Вторая жизнь Северуса Снейпа

Первой пришла мисс Грейнджер. Она стучала, стучала и стучала в дверь класса, а потом сказала громко и четко: - Профессор Снейп, я не уйду, пока вы не откроете. Вы же меня знаете. Я год путешествовала по таким местам, которые и на карте не всегда найти можно. Холодный пол коридора я как-нибудь переживу. Посижу, подожду. Снейп знал. Поэтому открыл. - Заходите, мисс Грейнджер, пока еще кто-нибудь сюда не прибежал, - ворчливо сказал он. - Чай предлагать не буду, напился им у Хагрида на всю жизнь вперед. На всю новую жизнь, - с усмешкой уточнил он, плотнее запахиваясь в свою мантию. Последнее время ему постоянно было прохладно. Гермиона уставилась на пальцы Снейпа. - Мисс Грейнджер, я уже не первый раз замечаю, что мои руки привлекают ваше самое пристальное внимание. Что с ними не так? - раздраженно спросил Снейп. Гермиона едва заметно покраснела. - Простите, сэр... профессор. Понимаете... - Гермиона замялась, затем собралась с духом и посмотрела Снейпу в лицо. - Когда вы умирали там, в хижине, я видела, как вы хватали воздух пальцами. Почему-то именно ваши пальцы я потом вспоминала, эту агонию. Когда Гарри рассказал, что вы на самом деле... помогали нам, выполняли задание Дамблдора, мне стало так стыдно. Гермиона перевела дыхание. Снейп молчал. Слова Грейнджер доносились до него словно через тонкую пелену. Он понимал их смысл, понимал, какие эмоции испытывает девушка, стоящая перед ним, но не понимал, какие эмоции в связи со всем этим испытывает он сам. Равнодушие? Может быть... радость? Удивление? Снейп так давно и так долго привык прятать и контролировать каждое движение своей души, что не был уверен, что не разучился различать свои настоящие чувства. Кроме гнева, презрения, желчи и ненависти. Они-то были с ним всегда. - Когда Гарри победил Волан-де-Морта, когда мы выиграли, я постоянно думала о вас. Что вы заслужили видеть эту победу. Что вы заслужили спокойной жизни. И что мы обязаны были извиниться. Но перед кем, перед могильным камнем? - продолжила Гермиона тихо. - А когда я увидела вас там, у Хагрида. Я смотрела на ваши пальцы и вдруг представила, как вы мешаете зелья в котле, ходите по классу... критикуете всех. И поняла, что это правда вы. Вы живой. Вот так странно, люди смотрят на лицо, в глаза, а я на ваши пальцы. Гермиона сделала шаг вперед, глядя профессору в глаза. Снейп машинально обновил свою защиту окклюменцией и чуть дернул уголком рта. Надо же. Он правда думает, что Грейнджер собирается прочесть его мысли? А, главное, что ей это по зубам? - Простите меня, сэр, - четко, почти по слогам сказала Гермиона. - Я очень благодарна Дамблдору, что он дал мне возможность сказать вам это лично. Я прошу у вас прощения за все несправедливые мысли, за всю злость в ваш адрес, за все, что я в сердцах говорила про вас. Вы очень храбрый, мужественный человек, сэр. Для меня будет честью учиться у вас следующий год. Снейп моргнул. - Благодарю вас, мисс Грейнджер, - неожиданно для себя сказал он. - Хотя вы ошибаетесь насчет уровня моей храбрости. Гермиона покачала головой. - Сэр, профессор, если вы позволите... - она подошла к двери, открыла ее и махнула рукой. - Только не злитесь пожалуйста и выслушайте Рона, - попросила она, когда рыжий Уизли, медленно зашел в класс, прижимая к груди какой-то сверток. - Так-так, - приподнял брови Снейп, скрестив руки на груди. Рон смущенно кашлянул. - Мы просто не хотели сваливаться к вам на голову сразу... - начал он. - Вот и не сваливайтесь, - Снейп качнул головой в сторону двери. Но, кажется, последний год сделал мистера Уизли на порядок упрямее и смелее. - Я кое-что должен сказать, профессор. Я... обещал. Вы, может быть, знаете... мой брат Фред погиб во время битвы с.. с Волан-де-Мортом... - Рон осекся и прикусил нижнюю губу, собираясь с духом. Его глаза заблестели от слез. Снейпу стало душно. - Я знаю, мистер Уизли. Это неправильно, и этого не должно