Глава 12.Make Love, not Hunt,Scar.
23 октября 2021 г., 03:34
Страсть нахлынула на них подобно приливной волне, что накатывает с моря после землетрясения и сметает всё на своём пути. Психологические барьеры, если они ещё оставались в сознании, окончательно рухнули. Алекса прижалась к Шраму, целуя его со страстью Охотницы, добывшей действительно достойный трофей. Хищник отвечал ей тем же, сжимая человеческую женщину так крепко, что ей в какой-то момент стало почти больно. Однако, это была приятная и желанная боль, и Лекси жаждала её, как напоминание, что они есть друг у друга. Что она не одна на этой обледенелой и поеденной кислотой посудине, забитой мёртвыми телами как холодильник в морге. Что у неё есть надёжное плечо в виде её союзника, партнёра, а теперь ещё и любовника. Шрама.
Хватка когтистых лап, собственнически сжимавшихся на её ягодицах, служили ощутимы подтверждением, что они есть друг у друга. Что они вместе – отныне и навсегда. И куда бы ни пошёл один, второй обязательно отправиться следом. Вместе они были силой и могли справиться с чем угодно. Преодолеть любой ледник, взойти на любую гору и, конечно же, повергнуть любого монстра.
Лекси пыталась выразить это движением языка, скользящего по внутреннему краю зубастого рта, и Шрам незамедлительно отреагировал на это. Его вертикальный, мускульный рот напрягся, создавая эффект орального вакуума, и язык женщины оказался втянут в эту жаркую и влажную утробу, окружённую колючками костяных выступов. От неожиданности Алекса протестующе замычала, пытаясь отстраниться, но шансов у неё не было. Лицевые клещи, и так державшие её лицо достаточно крепко, отреагировали на непроизвольное движение ожесточением хватки, от чего на мгновение она даже почувствовала боль. Да и всасывание стало более интенсивным, окончательно лишив её возможности освободить язык из зубастой ловушки, в которую она так опрометчиво его сунула
Шрам же, видимо решил, что в таком положении партнёрша точно никуда не денется, оставил в покое её уже порядком намятый зад, занявшись исследованием других частей женского тела. Его ручищи задвигались по её спине и бокам, время от времени опускаясь на бёдра и задницу. Прикосновения были сильными и настойчивыми, но два слоя плотной одежды не позволили Лекси в полной мере насладиться ими. Её партнёр тоже явно не был доволен тем что какие-то тряпки мешают его телесному исследованию, и постепенно начал избавлять свою самку от них. Его пальцы словно пинцет зацепили застёжку «молнии» на парке и расстегнул и её.
Лекси не знала, не могла быть уверена, чувствует ли Шрам то же самое по отношению к ней или же просто пользуется возможностью удовлетворить чисто-физическое желание? Психологическая связь между сексом и насилием была очевидно, так что происходящее могло ничего не значить для хищника. Чёрт, он был инопланетянином, а значит мог не чувствовать вовсе, однако она не беспокоилась из-за этого. Охотницу просто не волновали подобные мелочи. Прямо здесь и сейчас они были живы и могли подарить свою любовь друг другу. Что ещё было нужно для счастья? Краткого, но яркого как вспышка молнии, охотничьего счастья.
И они собирались вкусить его в полной мере. Как инструктор по выживанию, Лекси понимала, что им не стоит поступать столь опрометчиво. Что лучше сэкономить силы для борьбы с холодом, который снова возьмётся за них едва остынет реактор. Понимала, но забила на это. Прямо сейчас ей было всё равно. Она просто хотела заниматься любовью со своим хищником. Но не здесь. Не посреди разгромленного Королевой Змеев коридора. Постучав по плечу напарника, Вудс знаками показала, что хочет уйти отсюда.
