Глава 9. Вместе мы – сила. Ты и я.
18 октября 2021 г., 04:59
Не смотря на то, что альпинизм не принадлежал к числу занятий, с помощью которых можно было прославить своё имя, многие люди в этом мире знали Алексу Вудс, или, по крайней мере слышали о ней. Ведь она не только сделала себе имя, заходя туда, где сломались и умерли многие представители так называемого «сильного пола», но даже попала в Книгу Рекордов Гиннеса, как самая молодая женщина, поднявшаяся на Эверест без кислорода. Коллеги открыто восхищались ею, а злопыхатели – тайно завидовали её силе и стойкости, мечтая когда-нибудь разгадать секрет быстрого успеха, на что женщина лишь добродушно посмеивалась про себя.
Ведь у неё не было никакого секрета, узнав который, завистники смогли бы в одночасье стать такими же опытными спецами, как она. Секрет её успеха крылся исключительно в подготовленности, о чём она неустанно повторяла всякий раз, когда представлялась такая возможность. А дело было в том, что отец с самого начала вложил в её голову одну простую и очень мудрую мысль – не важно, насколько ты сильна, Природа всё равно сильнее. В схватке со стихией даже у самого сильного человека, было не так много шансов.
Люди, живущие вдали от Природы, привыкли думать, что покорили её, тогда как на деле это была всего лишь иллюзия, самообман. Люди не подчинили Природу, а лишь изменили некоторую её часть, сделав более комфортной для своего проживания. Всё, что смогли сделать Homo Sapiens при при всём своём интеллекте – отгородиться стенами от окружающего мира, создав для себя более благоприятные условия. Убаюканные ложным чувством безопасности и преисполненные ощущения могущества жители современных городов забыли о том, что именно интеллект, а вовсе не сила или выносливость помогли их предкам построить всё это.
Лекси никогда не позволяла себе такой роскоши. А потому, тренируя навыки выживания в экстремальных условиях не забывала пользоваться главным оружием человеческого существа – своим разумом. Она всегда просчитывала несколько вариантов развития любой ситуации, чтобы точно знать, как будет реагировать, в случае если налетит буран или, не дай Бог, сойдёт лавина, и не терять драгоценные секунды, когда от них будет зависеть её жизнь. Но даже не допуская ошибок, Лекси не позволяла себе забывать о том, всё равно витает где-то поблизости, оставаясь статистической вероятностью. В её силах было лишь уменьшить эту самую вероятность.
Забавно,но сама по себе смерть не страшила женщину. Даже до своего злосчастного путешествия на остров Буветоя, она уже не раз оказывалась от волосок от гибели и видела, как гибнут другие. В том числе – её отец, которого Алекса очень любила. Из-за этого страх её страх перед смертью притупился, что и позволяло ей сражаться наравне с инопланетным Охотником. Однако это был её предел. А потому поняв, что испытания, выпавшие на их долю не окончены, женщина сломалась и расклеилась. Дала слабину.
И сейчас, вместо того чтобы на всех парах нестись к кораблю, борта которого могли обеспечить им хоть какую-то защиту от холодного ветра, она рыдала в объятьях Шрама, бессвязно крича от ужаса и безысходности. Хищник, обескураженный столь неадекватным (с его точки зрения) поведением человеческой самки неумело пытался успокоить её прикосновением к спине и волосам. Его толстые пальцы, заканчивающиеся острыми когтями, неуклюже скользили от затылка до лопаток Алексы, давая ей некое подобие утешения. Пришелец ворковал что-то, издавая звуки, судя по всему выражая сочувствие, но она не понимала ни слова.
А если честно – то и не хотела понимать. Вудс было сейчас слишком плохо, чтобы забивать голову столь сложными вещами, как поиск способов коммуникации с представителем внеземного вида. Ей просто хотелось выпустить из себя тот ад, что клокотал сейчас в её душе. Хотелось кричать, кричать и кричать, пока лёд под ними не проломится, увлекая их во тьму ледяной могилы на дне океана.
Эта мысль напугала женщину, заставив на мгновение отвлечься от своих страданий. Она... хотела умереть? Нет! И да. Смерть была лёгким выходом из ситуации, не требующим как либо усилий. Для того, чтобы умереть здесь, достаточно было просто снять куртку и не двигаться несколько минут. Холод сделал бы за неё всё работу. Не пришлось бы даже искать полынью и топиться в ней.