было случиться, - абсолютно искренне сказал он. Гермиона взяла Рона за руку и Снейп вдруг ясно увидел их там, в будущем. Стоящими на перроне так же, за руку, и провожающими своих детей в Хогвартс. - Спасибо, сэр, - Рон немного пришел в себя. - Правда, спасибо. В общем... Гарри пришлось давать показания в Министерстве. Ну, обо всем, что произошло, как мы искали крестражи, как он умер и как профессор Дамблдор его вернул. И прочее... И он рассказал... почти все, что видел в ваших воспоминаниях. И когда все узнали, что все эти годы вы защищали нас и выполняли задание профессора... моя мама плакала почти так же, как на похоронах Фреда. Рон вздохнул, выдохнул и потянул себя за ворот свитера. Все-таки осталось в Северусе Снейпе что-то такое, от чего хотелось побыстрее сбежать. Будь ты хоть трижды герой, друг Гарри Поттера и так далее. - Мама сказала, что о Фреде будем вспоминать мы все. И плакать о нем. И смеяться над его шутками, и смотреть его фотографии. Рассказывать о нем нашим детям. А о вас некому плакать, у вас нет родных и ей очень, очень жаль, - на этих словах Рону стало страшно и он прижал сверток к груди посильнее, словно он мог его защитить. Потому, что у профессора Снейпа сделалось такое лицо, будто за спиной Рона и Гермионы появилась вторая Нагайна и сейчас он убьет ее и двух учеников заодно, потому что под руку попались. Гермиона вцепилась в локоть Рона. Спустя несколько секунд лицо Снейпа снова стало непроницаемым. Он молча смотрел на Рона, ожидая продолжения. Рон нервно сглотнул. - А когда вы оказались живы, она очень обрадовалась. Ну то есть, она прислала мне громовещатель, накричала, почему она узнает об этом из газет, почему я не прислал сову... А потом она прислала вам вот это, - Рон протянул помявшийся сверток Снейпу. - Вы уж простите профессор. Я знаю, что это не в вашем стиле... Но такие подарки мама делает только родным и самым близким друзьям. Она сказала... что... - голос Рона упал до шепота. - Что она не может, не готова снова видеть Хогвартс, потому что тут погиб Фред. Но взяла с меня обещание, что я вам это отдам. И передам дословно... - тут Рон покраснел до кончиков волос. - Передам вам это: "Дорогой Северус, примите от меня частичку тепла, которая, надеюсь, согреет вас в вашей новой жизни. Спасибо вам за то, что охраняли моих детей". Снейп медленно развернул сверток. Внутри лежал связанный вручную свитер в цветах Слизерина. И бордовой полосой посередине. - Мама сказала, что пусть вы слизеринец, но храбры вы как истинный гриффиндорец, поэтому она добавила полоску, - пояснил Рон и зажмурился. Кажется, обретенная храбрость покинула его. - Рон, - дернула его за руку Гермиона. - Прекрати вести себя как ребенок. Профессор Снейп взрослый и умный человек, он понимает, что твоя мама сделала подарок от чистого сердца. Правда, профессор? - с надеждой спросила девушка. Сквозь пелену проступило удивление. Ярчайшее, окрашенное в лимонный цвет. За ним хвостиком тянулось что-то нежно-персиковое, теплое, но пока сложно различимое. Северус Снейп не получал подарки с тех самых пор, как поссорился с Лили. - Понимаю, мисс Грейнджер, - медленно ответил Снейп, кладя свитер на парту рядом с собой. - Передайте Молли Уизли мою... благодарность, мистер Уизли. Рон шумно выдохнул. Когда они ушли Снейп задумчиво провел ладонью по мягкой шерсти неожиданного подарка. Возможно, надо было сказать Рону, что он услышал от Макгонагалл о том, как храбро сражалась Молли Уизли. Что она прекрасная колдунья и очень добрый человек. Но... он не смог. Драко пришел следующим вечером. Снейп увидел его, едва завернул за угол коридора, ведущего к его комнатам. Гостиная, спальня и ванная. Чаще всего Снейп засиживался допоздна в классе, а в комнатах лишь ночевал. Но сегодня постоянный озноб совсем измучал его, и никакое согревающее зелье не помогало. Кроме того, он плохо спал последние пару дней. И сегодня Снейп подумал, что погреться