Если я знаю, что такое Любовь, то только благодаря тебе...

Саундтрек: Harry Styles — Falling Находясь в такой близи к Грейнджер, он наблюдал за ней тайно и аккуратно, чтобы никто не заметил его любования такой простой, но в то же время сильной девушкой. Она внимательно вслушивалась в каждое произнесенное слово министра магии, а его это мало интересовало. В любом случае Снейп потом еще раз более подробно все растолкует ему, ведь сейчас никак невозможно было оторвать взгляда от такого очарования. А сегодня она и правда выглядела сногсшибательно, отчего только и хотелось наслаждаться ее близостью, хотя бы в том смысле, что она просто находилась рядом. Малфой вклинился в происходящее только тогда, когда ее пухлые и слегка подкрашенные розоватой помадой губы начали двигаться. Она спросила о первом задании и ждала ответа, слегка наклонив голову вбок. Когда же в тишине раздался ее яркий звонкий смешок, он удивленно вскинул свои брови вверх и увидел ее прикушенную нижнюю губу. «Грейнджер, ты что, шутишь или нет?» Он поразился тому, насколько она действительно умна и догадлива, однако сам так и не сообразил, что Грейнджер имела в виду. Судя по тому, как отреагировал на ее фразу министр, можно было сделать вывод, что она на самом деле догадалась о чем первое состязание, а гриффиндорка лишь стояла и смеялась. «Всемогущий Мерлин, ну ведь она и впрямь просто потрясающая!» Не зная как, но он мгновенно подшагнул к ней, сокращая и без того мизерное расстояние. От нее, как всегда, пахло шоколадом и свежестью, отчего Драко захотелось уткнуться носом в ее макушку и вдохнуть, забываясь от этого аромата. Он так и сделал. Рука непроизвольно воспарила вверх и окутала аккуратно ее тоненькую талию, притягивая гриффиндорку к себе еще ближе. В брюках стало неимоверно тесно, но он знал, что никто не обратит на это внимания. Проще говоря, все были увлечены разговором участницы турнира и министра магии. — Грейнджер, перестань, — выдохнул Малфой ей в ушко, отчего у нее пробежали мурашки, которые он успел распознать. — Не выводи их из себя, они сегодня явно не в духе после вчерашнего. Она не ответила — всего-навсего отпрянула от него, и все хорошее и счастливое вмиг улетучилось. Он последний раз сделал глубокий вдох, чтобы ухватить нотки ее шоколадного аромата, и натянул на лицо нейтральную маску, которая абсолютно ничего не выражала. Через мгновенье их попросили всех разойтись. Мелтон, которая находилась недалеко от него, рванула к выходу с такой скоростью, что любой игрок в квиддич мог бы позавидовать ее ловкости, а ведь она передвигалась на ногах, а не на метле. Конечно, он еще за завтраком в большом зале заметил у нее отметину на лице, когда Мелтон плелась за Каркаровым. Сомневаться в том, что это именно он хорошенько залепил ей кулаком в скулу не было смысла. Методы воспитания директора Дурмстранга Малфой воспринимал вполне нормально, но не по отношению к девушкам. Когда грозный голос этого мужчины метнулся в спину Эделин, Драко перевел взгляд на гриффиндорку, которая так же, как и он, наблюдала за действиями своей сестры. Совсем тихо Гермиона обратилась к ней, но он расслышал. «Видимо, ты только сейчас это заметила?» Шатенка обеспокоенно оглядела ее, но та стремительно направилась к директору. Он видел, как Грейнджер протянула свою маленькую ручонку вслед Мелтон, но, не успев схватить ту, столкнулась взглядом со слизеринцем. Малфой сверлил ее, как всегда, изучающим взглядом, наклонив голову вбок, а Грейнджер, слегка смутившись, быстро отвернулась от него и побежала прочь из аудитории. Драко не думая рванул за ней и, когда практически поймал, его самого остановила цепкая хватка за левое предплечье. Силуэт девушки скрылся за поворотом, и, собравшись наорать на того, кто помешал ему, блондин резко повернул голову на «предателя». Им оказался его друг. — Ну, что вам там наговорили? — оживленно начал Блейз, которого уже разрывало на части любопытство. — Я хочу знать все! Драко мгновенно обхватил его плечи одной рукой, слегка повиснув на нем. — Блейз, твою мать… — О-о, — протянул мулат, отчего на лице его расплылась широкая улыбка, оголяя ровные белые зубы. — Я так и знал, что ты тащишься по моей матери! Я знаю, что она довольно-таки хороша и просто охрененная богиня секса, ну, судя по тому, как орут по ночам очередные ухажеры из спальни моей маман. Вот и ты не смог устоять перед ее красотой. — Парень отвел Драко в сторону, чтобы проходившие мимо не мешали их деликатному разговору. — Только знай, мой дорогой любимый друг: отчим в твоем лице