Кукушата

Появление электричества всё-таки сильно упростило жизнь: теперь можно было пользоваться плитой, а не мангалом. Правда, горячей воды, холодильника, посудомойки и стиралки всё равно не было, но Матвей хотя бы поставил на зарядку телефон и планшет, в глубине души надеясь, что после обеда сможет отвлечь младших мультиками. Не смог. Сразу же после еды, пока Матвей пытался составить бюджет, Данилка и Илья устроили крысиные бега. Победила самка, которую раньше планировали назвать Змеей. Через полчаса беготни по дому ее наконец поймали, водворили в клетку и решительно нарекли Заразой. После этого разбушевавшихся детей можно было угомонить либо немедленным наказанием, либо сложным путем неочевидных манипуляций. Первый вариант сразу же отпал из-за Руслана. — Ладно, чёрт с ним, — сказал Матвей, закрывая блокнот. — Пойдемте гулять. Младшие запищали от восторга, Славка закатила глаза и объявила, что никуда не пойдет. — Пойдешь, — заверил ее Матвей. — Нечего сидеть взаперти, хоть проветримся. В целом дачный поселок оказался не таким уж унылым. За рядами огороженных участков обнаружилось футбольное поле, а за ним — лес и озеро. — Купаться только при мне, — тут же объявил Матвей. Пришлось возвращаться за купальными принадлежностями, потому что эту неосторожную фразу дети истолковали по-своему. Когда они наконец накупались досыта и отправились домой, загребая теплую пыль мокрыми ногами и размахивая полотенцами, Илюшка радостно объявил: — Теперь можно не мыться, мы уже чистые! Матвей хотел возразить, вспомнил, что воду придется таскать с колонки и греть на плите, и устало кивнул: — Угу. — Ура! — завопил Данила. — Теперь мы всегда будем мыться в озере! Младшие наперегонки помчались к калитке, а Славка, так и не сунувшаяся в воду, угрюмо буркнула: — Я буду мыться в ванной. — Угу, — повторил Матвей, понимая, что новый бойлер с доставкой и установкой сожрет их бюджет полностью. Славка, едва войдя во двор, взяла ведро и снова отправилась к калитке, мрачно пояснив: — Я за водой. Руслан молча взял второе ведро и последовал за ней. Настало время для ужина, и Матвей поставил вариться макароны, а Федьку отправил в магазин за сосисками. Хотел было дать тысячу, передумал, дал четыре мятых сотни, запрещая себе чувствовать вину. Да, сдача будет мизерная, но что поделать? Ужинали на матрасах в задней комнате, потому что небо затянуло подозрительными тучами, а в доме имелось всего два относительно целых стула. Обстановка уже не казалась необычной и будоражащей. Кажется, даже младшие начали осознавать, что есть и спать на полу, потому что мебели нет, не так уж и весело. Правда, все молчали деликатно, но легче от этого не становилось. — Завтра поставим кровати, — сказал Матвей. — Илюш, ты пока будешь спать с Данилой, а Эля у тебя. — А ты? — спросил Федька. Матвей пожал плечами: — Что-нибудь придумаем. Он углубился в планшет, пытаясь найти на «Авито» и в группах «Отдам даром» что-нибудь подходящее. Дети какое-то время развлекали себя сами, а потом начали спорить. В нытье Эльки безошибочно сквозила усталость, и Матвей объявил: — Всё, чистить зубы и спать. После обязательной толкотни и ругани в ванной дети наконец забрались под одеяла, и Элька потребовала: — Читай. Матвей оглянулся на Руслана, но тот, как и Славка, был полностью поглощен своим телефоном. — Ладно. Порывшись в планшете, Матвей остановил свой выбор на Туве Янссон, откашлялся и начал читать. Дождь так и не пролился, обошел поселок стороной, и Матвей почувствовал, как осело где-то на задворках сознания тягостное ожидание. Значит, еще может оказаться, что крыша протекает, значит, убедиться в надежности жилья пока не получится. Младшие уже определенно спали, старшие — может быть, не совсем, но хотя бы убрали телефоны и лежали с закрытыми глазами. Матвей отложил планшет, выбрался из-под одеяла и пошел на кухню. На этот раз Руслан не пришел ни когда Матвей делал замеры для нового бойлера, ни когда за окнами надрывно завыла чья-то сигнализация. Матвей еще долго сидел над блокнотом, пытаясь определить приоритеты, просчитывал возможности, даже кредиты попытался вписать, но бюджет никак не сходился, в перспективе не то что светлого будущего, даже обычных будней видно не было. Наконец Матвей бросил это дело, отправился спать, с досадой понимая, что ничего толком не сделал, но зато заработал зуд в глазах и грядущую головную боль. Проснулся он резко, с гадким ощущением, что проспал, опоздал, упустил важное. Сел на матрасе, покрутил головой, обнаружил, что комната пуста, в панике потянулся за телефоном. Половина одиннадцатого! Лай соседской собаки показался насмешливым. Матвей вскочил, кинулся искать детей по всему дому, выбежал во двор — и выдохнул. Славка валялась в гамаке, блаженно закинув руки за голову, остальные под предводительством Руслана возводили шатер из палок и кусков брезента. — Пап, смотри! — радостно завопила Элька. — Мы с Русланом ходили в магазин и купили хлеб и молоко, а еще хлопья, а еще там котята живут прямо под крыльцом, а еще… Матвей рассеянно кивнул, дослушав до конца несвязный, но восторженный рассказ, посмотрел задумчиво на Руслана, выдержал его ответный тяжелый взгляд и наконец сказал: — Спасибо. — Можно подумать, это всё ради тебя, — фыркнул Руслан.