хочу идти сегодня домой. И в школу не хочу.
Тэхен снова утыкается носом в плечо парня, крепко обнимая.
— Тогда пошли ко мне, — незамедлительно предлагает Чимин. — Мои все равно уехали к бабушке.
— Правда можно? — Ким поднимает красные от слез глаза на Пака, а у Чимина сердце разрывается на части. Ну за что ему все это? За что?
— Конечно можно, — Пак ободряюще улыбается, поднимает взгляд к небу и добавляет. — Только поспешить нужно. Скоро дождь начнется, вон какие тучи ветер пригнал.
Тэхен тоже смотрит на затянутое тучами небо, ждет, пока раскат грома стихнет, и отвечает:
— Сегодня 23 июля. Последние несколько лет в конце этого месяца постоянно грозы и дожди, а затем снова жара и засуха.
— Давай поторопимся. Не хотелось бы промокнуть, — Чимин поднимается с лавки, помогая встать Киму, и ведет его к выходу с аллеи, крепко держа за руку.
Дождь всё-таки застает парней на полпути к дому Пака. Даже не дождь, а настоящий ливень. Парни добегают до дома, Чимин быстро открывает дверь, впуская сначала Тэхена.
Ким снимает промокшие кеды, оставляя их на крыльце, и заходит в коридор, бросая рюкзак на пол.
Чимин вешает ключи на специальный крючок и тоже разувается, проходя в свою комнату.
— Так, ты первый в душ, — Пак вручает парню стопку своих вещей вместе с махровым полотенцем, показывая, где ванная. — А я пока чайник подогрею.
— Спасибо, Чимин, — Тэхен целует его в щеку и идет в ванную.
Чимин улыбается в след парню и уходит на кухню, щелкая кнопкой электрического чайника.
×××
— Что это? — Чимин хмурит густые брови, разглядывая свежие порезы чуть ниже сгиба локтя. Парни стоят на кухне. На часах пять вечера, за окном вовсю льет дождь, гремит гром и сверкают молнии. Тэхен с Паком весь день смотрели фильмы, поедая различные блюда, которые сами же готовили. Свой телефон Ким выключил еще в тот момент, когда вышел из душа, ему полностью плевать на отца и мать. Он просто клал на них стотонный болт и наслаждался каждой минутой, проведенной с Чимином. Фильмы в обнимку лежа на диване, нежные поцелуи, банальные, но все равно важные и приятные слова на ушко, шутки, понятные только им двоим, все это Тэхен старался сохранить в памяти во всех деталях, чтобы позже, когда будет совсем тяжело и больно, прокручивать в голове снова и снова, использовать их, как самое действующее лекарство в мире. Сейчас парни зашли на кухню налить чаю, как вспомнили о посуде, которая была испачкана в ходе совместного приготовления «шедевров мировой кулинарии», как их в шутку называл Пак. Тэхен решил сам все помыть, закатал рукава тонкой толстовки, которую ему вручил Чимин вместо промокшей школьной рубашки, чем открыл вид на свои изрезанные руки. — А, это… — Тэхен опускает взгляд вниз, не смея смотреть в глаза Паку. Ему очень стыдно. За свою слабость, за свое бездействие, за свои слезы. Ким чувствует себя половой тряпкой, о которую вытирают ноги все, кому не лень. — Прости меня. Я конченный слабак, который не может ничего сделать. Я… Чимин резко притягивает к себе парня, крепко обнимая. — Тэхен, запомни: ты — не слабак. Ты — самый сильный человек, которого я когда-либо видел, — всегда мягкий голос Пака приобретает стальные нотки, из-за чего Ким невольно вздрагивает. — Зачем же ты вены резать пытаешься? Если тебе было настолько плохо, то почему мне ничего не говоришь? Я же переживаю за тебя, — Чимин смотрит прямо в карие омуты, хватает парня за плечи и слегка встряхивает. — Я не могу, Чимин! Не могу. Мне очень сложно говорить с тобой на эту тему. Не могу я! — в носу неприятно щиплет, слезы снова стекают по впалым щекам, размывая перед собой черты лица Пака. — Ну тише, тише. Прости меня. Прости, — Чимин снова прижимает к себе Кима, обнимая за талию. — Я очень волнуюсь за тебя. Давай мы посмотрим еще один фильм? — пытается перевести тему Пак. — Давай просто полежим вместе? — просит Тэхен. — Хорошо. Тогда пошли в мою комнату.×××
