Вьюнок

Если бы кто-то сказал Вакасе, что его друг, лидер и просто близкий придурок по имени Шиничиро Сано завершит череду отказов от девушек и приударит за мужчиной, и не просто за мужчиной, а за Такемичи Ханагаки, который даже не человек, а, мать его, чёртов ДРАКОН БОГА ВОЙНЫ, то Имауши бы подумал, что ему нужно отправить этого бедолагу отсыпаться, ибо тот перебрал с выпивкой настолько, что несёт какой-то бред. Но вот он, сидящий напротив этих двух идиотов за одним столом и стремящийся выжрать как можно больше алкоголя, чтобы забыть то, что только что услышал. Как хорошо, что Оми с его младшими и младшими Шиничиро умотали куда-то, иначе бы помер от сердечного и пришлось скидываться ему на похороны. Может, Вакаса реально сможет стать пивом, учитывая то, сколько он выпил? — Я, конечно, не гомофоб или как там эта хрень называется, но, Такемичи, этот придурок смертный и помрет от ножа в печень или любой другой хуйни! И ты будешь страдать из-за этого долбоклюва! Прости, Шин, ты правда конченый в этой ситуации.— Имауши старается смягчить свой аргумент достучаться до своего друга, у которого явно отсутствует мозг, раз он решил, что секс и романтические отношения с бессмертной хтонью — круто и нормально для обеих сторон. — Знаешь, человечество это никогда не волновало, да и Шина в пос… — Шиничиро чуть ли не с визгом затыкает своего возлюбленного руками, который ныне принял полностью человеческий облик и значительно стал меньше, по сравнению своей полудраконьей формой. Вакаса, если быть честным, не уважает этот облик Ханагаки, ибо нельзя помацать хвост и повесить на рога всякие побрякушки по типу ключей, украшений от Эмы и Сенджу и тому подобного рода вещи. Но, он должен признать, это делает ситуацию по аргументации хуже, ведь Такемичи ничем ныне не отличается от него, Шиничиро и ещё огромного количества людей. Смертных людей. Вакаса на самом деле очень хотел бы, чтобы дракон был человеком и у них с Шиничиро сложились прекрасные здоровые отношения. Но он понимает, даже будучи пьяным в ничто, что эти отношения будут таковыми до тех пор, пока Сано не помрет от старости и это ранит их друга, который пережил множество поколений людей, что его почитали, любили и возжелали в качестве партнёра. Такемичи, кажется, знает о волнении Имауши и лишь улыбается той самой улыбкой, которую ненавидит всë руководство «Чëрных драконов». Если Ханагаки Такемичи выдавливает из себя мягкую мудрую улыбку, это значит, что он опять о себе нисколько не заботится и рвется в какую-то ситуацию, где он пострадает, но защитит свои идеалы. Как же не хватает Бенкея, который может стукнуть эту глупую старую ящерицу и вправить мозги. Но, к сожалению, Араши тоже свалил на какое-то повышение квалификации. — Знаете, я сейчас выпью ещё десять банок пива и умру от алкогольного отравления, ибо меня морозит от тупости одного и самопожертвования другого. Всё своё имущество завещаю Бенкею и Сейшу, чтобы вам пусто было! — Имауши раздраженно фыркает и налегает на остатки алкоголя в банке, которую каким-то чудом ещё не допил ранее. — Вакаса, ты слишком драматизируешь на пустом месте. Всë будет хорошо. Да и не думаю, что Бенкею с Инупи нужно твоë наследство. — Такемичи тяжело вздыхает и подталкивает тарелку с закусками в сторону их с Шиничиро общего друга. — Ты сначала скажи, где твои ключи от дома, буйный пьяный кот, иначе снова проснёшься в Шинджуку без штанов. — Шиничиро тоже не отстаёт от диалога, доставая из кармана домашних штанов телефон, чтобы проверить время. Кажется, придётся укладывать этого дебошира спать на диване, чтобы он не уничтожил половину Токио во время продолжения попойки. Имауши угрюмо показывает парочке язык и пересаживается к Такемичи под другой бок, чтобы обнять его за плечи. Как же он любит и ненавидит этих идиотов, которых зовёт своими друзьями. А ещё ему плохо и он не может определить из-за чего именно: из-за того, что Такемичи, будучи бессмертным существом лезет в отношения, которые обречены крахом из-за смертности Шиничиро или из-за того, что он уже выпил где-то литра три жидкости разного процента крепости. В любом случае, данная дилемма уже проблема трезвого Вакасы Имауши и его желудка. *** — Знаешь, а ведь Вакаса прав. Ты же переживешь меня, моих братьев, сестру, друзей, потомков… Ты действительно хочешь этого? — Шин, сокровище моё, я слишком стар и жаден, чтобы отрекаться от того, что мне дорого. Поэтому вам не о чем переживать. Я буду с вами до самого конца. Такемичи не скажет своему сокровищу, что именно будет в конце, ведь до него ещё очень далеко, да и Шиничиро уже уснул в объятиях когтистых лап.