у камина в гостиной, спокойно читая какую-нибудь книгу было бы очень кстати. Честно говоря, он забыл уже, когда последний раз читал что-то не по темным искусствам, заклинаниям или зельеварению. Просто чтобы... отдохнуть. Малфой стоял, прижавшись к стене и закрыв глаза. Его обычно самоуверенное лицо казалось измученным, а под глазами залегли глубокие тени. Снейп остановился. Опять пелена. Что ж, привычная маска невозмутимости спасет, как и всегда. - Что вы здесь делаете, мистер Малфой? Уроков до осени не будет, да и мой класс, как вы знаете, совсем в другой стороне, - сухо сказал Снейп. Драко открыл глаза. - Мне очень надо поговорить с вами, профессор Снейп, - тихо сказал он. - У вас что, расписание? Каждый день один визит к воскресшему профессору? - приподнял бровь Снейп, взмахом руки открывая дверь. За все годы преподавания в Хогвардсе Малфой был первым посторонним, который попал в личные покои Снейпа. И тот предпочел бы, чтобы этого бесцеремонного вторжения в его личную жизнь не было вообще. Но не в класс же снова возвращаться. Определенно, все вокруг стало каким-то... другим. - Не понимаю, о чем вы, - Драко шагнул вслед за Снейпом в маленькую гостиную в приглушенных древесных тонах. И никакой слизеринской зелени цвета. В камине за кованой решеткой горел жаркий огонь, видимо разведенный домовым эльфом к приходу профессора. У камина стояли два глубоких кресла, между ними лежал небольшой ковер. Столик у стены, еще один у левого кресла, три высоких стеллажа с книгами - ничего лишнего на полках. И один закрытый. Наверное, с личными запасами трав и зелий, который Снейп не хотел хранить в кладовой. Или нет. Справа от входа была закрытая дверь, видимо в спальню. - Аскетично, - хмыкнул Малфой, на мгновение обретая свой прежний вид и беря свой прежний нагловатый тон. - Вы пришли обсуждать мою обстановку? - Снейп кинул мантию на одно из кресел и встал к нему спиной, скрестив руки на груди. Огонь очага приятно грел спину. - Нет, сэр... простите... - уголки рта Малфоя опустились. - Понимаете, я... отца арестовали! - выпалил он. - Я знаю и не удивлен, - Арест Люциуса был закономерным итогом, не огорчившим Снейпа ни капли. - Меня и маму не тронули, - тихо продолжил Драко. - Благодаря Поттеру. Он дал показания, что мама соврала Темному Лорду. Сказала, что Поттер мертв. - Он же понимает, что она сделала это ради вас, мистер Малфой, а не потому, что вдруг поняла всю чудовищность действий Волан-де-Морта? - изогнул бровь Снейп. Драко кивнул. - Гарри Поттер такой понимающий, что хочется просто плюнуть в его святое доброе лицо, - пробормотал он, впрочем, без особой злобы. Снейп холодно взглянул на Малфоя. - Вы пришли говорить о Поттере? Малфой поежился. - Нет, сэр. Честно говоря... я не очень понимаю, зачем я пришел. - Так убирайтесь! - не выдержал Снейп. Очень, очень хотелось сесть ближе к огню. Или, чего уж мелочиться, впервые за долгие годы лечь в ванную на золотых львиных лапах, вместо бьющего в лицо, выгоняющего все мысли душа. Малфой нервно сжал и разжал пальцы. - Я... Как вы справлялись со всем этим?! - выпалил он. Снейп прищурился. - С этим - с чем? - процедил он сквозь зубы. - С этим чувством, будто бы ты лишний, будто бы не понимаешь, что вокруг происходит, ведь у вас так было, профессор?! Снейп молчал. Ему не хотелось заглядывать за пелену, туда, в прошлую жизнь, в прошлые эмоции. Приглушенный фон был... проще. - Я долгое время думал, что все так и должно быть, - теперь слова лились из Малфоя потоком. - Я - Драко Малфой, наследник древнего рода, чистокровный волшебник. Те, кто не идут за мной, не уважают меня - пыль под ногами, которую надо наказать. Даже когда дома стали говорить о возвращении Темного Лорда, когда отец и мать рассказали, что мы избранные слуги, особенные, посвященные... Я все равно не понимал до конца. Я думал, что Лорд принесет новый порядок, накажет нескольких неверных, вроде родителей