Не прерывая цепкого, перманентно-кусачего поцелуя, Шрам отнёс её в ближайшую не обледенелую каюту. Этот уровень находился в непосредственной близости от реактора, а потому ещё не успел промёрзнуть, как остальные. Да расползавшаяся от Улья черная органика существенно повышала температуру. Поэтому, обнаружив комфортное для занятий любовью помещение, хищник распахнул дверь пинком ноги, от которого та чуть было не слетела с петель. Добравшись до кровати, он грубо швырнул на неё свою женщину, освободив наконец, её распухший и уже немилосердно побаливающий от длительного сосания язык из зубастого плена.
Резкая смена положения на некоторое время дезориентировала Лекси, одновременно заставив задаться довольно странным для ситуации вопросом – как выглядят спальные места хищников? Пытаясь восстановить чувствительность в онемевшем и неприятно пульсирующем языке женщина усилена размышляла – есть ли у них кровати, или же представители его вида обходятся без них, предпочитая спать на полу? А может используют гамаки или и вовсе какие-нибудь бассейны с питательной жидкостью? В конце концов, Шрам был инопланетянином, и, к тому же ещё и рептилойдом, а от такого сочетания можно было ожидать всего чего угодно.
«Вот будет весело, если это всё-таки бассейны» – с какой-то бесшабашной весёлостью подумала про себя Лекси, представив, как будет спать со Шрамом в таком, учитывая что люди, всё-таки дышат газовой смесью, а не жидкость. «Вот это я понимаю, добро пожаловать на брачное ложе, жена. Жена? Боже! Что я такое несу?!» – осознав, что подобные размышления заведут её совсем уж не в ту степь, Лекси попыталась направить поток сознания в другое русло, но было поздно. Она совершила оговорочку по Фрейду и теперь вынуждена была признать, что она хотела хищника, и что это была не просто разовая акция. Она хотела его на постоянной основе. Хотела, чтобы он остался с ней на всю жизнь, хотя мысль об этом пугала, заставляя задумываться о своей адекватности.
Меж тем Шрам тоже хотел её, и явно не собирался ждать,пока партнёрша продумает всё и разложит по полочкам. Он был властен, напорист и нетерпелив, как и подобало Охотнику, добывшему действительно достойный трофей, и теперь возжелавшему получить причитавшуюся ему награду. Нависнув над своей женщиной, хищник бесцеремонно потянул за застёжку на «молнии» её комбинезона, расстегнув её с коротким и резким «вжик». Это почти напугало Алексу, и она воззрилась на нависшую над ней массу зубов, когтей и мышц, ощущая, как страх и вожделение противоборствуют в её разуме, словно два огромных и голодных чудовища.
Ощутив перемену в её реакции по запаху, Шрам издал успокаивающую трель, похожую на удовлетворённое урчание ласкающегося тигра. Ему нравилось, что человеческая самка доверяет ему, и когда это доверие затрещало, он сразу же начал мурлыкать чтобы расслабить её и снять напряжение. Хищник был молод и никогда прежде не спаривался, но инстинкты подсказывали, что этот звук успокоит партнёршу. И действительно, едва созданная его рыком вибрация распространилась по её телу, как тревога начала сменяться спокойствием. Сделав глубокий вдох, Лекси расслабила напряжённые мышцы, и улыбнулась Шраму.
Хищник помог ей сбросить с плеч расстёгнутую ранее парку, а затем очередь дошла и до комбинезона, который он спустил до пояса всё с той же невозмутимой бесцеремонностью. После секундного колебания, потраченного на борьбу с желанием прикрыться, Алекса откинулась на спину и задрала ноги, позволив обнажить себя окончательно. В этот раз Шрам, вопреки её ожиданиям, действовал деликатно и даже потратил время на то, чтобы расшнуровать её тяжёлые ботинки, прежде чем ловко стащить их с неё.
