Так сошлись звёзды

×××

— Держи. В руки Дотторе летит, ловко пущеный рукой учителя, пакетик с белым порошком. — Это — всё что мне удалось достать так быстро. Иль ухмыльнулся. Только в их стране шесть грамм кокаина достать легче, чем косяк травы. Ли Юэ есть Ли Юэ, что тут скажешь. — Не желаешь присоединиться? Издевается. Знает, что Чайльд ни в жизнь эту дрянь в себя пихать не станет. Рыжеволосый себя уважает. Дотторе — нет. В этом то, наверное, и вся разница. Иль знает Аякса лет с десяти, тот ему словно старший брат. Мафиозного толка родственник, разумеется, но это мало что меняет. Тарталья учил его стрелять из револьвера, винтовки и прочих совсем не детских «игрушек». А сейчас они смотрят друг другу в глаза и в радужках: васильково-голубых и рубиново-алых, искрится желание перегрызть друг другу глотки. — Я в отличие от тебя свою жизнь люблю. Гробить и топить её в этом дерьме не хочу. А сам хоть трижды сторчись — не моё дело. Аякс груб и холоден. Дотторе больно. Потому что всё, что он сказал — ебаная правда. Иль тонет, засасываемый чёрной воронкой психотропов. И пока его путь не оборвался, будет продолжать, всё так же не сбавляя оборотов. У Чайльда есть смысл рваться вверх, к звёздам, для Торе же проложена лишь дорога в Бездну. И вымощена она, к сожалению, не жёлтым, а багряно-красным, кровавым цветом кирпича. Иль с неё не свернёт. Ему нечего терять. Семья его — чужие парню люди, друзей настоящих у него нет и не было отродясь, а жизнь любимого человека он буквально превращал в ад. Но вот разобравшись наконец таки в своих чувствах, оказалось что уже поздновато что-то менять. Дилюк живёт дальше, находит новые романтические интересы, не зацикливаясь на прошлом, а Дотторе всё в той же мёртвой точке, не в силах сдвинуться с места. Сдвинуться он может лишь умом, в чём наркота благополучно ему поможет. — Я напишу, когда нужно будет ещё. Тарталья кивает и уходит. Он уверен, что второго раза не будет. Через пару дней Чайльд добудет нужную информацию и этому мелкому наркоше пиздец.

×××

Дотторе просыпается уставшим. Всегда. Словно не спал, а бежал одну стометровку за другой все семь-восемь часов. Его ломает, потому что с момента последних принятых таблеток экстази, он уже дня три ничего не принимал. Клялся себе, что завяжет, что вытащит себя из этой ямы, но лишь глубже закапывается. Он сорвался почти сразу после того, как признался Люку и получил от ворот поворот. Ничего удивительного, Иль ему знатно так психику подпортил, однако менее больно от того не становилось. Он вспоминает Тарталью. То, как видел его, гуляющего с тем молчаливым пареньком из класса, Чжун Ли, кажется. И даже этот рыжий придурок выглядит счастливо. Складывается ощущение, что чувства взаимны у всех, кроме него одного. Справедливо? Дотторе затрудняется ответить на этот вопрос. Потому что где-то на подкорке сознания сидит навязчивая мысль о том, что…

«А может таки заслуженно?»