Гарри... - простите, сэр! - поспешно добавил Малфой, видя, как полыхнули темным глаза Снейпа. Оказывается, кое-какая эмоция из прошлого все еще горела ярко. - Я думал, вы вместе с нами, был уверен в вашей преданности, а когда Темный Лорд велел мне убить профессора Дамблдора... Я... - Драко сглотнул. - Он так потакал этим гриффиндорцам, но я не мог не замечать, каким сильным волшебником он был. И добрым человеком. Видел во всех хорошее. И я... я не понимал, как я это сделаю. И когда вы... вы … я не знал, что это он вас попросил, профессор! - голос Малфоя сорвался. - Но я знал, что вы спасли меня. Спасли меня, но выхода все равно не было. Я должен был убить, рано или поздно, я должен был прийти сюда и разрушить все! И когда вдруг Поттер воскрес, когда он действительно убил Темного Лорда... я не знаю теперь, кто я. Что мне делать, профессор? Как мне жить дальше? Слизерин будет связан с именами дурка-Малфоя, Темного Лорда, попавшего в Азкабан гордеца-Люциуса? Вы помогали мне, профессор, не думаю, что сильно хотели, но помогали. Что мне делать? Малфой замолчал и обхватил себя руками за плечи. Он был таким потерянным - ничего от прежнего... как там его назвал Хагрид? Хорька? Дети не должны были быть втянуты в войну. Даже противные, раздражающие дети, в этом Снейп был уверен всегда. Никому он не пожелал бы своего детства, а смерть родителей, пытки, страх и пожарища будут похуже кошмаров его детства. Горечь, поднявшаяся в душе Снейпа отозвалась привкусом полыни во рту. - Вы слишком много берете на себя, Малфой, - ответил Снейп, стараясь, чтобы его голос не звучал слишком сухо. - Не думаю, что спустя даже пару лет многие будут вспоминать о Люциусе Малфое и уж, тем более, о вас. Темный Лорд никак не уменьшил популярность Слизерина, а традиции - слишком важная вещь для чистокровок, чтобы они нарушали их и отказывались от нашего факультета. Думаю, Распределительная Шляпа учитывает этот момент. Вы еще молоды. У вас осталось ваше состояние, ваш дом и, уверен, связи, которые помогут устроить ваше будущее. Не задирайте нос и ваш последний год в Хогвартсе имеет все шансы пройти... терпимо. И насколько я знаю Поттера - он не позволит обижать вас. Хочется вам этого или нет. Живите с осознанием своего прошлого и верой в будущее. У меня такой роскоши не было. Я не собираюсь продолжать роль вашего наставника, но я все-таки... тоже буду здесь. Какое-то время. - Спасибо, профессор, - посмотрел на Снейпа Малфой. Было видно, что он немного расслабился. Драко слегка улыбнулся. - А вы знаете, сэр, что по Хогвартсу ходят свитки с любовными романами о вас? - Свитки... с чем? - удивление было таким сильным, что у Снейпа аж застучало в висках. - С любовными романами, - теперь Малфой открыто ухмылялся. - Главная тема - ваша спальня и ваши загадочные глаза. Можно сказать, я рядом со святая святых девичьих грёз. - Вы бредите, Малфой, - прозвучало не очень убедительно. Удивление все еще путешествовало по венам и следом за ним крался страх. Что там в этих свитках? Он и Лили? Он и испачканные землей подштанники? Насмешка? Спокойно, спокойно, окклюменция. Обновить. Эмоции под контроль. Не терять бдительности, не терять безразличного покоя. Драко ничего не заметил. - Правда, сэр. Вы ведь теперь герой, да не просто герой, а отважный шпион, доверенное лицо Дамблдора, тот, кто помог найти крестраж, тот, кто защищал нас, став директором Хогвартса... пусть не всегда очевидно. Да и шепчутся про вас, мол, после воскрешения выглядите лучше, помолодели, посвежели... не убивайте меня, сэр, говорю, как есть! - Драко издал короткий смешок. Впервые в жизни он видел Северуса Снейпа таким растерянным. - Там про вас и учениц, и по-моему, каждая автор пишет про себя. Про то, как она растопила ваше сердце, как вы своими тонкими пальцами... - Ну хватит! - Снейп, наконец, пришел в себя. - Сделайте одолжение, избавьте меня от этих глупых, неуместных подробностей! Идите уже. - Хорошего