Тэхен сонно открывает глаза, натыкаясь взглядом на белый потолок, освещенный сиреневыми бликами неоновой гирлянды. Парни лежали в кровати Чимина, обнимая друг друга. В атмосфере спокойствия и нежности Ким и не заметил, как уснул. И, похоже, не только он. Чимин тоже тихо сопит, уткнувшись носом в копну мягких волос, отдающих запахом своего цитрусового шампуня. Тэхен рассматривает умиротворенное лицо Пака, его высокие скулы, персиковую кожу, идеальные брови, пушистые, слегка подрагивающие ресницы, шелковистые волосы глубокого черного цвета, разбросанные по белой подушке, пухлые приоткрытые губы с маленькими трещинками, идеальный подбородок и лебединую шею. Красив ли Чимин? Безумно. Черты его лица настолько идеальны, что если его увидит какой-нибудь скульптор или художник, то в художественных галереях и на различных выставках появиться еще одно произведение искусства. Тэхен всегда смотрел на него с неподдельным восхищением, считая себя рядом с ним гадким утенком, хотя сам не менее красив: ровный нос с милой родинкой на самом кончике, миндалевидные глаза орехового оттенка, медовая кожа, розовые губы в форме сердца и вьющиеся каштановые волосы. Чимин всегда говорил ему о том, насколько он прекрасен, выдыхал эти слова прямо в губы, шептал низким голосом прямо на ухо, говорил, смотря прямо в глаза. Тэхен смотрит в окно, за которым не переставая идет дождь, гремит гром и сверкают молнии. Ким кусает нижнюю губу, слегка волнуясь, затем осторожно выбирается из теплых объятий, склоняется над Паком и целует его в губы. Чимин начинает просыпаться, слегка ворочаясь, а Тэхен наблюдает за этим, склонившись над парнем. Пак медленно открывает глаза, сонно хлопая ресницами и пытаясь сфокусировать взгляд. Тэхен снова наклоняется к нему, требовательно целуя пухлые губы. Чимин заторможено отвечает, проникая языком в рот Кима. Тэ отрывается от парня, облизывая свои губы, тем самым разрывая тонкую нить слюны. Чимин смотрит на него непонимающим взглядом, так невовремя подмечая, насколько охуенно выглядит Ким в слабом сиреневом свете гирлянды. Тэхен перекидывает ногу через талию Пака, усаживаясь на его бедра, и снова целует, перенимает инициативу в свои руки, обхватывая своими губами нижнюю губу парня и сплетая их языки. — Тэ, ты чего? — тихо спрашивает Чимин, отрываясь от Кима и сталкиваясь с помутневшим взглядом парня. — Чим, я… Я хочу, чтобы ты был первым у меня, — Тэхен опускает голову вниз, сжимая черную ткань футболки на его груди. Чимин слегка ошарашен такими заявлениями, а в подсознании всплывают моменты, когда кусал свои губы, смотря на Кима точно так же, мысленно раскладывая его прямо на парте или на той же скамейке. Чимин молчит, чем ломает весь смелый настрой парня. — Эм, прости, я… — Тэхен собирается слезть с парня, но останавливается. Чимин резко притягивает его к себе за ворот футболки, остервенело впиваясь в губы. Ким расценивает это как согласие, отрывается от любимых губ и ведет дорожку из поцелуев-бабочек к его уху. — Ты не представляешь, как давно я ловлю себя на мысли, что хочу тебя, — низким, хриплым от нарастающего возбуждения голосом, произносит Тэхен, обдавая ухо Пака горячим дыханием. Русоволосый обхватывает зубами мочку, тянет за сережку-колечко, просовывая язык в небольшое отверстие. — Блять, — хрипит Чимин, проводя рукой по коленке парня, останавливая свою ладонь на упругой ягодице. Тэхен проводит языком за ухом, оставляет багровое пятно на шее, кусает за слегка выступающий кадык, просовывает руку под футболку Пака, оглаживая выступающие кубики пресса. Чимин стягивает с него толстовку, откидывая ненужную тряпку на пол. Тэ оставляет отметины своих зубов и россыпь засосов на персиковой коже, ерзая на бедрах брюнета. Чимин переворачивает парня, нависая сверху, проводит языком по его нижней губе, по острой