Безопасно как дома́ (Safe As Houses)

      Звонок Салли занимает намного больше времени, чем планировал Грег. Вообще с этим делом всё немного запутывается. В конце концов ему приходится поддерживать связь ещё и с Диммоком и его командой, а затем провести весьма неприятный конференц-звонок с ними, Салли и Шерлоком. Затем он продолжает разговор с одним Шерлоком, на этот раз с помощью телефонной связи.              — Я физически не в состоянии распушить перья или не давать людям тебе навалять, когда нахожусь в долбаном конспиративном доме, Шерлок, — разжёвывает Грег, ущипнув переносицу. — Нужно быть гибким и работать с людьми. Ты вполне достаточно нравишься Диммоку, только не…              Майкрофт бесшумно ставит перед Грегом тарелку с сэндвичем и чмокает в макушку.              Господи, уже наступило время обедать. Вот как долго Грег висит на телефоне, пытаясь убедить всех не кипятиться. А ему даже не заплатят.              Грег одними губами благодарит, а потом снова настраивается на жалобы Шерлока.              — Слушай, — выговаривает Грег с набитым ртом, — просто разберись с этим. Я достал для тебя подтверждённое удостоверение личности того парня и уговорил Диммока согласиться работать с тобой, так как он с прошлой зимы работал над делом, касающимся именно этой шайки нежелательных лиц. Я сделал для тебя всё, что могу, Шерлок, и у меня разболелась голова.              — Ты хочешь уйти только для того, чтобы осквернить моего брата, — Шерлоку ощутимо затыкают рот.              Опуская свою обеденную тарелку в раковину, Майкрофт бормочет что-то себе под нос.              — Пока, Шерлок, — сдерживает ласковую улыбку Грег и вешает трубку, но не успевает даже толком повернуться к Майкрофту, как снова звонит мобильный.              — Господи, — бормочет он. На дисплее снова изображено имя Салли.              Майкрофт бросает на Грега сочувствующий взгляд:              — Ничего страшного. Поблагодари её за помощь, поболтайте по-дружески, чтобы она не чувствовала себя использованной. Я буду в гостиной.       Грег улыбается:              — Я скоро приду к тебе. Поцелуй?              Майкрофт дарит ему один на выходе из кухни, чмок — повседневный, как будто они всё время так делают.              — Привет, Сал, извини. Слушай, ты суперзвезда…

𓃠

      Грег действительно обнаруживает Майкрофта в гостиной, растянувшегося на диванных подушках, с лежащей под боком Мэдди. Они оба спят.              Не желая им мешать, Грег возвращается в библиотеку, планируя почитать в тишине. Но заканчивается всё лишь тем, что он таращится в одно из немногих окон безопасного дома — не открывающихся, а поскольку снаружи они должны выглядеть как скучные офисные, особой красотой не отличаются. Вид тоже оставляет желать лучшего: закрытая парковка (пустая) и погрузочные доки с обратной стороны двух других унылых офисных зданий. Майкрофт сказал, что они оба пустуют, не считая некоторых сотрудников государственной службы безопасности.              И всё же, пусть окружающая обстановка и не блещет красотой, вид на мир снаружи помогает Грегу собраться с мыслями.              Он должен представить Майкрофта Лоре. При первой возможности. Должен ссылаться на период, который наступит после того, как они покинут этот обособленный маленький пузырь, и чаще. Конечно, они решили особо не вести непростой разговор на эту тему. Но Грег чувствует, что сомневается и придумывает причины, почему ничего не выйдет, почему Майкрофт не захочет. И интересуется, думает ли Майкрофт о том же.              В течение длительного времени они оба обходились без подобного. Майкрофт, возможно, даже дольше, чем Грег.              Грег не знает, как довериться. Не то чтобы он думает, что Майкрофт из тех, кто изменяет или даже говорит что-то, чего на самом деле не имеет в виду. Но всё равно беспокоится, что Майкрофт будет… отгораживаться. Ведь о том же кричит подсознание Грега. Отстраниться. Чуть больше поберечь себя.              Однако вряд ли удастся, так что… может, с таким же успехом пойти совершенно в другом направлении. Верно?              Тусклый пейзаж из асфальта и серых бетонных зданий точно не вдохновляет ни на какие прозрения.              Звук сонного голоса Майкрофта, зовущий его из коридора…              Это уже совсем другое дело.