вечера, профессор. И... спасибо вам, - посерьезнел Малфой. Снейп задумчиво посмотрел на закрывшуюся за Драко дверь. Видимо, Дамблдор был прав. Им удалось спасти душу Малфоя. Пусть даже отрезав кусок от и без того измочаленной души Снейпа. Снейп тряхнул головой. Любовные романы, какая же чушь! Снейп прошел мимо зеркала в ванной, даже не взглянув в него, и открыл краны, вывернув горячий почти до упора. А Гарри Поттер пришел через два дня. Постучал в дверь класса и, не дождавшись ответа, распахнул ее весьма сильным "аберто". Снейп, сидевший за своим столом и изучавший свиток с составом одного полузабытого зелья, поднял голову и не мигая уставился на Поттера. "Пошел вон". "Пошли вон". "Закройте дверь, Поттер". "Почему вы решили, что я хочу видеть вас, Поттер?". "Слава героя лишила вас остатка мозгов, Поттер?" - пронеслись у него в голове возможные фразы. Но перед глазами вдруг появилось смеющееся лицо Лили, потом, короткой вспышкой, Нагайна и Дамблдор там, в странном пространстве посмертия. И Снейп не сказал ничего. - У меня никого не осталось, кроме вас, профессор, - произнес Гарри без какого-либо вступления, подходя вплотную к столу. В проеме двери мелькнула и скрылась рыжая голова. Верная Джинни, конечно же. - Не говорите ерунды, Поттер, - разомкнул губы Снейп. - У вас есть мисс Грейнджер, верная вам до мозга костей. Все семейство Уизли, уверен, готово носить вас на руках. Не говоря уж о том, что вы у нас национальный герой. - Я знаю, - просто ответил Гарри. - И я готов умереть за них снова. Он правда был готов, без тени позерства, Снейп ясно видел это в глазах Поттера. А еще он увидел там тоску, так знакомую ему самому. - Но у меня не осталось никого, кроме вас, кто причастен к моим родным, профессор. Мои родители мертвы. Мой крестный мертв. Люпин мертв. Профессор Дамблдор мертв, и он знал, что только чудо может помочь не умереть мне. Знал, но... не сказал. Вы ненавидели меня, вы презирали меня, вы были несправедливы ко мне, но вы не бросили меня... сэр, - голос Гарри звучал твердо, словно он долго обдумывал, что сказать. Наверное, так оно и было. - Вы умерли, и я понял, что я снова остался один. Не потому, что у меня нет друзей и любимой, - "друзья " и "любимая" были сказаны так уверено, так спокойно, что Снейп почувствовал укол зависти. - Потому, что умер последний, кто близко знал мою семью и кому не было на меня плевать. Дурсли, знаете ли, не в счет. А потом вы вернулись. - Что вы хотите от меня, Поттер? - спросил Снейп тихо-тихо. Потому, что его сердце билось так громко, что мешало думать. Потому, что он, профессор Снейп, не мог понять причины этого. Поттер поежился, словно ему было холодно, а затем распрямил плечи. - Можно я просто иногда буду приходить к вам? Я обещаю не мешать вам, я сяду вон там, на задней парте и буду молчать как рыба. - Зачем вам это? Гарри пожал плечами. - Я не могу ответить словами, сэр. Если хотите, можете применить ко мне легилименцию. Из коридора протестующе пискнули. - Я не буду читать ваши мысли, Поттер. Мне хватило того, что я поделился своими воспоминаниями с вами, а теперь о них знают все, кому не лень, - Снейп встал из кресла и подошел к одному из стеллажей, уставленному пузырьками. Так, чтобы Поттер не видел его лица. - Я постарался хранить ваши воспоминания о моей матери в секрете, - услышал он за спиной тихий ответ Поттера. - Там, где от меня не требовали вывернуть свою собственную память наизнанку, - ясно было, что он говорил про Министерство. - Мне жаль, что кое-что все же просочилось в прессу. - Можете приходить по средам, Поттер, - перебил его Снейп. - И вы сами сказали. Как рыба. - Я приду, профессор, - коротко ответил Гарри. И никакого тебе пять раз повторенного "спасибо". И он правда пришел. С какой-то книгой по квиддичу, и читал весь вечер, пока Снейп сидел за своим столом и делал пометки, обновляя старый рецепт. И еще раз. И еще. Первый шаг может быть и таким.