скуле, слегка касается языком тонкого хряща, а затем тихо произносит: — Ты не представляешь, сколько раз я дрочил в душе на твои фотографии и голосовые сообщения. Сколько раз представлял тебя вот таким — полураздетым и открытым, сколько раз воображал твои хриплые стоны, — Пак проводит прохладными пальцами по впалому животу, пересчитывает выступающие ребра, задевает коротким ногтем затвердевшую бусинку соска. Ким вздрагивает, покрываясь мурашками и сжимая пальцами велюровый плед. — Черт, Чимин… какой же ты… — Тэхен не договаривает, помогая парню снять футболку, и буквально захлебывается воздухом, разглядывая крепкую грудь и кубики пресса, но Пак не дает ему долго любоваться видом, наклоняясь и снова целуя. Чимин скользит губами и языком по шее, спускается к ключице еле сдерживаясь, чтобы не оставить засос или же следы от зубов. — Оставь на мне пятен багровых, укусов и от пальцев следы, а как заживут — все по новой, пусть знают, что я — это ты, — читает строчки из своей недописанной книги Тэхен, судорожно выдыхая. — Ты действительно этого хочешь? — шепчет Пак, проводя языком по всей длине ключицы. — Да… — томно произносит Ким, зарываясь пальцами в густые черные пряди и прижимая голову парня ближе к себе. Чимин оставляет россыпь маленьких звезд по всей шее, груди и плечам, кусает, сразу зализывая, спускается влажной дорожкой к животу, проводит языком вдоль кромки штанов, а Тэхен медленно плавится, тает, как мороженное на солнце, растекаясь по всей постели бесформенной лужицей. Чимин медленно оттягивает резинку штанов вниз и, помогая себе руками, стягивает их вовсе, открывая вид на стройные, длинные ноги. Тэхен смотрит на Чимина полуприкрытыми глазами, подмечая, что Пак меж его разведенных ног — картина на миллион. Брюнет ведет дорожку поцелуев от щиколотки до колена, перемещаясь на внутреннюю сторону бедра. Низ живота сводит от желания, посылая одуряющие пульсации по всему телу. Тэхен ерзает от нетерпения, его возбужденный член трется о шершавую ткань боксеров, вызывая болевые ощущения. Чимин стягивает с него и их, освобождая возбужденную плоть, что моментально прижимается к впалому животу. — А я гляжу, что ты подготовился, — с ухмылкой говорит Пак, проводя пальцами по нежной коже гладко выбритого лобка. — Знал, что не смогу отказать? — Я просто знал, что ты дрочишь на меня ночами, — отзеркаливает ухмылку Ким. — Плохой мальчик, — Чимин несколько раз проводит рукой по члену, целует красную головку и отстраняется, снимая с себя штаны вместе с боксерами. Тэхен проводит языком по сухим губам, шире разводя ноги и до крови кусая губу, когда Пак нежно целует острую тазовую косточку. — Встань на колени, — командует брюнет, открывая тюбик лубриканта. Тэхен становится в коленно-локтевую, прогибаясь, словно кошка, в пояснице. Чимин проводит влажными пальцами по колечку мышц, обильно смазывая прозрачной жидкостью со слабым запахом ванили. Пак снова выливает смазку на пальцы и вводит один, успокаивающе поглаживая одну из половинок. Тэхен морщится от неприятной боли, но терпит. Чимин вводит второй палец и начинает двигать ими, поглаживая нежные тугие стенки. Неприятные ощущения уходят не скоро, но после пары минут и третьего добавленного пальца, Тэхен, тяжело дыша, начинает сам насаживаться. Чимин вводит пальцы под другим углом, а Ким низко стонет, когда по его телу пробегается электрический разряд. Пак снова повторяет движение, а у Тэхена колени разъезжаются в разные стороны, руки судорожно трясутся. Чимин убирает пальцы и переворачивает парня на спину, пристраиваясь между разведенных ног. Брюнет смазывает член лубрикантом и медленно входит по самое основание. Ким приглушенно стонет, кусая собственные губы. Пак останавливается и смотрит на разнеженного и горячего парня под собой, в который раз понимая, что любит в нем абсолютно все его недостатки, все маленькие