Да, смерть была выходом и представляла собой заманчивый способ разом покончить со всеми проблемами. Просто закрыть глаза и подождать, пока все страхи и тревоги не сменятся кромешной чернотой небытия. Несколько минут пронизывающего холода, который наверняка заставит её тело биться в конвульсиях, и этот поток кошмаров, захлестнувший её сознание наконец, прекратится. Не будет ни страха перед гигантским чудовищем, ожидающим их на вмёрзшем в лёд корабле, ни всепоглощающего чувства вины за тех, кого она не смогла уберечь. Собственная смерть уже давно не вызывала у Алексы того мистического, суеверного ужаса, который испытывали перед ней обычные люди. Однако она не выносила и не могла примириться со смертями, за кого несла ответственность.
Перед мысленным взором женщины вновь закрутились лица людей, с которыми она разговаривала во время экспедиции. Вейланд, Себастьян, Миллер, Руссо, Верхейден... в одно мгновение она видела их живыми, полными энтузиазма и предвкушением открытий, которые должен был принести спуск в Пирамиду, а в другое разум заполняли образы их смерти. Лекси снова и снова видела, остекленевшие глаза Вейланда, умирающего на обледенелых ступенях лестницы и перекошенное от невыносимой боли лицо Себастьяна, умолявшего её смерти. Все эти образы были фрагментированными и теснились в её сознании, наслаиваясь друг на друга
Прежде, Лекси всегда находила способ абстрагироваться от эмоций и никогда не позволяла чувству вины преследовать себя в столь разрушительной и беспощадной манере. Будучи разумным человеком, способным грамотно оценивать риски, она знала, что жизнь не является непреложной данностью и может закончится в любой момент. Особенно если руководить неопытен, а группа преодолела точку безопасного возвращения. Смерть всегда и везде следует за жизнью – таков был естественный порядок вещей.
Однако в смертях членов экспедиции Вейланда и экипажа «Пайпер Мару» не было ничего естественного. Они отличались от тех смертей, которые Алекса видела во время всех своих предыдущих экспедиций, и обеспечили ей кошмары на всю оставшуюся жизнь.
«Оставшуюся?» – видимо она всё же ещё недостаточно отчаялась, чтобы так просто сдаться и умереть. Нет, не этому учил её отец. Поступив так, она покрыла бы позором его имя, одновременно обесценив всё, во что верила. Будучи инструктором по выживанию, Вудс всегда говорила своим подопечным, что они должны бороться за свою жизнь до самого конца, как бы тяжело ни было. А потому сейчас она не имела права поступить иначе, обесценив борьбу тех, кто в отличие от неё, так и не сумели спастись.
Шмыгнув носом, Алекса оторвала голову от груди Шрама, в которую уткнулась во время приступа рыданий и запрокинула голову вверх.Их взгляды встретились и женщина, неожиданно для себя поняла, насколько же красивые у её партнёра глаза. Их глубокий, захватывающий оттенок напоминал о янтаре,который её мать упрямо называла солнечным камнем. Теперь Лекси видела её правоту – глаза Шрама напомнили ей о солнце, на долгие месяцы покинувшем эту землю, а их взгляд согрел не хуже, чем жар, исходивший от покрывающих тело доспехов. Потому что в нём не было осуждения, которон женщина так боялась увидеть. Хищник... понимал её.
Открытие, хотя не такое уж и удивительное, если вдуматься. Шрам ведь наблюдал за ней, и при том достаточно продолжительное время. Он видел, чего стоило ей превращение из кроткой дичи в умную и осторожную хищницу, а потому и не думал осуждать за мгновение слабости. Напротив – издаваемое им мурлыканье звучало словами поддержки, заставляя Алексу удивлённо приподнять бровь. Хищник сочувствовал ей. Мысль показалась такой же бредовой, как всё, о чём она думала с момента окончания побоища, однако интуиция подсказывала, что это правда. Шрам действительно сочувствовал ей. Потому что и сам прошёл через это. И не раз.
Люди, которым посчастливилось не столкнуться с настоящими трудностями, любили повторять что то, что не убивает их, делает их сильнее. Лекси всегда относилась к подобным заявлениям со здоровой долей скептицизма. А теперь, пережив события, которые должны были прикончить её, она с полной уверенностью могла заявить, что эта фраза – полное дерьмо. Да она выжила несмотря трудности, казавшиеся непреодолимыми и совершила подвиг, который едва ли оказался бы под силу кому-нибудь другому. Но стала ли она сильнее после этого? Нет! Лекси не чувствовала себя рождённой заново, и не сравнивала с Фениксом, восставшим из пепла. Да, она прошла через ад, в который её вверг неожиданный поворот Судьбы, но чувствовала себя не закалённой, а сломленной.