𝄏

      — В безумные универские деньки, — в тот же вечер гадает вслух Грег, пока по экрану телевизора прыгает заставка Blu-Ray-плеера: — когда-нибудь играл в бутылочку?              Майкрофт, растянувшись на диване прямо над Грегом, бездельничающим на полу и безжалостно брошенным Мэдди посреди игры «поймай пёрышко», смеётся.              — Нет, я бы скорее предпочёл, чтобы общество не принуждало меня целовать женщин.              — Достаточно справедливо. А во что-нибудь типа того? Жуткие штуки вроде доски уиджи? Правда или действие?              Майкрофт откатывается в сторону, чтобы увидеть его.              — Шутишь?              — Не совсем. Насколько я знаю, помпезные школы-интернаты и Оксфорд сводятся к играм на пижамных вечеринках и плетению косичек.              Майкрофт фыркает:              — Я учился в Кембридже.              Грег расплывается в улыбке:              — Прошу прощения, как оскорбительно с моей стороны.              — Не то чтобы, — у Майкрофта подёргиваются губы, но он придерживается прежней надменности. — Университеты сопоставимы. Все ожидали, что я поступлю в Оксфорд, но Кембридж оказался дальше всего от отчего дома. Следовательно…              — Поэтому ты свалил как можно дальше, даже если разница лишь в небольшом повороте на север.              — Именно так.              Грег тянется к нему:              — Спустись сюда.              — На пол? — Майкрофт изгибает бровь и откатывается, распластавшись на диванных подушках. — Нет. Сам поднимись ко мне.              — Загадываю прийти и засосать меня на полу прямо сейчас.              Тишина.              — Майкрофт, — напевает Грег. — Давай, ты же знаешь, что хочешь.              Майкрофт прокашливается:              — Я пока пропущу вызов. Вместо этого спроси правду.              Грег учащённо моргает, уставившись на высокий потолок гостиной, и неторопливо шевелит извилинами. Как только его озаряет, не удаётся сдержать улыбки, очаровательной.              — Хм-м-м… Хочу реально пикантную правду. Надеюсь, ты отдаёшь себе отчёт в том, на что подписываешься.              — Я вполне осведомлён.              Хочется увидеть и лицо, но Грег думает, что если они собираются ввязаться в эту глупую, но (по своей природе) по-своему до дискомфорта личную игру, может помочь дать Майкрофту тоже какое-то время попялиться в потолок.              — А когда-либо хотел пойти куда-нибудь, кроме Оксфорда или Кембриджа?              — О, да.              Незамедлительность удивляет, но Грег прикусывает язык и ждёт больше информации.              — У меня хватало праздных фантазий об изучении искусства или истории и о том, чтобы стать профессором в Америке. — Майкрофт вздыхает, и Грегу становится любопытно, не закрыл ли он глаза, представляя себе это.              Грег — да. Легко нафантазировать. Гораздо более мягкий Майкрофт, без костюмов (помимо пышных приёмов, разумеется, профессора истории их устраивают?) Возможно, открытия галерей. Может быть, пиджаки с заплатками на локтях. Голливудский идеал профессора, по праздникам высовывающего нос из книг. Грегу приходится сдерживать полуобморочный вздох под давлением умозрительного образа.              — Ты был бы замечательным профессором. Ты был бы дико строгим или из тех, к кому все хотят подойти с вопросами?              — Думаю, в возрасте помоложе я бы оказался кем-то средним. Я никогда не был самым коммуникабельным, но, полагаю, мне пришлось бы научиться быть… располагающим. Или… доступным.              — Ты очень располагаешь, — преданно говорит Грег, хотя хорошо знает, что имеется в виду.              — М-м, — выражает сомнение Майкрофт. — Хорошо, инспектор, правда или действие?              Грег с усмешкой протягивает руку:              — Передашь нам декоративную подушку?              Майкрофт молча вручает одну, и Грег засовывает себе под голову, ёрзая, чтобы поудобнее устроиться на полу.              — Правда.              Майкрофт молчит, обдумывая вопрос. Со своего места рядом с диваном Грегу видно только локоть и переплетённые на груди пальцы, которыми задумчиво стучат.              — Кто был твоей первой любовью?              У Грега взлетают брови, несмотря на молниеносную реакцию:              — Их было двое, одновременно. Ричи Лазло и Карен Поттер. Мы с Карен дружили всю среднюю школу, и я был до смерти уверен, что женюсь на ней, едва мы вырастем. Когда мне было шестнадцать, Ричи переехал в квартиру над прачечной, работавшей чуть дальше по дороге от жилья бабушки. Опупенный. Выбил меня из колеи, господи, я понятия не имел, что творится у меня в башке. Это единственный раз, когда я изменял… бедняжка Карен. — Грег морщится. — Мне до сих пор стыдно за себя. Я так ей и не сознался, но порвал отношения. Разбил сердце нам обоим. Но что сказать. — Он вздыхает, вспоминая растерянное и обиженное выражение лица милой зазнобы детства в тот момент. Неотчётливый образ исказившихся губ Ричи в ту же минуту, когда Грег сказал, что больше не может его видеть: чувствовал себя слишком виноватым, чтобы так продолжать. Ричи воспринял отказ как ненависть к себе из-за его пола. Грег не удосужился поправить: слишком трусил признать, что всё это время встречался с девушкой — что её он тоже любил и чувствовал себя ниже плинтуса из-за того, что лгал обоим. — То был один из важных жизненных уроков.              — Ты когда-нибудь ещё говорил с кем-нибудь из них?              — Ага. — Черты лица Грега искажаются в болезненной гримасе. — Карен отлично поживает, собственно несколько лет назад она вышла замуж за моего лучшего друга, не поверишь. Я потерял связь с ними обоими, когда покинул район, но столкнулся с ней в пабе почти десять лет спустя. Мы друзья на фейсбуке. Они переехали в Кент. Четверо детей.              — А Ричи?              Грег закрывает глаза и переводит дух.              — Умер. Пневмония, официально. Мне было двадцать. Ему бы исполнилось двадцать три. Я услышал от бабушки, и в нелестных выражениях.              У Майкрофта перехватывает дыхание.              — …ох.              — Угу. — Грег вздыхает. — Как бы то ни было. Ты когда-нибудь разговаривал с Эндрю после расставания?              Майкрофт издаёт звук, свидетельствующий о неловкости ситуации.              — И часто. Он… по роду деятельности имеет смежные рабочие интересы. Вижу его в среднем три-четыре раза в год.              — Держу пари, поначалу было тяжело.              — Адски.              Потянувшись провести пальцем от острого локтя Майкрофта к плечу, Грег обхватывает его ладонью и слегка сжимает в знак поддержки. Майкрофт ловит руку и целует, хотя эту часть Грегу уже, увы, не видно. Майкрофт продолжает держать руку, прижимая к груди.