От бессердечного к искреннему

«Хейли?» Хейли стояла в спальне босая и обнаженная, ее глаза смотрели прямо в глаза Элайджи, яростный гнев разливался по ее телу. «Где она? Где моя дочь?» «Как ты…ты…» «В моем теле?» Хейли закончил фразу. «я не знаю. Я не знаю, как это сделать! Год Элайджа, — отрезала Хейли, отталкивая его руку от своего тела, когда он попытался прикоснуться к ней. «Целый год! Годы наблюдения за тем, как вы с Фреей становитесь родителями. Годы наблюдения за тем, как ты принимаешь все решения». «Хейли, » Она толкнула его в грудь, достаточно сильно, чтобы он отшатнулся. «Год, Элайджа, с тех пор, как ты проклял меня в этом аду!» Она снова толкнула его. «Хейли, пожалуйста, пойми…» «Понимаешь?! Ты проклял меня, потому что я не согласился, потому что хотел дать ей больше, чем это». «Хейли…» Слезы потекли по ее лицу из-за гнева, который она чувствовала. Гнев на него, на Фрейю. «Я хочу, чтобы у нее была своя жизнь! Чтобы не сидеть взаперти в этом доме, когда некуда идти. Быть не обученным на дому. Это не жизнь, Элайджа!» Она повернулась и схватила футболку и спортивные штаны с розыгрыша, натянув их. «Эта жизнь должна была быть лучше, она должна была быть нормальной, но она даже не может выйти из этого дома без кого-то рядом». «Хейли, пожалуйста, этот дом в безопасности. Если мы переедем, об этом узнают другие…» «Ты трус, Элайджа». «Я пытался уберечь ее». Хейли уставилась на него с такой яростью, какой ни у кого другого не было. «Она мой ребенок, которого я должен беречь. Не твоя. Она никогда не была твоей! Я решаю, что для нее лучше. Ни ты, ни Фрейя!» Она видела, как в его глазах появилась боль, но была слишком зла, чтобы позволить этому повлиять на нее. Дверь открылась, и Фрейя и Ребекка ввалились внутрь, задыхаясь от шока при ее появлении. «Хейли?» «Когда мы усыпили Клауса, это было с намерением жить свободной жизнью. Где же свобода, Элайджа?» Хейли задала животрепещущий вопрос. Элайджа вздохнул, закрыв глаза. «Не может быть свободы, пока кто-то продолжает охотиться за нами». «Кто в этом виноват?» — огрызнулась Ребекка.