Прежде они видела мир полным бесчисленных возможностей и приключений. Всегда была новая гора, на которую нужно было подняться, новая местность, которую нужно открыть и люди,о которых нужно было заботиться. Вудс жаждала открытий, возможности прикоснуться к чему-то новому, прежде недостижимому для неё. Адреналин, наполнявший её кровь всякий раз, когда она заканчивала восхождение к новой вершине, были главным удовольствием в её жизни. А теперь всё это потеряло всякий смысл. Лекси понимала, что никогда больше не сможет смотреть на мир так, как раньше. Потому что теперь ей в каждой тени будут чудиться черные змеи с двойными ртами. А ещё, она никогда больше не сможет по-настоящему расслабиться и всё время будет будет на чеку.
Шрам понимал это, потому что его наверняка заставили пройти через то же самое. И не по одному разу. Поэтому он и мог посочувствовать ей. Однако, земная женщина не могла о ставить без внимания тот факт, что он справлялся с последствиями травмы лучше неё. Это натолкнуло её на мысль, заставив коснуться не до конца зажившей отметины на щеке. Боль всё ещё была сильной.
— Зачем? – просто спросила она, глядя на хищника с неприкрытым укором. – Зачем ты отметил меня? Зачем дал мне это копьё?
При этих словах, онемевшие от холода пальцы Алексы до боль стиснули древко оружия, неоднократно спасавшего её жизнь.
— Зачем? Я... не Охотница, которую ты во мне видишь... – это признание далось ей не без труда, так как она ненавидела чувствовать себя слабой. Однако она должна была это сказать. Она хотела быть честной по отношению к Шраму. Если они собирались пойти дальше и охотиться, он должен был знать, что не может полагаться на ней как раньше. Иначе она подведёт его.
Последнее заявление привело хищника в лёгкий ступор. Он чуть склонил голову на бок, изучая её в течении нескольких десятков секунд, а затем издал раздражённое пощёлкивание. Его лапища сжалась на её пальцах, не позволяя выпустить копьё.
— Охотница... – маска воспроизвела сказанное ей слово с утвердительной интонацией свидетельствовавшей о том, что Шрам до сих пор не потерял веру в неё. Сама Лекси могла сомневаться в себе, однако уверенность хищника в ней оставалась непоколебимой.
— В самом деле? Даже после того, что я тут устроила? – скептически усмехнулась она, ощущая замерзающие на щеках слёзы.
Шрам не ответил. В базе данных его компьютера было недостаточно слов для обсуждения столь сложной темы, поэтому хищник вышел из положения со свойственной ему прямотой оттенённой неким странным изяществом. Он просто взял и положил тяжёлую лапу на плечо Алексы и притянул её к себе. У женщины перехватило дыхание от этого жеста. В такой близости разница в росте и комплекции была более, чем очевидно. Шрам был на две головы выше её и на порядок крупнее. Воинственный инопланетный охотник – огромный и устрашающий. Но не для неё. Его объятья значили для неё тепло и безопасность. Тихую гавань посреди снежной бури.
Неожиданно Лекси ощутила почти непреодолимое желание коснуться его в ответ. Вновь ощутить жар его могучего тела и гладкость чешуйчатой кожи под пальцами. Упиться мускусным, рептилийным запахом,который наверняка заглушил бы въевшееся в её ноздри зловоние смерти. Все те случаи, когда им приходилось ощущать близость друг друга, разом всплыли в её голове, заставив потерять контроль над собой. Обычно, Вудс предпочитала прислушиваться к голосу разума и игнорировала зов сердца, боялась, что тот приведёт её к катастрофе. Но сегодня чувства всё же взяли верх над холодной логикой, заставив женщину исполнить желаемое
Из-за разницы в росте она не могла полностью скопировать жест хищника и дотронуться до его плеча, на котором, к тому же, располагать электронная пушка. Поэтому дотронулась до его руки, надеясь, что Шрам поймёт, что она хочет сказать. Его шкура показалась обжигающей-тёплой в сравнении с холодным воздухом вокруг них, и Лекси застонала от блаженства. Находясь так близко к нему, она почувствовала, сколько жара излучает его тело и, вопреки здравому смыслу, возжелала впитать его своей кожей.
Как тогда, в иглу, когда они согревались теплом друг другом лёжа на куске старого брезента. Воспоминание заставило её щеки вспыхнуть, ведь на них тогда почти не было одежды. Совсем как в том сне, когда Шрам сделал ей своей женщиной, овладев прямо на варварском алтаре. Все эти мысли заставили отчаяние и смерть отступить во тьму снежной ночи, потому что Лекси внезапно поняла, что её жизнь ей больше не принадлежит. Приняв копьё из рук Шрама и позволив ему нанести метку на своё лицо, она навсегда связала Судьбу с инопланетным охотником. Теперь она принадлежала ему ровной в той степени, что и он принадлежал ей.