мне абсолютно не нужен. Нет, вы конечно можете спать и все такое… — Ты невыносим, — закатил Драко глаза и, усмехнувшись, помотал головой, — эту женщину невозможно не любить. — Я тебя предупредил! — показательно пригрозил ему Блейз. Они завернули за угол и оказались в совершенно безлюдном коридоре, вдоль которого тянулись большие панорамные окна по всему периметру. Открыв одну из створок и запрыгнув на подоконник, Забини достал из кармана пачку сигарет и, схватив одну из них, мигом поднес к губам, невербально поджигая ее своей палочкой. Зная, что друг не одобряет этот маггловский наркотик, он всё же предложил и ему прикурить. Малфой лишь приподнял одну бровь и выстрелил испепеляющим взглядом в однокурсника. — Ну, не хочешь — как хочешь. Мое дело предложить, а ваше дело отказаться, — Он сделал первую, такую долгую затяжку, что аж щеки впали. — Ладно. Давай рассказывай! Подробно, без малейшего упущения деталей. Я хочу знать все! — Я толком-то и не слушал. Снейп — наш куратор, он обязательно мне все еще объяснит, — пробормотал под нос Драко. Он развернулся корпусом к окну и прислонился лбом к прохладному стеклу. Окна этого коридора открывали вид на тропу, которая вела в Хогсмид. Блейз ему что-то говорил, но Драко уже не слышал: он увидел Ее. Гермиона в компании своих друзей шла под руку с сестрой рыжего из семейства Уизли. Он видел, как ветер волновал ее волосы, закидывая пряди прямо в лицо, отчего Гермиона часто поправляла свободной рукой прическу. Ее хрупкие плечи подрагивали от смеха, и пару раз, когда она запрокидывала голову назад, он мог разглядеть ее красивую улыбку. Компания явно веселилась, и от ее сегодняшнего настроения в большом зале не осталось и следа. — Ты что, меня совсем не слушаешь? На кого ты там уставился? — наконец-то до него достучался Забини. — Хм, гриффиндорцы… — протянул слизеринец и приготовился внимательно проследить за реакцией блондина на следующий вопрос: — Ну, и как она тебе? — Восхитительна… — выдохнул весь воздух из легких Драко и только потом одумался. — О чем ты? — оторвал он свой взгляд от окна, так как компания из Гриффиндора уже скрылась за деревьями. Блейз лишь хмыкнул и, докурив сигарету, выбросил окурок в окно. Драко сидел и смотрел на него, ждал, когда друг разъяснит ему свой вопрос. — Как она тебе? — повторил мулат и посмотрел в глаза блондина. — Кто «она»? Говори конкретнее! — А вот это уже интереснее. Ты не спросил про предмет, или про комнату, или про что-то еще. Ты конкретно поинтересовался о ком, а точнее, о какой мадмуазель я веду речь. Малфой понял, что поступил необдуманно. Он прослушал, что ему говорил лучший друг, пока наблюдал за девушкой, которая ему симпатична, и тот, заметив эту заинтересованность, тут же решил сбить его с толку. — Блейз… — Я знаю, Драко, — выдохнул слизеринец и посмотрел туда, где совсем недавно прошла Гермиона со своими друзьями. — Я знаю, что она тебе небезразлична. Я знаю, что ты это пытаешься скрывать и, поверь мне, никто этого не видит. Но я не никто… — Блейз снова посмотрел на Малфоя: — Она и правда восхитительна, как ты сказал, и то, что ты каждый раз цепляешь ее своими заученными фразами, лишь доказывает мою теорию. Ты влюблен, чертов негодяй Драко! — Тебе тяжело все понять. — Малфой запрокинул голову назад, уткнувшись макушкой в стекло окна. — Я боюсь раскрыть свои чувства. Война, Блейз. И мне чертовски тяжело сдерживать себя в последнее время. Я не могу не прикасаться к ней, не могу не вдыхать до головокружения аромат шоколада ее геля для душа, которым насквозь пропитались стены нашей общей ванной. Не могу! — С каждым предложением в голосе юноши слышалось все больше ноток сожаления. — Я ведь набросился на нее совсем недавно на нашем первом патрулировании, Блейз! Как голодный зверь, накинулся на добычу и не мог остановиться. Она потом так шарахалась от меня, избегала. А сегодня утром она вбежала в ванную комнату и, не заметив, налетела прямо на меня. И я вновь не устоял. Да я попросту уже не могу сдерживать себя, когда нахожусь рядом с ней. Драко начало немного потряхивать. Ногти пальцев до боли впились в ладони, когда он сильно сжал пальцы в кулаки. Сам Драко залился несвойственным для него постыдным румянцем: впервые он поделился с другом самым потаенным секретом и переживаниями по этому поводу. Фразу, что проще выговориться и выплеснуть из себя накопившееся в душе, блондин всегда считал полным бредом. Сейчас ему легче не стало. — Пока он жив, я не могу ей позволить даже быть рядом со мной. Ты не представляешь какие вещи он