Влюблендурки

      Нацу бежал.       Он не помнил, как вылетел из подъезда Локи, не помнил, как перепрыгивал через лужи, едва не врезаясь в редких прохожих. Холодный ночной воздух обжигал легкие, но этого было мало, чтобы остудить тот пожар, что полыхал под кожей.       Лицо горело так, что от него было можно спокойно прикурить. В ушах до сих пор стоял этот звук — сдавленный, рваный всхлип Грея. Звук, который не имел ничего общего с болью от удара или злостью. Это был звук…       Блядь это был звук удовольствия. У этого придурка глаза были .. широкие и …       Он вспомнил как тот облизнул губы, предплечье где его накрыла рука Фуллбастера горело огнем. Они почти поцеловались? Он и… Грей?       Нацу затормозил только у своего подъезда, тяжело опираясь ладонями о колени. Дыхание вырывалось из груди свистящими толчками.       — Пиздец, — прохрипел в пустоту двора.       Он зашел в квартиру, стараясь не шуметь. В прихожей горел тусклый свет — Игнил уже вернулся со смены. Из кухни доносилось мерное тиканье часов. Опекун сидел за столом, изучая какие-то чертежи, и лишь мазнул по Нацу усталым взглядом.       — Поздно ты, — глухо бросил Игнил, не оборачиваясь. — Хлеб купил?       — Завтра куплю, — буркнул Нацу, проскакивая мимо в свою комнату.       Он закрылся на замок и, не зажигая света, рухнул на кровать прямо в куртке. В темноте чувства обострились до предела. Нацу закрыл глаза, и перед внутренним взором мгновенно вспыхнула лестничная площадка. Грязный бетон. Серые, почти прозрачные в полумраке глаза Фуллбастера. И его собственное колено, вдавленное в...       Нацу резко перевернулся на живот, зарываясь лицом в подушку. Шок был таким плотным, что его можно было потрогать руками. Всю его черепную коробку занимал один-единственный вопрос: почему он не убрал ногу сразу? Сколько он держал? Секунду? Две? Три? Он, вместо того чтобы отпрянуть, смотрел на то, как Грей кусает губы. Как он не пытается ударить в ответ. Как он... ждет?       «Это называется — он не знает, как по-другому», — голос Люси прозвучал в голове так четко, будто она стояла рядом.       Нацу передернуло. Пингвины не просто полетели — они выстроились в ровный клин и исполнили мертвую петлю прямо у него над головой. Всё, что происходило за последние пару лет, начало стремительно пересобираться, как дефектный пазл. Каждый толчок в коридоре. Каждое «отвали, придурок». Каждая драка, где Грей оказывался слишком близко, где его пальцы сжимали ворот рубашки Нацу чуть дольше, чем нужно для броска.       Весь этот бесконечный цикл агрессии внезапно предстал в другом свете. Это не была ненависть. Это была какая-то вывернутая наизнанку, больная форма близости. Для «отмороженного» Грея это было что-то...       — Он что... серьезно? — прошептал Нацу в подушку, чувствуя, как по спине пробежал холод. — Всё это время?       Ему стало тошно от осознания собственной слепоты. Он вспомнил, как сегодня на уроке Грей шептал ему на ухо, и как Нацу тогда просто отмахнулся, считая это очередной подколкой. Вспомнил разбитое лицо Гажила. Грей бил его не за тем, чтобы показать кто тут крутой. Он бил его за то, что Нацу на него смотрел.       Это было безумие. Настоящее, безрассудство.       Телефон в кармане джинсов коротко вибрировал. Нацу замер, боясь даже касаться корпуса. Прошло несколько минут, прежде чем он решился выудить его и включить экран.       Уведомление висело в шторке, подсвечивая темноту комнаты едким белым светом. _____________________________ Grey Fullbuster: Давай поговорим завтра. Ладно? _____________________________       Нацу смотрел на эти буквы, пока они не начали расплываться. Палец завис над сообщением, но так и не коснулся его. Открыть — значит признать. Открыть — значит дать Грею шанс что-то объяснить, а Нацу был не уверен, что готов слышать это «что-то».       