Чтобы было удобнее, он по очереди упирал их подошвами в броню своего нагрудника и не спеша развязывал шнурки, ловко управляясь с ними своими толстыми пальцами, похожими на страдающие от ожирения сосиски. Вид склонившегося над кроватью, сосредоточенного хищника, показался ей почти милым, от чего Алекса выдохнула и расслабилась. Поверила в его безобидность.
К сожалению, выдержки Шрама хватило только на ботинки. Остатки розовой ткани, болтавшейся вокруг её пояса, он сорвал с неё одним махом, заставив любовницу вскрикнуть от неожиданности. Колебания темпа от быстрого к медленному и обратно сбивали с толку, однако хищник не планировал останавливаться или давать ей передышку. Возбуждённо шевеля жвалами, двигавшимися как лапки перевернувшегося на спину краба, он попытался срывать с неё и термосберегающее бельё, впервые с момента их встречи продемонстрировав неловкость. Обращаться с лифчиком межзвёздный Охотник, как оказалось, не умел, от чего Алекса хихикнула.
Эта деталь женского гардероба не в первый раз ставила в тупик представителей мужского пола, с которыми Алекса Вудс решала повзаимодействовать, но она и представить не могла, что перед ним окажется бессилен даже грозный пришелец из космоса. Продолжая хихикать, она оттолкнула от себя корявые конечности Шрама, пытавшиеся сорвать эластичную ткань, и воскликнула:
— Стой! Я сама, – налетевший со стороны двери сквозняк заставил мулатку поёжиться и добавить. – И дверь закрой. Холодно.
Шрам непонимающе посмотрел на неё, забавно наклонив голову и свесив путаницу червеобразных дредов на один бок. Поначалу Лекси подумала, что он просто артачится, не желая, чтобы его отгоняли от вожделенного женского тела, но потом поняла – его маска пропала. Они оставили её в коридоре, чтобы она не мешала им целоваться, а значит – он теперь не мог как понимать её, так и отвечать, воспроизводя нарезку услышанных слов. Можно было, конечно, сходить за ней, но Лекси опасалась не дотерпеть.
— Закрой дверь, – терпеливо повторила она, указав в сторону дверного проёма, из которого тянуло холодом, и сделала характерный жест рукой. Как будто и правда закрывала что-то. Подумав немного, Хищник кивнул и потопал выполнять приказание.
Сама же она воспользовалась моментом, чтобы снять с себя деталь одежды, чуть было не ставшей камнем преткновения в в их любовных играх. Поначалу, она хотела снять заодно и трусики, но потом решила не лишать Шрама этого удовольствия. Ему явно нравилось раздевать её, и женщина была готова доставить ему удовольствие. Побаловать, своего хищника, раз это было в её силах.
Когда дверь с оглушительным хлопком закрылась, возвестив о том, что её просьба выполнена, а хищник направился к кровати, явно намереваясь посокрее вернуться к прерванному занятию. Лекси остановила его, взмахом выставленной перед собой ладони:
— Не так быстро, большой парень. Я хочу увидеть твоё тело не меньше, чем ты моё. Раздевайся! – чтобы не было вопросов, Вудс сопроводила приказ соответствующим жестом. Провела ладонями по голому телу, изображая, что избавляется от невидимой одежды.
Шрама зрелище явно завело, и он заколебался, прикидывая – подчиниться, или взять её прямо так, в одежде? Взять её силой.
— Раздевайся, – без страха повторила женщина, не отводя потемневших от похоти глаз. – Я хочу видеть тебя всего, целиком.
Их безмолвное противостояние длилось с четверть минуты, прежде чем, инопланетянин всё-таки подчинился и принялся разоблачаться с неспешностью воина, только что вернувшегося после смертельной схватки. Наплечники, армированные браслеты на руках, в одном из которых скрывалось двухклинковое лезвие, а во втором чернело гнездо для бомбы, использованной ими в пирамиде. Один за одним элементы падали на застеленный ковром пол, производя глухой, погребальный стук. Избавляться от сетки хищник, конечно же, не стал, но эта деталь облачения даже заставила его выглядеть ещё более эротичным и желанным для Алексы.