творил с людьми. Он убивал их на моих глазах! А представь, что будет, если на их месте окажется она? ЧТО? — Его голос сорвался на крик, слегка поскрипывающий от раннего утра и волнения, что так грузило сейчас его душу. — Снейп работал со мной практически с начала поступления в Хогвартс, учил меня контролировать свои мысли, а этим летом было столько пыток, что я еле удержался. — Друг, но ты ведь сильный! Ты сможешь со всем справиться! — поддержал его Блейз. — Я слабак! Я слабак, потому что пошел на поводу у отца и выбрал сторону того змеиного ублюдка! Я предатель, потому что тебя, как моего друга, тоже вынудили принять эту чертову метку и помогать мне с заданием! — кричал Драко, уже не таясь. — Я лишил себя будущего счастья в этом ебаном мире! — Мы справимся! Мы все сделаем ради нашего будущего! — опустил Забини свою крепкую ладонь на его плечо. — Если так сейчас движется наша судьба — значит, так нужно. Время — это всего лишь… — Я люблю ее, Блейз, — из последних сил выдохнул Драко, и его голова упала от бессилия на грудь. — Я умру за нее, сделаю все, чтобы она была счастлива! Даже если она выберет другого, я буду рад за нее. Я сделаю все, что в моих силах, лишь бы не потерять тот последний кусочек своего счастья. Я сделаю все, чтобы уберечь ее от ужаса, что творит тот урод. Как и Нарциссу. — И именно поэтому ты трахаешь Пэнси. Немного странная любовь, не находишь? — Блейз слегка задумался: — Я конечно понимаю, но спать с одной, а любить другую — это совершенно недопустимо. — Нет, ты не понимаешь! — огрызнулся Драко. — Я еще раз повторю, что не могу позволить ей быть со мной рядом! Закрывая глаза, даже во время ебли с Пэнс, я вижу ее! Блять, да только так я могу быть вместе с ней, мысленно, и в то же время никак, так как в голове мне приходится скрывать все заветные желания глубоко в потаенные места моего сознания. Это тяжело, мать твою! — Все будет в порядке. Мы что-нибудь придумаем. Друзья погрузились в тишину. От столь ярких эмоций, которые иной раз были несвойственны его другу, Блейз вновь сунул руку в карман и выудил очередную сигарету. — Прекращай уже курить эту дрянь! — тихо прорычал Драко, на что мулат лишь пожал плечами и принялся дальше травить никотином свои легкие. — А что насчет тебя, мой дорогой друг? Мне тут доложили, что ты уже который день не ночуешь у себя в комнате. Как она тебе? — Восхитительна, — повторил за слизеринским принцем Блейз. — Мы с ней общаемся только по ночам, тайно встречаясь, чтобы такие, как ты, на своих долбаных патрулированиях нас не заметили. — Я ее знаю? — Малфой слегка улыбнулся, что стало хорошим знаком для Забини. — Назови теперь и ты даму сердца, Дон Жуан хренов? Юноша хмыкнул и спрыгнул с подоконника. Выбросив окурок, он, закрыв окно, сказал: — Это наш с ней секрет. И будь уверен, мы с ней просто общаемся и ничего больше. — В его голосе тем не менее слышалась лукавые интонации. — Между нами нет никаких отношений. Просто общение. Одно могу сказать: мне хорошо и легко с ней. Иногда мы можем просто промолчать всю ночь, но, когда она рядом, все дерьмо вмиг улетучивается и улетает куда-то далеко. — Когда-нибудь я все равно узнаю, кто эта девушка, что смогла приручить нашего дикого льва, — усмехнулся Драко и слез с подоконника, как и друг. — Уж точно не сегодня! — Парни одновременно засмеялись. — Ты пойдешь в «Три метлы»? Пэнси и Теодор будут там, а я скоро тоже к ним присоединюсь. Нужно оторваться после первой недели учебы! Я, если честно, немного подзаебался. — Ну, если бы ты спал по ночам, а не гулял с таинственной незнакомкой… — Драко потянул пальцы к подбородку и задумчиво уставился в стену справа от Блейза. — Эй! — Забини в долгу не остался и отвесил хорошенький подзатыльник блондину. — Да шучу я! — засмеялся Драко. — Я к вам подойду, но позже! Сначала мне нужно задумчиво постоять перед исчезательным шкафом где-то час или полтора. Может, что в голову и придет. А потом — я сразу к вам. Веселье мулата исчезло в одно мгновение. Он стал более серьезным и рассудительным. — Тебе нужна помощь? Я могу пойти вместе с тобой. — Нет. — Драко отвернулся от него. — Мне нужно побыть одному… Блейз не стал надоедать другу, зная в какое дерьмо они оба вляпались. Он лишь подошёл к нему и похлопал пару раз по плечу, затем молча развернулся и устремился подальше от этого коридора. Когда он почти скрылся, Блейз крикнул, чтобы блондин его услышал: — Только попробуй не приди! Я лично сам тебя закрою в этом чертовом сломанном шкафу и твой скелет когда-нибудь найдет любопытный гриффиндорец!