Он представил Грея сейчас. Сидит, небось, в своей комнате, пялится в телефон и ждет эти чертовы синие галочки отчета о прочтении. Грей, который никогда ничего не просил, сейчас почти умолял этим коротким «Ладно?».       Нацу заблокировал телефон и отшвырнул его в угол кровати. Ему хотелось заорать. Хотелось пойти и выбить из Фуллбастера всё это дерьмо, чтобы всё стало как раньше. Чтобы они снова просто ненавидели друг друга, без этих пауз, без этих взглядов, без этого колена, которое, кажется, до сих пор чувствовало чужое тепло.       «Пиздец», — снова подумал он, сворачиваясь калачиком и натягивая одеяло до самого подбородка. Завтра наступит через несколько часов. Ему придется зайти в класс. Придется сесть за одну парту с человеком, который, возможно, лю.. Кхм, проявляет внимание самым идиотским способом из возможных уже треть жизни.       Нацу зарылся носом в шарф, оставленный на тумбочке. Тот пах костром и немного дождем с посиделок за гаражами. Привычный запах его привычного мира. Но теперь даже он не приносил спокойствия. Мир перевернулся, и Нацу Драгнил совершенно не знал, как в нем теперь ходить, чтобы не свалиться в ров, с пиками точеными, который так бережно выкопал для них двоих Грей.       Сон не шел. В голове крутились тысяча мыслей и все были о нем. О глазах, зрачок которых топил радужку превращая в тонкую серую нить. О обветренных губах, которые тот облизнул. И о том, что ему не противно.       Отстранился бы он, если бы их не прервали?       Нацу не знал ответа.       И это было хуже всего.       Ночь прошла в бреду из обрывков мыслей и образов Грея, который въелся даже в подсознание.       У школьных ворот он увидел знакомую фигуру и тут же натянул шарф до самых глаз. Грей стоял у входа, непривычно бледный, с темными кругами под глазами. Когда Нацу поравнялся с ним, Грей дернулся вперед, протягивая руку.       — Нацу, стой... Нам надо…— В глазах испуганное ожидание.       — Отвали! — Нацу среагировал быстрее, чем успел подумать. Он с силой отпихнул Грея в плечо, так что тот пошатнулся. — Просто свали с дороги, Фуллбастер. Не трогай меня.       Нацу не оглянулся, но кожей почувствовал, как Грей застыл на месте, будто он ударил его не в плечо, а в сердце. В груди противно засосало, но Нацу задавил это чувство. Сейчас ему нужно было только одно: дистанция. Огромная, бетонная стена между ним и этим … безумием.       В классе он даже не взглянул на их общую парту. Подойдя к своему старому месту, где сидела одноклассница с панком, он молча сгреб её учебники в охапку и переложил на свободный стул сзади.       — Эй, Драгнил, ты охренел совсем?! — возмутилась она, всплеснув руками. — Гилдартс сказал сидеть здесь!       — Сядешь к Грею, — отрезал Нацу, не глядя на неё. — Ему срочно надо женского внимания, вот и наслаждайся. Вали давай.       Девчонка что-то прошипела про идиотов, но, увидев бешеный взгляд Нацу, предпочла не связываться. Он рухнул на стул рядом с Гажилом. Панк даже не пошевелился, только бровь с пирсингом медленно поползла вверх. Грей зашел в кабинет. Скрипнул зубами, но прошел мимо к себе.       Урок начался спокойно. Нацу смотрел в доску, но не видел ни единого слова. Всё его существо было сосредоточено на точке между лопаток — там он кожей чувствовал тяжелый, немигающий взгляд Грея. Это было физически неприятно. Хотелось вскочить, перевернуть парту и заорать, чтобы он перестал так смотреть.       — А у вас тут весело, — внезапно подал голос Гажил. Он говорил тихо, не поворачивая головы, но Нацу услышал в его голосе странную насмешку. — Заткнись, — буркнул Нацу.       — Твой дружок сейчас дыру во мне прожжет, — Гажил лениво потянулся, и повернулся к Нацу. — Злой он какой-то. Агрессивный. Прямо как цепной пес, которому кость не дали.       