Наконец, набедренная повязка рухнула к ногам пришельца с тяжким, приглушенным грохотом и она увидела сокрытое под ним.
— Бронированное бельё, серьёзно? – женщина не знала,плакать ей, или смеяться. С одной стороны, выглядело это прикрывающее пах, выпуклое пластинчатое сооружение и правда нелепо. С другой – доказывало, что мужчины его расы так берегли своё хозяйство, что даже позаботились о его дополнительной защите. Вот уж правда, открытие из разряда – хоть стой, хоть падай.
Шрам, впрочем, её веселья не оценил. Зарычав, он решительно пересёк комнату парой широких, пружинистых шагов и снова навис над Алексой, устроившейся полулёжа на кровати. Пылающий взгляд его жёлтых глаз, походивших сейчас на кусочки просвеченного солнцем янтаря и неприкрыто-доминирующая поза красноречивее любых слов говорили о желании инопалнетянина.
— Удостаиваешь меня этой чести? – Алекса вскинула бровь и усмехнулась, но желание хищника всё-таки выполнила. Чтобы снять с него броне-трусы ей пришлось сесть, подогнув под себя ноги и позволив грудям свободно свеситься на живот. Её пальцы пробежались по краю ремня, опоясывавшего чешуйчатые бёдра и довольно быстро нашла застёжку. Опыт взаимодействия с его боевым шлемом дал ей исчерпывающее представление о том, как устроен крепёж на его броне. Поэтому тяжелая пластина вскоре оказалась на полу, а в лицо женщине уткнулся здоровенный зелёный член хищника. Он впечатлял, одновременно внушая опасения.
Почти такой же толстый, как рукоятка от швабры, он обладал совершенно инопланетным цветом незрелого манго и очень необычной фактурой. Его поверхность казалась сморщенной из за большого количества борозд и складок, а угрожающе выпуклая и чуть приострённая у вершины головка уже выделяла первые капли ярко-зелёной жидкости, не ярко фосфоресцирующей в полутьме.
Её запах был совершенно необычным и непохожим ни на что из того, что когда-либо нюхала Лекси. От запаха его предэякулята её дыхание перехватило, а мысли окончательно уплыли куда-то в дымку. Желая распробовать манящий запах всеми своими обонятельными рецепторами женщина сжала его рукой у основания и пододвинула поближе к лицу, ощущая как глаза закатываются внутрь черепа от удовольствия. Она наверняка взяла бы его в рот и сосала словно самый большой и экзотический леденец в жизни, если бы прикосновение горячей, чешуйчатой кожи не отрезвило её, заставив понять, какой же всё-таки огромный у Шрама член.
«И он собирается засунуть это в меня?! Вот уж нет!» – в страхе Лекси попыталась отступить, но было поздно. Положив тяжеленную ручищу на её плечо, Шрам легко уронил женщину обратно на кровать и небрежным движением сорвал уже давно начавшие промокать трусики. Явно довольный данным фактом он заурчал, скривив жвала в ухмылке. Увидев её Лекси испугалась ещё сильнее и в панике попыталась свести ноги, но хищник был намного сильнее, а потому очень быстро подавил сопротивление.
Она оказалась на кровати, придавленная к матрасу его источающим жар телом. Чтобы окончательно иммобилизировать партнёршу, Шрам взял её запястья широченной лапищей, и прижал их к подушке за головой. Затем поставил колено между и небрежно раздвинул её ноги на максимальную ширину, а сам занял положение между ними. Поёрзав в робкой попытке вырваться, Лекси подняла на хищника большие, карие глаза и, прочитав в его ответном взгляде суровый приговор, смирилась с неизбежным.