***

Саундтрек: Rose Betts — Song to the Siren Практически каждую ночь первой недели пребывания в школе Драко проводил в Выручай-комнате, изучая механизмы злосчастного исчезательного шкафа. Иногда сил не оставалось даже на то, чтобы добраться до башни старост. Он просто засыпал среди всего барахла, пыли и затхлого запаха, что хранила в себе эта чудо-комната. В данный момент он уже битый час сидел перед этой артефактом и не делал ни-че-го. Абсолютно ничего. С самого раннего утра к нему прилетела фамильная сова с письмом от матери, в котором Нарцисса делилась с ним своими переживаниями, страхами. Она безумно скучала и волновалась за сына, умело скрывая это между строк. Еще в детстве, когда Драко был совсем маленьким, мать научила его этой уловке, которой они пользовались до сих пор. Скрытно и безопасно, не каждый сообразил бы что к чему. Особенно в такое время. В каждой новой строчке первое слово означало часть сообщения, которое можно было прочесть сверху вниз по вертикали. В этот раз послание было коротким, но четким. «Осторожность. Безопасность. Контроль мыслей. Береги себя. Люблю». Злосчастный клочок письма в его руке принес учащенное сердцебиение и боль. Как он устал от всего этого. Как его бесили прививающиеся устои темной стороны: «мы все одинаковы и разницы в нас нет никакой». Драко понимал, что эта его нелепая до ломоты костей в груди жизнь любимого и в то же время трусливого сына ему надоела. Он должен быть сильнее. Сильнее физически и морально, не сдаваясь, не опуская свои руки. И Малфой сделает все это ради матери и Гермионы, даже если придётся собственными действиями навсегда оттолкнуть вторую от себя. А еще этот гребаный турнир, который так некстати свалился на его плечи! Турнир, в котором он будет бороться за звание чемпиона бок о бок с любимой гриффиндоркой… «Твою мать!» Драко рывком откинул голову назад и ударился затылком о дверцу исчезательного шкафа. Он понимал, что помощи ждать не от кого; у него был только Блейз, но и того он не хотел впутывать во все это дерьмо. Тем более, после принятия метки мулата заставили сделать то же самое. Его мать даже не знала об этом, да и Забини не хотел, чтобы она была как-то причастна; он ей просто не позволял выезжать за пределы солнечной Италии, пытаясь уберечь ее хотя бы от темных времен. Понимая, что голова просто не соображала, Драко поднялся с пыльного пола, наложил заклинание чистки на одежду и направился к выходу из Выручай-комнаты. Его друзья уже находились в пабе, и он решил прямиком отправиться к ним, чтобы на короткое время немного расслабиться и отвлечься. Спустившись с восьмого этажа, Драко вышел во двор. Его внимание привлекло движение слева. Повернув голову, он увидел две фигуры — Каркарова и Эделин. Девушка, вся запыхавшаяся и покрывшаяся потом, выполняла боевые упражнения под руководством учителя-директора. Его озлобленный голос на повышенных тонах насторожил Драко. — А теперь — отжимание от земли на руках! Пятьдесят раз, Эделин! И только попробуй сделать паузу! Начнешь все сначала! — орал он на девушку. Та, в свою очередь, опустилась на землю и приняла упор лежа, но, словно почувствовав чужой взгляд, подняла голову и посмотрела прямо на Драко. Юноша хотел подойти к ней ближе, чтобы защитить: то, как она на него смотрела… Да черт, так смотрела на него Гермиона, когда он причинял ей боль своими выходками! — Чего замерла? Начинай! Слух Малфоя сразу же поразил звук рассекшего воздух предмета: Каркаров замахнулся своим посохом и ударил девушку по спине. Та лишь поморщилась от боли, но и звука не издала. Малфой сорвался с места, но резко остановился. — Не надо, Драко… — уловил он едва заметное движение ее губ. — Прости, — так же произнес слизеринец и быстрым шагом устремился в деревню. Вид уставшей и измотанной Эделин ввел его в ступор. Он не понимал, как можно измываться над таким хрупким созданием как девушка. Возможны моральное давление и эмоциональные подколы, и издевательства тоже возможны — как это он делал с Гермионой, — но чтобы вот так… Тем более, Каркаров являлся практически «отчимом» для девушки. Дорога до Хогсмида для него осталась незамеченной: все это время он был глубоко погружен в размышления. Лишь когда он оказался в деревне, то вспомнил о необходимых мелочах, которые хотел поскорее прикупить перед тем, как встретиться с друзьями. Так, незаметно для него, в «Сладком Королевстве» Драко приобрел одну-единственную любимую сладость из детства — мятные жабы, а также сладкие сахарные перья, которые так любила Гермиона и благодаря которой он сам пристрастился к этому изделию. В «Дэрвиш и Бэнгз» он приобрел себе новые перчатки для игры в квиддич, ведь старые он благополучно оставил дома, а ждать, пока мать пришлет ему забытые, не собирался. Как и не собирался возвращаться в команду по квиддичу. Вечерние полеты на метле никто, однако, не отменял, и этот атрибут для полетов на волшебном предмете был просто необходим для собственного же комфорта и удобства. Вдоволь нагулявшись, Драко направился в паб «Три метлы». Сейчас хотелось немного отдохнуть в компании лучших друзей, хотелось отпустить навалившиеся на плечи проблемы. Подойдя к заведению, он случайно взглянул в одно из окон и увидел ее… Гермиона явно что-то тихо говорила друзьям, сжимая в руках кружку сливочного пива. Видимо, она наконец-то решила поделиться с ними переживаниями и ситуацией вокруг новой родственницы. Блондин не успел удивиться, как увидел Блейза, Тео и, мать вашу, Пэнси, рассевшихся за соседним столом! «Заебись — я бы выразился именно так! Больше ничего не придумаешь!» Закрыв глаза и выпустив весь воздух из легких, так, что грудную клетку скрутило от боли, Драко, сжав кулаки, толкнул дверь в заведение. Сегодня