Новое Начало в Новом Мире

      Лёжа на койке в объятьях Шрама, Лекси чувствовала, как овладевшее ею состояние тела, духа и разума медленно отступает, растворяясь в послесвечении отступившего удовольствия. Охотница, которой она стала на некоторое время, ушла. Затаилась в тёмных глубинах подсознания где-то на уровне инстинктов. Эта холодная, безжалостная, а в чём-то даже садистская сущность не исчезла полностью. Женщина всё ещё чувствовала её и знала, что Охотница наблюдает за происходящим и готова вернуться при первых признаках опасности. Но пока всё было спокойно и они обе – оставались в каюте, в крепких и сильных руках своего хищника.       Происходящее с ней попахивало диссоциативным расстройством, но Вудс почти не беспокоилась об этом. Как специалист по выживанию она, конечно, знала что в попытках уменьшить стресс из-за экстремальной ситуации человеческий мозг, порой выдаёт странные эффекты, но всё же чувствовала, что в происходящем с ней кроется нечто другое. Она не сошла с ума из-за событий в пирамиде и их продолжения на обледенелом корабле. Нет, случившееся лишь закалило ей открыв новую грань личности по имени Алекса Вудс. И грань эта оказалась весьма неожиданной. Охотница пугала своей кровожадностью, но привлекала силой, мастерство и некой тёмной харизмой. Той самой порочной притягательностью, что окружала её инопланетного спутника подобно рваному плащу.       Отвлёкшись от своих мыслей, Алекса посмотрела на мирно дремлющего под ней Шрама нехотя приподняв голову с его вздымающейся груди. Покрывавшая её сетка источала тепло, из-за чего под накрывавшим их одеялом образовалась комфортная, тропическая атмосфера, резко контрастировавшая с царившей снаружи прохладой. За те несколько часов, в которые они активно дарили друг другу свою любовь, заглушенный кем-то из моряков реактор успел остыть. Холод добрался до внутренних помещений ледокола, превратив их в настоящий морозильник. Только их каюта сопротивлялась обледенению благодаря технологиям хищника.       Снаружи были холод и смерть, прямо в их сердце ещё теплилась жизнь и любовь. Это было так странно, но вместе с тем так хорошо. Женщина провела ладонями по мужскому телу под ней, наслаждаясь рельефом обтянутых чешуйчатой шкурой мускулов.       «Шрам...» – одна только мысль о нём наполнила Алексу нежностью и душевной теплой почувствовав которую, Охотница свернулась калачиком и довольно заурчала в глубине её разума. Несмотря на сомнительное начало, во время которого хищник с товарищами перебили половину её отряда и пытались убить её, Лекси довольно быстро прониклась симпатией к своему спутнику и полюбила его. Да, они создали шаткий, неустойчивый союз лишь для того, чтобы противостоять чёрным змеям, воплощавшим в себе угрозу для всего живого, но это небольшое перемирие стало основой для чего-то... хи, большего. Для их страстной любовной связи.       Женщина невесело усмехнулась своим мыслям. Если бы перед этой экспедицией кто-нибудь из товарищей сказал ей, что вскоре она объединится с неким инопланетным Охотником и будет сражаться бок о бок с ним, чтобы защитить планету от заражения, она бы рассмеялась этому человеку в лицо и отправила бы его на психологическое освидетельствование, запретив сходить с корабля. Однако так всё в итоге и получилось. Они со Шрамом стали командой и, за время пути на поверхность, прониклись друг к другу искренним уважением. Сам хищник судя по всему, воспринимал её как равную. Иначе он не снял бы перед ней свою маску и не позволил увидеть своё истинное лицо. И уж точно не стал бы отмечать её кислотной кровью, одного из убитых ими чёрных дьяволов.       События произошедшие после этого ещё больше сблизили их. Лекси содрогнулась, вспомнив как сильно волновалась и злилась на собственное бессилие, когда думала, что Шрам умрёт на её руках, а она ничего не сможет сделать. И как из последних сил тащилась по льду к его спасательной капсуле, чтобы достать необходимое, чтобы починить нагревательные элементы его брони. Сражаясь с чужими они стали союзниками и товарищами, однако по-настоящему сработанной командой их сделало противостояние холоду. В этом непростом деле Шраму пришлось полностью положиться на неё, признав что она может вести, а не только следовать.       