Безопасно как дома́ (Safe As Houses)

      Грег Лестрейд: Кажись, он расстроен из-за меня              Лора Мёрфи: Простите, кто вы и что сотворили с братом??? Тебе двенадцать? Спроси, обиделся ли. Вы там застряли, не веди себя странно. Не доставляй неудобств, дурик.              Грег Лестрейд:       Не знаю. Всё странно, когда ты на локдауне в несусветном конспиративном доме. Сама поймёшь, когда с тобой случится то же.              Лора Мёрфи: Скорее всего.              Грег Лестрейд: Может его просто уже тошнит от меня.              Лора Мёрфи: Не варик.              Грег Лестрейд: Трейси же осточертел. Я надоедаю людям. Бывает.              Лора Мёрфи: Позвонить тебе?              Грег Лестрейд: Не. Охота пойти повзрывать всё подряд на Иксбоксе. Генри поблизости? Дашь ему вписаться и пострелять со мной?              Лора Мёрфи: Напиши сам, я ему не сторож. Лежебока до сих пор валяется.

🝮

      Грег не ожидал особого прока от гарнитуры, входящей в комплект игровых приставок, но радуется её наличию, так как может подшучивать над племянником благодаря микрофону и слушать откровенно уморительное комментирование Генри скудных игровых навыков Грега.              — Мама передаёт не быть кретином, — говорит Генри, прежде чем приходится дать согласие на работу по дому. — О чём она?              — Ни о чём, — стонет Грег. — Передай, что она злая. Иди уж занимайся делами. Люблю тебя, ребятёнок. Спасибо за советы.              — Ага, дядя Г. Я тебя тоже.              Когда маленькое имя Генри исчезает из списка друзей, которые в сети, вздохнув, Грег откидывается на диванные подушки. Он на грани меланхолии из-за того факта, что раньше Генри обнимал его пухленькими ручками за шею и говорил прелести, вроде «Лювлю тевя, дядя Глег», а теперь вырос и слишком крут для телячьих нежностей.              — Поговорим?              Грег сглатывает комок в горле, наклоняясь и глядя через спинку дивана на зависшего Майкрофта.              — Конечно. — Хотя Лестрейд боится разочарования, которое на него вот-вот обрушат.              Майкрофт пробирается в комнату и обходит диван. Грег удивляется, когда тот садится довольно близко. Грег сидит, закинув ноги на диванные подушки, и ждёт.              Майкрофт делает глубокий вдох.              — Я чем-то тебя расстроил?              Грег отступает назад.              — Прости, что?              — Утром ты был со мной… до крайности не словоохотлив…              — Это я тебе слова лишнего не сказал?              — Ну… — Майкрофт хлопает глазами. — Да?              — Нет, неправда, — Грег изо всех сил старается не повышать тон. — Не я. Это ты… ты огрызался.              — Я… — Майкрофт снова моргает от удивления, а затем отводит взгляд. — Неужели?              — Да. — Грег грызёт ноготь большого пальца. — И да, скорее всего, я в ответ тоже был немного резок. Прости.              — Да, и ты меня…              Но Майкрофт по-прежнему не смотрит на Грега, явно задумавшись: по глазам видно, как мыслями тот пребывает за миллион миль отсюда.              — Майкрофт. — Грег вздыхает. — Майкрофт, где-то сейчас мне бы помог зрительный контакт.              Майкрофт поворачивается с извиняющейся гримаской.              — Почему мы всё утро были так отстранены? Тебе… ты жалеешь о том, что мы говорили насчёт ужина? Потому что я нет! — Он спешит сказать последнее, наклоняясь вперёд над собственными коленями. — Я действительно хочу этого, но если ты не…              — Не в этом дело. — Майкрофт качает головой. — Нет, я бы не хотел, чтобы мы промолчали. Меня никоим образом не расстроил и не обеспокоил ты или что-то из того, что ты мне сказал.              Грег неуверенно отвечает, беспомощно махнув рукой:              — Хорошо?              Майкрофт проводит элегантным пальцем по брови, как будто борется с приступом головной боли:              — Думаю… у меня трудный случай, когда дело доходит до таких аспектов. Не знаю, что сегодня пошло не так, но, когда всё пошло наперекосяк, так сказать, я не знал, как… всё наладить.              — Значит, ты думал, что поможет весь день морозиться?              — Я и сам не отдавал себе в этом отчёта, — Майкрофт тяжело вздыхает. — Мне очень жаль, правда.              — Что ж. — Грег морщится, ненавидя подобные ситуации, но зная, что если он хочет исправить недоразумение, придётся раскрыть душу. — Честно говоря, я должен был тогда объясниться с тобой, вместо того, чтобы быть тряпкой, а потом вариться в собственном соку. Это… мне свойственно, иногда. Быть несколько настороже.              — И я могу взбрыкнуть, когда игнорирую то, что меня беспокоит. — Майкрофт искоса бросает на него взгляд. — Боже мой, разве нам ещё можно называть себя британцами, если мы ведём такие разговоры?              Грег фыркает.              — Да. Мы эволюционировали. Слушай, я не менее запущенный экземпляр. Всё было так здорово, и мы уже запланировали два свидания…              Майкрофт всем своим видом выражает недоумение.              — Дядюшкин день с Рози — свидание. Как и ужин.              Майкрофт улыбается:              — О.              — Может быть, нам не стоило оставлять весь разговор на субботу. — Грег конфузится. — С нашей стороны то было немного драматично и глупо.              — Я всё же… было бы неплохо закончить наше пребывание здесь с… планом.              Рука Майкрофта незаметно для Грега подкрадывается всё ближе, с надеждой подталкивая пальцы, лежащие на диване.              Грег поворачивает свою ладонью вверх и расслабляется, когда они переплетают пальцы.              — Ладно, хорошо. Но всё-таки — я считаю, мы договорились видеться. И это пугает. С развода я ни с кем не пересекался после второго или третьего свидания, а тут мы уже одиннадцать дней.              — Семь. В первые четыре мы были очень…              — Джентльменами. — Он не может не улыбнуться во все тридцать два. — Ты реально романтик. Получается, это наша недельная годовщина?              Майкрофт усмехается, опустив глаза на их переплетённые пальцы и немного зарумянившись.              — … да.              У Грега учащается сердцебиение. Что он будет делать с этим мужчиной? Как справится? Он такой…              — Ладно, — он отпустил мысли в свободное плавание, пока не потеряет сознание или что-то в этом роде. — Классно. С годовщиной.              — Не только ты боишься отпугнуть, — Майкрофт прочищает горло. — Я… тоже остерегаюсь.              «Сильно сомневаюсь, что тебе столь же неловко. Я всё хочу сказать, что люблю тебя и мечтаю переехать к тебе и стать вторым папой твоей кошке. Господи».              — Не надо. Давай перестанем волноваться.              Майкрофт кивает:              — Я… да. Хорошо.              Грег делает вдох, чтобы прийти в себя, прежде чем наклониться.              — Стрёмно, что мы впервые поссорились в нашу годовщину и всё такое. Примирительный поцелуй?              Удивившись настоящему смеху, Майкрофт, наконец, поднимает взгляд и с долей застенчивости кивает, сокращая дистанцию между ними.