родинки и родимые пятна, каждую пушистую ресничку и трещинку на розовых губах, каждую линию на больших ладонях, каждый шрам на руке и сердце. Любит его безумно и до невозможности сильно. Тэхен тянется руками к парню, притягивая его к себе и страстно целуя. Чимин убирает его руки от своей шеи и кладет по обе стороны головы Кима, переплетая их пальцы. Сегодня они как никогда прежде близко, кожа к коже. Сегодня они как никогда ранее сливаются воедино не только телом, но душой и сердцем. Тэхен всю свою жизнь искал тепла, смотрел на лживых и эгоистичных людей глазами брошенного котенка, так наивно ожидая увидеть хоть что-то хорошее, но все время натыкался на ледяные глыбы. Чимин ничего не искал в чужих глазах, он лишь окунался во множество озер, в водах которых чего только не было, покидал их, даже не заплывая глубоко, а однажды наткнулся на ореховое болото страха, одиночества и отверженности, и решил погрузиться на самое дно, поняв со временем, что его нет. Чимин начинает двигаться неспеша, осторожно, но до одури приятно. Тэхен подрагивает всем телом, поджимает пальцы на ногах от удовольствия, низко и хрипло стонет, скрещивая ноги на пояснице Пака и прижимаясь максимально близко. Дыхание сбито к херам у обоих, они задыхаются от эмоций и чувств, кожа обоих покрыта испариной, губы опухли и саднят от непрекращающихся поцелуев. Напряжение сжимается в узел внизу живота, а затем взрывается, разнося по всему телу волны удовольствия. Тэхен сильнее стискивает пальцы Чимина своими, сжимаясь вокруг его члена, и изливается себе на живот, пачкая простыни. Пак самозабвенно наблюдает за этим, признавая, что кончающий Тэхен — зрелище бесценное. Чимин делает последние глубокие толчки, продлевая удовольствие, и тоже кончает, выходя из парня. Брюнет падает на грудь Кима, обмякая. Оба уставшие, потные, но счастливые. Тэхен обнимает парня за талию одной рукой, а второй перебирает черные пряди, устремив свой взгляд в потолок. Послеоргазменная нега растекается патокой по всему телу, мышцы неприятно ноют, во всем теле чувствуется приятная усталость. Чимин поднимает голову, мягко целует грудь парня и тянется к губам, приподнимаясь на локтях. — Блять, Тэ, у меня никогда не было такого сногсшибательного оргазма, — Пак улыбается, соприкасаясь носами с парнем. — Мне не с чем сравнивать, но это было охуенно, — хрипло говорит Тэхен. — У тебя нет сигарет? — Ты сегодня решил полностью оторваться? — смеется Чимин. — Просто хочу курить, — пожимает плечами Ким. Тэхен сидит на подоконнике, укутанный в плед на голое тело, затягиваясь уже второй сигаретой и выдыхая сизый дым в приоткрытую форточку. Чимин подходит к парню, забирает сигарету и глубоко затягивается, задерживает горький дым ненадолго в легких, а затем выдыхает, стряхивая пепел в пустую жестяную банку от энергетика, большое количество которых валяется в мусорном ведре под письменным столом и у стены под кроватью. — Свет опять отключили, — говорит Пак. — Заебали они его дрюкать, — зло говорит Ким и снова затягивается. Черное небо рассекает яркая молния, незамедлительно оглушительно гремит гром. Чимин крупно вздрагивает от порыва холодного ветра, что проникает через открытую форточку и лижет голое тело. Тэхен замечает это и хватает парня за руку, притягивая к себе. Пак становиться меж разведенных ног Кима, обнимая второго за талию и кладя голову на плечо. Тэхен обнимает его ногами и набрасывает плед на его плечи. Тэ поджигает третью сигарету и снова затягивается. Чимин только хмыкает на это и прикрывает глаза, вслушиваясь в спокойное сердцебиение парня. Оба молчат, не решаются рушить хрупкую атмосферу спокойствия и умиротворения, что воцарилась в темной комнате. Оба наслаждаются этим моментом, не думая о том, что будет завтра. Сегодня они просто лягут вместе спать, переплетая конечности, а завтра будут думать обо всем и сразу.