Иль не хочет в это верить. Он не идеален, совсем не пример для подражания, но неужели в самом деле — плохой человек. Может и правда нет в нём ничего хорошего? Дотторе себя не любит. Ругает за слабость, за то, что так быстро опустил руки. Не сошёлся же мир клином на этом Рагнвиндре? Есть ведь ещё столько других симпатичных парней… Но ему не нужны другие, нужен лишь тот, кто когда-то искренне его полюбил. Единственный, кто дал Илю почувствовать, что он важен, нужен, что его ценят и хотят быть рядом. Дилюк ушёл из его жизни летом. А спустя некоторое время Дотторе поймал передоз… и отнюдь не случайный. Потому что он, мать его, больше всего хотел в тот момент умереть. Сейчас у него в руках пакетик с шестью граммами кокаина и… если всадить всё за раз, то теперь уж точно получится. Иль не медлит, не сомневается. Уроки уже час как закончились, в школе никого нет, его не спасут. Пустой пакет падает на кафельный пол в туалете, а Дотторе оседает по стенке вслед за ним. Голова идёт кругом, а во рту словно вмиг высыхает вся слюна. Юноша уверен, это — оно. Сердце отбивает свой ритм уже не так динамично, в глазах плывёт, мажет картинку. Руки трусит, как похоже и его всего. — С тобой всё хорошо? Голос явно фонит, словно кто-то пытается достучаться до него через толстую корку льда. Дотторе качает головой, не совсем понимая, плод ли это какой-то его передозировочной галлюцинации, или реальный человек. — Боже мой, Торе! Ну ёб твою мать! Дилюк видит осевшего на пол Иля, что смотрит в одну точку, не отрываясь. Бледный, как смерть, или человек, что к ней сейчас очень даже близок. А после взгляд цепляется за пустой пакетик, в котором отчётливо заметны полупрозрачные крупицы некой светлой субстанции. Не нужно быть гением, чтобы сложить в голове этот незамысловатый пазл. — Дот, сколько ты принял? Говорить сложно, рот сухой, как пустыня Сахара. Иль просто загибает четыре пальца правой руки, показывая Люку оставшиеся шесть. А руки трясутся так, словно совсем ему не принадлежат. — Долбоёба половинка. — Ругнулся Рагнвиндр, быстро набирая номер скорой и кратко объясняя в трубку ситуацию. — Слышишь меня? — Голос всё ещё, как через ледяную корку, но всё-таки пробивается в уши. Дотторе кивает, благо мышцы шеи ещё не отказали. — Видишь? — В ответ Люк получает отрицательное покачивание. А затем синеволосого тошнит прямо на пол. — Ну и за что мне такое наказание? Мало мне проблем, так ещё и ты тут подыхаешь! Только попробуй сейчас откинуться, я тебя прибью нахуй, понял? Губы кривятся в подобии улыбки. Дотторе узнал этот голос. Не ведал, действительно ли это — Дилюк, или просто умирающее сознание изменило звук так, чтобы последние слова он слышал из уст любимого человека. В какой-то момент Иль уверен, что сейчас отключится, но его с силой хлопают по щекам. Там точно останутся ссадины. Скорая приехала быстро, забирая малолетнего наркота туда, где ему точно помогут. И Рагнвиндр едет с ним. Мало ли что случится. Вернулся, называется, в школу, забрать рецензию у Синьоры…

×××

Чжун Ли стал проводить в компании учителя действительно много времени. Не то чтобы это было ему втягость. Однако парень определённо стал чувствовать себя более любимым что-ли. Сегодня их очередное свидание проходит в квартире Чайльда. И да, Моракс теперь зовёт его только Чайльдом, никак иначе. Тут очень светло: белые стены и потолки. Даже паркет оттенком напоминает берёзу. Странно одно — вещей немного, словно тут не часто кто-то бывает и задерживаться надолго не планирует. Внезапно раздаётся короткая трель дверного звонка. — Оу, кажется суши привезли. — Аякс вскакивает с места, роняя телефон на диван. Сам этого, конечно, не замечает: слишком спешит открыть курьеру и забрать заказ. А вот от глаз Ли сиё происшествие не укрывается. Знаете это навязчивое желание порыться в телефоне второй половинки, даже если поводов для ревности нет? Определённо именно оно сейчас наполняло всё существо брюнета. И Чжун, не в силах ему противиться, разблокировал экран. Сами звёзды сложились так, что никакого пароля не было — это ли не знак. Первым, что попалось на глаза было открытое окно мессенджера, куда Ли и решил заглянуть в первую очередь. С виду ничего необычного: чат их общей группы и, разумеется, учительский. Переписка с Кэйей и Венти тоже особого интереса не вызывала: Моракс знал, что они втроём неплохо так общаются. Личные сообщения с Бэй Доу и их биологом тоже были приняты как данность. Дилюк… что ж, с ним тоже вполне мог быть некий диалог, особенно учитывая, что он посвящён в их маленькую тайну. Джин — староста класса, а значит существование чата с ней тоже вполне очевидно. Стоп, а что тут делает Дотторе? Взгляд цепляется за знакомый из классной переписки ник «продам почки оптом».

«Интересно, о чём они могут вести беседу?»

И вот дёрнул же чёрт Чжун Ли заглянуть в эту шкатулку Пандоры… Переписка открылась аккурат в том месте, где Иль прислал Тарталье несколько видео. Моракс знать не знал, что это такое, а потому, как человек, которого жизнь, видно, ничему не учит, наугад тыкнул в одно из них. Хотите знать, что он там увидел? Ответ прост — порнуху. При чём с очень знакомыми лицами. По крайней мере копна красных пушистых волос и смазанное бледное лицо не оставляли сомнений в том, что это был Дилюк. Он громко стонал и выгибался всем телом под тем, кто, судя по всему, это видео и снимал.

«Ебаный в рот!»

Чжун Ли вырубил ролик с такой скоростью, будто тот мог его убить. Ох не на это он ожидал напороться, решив покопаться в телефоне рыжеволосого. Совсем не на это…