Безопасно как дома́ (Safe As Houses)

      — Грег, о господи боже мой, в жизни не видела, чтобы ты вот так хоть на кого-нибудь смотрел!              — Чт… — Грег немного нервно посмеивается. — Нет, в смысле… наверняка ты забыла.              — Нет. Такое из памяти не пропадёт.              — Трейси…              — Трейси? — фыркает Лора. — Ненавижу Трейси, я всегда ненавидела Трейси. Ты в курсе.              Ошибка.              — Я знал, что вы никогда не дружили…              — Нет, Грег, я терпеть не могу эту суку. И в шоке, что ты не понял. Я же говорила, что она тебя не заслуживает.              Грег таращится на неё:              — Всего лишь дежурные слова.              — Нет, ни фига! — Лора, кажется, не верит своим ушам, раздражённо хохотнув с отвисшей челюстью. — Грег!              — Ну… — мнётся он. — Слушай, очень долгий брак… я правда любил её.              — Не так. Не вот так, Грег.              Он ошалело моргает, глядя на неё, и вынужден отвести взгляд, сместившийся на ёрзающую на коленях руку. Остро не хватает чего-то, на что можно было бы опереть смартфон, и тогда можно было бы занять чем угодно руки, лишь бы перенаправить куда-то всю эту нервную энергию, внезапно зазвеневшую внутри:              — Не так. Да.              Лора с визгом эйфории подпрыгивает на месте, глупо покачивая плечами туда-сюда, тем самым заполняя окошко экрана.              — Точно взаимно. Определённо. Не спорь, ты явно не компетентен. «Дежурные слова», в самом деле. О, Грег, я так рада за тебя.              У Грега горит лицо. Её энтузиазм и уверенность малость утихомиривают прилив нервозности, но он всё ещё несколько напуган. Так странно и неловко. Он не один из её друзей. Он не…              — Господи, — наконец мурлычет он, большим пальцем терзая подбородок и смотря на неё беспомощно.              Большие тёмные глаза выражают сочувствие, если не грешат пиксели.              — Боже, Лора, что мне делать?              — Будь собой, — поступает мгновенный совет. — Будь честен. Всегда говори ему правду о том, что у тебя на уме и в сердце. Жизнь слишком коротка, Грег. Клянусь богом.              И внезапно голос и картинка говорят о том, что у неё на глаза навернулись слёзы, и точно так же внезапно у него возникает ком в горле.              — Ага, я знаю. — Сглатывая тот, Лестрейд думает, каким был зять, Пит, до болезни. Вечно обращённая к Лоре широкая улыбка, даже когда она не смотрела. Грег раньше думал: «Хорошо. Он до сих пор смотрит на неё так, словно она подвесила луну». Было время, он немного завидовал, мечтая, чтобы кто-либо когда-нибудь смотрел на него вот так и кто-то когда-либо вызвал у него желание смотреть на этого человека так.              Лора права. На этот раз всё по-другому. Глядя, как она берёт себя в руки, Грег думает, какая же она умница-разумница. Лора прошла через войны, по-прежнему оставаясь самой милой, стойкой и самоотверженной женщиной из всех знакомых Грега.              — Я люблю тебя, малышка. Всё будет хорошо.              Она качает головой, притопнув ногой, не в состоянии смотреть на него, пока старается успокоиться с помощью дыхания, предупредительно возведя глаза к потолку, словно пытаясь не прослезиться.              — Чёрт. — Лора прижимает пальцы к глазам. — Думаешь, меня когда-нить ещё так накроет? Как тебя сейчас? Может, из-за какого-нибудь бухгалтера?              — Не бухгалтерa. Но да. Полагаю. Когда будешь готова. Спешить ни к чему. Это здорово и всё такое, но, господи, как же отвлекает, понимаешь?              — О мой Бог. — Хохотнув и энергично мотнув головой, Лора делает глубокий вдох, шмыгая носом. — Ладно, я в порядке. Я в порядке! Ты не ошибся: он прелесть. Майкрофт, я имею в виду. Он действительно милый.              — Ага. — Грег старается не выдавать собственной мечтательности. — Впрочем, тебе стоит увидеть его в других местах, в других, гм… контекстах, скажем так. Он грёбаная мощь, Лора. Каменного хладнокровия, блин. Он монументален, по-настоящему силён.              — Госслужащий.              — Угу, — пожимает плечами Грег. — Ага, как я и сказал.              — Господи Иисусе, — вздыхает она. — Ты выйдешь замуж за проклятого Волшебника страны Оз, а твоим деверем станет Шерлок Холмс.              Грег чувствует, как сжимается всем существом.              — Это было бы… да уж. Грандиозно.              — Оу, кот. — Лора наклоняется ближе к ноутбуку, по сути стукнувшись лбом о камеру, что проделала бы с его настоящим лицом при очной встрече. — Я бесконечно счастлива за тебя.              Дальнейшие темы в основном охватывают детей и в меньшей степени — возможное свидание с бухгалтером. Напоследок Лора просит Грега громко, со смаком чмокнуть Майкрофта в щёку за неё.              Он закатывает глаза, но уходит посмотреть, открыта ли дверь кабинета. С таким же успехом поцелуй можно заменить и на совсем иной.