стояла хорошая и в то же время жаркая погода, поэтому Драко решил немного охладить лицо и по пути завернул в туалетную комнату. Покрутив проржавевший вентиль, юноша подставил ладони побежавшей из крана ледяной воде. Руки от низкой температуры воды покалывало, и Малфой медленно приблизил лицо к чаше из ладоней. Прохлада вмиг окутала кожу — стало свежо и легко, будто со стекавшими каплями со лба, щек и шеи в вороте рубашки убегала и вся безысходность и пустота. Малфой бросил взгляд на висевшее перед ним зеркало, из которого на него посмотрел в ответ слегка уставший юноша. Применив невербальное заклинание сушки на лицо и одежду, он еще раз осмотрел себя в отражении, глубоко вздохнул и пошел к выходу. Саундтрек: Westlife — Angel Не успел Драко даже отворить дверь, как в него влетела крохотная женская фигура. Знакомый запах горького шоколада неожиданно ударил в нос, словно тот хук справа от Гермионы на третьем курсе. Схватив девушку за талию, он притянул ее к себе, спасая от лишнего падения. Ладони вспотели, как и лицо, которое он совсем недавно остудил. Опустив голову, он уставился на волнистую каштановую макушку; глаза от удивления округлились, а дыхание участилось. Гермиона же медленно голову подняла и посмотрела на него такими же огромными и круглыми от удивления глазами. — Малфой? — Грейнджер? На ее щеках мгновенно проступил нежный розовый румянец, и, недолго думая, смущенная Гермиона уперлась ладонями в его грудь в попытке оттолкнуть от себя. Его крепкий хват на ее талии так и не дал ей этого сделать. — Что ты творишь? Отпусти меня, — тихо процедила она сквозь зубы, — а вдруг кто увидит… — Неужели такая храбрая гриффиндорка боится, что ее застукают в объятиях слизеринского принца? — усмехнулся Драко, однако девушку отпустил. — Слушай, Грейнджер, нам нужно поговорить с тобой. Обсудить… — Нам не о чем с тобой разговаривать! — перебила она его. — То, что было утром, нам надо забыть. Я не знаю, что на меня нашло, но пусть это останется между нами и Джинни, которая мне и так весь день не давала покоя! — От стыда Гермиона поднесла ладони к лицу и закрылась от Драко. — Я вообще-то хотел обсудить турнир, — усмехнулся он, видя как ей неловко, — но если ты хочешь поговорить о нашей утренней шалости, то… — Нет! — закричала она, резко опустив руки. — Мы обсудим турнир, но не здесь же? — Она окинула взглядом туалетную комнату. — Может, во время дежурства? Драко помедлил с ответом. Вместо этого он встал в задумчивую позу, потирая длинными пальцами свой острый подбородок. Губы, расплывшиеся в улыбке, он покусывал, наклонив голову влево. Его же серые, как пасмурное осеннее небо, глаза все так же продолжали наблюдать за гриффиндоркой, которая немного покачивалась из стороны в сторону, ожидая его решения. Опустив голову и стараясь на него не смотреть, она держала руки в замке в районе живота. «Неужели я так тебя волную, Гермиона?» — Ну так что? Ты согласен? — практически неслышно произнесла она, поднимая свой взор. — Ну, или мы можем договориться о времени и месте встречи. — Думаю, дежурство для этого подходит в самый раз, — продолжая улыбаться ответил Малфой. — Тогда до вечера, Грейнджер? Подавив смешок, явно не вписывавшийся в эту ситуацию, юноша двинулся к двери, огибая фигуру девушки. Когда его рука коснулась дверной ручки, Драко кинул ей через плечо: — Я не думаю, что это все было ошибкой… Он надеялся, что она поймет его, и, наконец-то открыв дверь, покинул туалетную комнату, оставив девушку стоять с большими глазами и раскрасневшимся от смущения лицом. По ушам сразу же ударил гул множества голосов посетителей. В пабе народу было битком, в большинстве — студентов Хогвартса. Видимо, все соскучились по такому офигенно вкусному сливочному пиву от мадам Розмерты. Скользя между столиков, Драко добрался до компании своих друзей, которые, к слову, цапались с частью золотого трио. — Я бы на твоем месте ротик-то свой прикрыла, пока я все твои зубы не выбила! — орала на Паркинсон рыжая гриффиндорка, которую пытался удержать в своих руках Поттер. — А ну иди сюда, стерва! Пэнси, такую же разъяренную, еле удерживал от лишних движения Блейз. Голос ее, в отличии от младшей Уизли, резал будто ультразвуком. Он был настолько высоким и противным, что у Драко невольно заболела голова. — Что здесь происходит? — поинтересовался он. — Утихомирь свою «мадам», Малфой, она явно не знает, что такое манеры! — ответила ему красная, как помидор, Джинни. — А еще аристократкой себя называет! — Драко, милый! Это они начали к нам цепляться! — вырвалась брюнетка из охапки друга и кинулась на шею Драко. — Они нам такое наговорили! Конечно я не сдержалась и стала отвечать в их же манере! — Паркинсон, да весь паб — свидетели, что весь этот балаган устроила ты! — раздался еще один голос у него за спиной. Драко обернулся: Гермиона стояла и смотрела сквозь него на его «девушку» с серьезным выражением лица. Брови нахмурились, а пухлые губы были поджаты. — Но я не… — начала заикаясь Пэнси. — Драко, ну скажи ты ей! — Закрой свой рот, Пэнси! — прорычал юноша и, схватив ее за предплечье, грубо усадил обратно за стол. — Если не хочешь испортить мне настроение, то закрой свой рот до конца нашей прогулки в Хогсмиде, усекла? — Сам же сел напротив, чтобы руки она свои не распускала. Девушка только кивнула, опустив голову, а позже и вовсе начала шмыгать носом, стараясь сдерживать обидные слезы. Мгновение спустя Малфой услышал, как компания гриффиндорцев принялась вставать со своих мест, а затем и вовсе покинула заведение. — Друг, ну как все прошло? — прошептал Блейз, приблизившись, чтобы чужие уши ничего не услышали. — Да никак, — выдохнул Драко, поднимая вверх руку и подзывая к себе хозяйку паба. — Никак, Блейз.