Хищник был упрям и привык полагаться на собственные суждения и инстинкты. Ему не просто было признать её по-настоящему равной себе. Но он сделал это, пусть и не без труда. Так от союзников, вынужденных сражаться вместе чтобы выжить, они сделали шаг к товарищам, доверие между которому возросло настолько, чтобы позволить им спать в одном иглу, согреваясь теплом тел друг друга. Ну а там уже и до любовников было недалеко. Данная мысль смутила Алексу, вынудив уткнуться лицом в голую грудь Шрама.       Она до сих пор не могла понять – как такое вообще могло произойти? Вроде бы они не была ни извращенкой, ни фетишисткой, помешенной на рептилиях. Да и столь агрессивно-брутальные мужчины её прежде особо не привлекали. Её чувства к Шраму противоречили всему, что молодая женщина знала о себе, поэтому она, пока что, ограничилась их признанием, решив обдумать всё в более спокойной обстановке. Сейчас она была слишком расслаблена чтобы задавать себе столь серьёзные и судьбоносные вопросы.       Вместо этого женщина предпочла обдумать вещи, впрямую касавшиеся их теперешнего положения. С присущим её профессии прагматизмом она пыталась прикинуть – как давно «Пайпер Мару» не выходила на связь и через сколько за ними пришлют спасательную команду? А главное – хватит ли у них сил продержаться так долго? Не привыкшая тешить себя иллюзиями Алекса чётко осознавала, что корпус корабля окажется раздавлен натиском льдов в самое ближайшее время. Смерть Королевы, расплавившей днище трюма своей кислотной кровью только ускорила этот процесс. Сократила отпущенное им время до нескольких часов. По хорошему им бы не валяться сейчас в постели, подобно пресытившимся друг другом любовникам, а выбираться с обречённой посудины. А перед этим желательно завернуть на камбуз и запастись едой. Пингвинье мясо это, конечно, не плохо, но популяция водоплавающих птиц была ограничена. А они и так уже нанесли ей существенный урон тем взрывом. Не стоило усугублять ситуацию.       В общем сделать предстояло многое, а времени разлёживаться не было. Но даже сознавая это, Лекси не могла заставить себя вылезти из кровати. В объятьях Шрама было так хорошо, так тепло и уютно, что она раз за разом откладывала момент окончательно пробуждения, раз за разом повторяя про себя: «Ну ещё пять минуточек». Её телу требовался отдых. Адреналин часами тёк по её венам и теперь, когда он иссяк, а разливавшееся по телу удовольствие схлынуло, женщина разом почувствовал всё. Каждый порез, каждый синяк, каждую потянутую мышцу. Ей нужно было чуть больше времени, чтобы прийти в себя. Ещё пять минуточек, и ещё.       Меж тем проходили часы, пока они оба дрейфовали в сладостной полудрёме. Убаюканная плавным течением своих мыслей, Алекса, в конце-концов, позволила себе поверить, что всё будет хорошо, и спасательная экспедиция прибудет раньше, чем «Пайпер Мару» утонет. В конце концов Вейланд был миллиардером и владельцем одной из крупнейших компаний на рынке роботостроения. Человека его уровня должны были начать искать сразу после того, как с ледоколом, на котором он отправился, оборвалась связь.       «Они заберут нас отсюда» – вяло размышляла про себя Лекси. – «Вернут на Большую землю, и мы оставим ледяной ад позади».       Вопреки её ожидания эта мысль отозвалась небольшим уколом сожаления, исходившем от затаившейся в её сознании Охотницы. И хотя пока облегчение от мысли о том, что её жизнь вскоре, снова вернётся в нормальное русло – настолько нормальное, насколько это вообще возможно для женщины, поставившей своей целью лазить по горам ради спортивного интереса – Алекса не могла не задаваться вопрос – действительно ли она сможет вернуться домой как будто ничего не произошло? Как будто всего этого не было?       «Конечно же нет!» – поняла женщина. Теперь всё будет по-другому. Во-первых, все кого она привела в Пирамиду, были мертвы, что автоматически делало её не только единственной выжившей, но и бросало огромное пятно на её прежде безупречную репутацию. Не говоря уже о том, что должно было вызвать вопросы. А во-вторых... Алекса не могла не понимать, что Охотница не успокоится. Какая-то часть её существа теперь всегда будет жаждать азарта, сопровождающего Охоту на разумную дичь. Этого щекочущего ощущения опасности, сопряжённого с осознанием, что любое неверное движение может превратить тебя из Охотницы в жертву.       Мысль не то чтобы удивила её. В определённом смысле женщина даже была к ней готова. Но понимание всё равно напугало её. В попытке снова обрести крепость духа, она потянулась к копью, которое Шрам принёс вместе с маской после того, как они закончили. Его древко ощущалось достаточно холодным напротив её кожи, но Лекси только сильнее сжала её. Там, в Пирамиде, эта палка с прикрученным к ней обрезком хвоста чужого была для неё всем. Оружие последней надежды и, одновременно, знак уважения. Она знала, что будет до конца жизни дорожить этим оружием, подаренным ей храбрым и грозным охотником, с которым ей выпала честь сражаться бок о бок. Без Шрама она ни за что бы не выбралась из Пирамиды живой. Она была в долгу перед ним, была обязана ему жизнью. Ведь он не просто спас её, а дал возможность самой защищать себя. Теперь пришла её очередь о нём.       Помочь не только выжить в холодных условиях, но и адаптироваться к жизни в человеческом обществе. Ведь его спасательная капсула улетела и ему теперь, волей неволей, пришлось бы остаться на Земле. Подумав об этом Лекси почувствовала себя последней эгоисткой Она лежала тут – в тепле и комфорте благодаря его технологиям, и думала как теперь будет жить с пробудившейся в ней жестокостью и любовью к убийствам, тогда на самом деле ей стоило побеспокоиться о нём. Ведь жизнь Шрама, фактически, оказалась разрушена. Вернувшись к сородичам он наверняка обрёл бы почёт и уважение, а теперь эти надежды обратились в прах.       Он был один, на чужой планете, среди существ, которые никогда не отличались терпимостью по отношению к тем, кто не похож на них. Ну какая жизнь могла ждать его здесь? Жизнь беглеца, обречённого несколько ближайших столетий (ну или сколько там живёт его раса?) бегать от спецслужб, мечтающих заполучить его технологии, и учёных, которые порезали был инопланетянина как лабораторную крысу. Или так, или оставаться запертым в стенах её дома, словно какой-то постыдный секрет. И вздрагивать от каждого звонка в дверь, прятаться подобно трусливой крысе. Нет, Шрам не пошёл бы на это. Он бы предпочёл умереть свободным.       Ужаснувшись пришедшим в её голову перспективам, Лекси вскинула голову и посмотрела в глаза полусонному хищнику, поклявшись, что не допустит этого. Она будет держать его подальше от неприятностей и не позволит приближаться к военным или учёным. Но и запирать тоже не станет.Они будут ходить в походы и охотиться на диких животных. На Земле было агрессивных представителей фауны, которые могли представлять для хищника охотничий интерес. Медведи белые, моржи, горные львы, пумы. Да те же горные козлы наверняка заинтересовали его бы его своей способностью проходить там, где никто другой был не в состоянии.       «Нет, всё будет хорошо» – заверила саму себя Лекси, пытаясь успокоить отплясывающее чечётку сердце. Она и так всё время была в разъездах, так что её постоянные отлучки не вызовут ни у кого подозрений. Она сможет как и раньше водить экспедиции, только теперь Шрам будет ходить с ней. Будет держаться поблизости, скрываясь от любопытных глаз под вуалью невидимости. Будет охотиться в диких землях, пока она выполняет свою обычную работу. При этом они всегда будут оставаться друг у друга на виду.       Поймав на себе любопытный взгляд Шрама, который уже полностью пробудился и теперь пытался установить причину её беспокойства, Алекса коснулась ладонью его костного подбородка, заодно погладив и по задвигавшемся под её ладонью челюстям:       — Всё будет хорошо, Шрам. Я покажу тебе лучшие места для охоты на Земле. Там ты сможешь выбрать достойную дичь и увидеть насколько красива эта планета. Я сделаю всё, чтобы ты был счастлив и никогда не жалел о том, что останешься здесь... со мной.       