Почему-то это открытие воодушевило Алексу и наполнило её сердце такой радостью, что ей захотелось прыгнуть в объятия своего товарища и поцеловать его. И лишь тот факт, что подобное поведение едва ли было уместным, заставил её промедлить. Шрам был инопланетянином и едва смог бы ответить взаимность. Зная его он мог бы даже попытаться укусить её крабьими челюстями...
«Стоп! Взаимностью?!» – поражённая признанием, которое выдал её воспалённый мозг Алекса затаила дыхание, боясь пошевелиться. Шрам был... небезразличен ей. Она поняла это ещё в тот момент, когда обрабатывала его раны медицинским гелем, пытаясь вырвать его из цепких когтей смерти. Однако до неё только сейчас дошло, насколько этот хищник был небезразличен ей.
«Просто союзник, ну да, как же!» – фыркнула про себя мулатка, осмелившись совершить небольшое телесное исследование и провести ладонью по затянувшимся ранам. Шрам чуть заметно вздрогнул от её неожиданного прикосновения, их взгляды встретились и, Лекси могла поклясться в этом, между ними возникла искра. Нечто такое, чего не смогли бы понять ни в этом мире, ни в других.
Страх перед возможными последствиями всё ещё таился в её разуме, но желание признаться в своих чувствах, эволюционировавших от нежеланной привязанности до щемящей нежности, перемешанной с извращённым желанием, оказалось сильнее. Ладони женщины скользнули по телу хищника вверх, добравшись до маски. Она хотела увидеть его лицо. Более того – ей было это необходимо. Ощупав данную деталь амуниции Лекси довольно быстро поняла – как она снимается. Открепив пару шлангов, из отверстий в которых вышел газ, она уцепилась за шлем под подбородком и тянула на себя, пока тот отделился с влажным треском.
Хищник выглядел жутковато. Его обрамлённый рядами мягких колючек лоб был слишком широким и массивным, а глазные впадины – слишком глубокими и тёмными. Его утыканный мелкими, иглоподобными зубами рот, окружённый четырьмя челюстями, похожими на крабьи лапки рот мог вызвать кошмары у впечатлительных, но Лекси было уже всё равно. Ведь она знала, что всегда будет доверять ему,как бы он ни выглядел и чтобы в дальнейшем не совершил. Не колеблясь более ни секунды она прикоснулась теряющими чувствительность пальцами к ритуальной отметине на его лбу, а затем положила руки по бокам от широченнной головы.
— Доверься мне... просто доверься, – сбивчиво прошептала Алекса и, когда Шрам, пусть неуверенно и, как ей показалось, даже немного неохотно, наклонил голову, коснулась губами места между глаз, вложив в этот поцелуй все свои противоречивые чувства.
Ситуация была очень рискованной, а потому женщина ни на секунду не закрывала глаз, внимательно следя за реакцией хищника. Она готова была отпрянуть при первых признаках недовольства или агрессии с его стороны, но Шрам ничем не показывал, что прикосновение её губ было ему неприятно. По правде сказать он вообще не двигался и только смотрел на неё своими потрясающими, янтарными глазами, сверкавшими в ночи словно два жёлтых фонаря. Вкус у пришельца был просто космический, а потому Лекси задержала губы на его коже чуть дольше, чем собиралась. Осознав это она отстранилась, усмехаясь своей глупости.
— Прости, ты, наверное, даже не понимаешь, что это значит... – начала она, но он прервал её прикосновением лапы к щеке.
Шрам понимал. И был не против. Вторая его рука вновь легла на плечо Алексы, ну а та, в свою очередь, обвила руками его широкую талию. Женщина и хищник замерли стоя лицом друг к другу посреди безграничных полярных просторов. Объединённые чувством которое было древним уже в те времена, когда Человечество ещё жило в пещерах и с деревянными копьями и каменными топорами охотилось на мохнатых мамонтов, они полностью растворились друг в друге, соприкасаясь лбами с деликатной нежностью.
— Вместе мы – сила, – прошептала Вудс, делясь с ним своими чувствами и Охотник из Космоса кивнул, повторяя её слова.
— Вместе мы – сила... – оба синхронно закрыли глаза, желая насладиться тем, что совершенно неожиданно обрели друг в друге.