Нацу покосился на него. Гажил не выглядел испуганным после вчерашней взбучки. Напротив, в его красных глазах светилось что-то... азартное. И в целом был отчего-то довольным до безобразия. Нацу выкинул из головы мысли о его мотивах, тут в своей бы башке разобраться.       — Он не мой друг, — выдавил Нацу, стискивая ручку.       — Да ладно? — Гажил вдруг наклонился к Нацу, практически нарушая его личное пространство. — А выглядит так, будто он на тебя права собственности предъявляет. Знаешь, я таких не люблю. Слишком много шума, слишком мало мозгов.       Гажил нарочито громко усмехнулся и коснулся плеча Нацу, якобы поправляя его воротник. Из задних рядов послышался резкий скрежет — это Грей с такой силой провел стулом по полу, что звук разрезал тишину класса. Гилдартс обернулся, нахмурившись, но Грей даже не дрогнул. Он смотрел только на руку Гажила на плече Нацу. Его челюсти были сжаты так, что скулы побелели.       — Ты чего творишь? Руки убрал, я не люблю такое. — Нацу дернул плечом, сбрасывая руку панка и отворачиваясь от яростных глаз.       Сердце забилось чаще, за что он дал себе мысленную затрещину. За его спиной казалось натянулась невидимая струна, готовая лопнуть и разнести этот класс к чертям.       — Просто общаюсь, — Гажил оскалился, демонстрируя железные заклепки. — Ты интересный парень, Нацу. И шарф у тебя… интересный. Где купил?       Он специально сделал паузу? Рука панка быстро коснулась шарфа, взгляд метнулся в сторону следя за реакцией Грея. Фуллбастер за партой выглядел так, будто готов был броситься через весь ряд и вцепиться Гажилу в горло. Его пальцы судорожно сжимали край стола. Если бы древесина могла, то явно бы жалобно застонала.       Нацу непонимающе смотрел на новенького. Острых ощущений не хватает?       — Если ты думаешь, что я тебе не врежу, то сильно ошибаешься. Руки при себе держи. — прошептал он одними губами, утыкаясь носом в шарф. — Мне во всем теперь мерещится гейство.       Взгляд Фуллбастера буравил спину. Нацу казалось, что если он сейчас обернется, то это псих чего-то натворит.       Гажил дёрнул уголком губ, и тихо усмехнулся:       — А ты не из этих?— рука приблизилась к волосам. Он не тронул их, указательный палец завис рядом с особенно длинной розовой прядью, спадающей на лоб.       Нацу почувствовал, как горят уши. Он задохнулся от смущения смешанным с возмущением.       Чего блин?!       — МИСТЕР ФУЛЛБАСТЕР! Немедленно прекратите.       Нацу сбился с мысли, повернул голову через плечо. Все одноклассники смотрели на Грея. Тот же смотрел прямо на него. Без рубашки.       — Он конченный? — недоумение Гажила было понятным, он тут новенький. Но в идеальной тишине оно было не вовремя громким.       — Я дурак и у меня справка есть. — Дерзко выплюнул Грей, продолжая смотреть только на Нацу.       Почему творят они, а стыдно мне?       Та самая одноклассница, которую Драгнил выгнал вначале урока, сидела красная, закрыв лицо руками, но поглядывала в щели между пальцев на прессак Грея. Нацу невольно тоже смотрел. Но не на пресс. На яркую татуировку на груди. Стилизованный драконий хвост из выцветших чернил. Изгиб, похожий на язык пламени, переходил в твёрдую линию, теряясь где-то у ключицы. Не то чтобы он ее не видел раньше. Скорее не думал о ней.       — Дураки идут к директору, объяснять как их допустили к обучению. Я сказал, на выход. — Учитель Гилдартс угрожающе повысил голос.       Грей свалил одним движением все со стола в сумку, подхватил рубашку и пошёл на выход. Проходя мимо парты Гажила с Нацу, он пнул портфель новенького, на что Редфокс прищурился.       — Возвращаемся к теме. Концерт окончен. — Клайв резко провел мелком по доске, выдав пронзительный скрип. Все поморщились, но взялись за ручки. Нацу же автоматически крутанул свою. Из головы не выходила татуировка. Он ведь ее набил из-за него.