Обратной дороги не было. Почувствовав, как шрам трётся об неё своим жёстким, рептилийным телом, Лекси издала лёгкий стон. Парализованная смесью страха и предвкушения , она могла лишь ждать, что с ней сделает хищник. При этом, половина её была напугана тем, на что, по её прикидкам, был способен этот инопланетянин, а другая половина не могла дождаться момента, когда это произойдёт. И вторая была больше, чем первая. Страх не подавлял физическое влечение, а лишь оттенял его. Делал острее и резче, необузданнее. Глядя снизу вверх на щёлкающего жвалами хищника она чуть сжала его коленями, давая понять, что она в порядке.
Шрам заурчал, ощутив первой, пробное пожатие её бёдер, и Лекси кивнула, приглашая его продолжить. Она с самого начала знала, что так и будет. Что в их первый раз он окажется сверху, а она – под ним, и примет то, что он ей даст, как хорошая девочка. А вот потом уже она оседлает его, и будет кататься столько, сколько захочет. После чего они придумают что-нибудь ещё. Ночь за Полярным Кругом не имела конца, и они могли взять друг друга столько раз, сколько хватит сил. А потом и ещё разочек, и ещё один.
Когда Шрам не овладел ей незамедлительно, как поступила бы, наверное она на его месте, Лекси подумала, что он, наверное, взволнован не меньше неё. Попытка уловить признаки каких-то эмоций по его свирепому и грубому лицу ничего не дали и женщине осталось лишь теряться в догадках по поводу причины этой небольшой остановки. К счастью, ответ пришёл сам собой, когда свободная рука Шрама заскользила по её животу и груди, внимательно изучая рельеф женского тела. Он не сомневался, просто хотел провести более детальное исследование безо всяких помех с её стороны, и в полной мере насладиться тактильным контактом.
Поскольку возможности как-то повлиять на процесс у неё всё равно не было, Лекси расслабилась под Шрамом и закрыла глаза, получая удовольствие от скольжения его чешуйчатых ладоней и негромкого щебета у себя над ухом. Прикосновения были приятны в любом месте, но когда хищник касался груди, или бёдер женщина испускала лёгкие возбуждённые стоны. Какое-то время они оба просто наслаждались этой игрой, а затем Лекси почувствовала, как нечто твёрдое и ребристое трётся о нижнюю часть её живота.
Отступивший было страх вернулся и снова потёк по венам женщины, когда она поняла что это достоинство хищника. В таком положении оно показалось ещё более огромным, и она начала опасаться, что он разорвёт её. К счастью, этого не произошло. Возбуждение помогло её телу выделить достаточно смазки, благодаря чему он вошёл практически беспрепятственно. Что, впрочем, не избавило Алексу от боли. Она пронзила мозг женщины подобно электрическому разряду и импульсами распространилась по всему телу. Сцепив зубы, чтобы не закричать, она воззрилась на Шрама полными боли глазами, надеясь найти немножечко снисхождения.
Ей нужна была передышка, чтобы приспособиться к размеру того, что проникло в её тело, и, о чудо, она получила её. Нависнув сверху, Шрам несколько минут просто гладил её большими и сильными руками. Даже запястья, прежде так и остававшиеся прижатым к подушке над головой, освободил. Удерживать их более не было необходимости. Лекси не думала сопротивляться или отталкивать любовника. Вместо этого она обняла его обеими руками и прижала к себе, ожидая пока испускаемая его телом вибрация поможет расслабиться. Вскоре женщине удалось преодолеть боль и они продолжили, в полной мере наслаждаясь обжигающей близостью.
Опираясь лапами о кровать Шрам быстро задвигал корпусом, трахая её с силой и скоростью сваебойной машины. Их тела соединялись с неистовостью, пропорциональной жару того пламени, что наконец-то разгорелось в полную силу. И каждый раз, когда Шрам врезался в неё, Лекси приподнимала бёдра, чтобы встретить его. Грань между удовольствием и болью перестала существовать и они слились воедино, переполняя тело человеческой женщины. Она задыхалась, метаясь по кровати и бессознательно обнимая хищника за шею. Цепляясь за него, пока он продолжал толкаться в её тёплое тело, обнимавшее его подобно резиновой перчатке.
