Процесс

      — Я сегодня актив.       — Нет.       — Пидора ответ, — язвит Вару, упрямо глядя в красные безразличные глаза Пика, сидящего напротив в кресле с дерьмовой бежевой кожаной обивкой.       Пик, несмотря на то, что их с Вару организация процветала, выбирал дешёвые мотели, кажется даже не думая, что они могут потрахаться в более дорогом месте со всеми удобствами, а не на скрипучей кровати с ледяным грязным душем после.       — Завали ебальник, — жёстко произносит Пик, — у меня нет настроения терпеть твои очередные попытки занять активную роль.       — Учитывая различия в физической подготовке, — наигранно задумчиво произносит Вару, — я вполне могу взять тебя силой даже несмотря на разницу в росте.       Лицо Пика все также осталось абсолютной безразличным, как и взгляд — убийственно тяжёлый. Он не отвечает, но взгляда не отводит. Вару стушевывается.       — Отсосать?       Пик кивает, призывно раздвигая ноги (обычно он сидел закинув ногу на ногу) и Вару, потушив в пепельнице на столе сигарету, подходит к нему в два шага, опускаясь на колени, сразу принимаясь расстёгивать ширинку чужих штанов. Он достает вялый член из белья, прижимаясь к головке губами, начиная посасывать и надрачивать остальную длину правой рукой. Он не медлит и берет член глубже, перекатывая по языку. Чуть ухмыльнувшись, насколько это было возможно, игриво цепляет тонкую кожу зубами, борясь с желанием сомкнуть челюсти. Пик наконец реагирует — в волосы зарывается рука в перчатке, сдавливая и дергая. Вару внутренне ликует, игнорируя боль. Пик всегда был скуп на эмоции и реакции.       Вару убирает зубы, проводит языком по крайней плоти, обводит венки, не прилагая особо много усилий к тому, чтобы партнер возбудился и кончил. Член во рту едва наливается кровью, а свободная от волос рука Пика вцепляется в обивку кресла. Взяв наполовину, Вару перемещает руки сначала на пол, а после чуть подождав, обхватает ноги Пика под коленями, раздвигает и дергает на себя, придвигая его к себе ближе, чтобы положить ноги на плечи. Пик, быстро понимает, что Вару хочет сделать. Крепче перехватывает волосы и тянет, кажется выдирая прядь, и пользуясь моментом, пока Вару ослабляет хватку, перемещает одну ногу, вниз, бьет его в живот.       — Блять, — хрипит Вару, выпуская чужой член изо рта и сгибаясь от удара.       Лицо Пика все так же выражало глубокое безразличие. Он натягивает обратно бельё, встав, застегивает ширинку брюк и ремень, аккуратно заправляя за пояс белую рубашку.       — Что, снова не встало? — язвит Вару, откидываясь спиной на сзади стоящее кресло. Вару прекрасно знал, что Пика это заденет, но Пик не отвечает, проходя к столу, где стояла бутылка алкоголя, — Ты просто ёбанный импотент, может к врачу сходишь?       — Может ты закроешь рот?       — О, ты умеешь говорить, я думал у тебя с этим как в сексе — никак, — в Вару прилетает бокал, правда мимо, он успевает увернуться и тот встречается со стеной, — ой какие мы злые, — тянет он, смотря на взбешеннего Пика. Не потрахались, пусть хоть так повеселиться.       Но запал быстро проходит. Пик, кажется с трудом подавляя в себе злость, берёт со стола почти законченную бутылку и, накинув на плечи пальто, выходит из номера, оставляя Вару одного.