***

      Три года назад Драгнил сидел в кабинете в ожидании урока. Нацу уронил голову на парту и рисовал в тетради что-то, чтобы не уснуть. Люси училась еще с ним в одном классе и сидела рядом. Пододвинулась поближе и заглянула.       — Это дракон? — спросила она, брезгливо морща нос.       — Хвост, — буркнул Нацу, не поднимая головы. — Драконий хвост. Круто же.       — Выглядит как червяк, которого переехали.       — Зато чешуя есть! И вообще я художник, я так вижу.       Люси выхватила у него из-под руки тетрадь и перевернула страницу.       — Слушай, а давай реально. Помнишь мы смотрели фильм про соулмейтов. Давай сделаем парные татухи. Будем френды до гроба. Набьём, когда выпустимся?       — Ты чокнутая, — сказал Нацу, но глаза загорелись. — А что набивать?       — Не знаю… хвост? Крылья дракона? Идея то прикольная.       — Дракона круто, — согласился Нацу. — Только чтобы стильно.       Люси взяла ручку и начала рисовать на чистом листе. Её эскиз был аккуратным, с плавными линиями. Драконий хвост, обвивающийся вокруг… чего-то. Нацу смотрел, пытаясь не признавать, что у неё получается лучше.       — А ты чего смотришь? — сказала она. — Тоже рисуй. Это твой дракон.       — У меня не получится, как у тебя, — проворчал Нацу, но взял ручку и набросал на обратной стороне снова свой «эскиз». Корявые чешуйки, жирный изгиб, больше похожий на букву «Z», и пламя сверху. Потому что дракон же? Поэтому огонь.       — Боже, — сказала Люси, заглядывая. — Что это?       — Драконий хвост!       — Это, Нацу, похоже на то, как рисуют дети, когда у них трясутся руки.       — А ты иди в жопу, — обиделся Нацу. — Я стилизовал.       — Ммм. Креативно.       — Ты не понимаешь, так агрессивно!       — Агрессивно? — Люси ткнула ручкой в его рисунок. — Это выглядит как…       — Ты не хочешь договаривать!       Люси расхохоталась, и Нацу хотел уже спрятать от неё листок, но тут за спиной раздался знакомый голос:       — О, а это что за уродец?       Грей навис над ними, с тетрадкой в руках и своей обычной ехидной улыбкой. Нацу хотел захлопнуть тетрадь, но Грей выхватил ее.       — Отдай, — сказал Нацу.       — Не, ну серьёзно, — Грей ухмылялся, разглядывая кривые линии. — Это дракон? Или утконос с усами?       — Это хвост, мудак.       — Хвост? В каком месте? — Грей повернул рисунок к себе. — Нет, ну если закрыть глаз, забыть о логике и вкусе и включить воображение…       — Захлопнись, отдай и вали.       — Пф, какие мы нежные, — Грей вернул ему его вещь и сложил руки на груди. — характер прямо таки.. Драконий.       Люси хихикнула. Нацу покраснел и сжал пальцы в кулаки сминая бедную тетрадь.       — Хочешь врежу?       — Хочу пожелать тебе удачи, — Грей отвернулся и пошёл на своё место, бросив через плечо: — Только если набьёшь себе этого чудища, я буду ржать.       Нацу хотел что-то крикнуть в ответ, но Люси уже положила ему руку на плечо.       — Не злись, — сказала она. — Он просто завидует.       — Чему? У него вкуса вообще нет! И вообще дай сюда.       Он вырвал лист с рисунком из тетради, сделал из него самолетик. Потом прищурив глаз прицелился и плавно отправил в полет. Бумажная птица взмыла в воздух и плавно спланировала в урну в конце кабинета.       Нацу повернулся довольный донельзя к подруге.       — Ты видела?!! С первого раза. Кто крут?!       Люси выразительно закатила глаза и только что по лбу себе не хлопнула.       — Мальчишки… Ты неподражаем.       — Ты ничего не понимаешь. Это круто. Вот кто еще так сможет?       Он бы и забыл об этом рисунке. Если бы после летних каникул, в первый учебный день Грей не зашёл в класс в расстёгнутой рубашке и Нацу не заметил сразу — на груди у Фуллбастера красовалось что-то чёрное.       — Ты что, ебанулся? — спросил Нацу, когда Грей плюхнулся на своё место. — Зачем ты набил это?       — А что? — Грей усмехнулся, одёргивая ворот.       — Это же мой рисунок!       — Твой? — Грей сделал удивлённое лицо. — Надо было выкупить авторские права?       — Я выбросил его! — Нацу чувствовал, как закипает. — Откуда ты…       — Да я по памяти попросил нарисовать похоже.       — Да нахуя?!       — Ну, камон, — Грей приподнял край рубашки, демонстрируя рисунок. Та же линия, тот же изгиб. — Потому что твое лицо того стоило.       — Ты… — Нацу не знал, что сказать. Злиться? Смеяться?       — Расслабься, — Грей опустил рубашку. — Если кто-нибудь спросит, скажу, что сам придумал. Чтобы никому не стыдно было за твой вкус.       Нацу хотел врезать. Но Люси тянула его за рукав, а Грей уже отвернулся.       — Идиот, — выдохнул Нацу.       Тогда он подумал, что Грей с мозгами не дружит. Либо ему так зашел его рисунок, но он не был готов признать. Либо он псих который набил на сердце рисунок своего недруга.       Нацу вернулся в настоящее со звонком.       Конспект в тетради отсутствовал. Перед глазами была только татуировка. У сердца.       Люси. Ему срочно нужна Люси и ее советы, что теперь делать с миром в котором полетели не только пингвины, но и кукуха Грея.