Лекси не могла сказать – как долго они занимались «любовью». Быть может всю ночь, а может и ещё дольше. Она потеряла счёт времени, как впрочем и связность мыслей. Не видя и не помня ничего вокруг женщина могла лишь стонать от удовольствия, извиваясь и дёргаясь в ответ на всё новые и новые движения хищника. В какой-то момент он ускорился так, что стало бы больно, если бы не удовольствие, буквально поджаривавшее кору больших полушарий. Выгнувшись на кровати всем телом, Лекси издала хриплый крик, которому вторил оглушительный рёв Шрама, сумевшего, наконец-то, освободиться внутри неё, наполнив любовью...
Затем женщина и хищник прижались друг к другу на кровати и уснули, заключив друг друга в любовные объятья. Слишком уставшие, чтобы заботиться о чём-либо, они не услышали, звук открывшейся двери в глубине коридора и чьи-то осторожные шаги...
***
Шрам и Алекса так увлеклись празднованием победы, что упустили из виду один немаловажный факт. А именно – хитрость убиенной, как они думали, Змеиной Королевы. А ведь она не была достаточно альтруистичной, чтобы пожертвовать собой даже ради будущего своего вида на этой планете. Не-е-ет, старая самка собиралась выжить любой ценой, а потому приняла меры для этого. Как только нервная система будущей королевы, вызревавшей сейчас в теле носителя, полностью сформировалась, Мать совершила кощунственный акт предательства собственной плоти и крови. Она вторглась в сознание нерождённой особи и разорвала его. Уничтожила зарождающуюся личность, создав пустой, но полностью функционирующий сосуд для существования своего разума. И теперь,когда её тело умерло и упокоилось на дне водной могилы, она переместилась в мозг активно развивавшегося зародыша, продолжая жить за счёт собственной дочери. Ей не впервой было приносить детей в жертву своему выживанию, а потому чужеродная особь, нисколечко не сожалела о содеянном. Ведь она-то выжила и оказалась в тепле и безопасности живой, утробы. Королевскому эмбриону и так нужно было гораздо больше времени, чтобы созреть и вылупиться, но самка решила, что будет сдерживать рождение до тех пор, пока не придёт другой корабль. Чтобы попасть на него, она собиралась воспользоваться новообретённой способностью контролировать разум своего носителя. В обычном состоянии её управление было бы грубым и мало-эффективным, но сейчас, когда она находилась внутри человеческого существа и могла влиять на его мозг не только ментально, но и био-химически, более тонкие манипуляции становились возможными. Всё ещё сложными, но уже возможными. Для неё-то уж точно. Поворочавшись немного в попытках устроиться поудобнее, Королева решила, что в этот раз попытается сделать врагов союзниками и заручиться их поддержкой. Если она будет достаточно тонко манипулировать носителем, то сможет обмануть их. Втереться в доверие. А потом убить руками тех, кто будет на том корабле. Вылупившись она будет слишком маленькой и слабой, чтобы вступить в новую схватку, поэтому родится перед людьми будет плохой идеей. Нет, лучше она заставит носителя сказать, что это они убили всех остальных здесь. Королева не разбиралась во взаимоотношении двуногих, но догадывалась, что это сработает. Ну а когда с врагами будет покончено, а сделает с тем кораблём то же самое, что сделала с этим – превратить его в свой новый Улей. Но только после того, как убедится, что двуногие сдвинули корабль с мёртвой точки. Только они могли привести в движение эту огромную груду железа. Знай она это прежде – не стала бы убивать здесь всех. Но любое знание, как известно, приходит с опытом. Королева умела учиться на своих ошибках и не сомневалась – на этот раз у неё получится выбраться с проклятого ледника.