***

Саундтрек: James Blunt — Goodbye My Lover В целом, если не считать случая с Паркинсон, день для компании друзей прошел даже отлично. Гриффиндорцы веселились, заглядывая в различные магазинчики Хогсмида. Парни смешили Гермиону и Джинни своими рассказами и историями. Одна из них довела девушек до истерики — они столько насмеялись, что после у них болели щеки и мышцы живота. Как оказалось, Симус Финниган, который молчал практически всю неделю, съел одно из новоизобретений братьев-близнецов Уизли. На вид — обычная шоколадная конфета, но эффект после употребления — моментальный: все, что человек держал в голове, он начинал произносить вслух. Так стало известно, что Симусу очень даже, как он не смущаясь выразился, симпатична попка Поттера, за которую юноша пытался схватить в надежде ощутить ее упругость. Подкинули ему конфеты естественно Рон и Гарри, чтобы понять, почему Симус все время недоволен действиями знаменитого однокурсника. Добрались все до школы, когда уже стемнело, громко смеясь и привлекая к себе внимание. У Грейнджер вообще-то скоро должно было начаться ее дежурство вместе с Малфоем. Когда гриффиндорцы практически дошли до площадки перед главным входом, то вновь столкнулись с компанией из змеиного факультета. Малфой вышагивал впереди четверки, а Забини и Нотт тащили за собой Паркинсон, еле передвигавшую ноги. Ничего не сказав друг другу, оба квартета направились к главному входу, однако Гермиона резко остановилась и округлила в испуге глаза. Все ребята последовали ее примеру. Совсем измученная студентка Дурмстранга на грани полуобморока выполняла указания своего директора. Все ее тело дергалось в судорогах, но она продолжала. Сейчас она отрабатывала какие-то боевые приемы, из ее носа стекала тоненькой струйкой кровь, а лицо сделалось бледным, словно снег. — Да вы совсем больной ублюдок! — рванула вперед Гермиона. — Что же вы творите?! Эделин, прекрати ты! Остановись! Увидев свою сестру, та вмиг рухнула на землю, потеряв-таки сознание. Ее тело, будто мешок с картошкой, выглядело теперь бесформенным и сжатым. Гриффиндорка упала перед ней на колени, стараясь приподнять сестру. — Отойди от нее, девчонка! — зарычал на нее Каркаров. — За необдуманный поступок всегда следует наказание! Она заслужила это! — И именно поэтому вы довели ее до такого состояния? Мне стоит доложить о вас! — закричала в ответ Гермиона, крепче прижимая к себе обездвиженное тело Эделин. По ее щеке скатилась слеза — было больно видеть обессилевшую часть себя. Гермиона стала раскачиваться вместе с Эделин вперед-назад, тихо призывая ту очнуться, а затем подняла свои злые глаза на Каркарова. Тот лишь хмыкнул и быстро скрылся за тяжелыми дверьми главного входа в замок. Неожиданно для Гермионы к ней подбежал такой же обеспокоенный, как и она, Блейз. Его здорово потряхивало, отчего голос его звучал вибрируя тоже. — Давай отнесем ее в больничное крыло? — спросил он Грейнджер. — Мадам Помфри приведет ее в порядок. Девушка же на его предложение лишь отрицательно помотала головой. — Нет, Блейз. Все прекрасно знают, какое воспитание применяют в стенах школы Дурмстранг. Для них такое является нормой. А уж то, что это с ней сделал директор… Никто не поверит и будут искать виноватых среди студентов. Давай отнесем ее ко мне в башню, у меня есть несколько болеутоляющих настоек и мазей, которые должны помочь. — Она посмотрела на него с мольбой о помощи. Блейз утвердительно кивнул и, наклонившись над Эделин, взял ту на руки. Он сразу направился в замок, крепко прижимая к себе хрупкое тело девушки. Гермиона, недолго думая, быстро поравнялась с мулатом, а чуть позже их силуэты и вовсе исчезли, оставляя друзей в недоумении. — Что это вообще было? Очередной спектакль от грязнокровки? — усмехнулась Паркинсон. — Ты можешь закрыть свой поганый рот или мне наложить на тебя до конца твоих дней «Силенцио»? — злобно пригрозил в очередной раз блондин и к удивлению всех бегом устремился за ушедшими.