Поток её откровенности был прерван урчанием Шрама. Хищник улыбнулся на свой колючий манер, и прижал большой палец к почти уже зажившему шраму на щеке. Воспользовавшись моментом Лекси дотронулась губами до его чешуйчатой кожи, оставив поцелуй. При этом её собственная рука выскользнула из-под одеяла, чтобы погладить отметину на его широком лбу. Шрам понял её. Более того – он поверил ей и дал это понять одним простым осторожным прикосновением. Он тоже видел своё будущее рядом с ней.       Всё так. Они заслужили счастье, избавив Землю от ядовитой гадины, плевавшейся кислотой и мечтавшей заполонить всё своим ужасным потомством. На мгновение Лекси действительно поверила, что всё может закончится как в доброй сказке, герои которой убили драконицу и жили после этого долго и счастливо. Но мгновение это было кратким. Потому что потом она вспомнила... кое-что.       Королева, скорее всего, была не одна. Хищники прилетали на Землю много раз, и было время, когда их пирамиды возносились к небесам во всех уголках земли. Не только в Южной Америке или Антарктиде, а буквально везде. Следы полуразрушенных пирамидальных построек находили в Великобритании, в Сибири и ещё чёрт знает где, а значит... некоторые из них вполне могли функционировать до сих пор. И если она была права и Мерячка действительно была чем-то вроде телепатического зова, которым Королевы заманивали жертв в подземные (или правильнее сказать – подлёдные) логова, то у них был ещё непочатый край работы.       Лекси знала с полдюжины мест, где могли находится такие же Пирамиды. Эта мысль едва не заставила её взвыть от отчаяния, но вместе с тем женщина ощутила и ликование Охотницы, возрадовавшейся продолжению ужаса и возможности ещё раз пролить кровь.       — Но всё это после того, как мы уничтожим остальных, – обуздав с потоком мыслей произнесла Алекса, и видя не понимания в устремлённом на неё взгляде Шрама, пояснила. – Королев в других Пирамидах надо убить. И не спорь со мной. Это не обсуждается.       Маска хищника, лежавшая на тумбочке и освещавшая комнату красным светом словно ночник, шипела и стрекотала, переводя слова человеческой женщины. Когда издаваемые ею, кромешные звуки смолкли, Шрам несколько секунд обдумывал их, а затем взревел сжимая её за плечи. Опешив от такой реакции, Лекси поначалу даже начала вырываться, решив что инопланетянин решил убить её. И только когда он несколько раз коснулся её кожи жвалами, поняла – он радовался, что она стала настоящей Охотницей.       — Ну всё-всё! Хватит, Шрам, отпусти меня! – сквозь смех восклицала женщина, извиваясь на лапавшем её хищнике и ощущая, как прикосновения окружавших его рот клещей, которые наверняка были задуманы природой как орудие убийства, пробуждают её женское естество, отдаваясь в теле отголосками желания. Вот в такой позе их и застал ввалившийся в каюту заледеневший моряк.       Одеяло, во время их шутливой борьбы, конечно же соскользнуло на пол, в результате чего бедолага увидел полностью обнажённую женщину, скачущую на рептилойде, физиономией которого запросто можно было напугать впечатлительного человека.       «Это не то, чем кажется» – вяло попыталась оправдаться Лекси, но дальше её мыслей эта фраза не пошла, так как озвучивать её не было никакого смысла. Всё и так было более чем очевидно. Их застали с поличным и оправдаться не было никакой возможности.       «Сейчас он начнёт орать, а Шрам снесёт ему башку» – обречённо подумала женщина но вопреки её ожиданиям не произошло ни того ни другого. Хищник лишь закрыл лицо маской с недовольным ворчанием, а незнакомец просто стоял и смотрел на них с абсолютно неуместным в сложившейся ситуации спокойствием. Он был так хладнокровен, что Лекси поначалу даже приняла его за одного из одержимых, но почти сразу отбросила эту мысль. Для одержимого полярным психозом его взгляд был слишком осмысленным. Да и Королева, служившая источником безумия, подохла. Скорее всего мужчина был просто в шоке от пережитого.       — Успокойтесь. Всё хорошо. Вы в безопасности. Сейчас я вам всё объясню, – опомнившись, заговорила с вошедшим Алекса.