***

      Все организации города, имевшие хоть какое-то отношение к преступности, можно смело делить на две части: это чёрная мафия — классическая мафия, занимающаяся противозаконной деятельностью и белая мафия, представляющая собой совокупность всех правозащитных служб. Стоит заметить насчёт белой мафии: все её действия были направлены исключительно на то, чтобы снизить влияние чёрной в абсолютно любых сферах, которые она затрагивала. Так называемый противовес, не дающий абсолютному злу встать в управление жизнью мирных граждан. Чёрная мафия прямого нетерпения к оппоненту не выказывает, а вот нелегальные, маленькие организации (они же часто были врагами мафии) часто оставались не согласны с установленными правилами и тогда уже приходилось применять силу. Ну это все от глупости и неумения вести дело. В общем не суть.       Что более важно, так это договор двух крупнейших организаций, заключённый еще чёрт знает насколько давно. Белая не лезла в дела чёрной мафии, чёрная в дела белой, но это не было тотальным игнорированием, а скорее чертой, за которую нельзя перейти. Конечно, контакт оставался и по идее, должен оставаться со всеми организациями (к слову, мелкие группировки на это всё забивали, оставаясь за бортом).       Поддерживать этот самый контакт помогали собрания, проходившие как минимум раз в месяц, а то и чаще. Они головная боль для Вару. Да в принципе для всех мафиози. За время жизни с Пиком, он чётко выяснил, что Пик их терпеть не мог, но не пытался избегать, стабильно посещая каждый раз, чтобы выслушать кучу ненужной информации от главы белой мафии, во главе которой сейчас стоял Куромаку, тот ещё зануда — Вару, как его увидел, сразу понял, что тот душнила, при чем профессиональный, какие встречаются редко. Высидеть час другой с ним за одним столом практически нереально сложно, что оборачивалось для всех остальных шквалом шуток со стороны гиперактивного мафиози. Как будто Вару хотел там быть.       Первые три раза его притащил Пик, как союзника с предлогом «ты должен знать информацию», но на чётвертый раз Пика пришлось послать нахуй, потому что откровенно говоря, Вару не умел вычленять нужную для себя информацию их нескончаемого потока речи сначала Куромаку, а потом Пика. Про всех остальных он молчит. Вообще до пизды, что там обсуждают. Из-за Вару всё превратилось в настоящий детский сад («камон, разрядил обстановку»), а Пик был словно мамаша, шикал на него и ругался, пару раз прописал подзатыльников (ну не может Вару быть серьезным!).       Четвёртый раз состоялся сразу после создания Вару собственной организации. Тогда это была уже необходимость. Во-первых, все должны были знать, что есть еще мафия помимо Пика. Во-вторых, хотелось увидеть лицо самого Пика, который был уверен (возможно), что Вару как последний трус сбежал за границу (окей, у Вару такой вариант имелся, тем более он давно хочет). Особенно надо было видеть, как Пик отреагировал на то, что Вару очень быстро отжал себе целую часть дела, касающуюся поставки оружия. Реакции не увидел. Пик сидел будто набрал в рот воды. Впрочем, как всегда. Ну и хуй с ним.       После этого четвёртого раза, Вару появлялся уже более стабильно за столом переговоров, иногда даже принимая участие в обсуждении. По крайней мере так думали все. Вару просто пытался прихлопнуть Пика, но Пик это быстро понял и приставил к себе больше охраны, что теперь в него даже ручку не кинуть (а была бы его смерть поэтична, умри он от меткого броска ручкой в глаз).       Короче, ничего интересного не происходило и казалось бы не могло произойти, однако…?       — Вару…       Вару, услышав чужой голос за спиной, сразу же оборачивается, чуть не роняя сигарету из рук.       Перед ним стоял высокий, стройный юноша, с собранными в хвост волосами, если Вару не изменяет память, его зовут Зонтик. Зонтика Вару не знает от слова совсем как минимум потому что не обращал на него никакого внимания, принимая парня больше за декор и дополнение к Куромаку, которое он пару раз пытался взбесить, кидаясь бумагой. Ладно, это кончилось провалом, потому что Зонтик не реагировал как Пик. Он просто дико краснел и сжимался в комок, пряча глаза за челкой.       — Слушаю, — произносит Вару, подходя к Зонтику и стягивая очки на нос, чтобы смотреть на него не через зелёные стекла.       Зонтик даже замялся, останавливаясь и смотря на Вару как истукан. Он понятия не имеет что сказать и как правильно сформулировать все свои мысли, и Зонтик чувствовал себя вдвойне неловко, вспоминая слова Куромаку о том что сначала надо думать, а потом делать.       Идти на важные мероприятия, где обязательно должен находиться его «начальник» является прямой обязанностью Зонтика, а потому он всегда на месте, рядом с Куромаку.       Зонтик в первый раз увидел Вару рядом с боссом местной мафии, как союзника и правую руку, сразу обозначив: «красивый» и может на этом бы все и кончилось, если бы зелёноголовый беспорядок не засел в голове Зонтика очень надолго. Его яркий и неспокойный образ волновал, вызывая у Зонтика совершенно новые, даже пугающие чувства…       «Как в сопливом романе» — каждый раз проносилось у него в голове, когда он ловил себя на какой-нибудь смущающей мысли.       — Я хотел сказать… — он сильно краснеет, чувствую как горит его лицо.       «Да, как в сопливых романах»       Вару слушает его со всем вниманием, которое он смог собрать, старательно вникая в слова. Зонтик забавно мнётся и Вару хочет его подколоть по этому поводу, но вовремя прикусывает язык,       — Ты… ты мне очень симпатичен… И в общем… Вот…       Ох, блядство…       Ему в любви признавались только один раз, когда ему было лет пятнадцать. И то это была девочка с соседнего подъезда, а не парень с другой организации.       — Оу, — выдаёт Вару, беря обратно в рот сигарету. Он тоже мнётся, стараясь не глядеть на Зонтика, который готов был умереть на месте от стыда.       Его будто по голове ударили сковородой, что все разумные слова мигом вылетели и остались только маты и междометия. Сказать, что он в ахуе — ничего не сказать       — Я не могу ответить тебе взаимностью, — начинает мафиози после недолгого молчания, — сам понимаешь, мы по разную сторону баррикад, но… если ты конечно хочешь, я могу сходить с тобой куда-нибудь… — Вару цыкает, сделал одолжение, долбаёб.       Зонтик теряется, медленно переваривая чужие слова. Хотя в принципе чего и стоило ожидать в конце концов, да? Он выдыхает, обдумывая предложение Вару.       — Х-хорошо, — с запинкой отвечает Зонтик, — мы можем сходить в кафе тут неподалёку, там обычно продают вкусное кофе. Если ты не занят сейчас конечно…       — Не занят, — Вару тянет широкую улыбку.       Кафе, в которое его пригласил Зонтик, и правда было недалеко, они доходят туда за пять минут, и Вару ни разу не жалеет о том, что согласился пойти, хотя и понимает, что ему будет неловко (а он не привык чувствовать себя неловко).       В кафе приятно пахнет выпечкой и кофе, создавая атмосферу уюта, будто они зашли не с пыльной улицы в первое попавшееся кафе, а сидят дома на кухне в ночи, пока их дети спят, где-то очень далеко на берегу чёрного моря.       — Займи нам столик у окна, я сделаю заказ, — просит Вару, сразу направляясь к барной стойке, но опомнившись, поворачивается обратно к Зонтику, спрашивая: — а тебе кстати что?       — Мне просто капучино.       Вару кивает и Зонтик отводит глаза       «Может это мимолётное влечение?»       Удивительно не проморгав чужую просьбу со столиком Зонтик направлялся к одному из ближних к окну. Он любил чаще сидеть в углу, где с одной стороны была глухая стена кафе, а с другой почти панорамное затемнённое окно, отчего солнце не светило слишком ярко и было комфортно, и он часто был свободен.       Зонтик садится так, что оказывается лицом к кассе, где в небольшой очереди стоял Вару спиной к нему, выбирая себе что-то из местной выпечки. Вару был хорош даже со спины.       С трудом переждав очередь, Вару их ненавидел, мафиози просит приготовить два капучино (он выбрал себе то же самое, что и Зонтик). Получив заказ, он расплатился и пройдя пару шагов, сел за стол напротив Зонтика.       — Кофе, — Вару аккуратно переставляет парню чашку, удерживая за края.       — Спасибо, — кратко благодарит Зонтик, отпивая горячий напиток.       Он переводит взгляд с Вару на пейзаж за окном, пытаясь привести свои мысли в порядок. Между ними наступает молчание, и Зонтику становится неудобно, а потому он пытается завязать разговор.       — Значит теперь ты отдельно от Пика? В плане организации… да…       Вару вскидывает брови на такой вопрос, переводя взгляд на Зонтика, параллельно отпивая кофе. Зонтик сразу же тушуется, увидев реакцию на свой глупый вопрос…       — Да, — подтверждает он, — и это даже лучше, чем когда я был с ним.       — И чем лучше? Разве не прибавилось больше муторной работы? — с темы не свернуть.       — Работы прибавилось, но вместе с этим и убавилось, — отмахивается Вару, — никто мозги не ебёт, — «и в целом никто не ебёт» мысленно произносит про себя мафиози, — но теперь приходится самостоятельно приходить на все эти ваши собрания.       Зонтик тихо смеётся, делая глоток.       — Я был прав в том, что бумажная работа точно не для тебя.       Не сказать, что Зонтик считал Вару вовсе не способным на серьёзную работу, но он думал что тот не сможет просто усидеть на месте вместе с этими «скучными» бумажками, так как его образ походил на образ неугомонного ребёнка.       — Так эта работа и не для меня, — Вару откидывается на спинку стула, — для этого у меня есть секретарь, который занимается всем этим дерьмом, — грубо выражается мафиози, имея в виду бумажную работу, — а чем занимаешься ты?       — Я как раз наоборот, — Зонтик улыбается, самые важные бумаги обязательно пройдут через его руки.       Зонтик замолкает, раздумывая что может сказать. Всё-таки нельзя исключать того факта, что человек напротив него может воспользоваться любой случайно данной парнем информацией.       — Особо важной роли я не играю на всех собраниях, скорее просто запоминаю всю информацию как архив. Да, я всего лишь архив.       Вару вскидывает брови.       — Если ты «архив», то почему тебе не приставят охрану, — удивляется мафиози, — разве ты не будешь примечательной целью для врагов?       Вару за жизнь в мафии привык к тому, что все важные люди обычно имеют сопровождение в виде охраны, чтобы предотвратить похищение или типа того. Хотя вся важная информация, документы, хранились в бумажном виде в кабинетах штабов.       — Ну, об этом знают далеко не многие, — быстро тараторит Зонт, понимая насколько важную информацию он случайно сказал тому, кто, по сути, его враг, — То есть везде и для всех я работаю в арт-студии. Ну ты знаешь, есть вещи которые и заставляют всех думать так, но кажется это уже не то, что стоит говорить.       Парень нервно мешает и так слишком быстро остывающий кофе, потупив взгляд в стол.       «Дурак… Скажи что-нибудь умное»       — Куромаку всё продумал наперёд, поэтому ничего страшного не случится, а если и случится мне сказали, что делать.       Вару никак не реагирует. Вместо этого спокойно произносит:       — Я далеко не тот, кто пойдет против вас, я же не еблан, — смеётся он, — я понимаю, что скорее всего скоропостижно проиграю в этой войне из-за недостатка ресурсов, знаний и умений вести такие дела. Войну скорее начнёт Пик, он любит такие штуки и выяснять у кого больше чл-, — Вару прикусывает язык, понимая, что это скорее всего будет звучать ужасно, — …мозгов, — заменяет он, а после громко смеётся.       Зонтик на секунду выпадает из реальности, прокручивая в голове чужой смех.       Парень встряхивает головой, мысленно дав себе пощёчину.       — Я думаю если бы Пик стал на сторону добра, то они с Куромаку были бы отличные партнёры.       Вару снова смеётся, широко улыбаясь, смотря на Зонтика.       — Это была бы война, кто первый кого достанет, — произносит Вару, вспоминая занудство Пика. Если так подумать, то действительно Пик и Куромаку могли бы стать прекрасными партнёрами. Оба не обделены мозгами, но — им было бы трудно договориться, я думаю, типа, бля, Пик никогда не идет на уступки, упрямый баран, блять, — Вару спохватывается, — сори, мат.       Зонтик кажется вовсе растаял от чужой улыбки, уже чувствуя как плавится его тело и превращается в непонятную лужу. Он и внимания на нецензурную речь не обращает, не то чтобы его вообще это как-то задело.       — Ничего-ничего! — тут же отвечает Зонтик, быстрыми глотками допивая свой кофе, — На самом деле, я думаю у них могли быть схожие цели, я имею ввиду Куромаку, он же всегда делает выбор в сторону самых выгодных решений, даже если это противоречит закону. Конечно же не в счёт убийства и что-то ещё такого плана.       — Да-а, — тянет Вару, — занять первое место по занудству.       Вару берет в руки чашку, снова отпивая большим глотком. Он немного морщится. Кофе это всё-таки не его. Нужно было просить коньяк в картонный стаканчик с трубочкой.       — Сложно представить их отношения, если честно. Я много лет знаю Пика, но вроде никак и не знаю.       — Аналогичная ситуация, — не сказать, что Зонтик и раньше не задумывался о Куромаку, но сейчас эта тема кажется неожиданной, отчего он рассуждает прямо на ходу, — Куромаку человек закрытый, на мероприятия, которые «не имеют ценности для работы» предпочитает не ходить, а все темы касающиеся личной жизни, либо игнорирует, либо переводит…       Вару чуть кивает головой в согласие.       Вару думает о Пике, но мысли не озвучивает. Это не совсем та информация, которую кому-то стоит знать, она должна остаться только их с Пиком делом. Пик с самого начала их знакомства, с семнадцатилетия (они ровесники) был крайне замкнутым и неразговорчивым в отличие от Вару, который мог говорить часами без умолку, это сейчас он чаще рассуждает: а стоит ли вообще говорить эту информацию. Пик никогда не рассказывал о себе. Все что Вару знал так это то, что Пик сбежал.       Вару поднимает руку, чтобы посмотреть на часы.       — Мне нужно идти.       — А, да, конечно, — слегка дрогнувшем голосом сказал парень, — я тут ещё посижу.       Взгляд опускается на пустую чашку из-под кофе, надо было бы заказать новое.       — Спасибо за кофе, — уже тише, слишком волнительно, сказал Зонтик в спину уходящему мафиози.       Вару прощается с Зонтиком коротким кивком головы.       Когда он выходит из кафе ему в лицо сразу бьёт прохладный ветер, отчего он непроизвольно ёжится. В груди отчего-то осталось приятное, тёплое чувство, а на языке послевкусие кофе. Он очень давно не общался ни с кем просто так, один на один… по душам? Мафиози даже думает о еще одной встрече, но знает, что это может быть рискованно, рискованно для них обоих, пока они на своих должностях. Начинает капать дождь и Вару мечтает о том, чтобы сейчас оказаться где-нибудь на горячем песке у моря под палящим ясным солнцем.       Нужно было бежать за границу, а не вот это всё.       Впрочем, планировать нет смысла.