***

— Прошу, только аккуратно опусти ее на постель, — нервно покусывая губу, попросила Блейза Гермиона. — Да не переживай ты так, я все прекрасно понимаю. Он медленно переложил Эделин на кровать, с которой Гермиона заранее скинула свои покрывало и пушистое одеяло. Достав согревающую мазь, она принялась раздевать сестру, чтобы поскорее смазать ее каменные мышцы. Так она стянула с нее грубые ботинки и форму для боевых занятий, оставив Эделин в одном нижнем белье. Она совсем забыла, что парень, который все время находился позади, внимательно наблюдал за ними. Схватив наконец баночку мази, Гермиона принялась втирать ее, начиная с икр. — Подожди, — прервал тишину Блейз, — мышцы нужно хорошо размять. Давай это сделаю я. — Еще чего! — Гермиона подорвалась с места и, повернувшись лицом к парню, попыталась прогнать его из спальни: — Уходи, Блейз! Она, во-первых, раздета, а во-вторых, отвернись и скройся! — Гермиона, я являюсь игроком команды Слизерин по квиддичу и я знаю, что такое напряженные мышцы. Я знаю как помочь ей. Ты только разреши! — с мольбой в голосе обратился Блейз. — Пожалуйста, позволь мне помочь! Она, в свою очередь, подумав немного, коротко кивнула и, сделав пригласительный жест, призвала его к действию. Слизеринец, зачерпнув небольшое количество средства и размазав его по ногам Мелтон, принялся хорошо массировать их. Гермиона тяжело дышала. — Как так можно… — совсем тихо, словно от безысходности, произнесла она. — Неужели можно так издеваться над человеком? Ведь это можно посчитать за настоящее насилие! — У них свои методы воспитания. И Каркарова можно понять — он не дает ей быть слабой. Не в это время… — Что ты имеешь в виду? Однако ответа Грейнджер так и не получила: в ее комнату влетел запыхавшийся Малфой. Его прическа растрепалась, будто он пробежал марафон, лицо сделалось красным, а глаза — слишком большими. — Ну как она? — переводя дух, поинтересовался он у друга и Гермионы. — А то ты не видишь? — огрызнулась шатенка. — Отвернись, Малфой! Драко же лишь зарылся обеими руками в свою шевелюру и сжал с силой голову. На лице застыла маска отчаяния и сожаления. — Это я виноват! Я должен был помочь ей, как только увидел ее, но она не дала мне этого сделать! — О чем ты? — Грейнджер встала с постели и подошла к нему ближе. — Малфой, о чем ты говоришь? Он все так и продолжал стоять, держа голову в тисках пальцев. Он зажмурил с силой глаза и сомкнул челюсть так, что его скулы и подбородок стали еще острее обычного. — Я видел, что он занимался с ней. Она выглядела измотанной и уставшей, — начал он. — Я хотел остановить его, но она посмотрела на меня и губами попросила, чтобы я этого не делал. И я просто ушел! — закричал он уже во все горло. — Ебать, я просто ушел! Не помог ей! Кретин! Гермиона не могла понять реакцию белобрысого хорька, но что-то в ее груди екнуло, отчего захотелось просто обнять его. Она протянула свои ладони к его. Почувствовав, что преграды с его стороны нет, она аккуратно опустила его руки, а сама подошла еще ближе и крепко обняла его за талию, утыкаясь своим носиком ему в левую ключицу. — Ты не виноват, Драко, — совсем тихо прошептала она, крепче обнимая его. — Все хорошо. Вскоре ее спины коснулись широкие горячие ладони, в ответ притянувшие девушку еще ближе — так спокойно и легко стало для них обоих. Блейз украдкой наблюдал за Драко и Гермионой, продолжая разминать мышцы Эделин. Бросив тут взгляд на будильник, он увидел который час. — Ребята, я думаю вам пора на дежурство, — произнес мулат, после чего старосты оторвались друг от друга. — Но я не могу ее оставить, не в таком состоянии, — обеспокоенно засуетилась гриффиндорка и мотнула головой Забини: — Нет, я не пойду и останусь с ней. — Я побуду здесь и прослежу за ней. Все будет в порядке. — Блейз… — Доверься мне, — с надеждой посмотрел он сперва на нее, а потом повернул голову к блондинке: — Я не сделаю ей ничего плохого. От Драко не ускользнуло то, как его лучший друг глядел на эту девушку. Его самого еще слегка потряхивало, а тот и вовсе не скрывал своего волнения. Так смотрят только на самое дорогое и важное. Так он всегда смотрел на Грейнджер, когда никто, и в том числе она, не видел этого. — Грейнджер, ему можно доверять. Девушка резко обернулась и снова взглянула на блондина. Его чистые серебристые глаза излучали искренность, и она просто сдалась. — Хорошо. Укрой ее после, чтобы мазь больше согревала ее. — Не переживай, — широко улыбнулся ей мулат, — идите уже.

***

Саундтрек: Laura Marano, Wrabel — Worts Kind of Hurt В темных коридорах Хогвартса веяло осенней прохладой и сыростью. Стуча каблуками по каменному полу, Драко и Гермиона медленно обходили все закоулки в поисках нарушителей порядка. Натолкнувшись на парочку пуффендуйцев из третьего курса, они быстро сняли с них по десять баллов и отправили в свои гостиные, не забыв предупредить о выговоре. Так и прошел целый час, в тишине и спокойствии. Никто из них не пытался прервать ход собственных мыслей. Оба боялись задать друг другу вопросы. Драко посчитал, что нужно быть смелее, а потому наконец спросил: — Так что ты все-таки узнала о турнире? Девушка от неожиданности подпрыгнула в испуге и схватилась за грудь. — Малфой! Так и до инфаркта недолго с тобой дойти! — Она ударила кулачком его в плечо. — А ты разве не догадался еще? — Ну, вообще-то я подумал, что это задание может быть связано с Черным Озером. Гермиона на это лишь ухмыльнулась точно так же, как сегодня утром в кабинете, когда министр намекнул на сложности задания. — Ну, хорошо, — резко остановилась она и повернулась к нему лицом. Драко повторил ее движение. — Первоосновы мира — это всем известные четыре стихии: земля, вода, огонь, воздух. — Жестами она пыталась изобразить каждый названный элемент. — Черное Озеро — неплохой вариант, но куда тогда делся огонь? На самом деле все намного проще, чем ты думаешь. И ты удивишься моей догадке. — Ну давай, удиви меня, Грейнджер, — улыбаясь, скрестил руки на груди блондин и, отойдя немного назад, оперся спиной на стену коридора. — Драконы, Малфой! Драконы! — засмеялась она. И тут юноша задумался: а ведь действительно эти существа относились ко всем стихиям. Воздух — полет, земля и вода — место обитания, огонь — ну, само собой понятно его значение. «Черт, да она права!» — Они просто не захотели ничего придумывать нового, попытавшись сбить нас этими первоосновами. Кто вообще подумает о том, что задание будет идентично тому, что и на турнире два года назад? — Буду честен, ты меня поразила! — захлопал в ладоши парень, продолжая сверлить ее восхищенными глазами. — Спасибо, Малфой, — улыбнулась она ему. — Я еще никогда не слышала похвалы в свой адрес от слизеринского принца. — Я еще могу тебя удивить. Фраза слетела с его губ так быстро, что он и сам этого не заметил. Гермиона вмиг смутилась и, отвернувшись от него, направилась вперед. — Пойдем, нам еще нужно столько обойти… — бросила она ему через плечо, когда оказалась достаточно далеко.

***

Тело ломило. Голова болела так, будто ее с силой пытались сдавить. Было жарко и душно, и что-то тяжелое лежало поверх ее живота. «Стоп! Где я нахожусь?» Комнату и ее очертания она не узнавала, она никогда сюда не заглядывала. Тут Эделин почувствовала горячее дыхание на своем затылке и, медленно повернув голову, столкнулась с лицом Блейза, находившимся так близко. До ее движения он слегка посапывал, а его рука покоилась у нее на животе, будто укрывая и защищая, но мулат быстро распахнул веки и уткнулся в ярко-синие глаза напротив. — Привет… — тихо, почти шепотом, протянул он. — Привет… — так же, но только хрипло ответила ему Эделин. — Как ты себя чувствуешь? — Отвратительно. — Она попыталась перевернуться набок, чтобы лечь лицом к нему, но тело пронзило болью. — О великий Мерлин, как же больно! Меня будто избили школьные хулиганы, а я просто стерпела. — По сути, все это очень походило на избиение, вот только свое тело ты насиловала самолично. Блейз приподнялся, чтобы помочь ей поменять положение тела, как она хотела. Корчась от спазмов, Эделин все-таки оказалась к нему лицом, и юноша вновь упал головой на подушку, смотря на нее с нежностью. — Долго я была в отключке и где я вообще нахожусь? — поинтересовалась она. — Мы у Гермионы в комнате. Она сама на дежурстве с Драко. — Блейз взял ее за руку, переплетя их пальцы. — Ты отключилась сразу, как Гермиона направилась к тебе. В общем без сознания ты пробыла около двух часов. Она так переживала за тебя, и Драко, и я тоже. — Я знаю. — Девушка попыталась ближе прижаться к нему. — Я знаю… Он крепко обнял ее, утыкаясь носом в копну волнистых волос, пахнувших лимоном, таким свежим ароматом. — Ты меня так напугала… — Прости меня…

***

— Кто бы мог подумать, что мой лучший друг приударит за твоей сестрой? Гермиона и Драко застыли на пороге ее комнаты: две фигуры сладко спали на ее постели, крепко сжимая друг друга в объятиях. Им было спокойно. Так вот, кто та таинственная незнакомка, что вскружила голову мулату, отчего с каждым днем он светился ярче солнца? Тихо прикрыв дверь, чтобы не мешать парочке, Гермиона выдохнула, направляясь вниз по лестнице. — Что ж, посплю сегодня в гостиной на диване. — Постой! — схватил ее за кисть Драко. — Можешь поспать в моей комнате. Я могу уступить тебе свою кровать. Хотя мы могли бы лечь и вдвоем. — К чему такие жертвы, Малфой? — Ты хочешь завтра проснуться от ломоты в теле и с больной головой от недосыпа? Из-за того, что спала на жестком диване непригодном для сна? — пытался переубедить он ее. — Пойдем, я тебя не трону. Кровать и так достаточно огромна для меня одного. Ну что поделать, Гермиона уже в который раз за день доверилась Драко, а он, так и не отпустив ее руки, направился в свою спальню, ведя за собой любимую гриффиндорку.