Ah shit, here we go again

      Чимин, весь в черном, с капюшоном на голове, стоял под опадающим вишневым деревом во дворе четырехэтажного дома и курил, пуская большие облака дыма в небо. В свободной руке едва заметно покачивался пластиковый пакет с бутылками пива и соджу, в карманах куртки — три пачки сигарет. Слишком много для одного, но не в его положении. Ночь уже распланирована, и он только того и ждет, чтобы поскорее начать, потому что боль в груди просто сводит с ума, и так хочется расчесать грудь в кровь, разорвать кожу и вскрыть грудную клетку, чтобы вытащить свое сердце и выкинуть его в грязную лужу. А он все еще надеется, что ни мет, ни экстази, ни даже трава не понадобятся, что получится все сделать и так, на одних сигаретах и алкоголе. Очень призрачная надежда. Впервые за многие месяцы он снова совершенно один, и это так тяжело. Больше никто не напомнит ему, что перед ужином нужно выпить таблетки. Хотя Чимин их все-таки оставил, как будто в самом деле думал, что все наладится и нет нужды ломать здоровье, которое они с Юнги так долго и с таким трудом восстанавливали.       — Хен…       Нет, Чимин даже не представляет, как справится с тем, что задумал, и того тяжелее не думать о самоубийстве. Полная дизмораль. Но сигарета закончилась, и он вошел в подъезд, чтобы оставить вещи в новой квартире и отправиться в клуб «Лаб. Инк» в самом центре города. Рори уже ждала его там.       Он отправился только с наступлением темноты, чтобы войти в заполненное неоном помещение и оказаться совершенно незаметным среди толпы. Эта атмосфера сразу вскружила ему голову: громкая музыка, счастливые пьяные люди и запах секса в каждом углу. Для полноты картины не хватает всего лишь одной маленькой дорожки. От прилива ностальгии Чимин вздохнул, глядя по сторонам и чувствуя себя невидимкой. Как раньше, взгляды всех вокруг сегодня не обращаются к нему, пока он идёт через зал к барной стойке, но ничего, совсем скоро он сотворит для себя новую маску, и может быть, она станет даже лучше прежней. Более надежная, более крепкая и не менее блестящая. Скоро на него станут смотреть как раньше. Чувствуя нарастающую уверенность, он даже дал себе обещание.       — Добрый вечер, — сказал он с улыбкой, опираясь локтями на стойку, чтобы увидеть спрятавшуюся за ней малышку Рори. — Нальете что-нибудь особенное для старого друга?       Подняв на него большие, подведенные черным карандашом глаза, она не сразу поверила, как будто даже едва узнала, но потом счастливая улыбка озарила ее круглое личико.       — Чимин-а! — прошептала она и подскочила со стула. — Правда пришел ведь!       — Пришел, собственной персоной, так чем угостишь?       — Конечно, у нас же столько новинок, все не попробуешь, — и продолжая улыбаться и краснеть, как школьница, Рори начала мешать ему один из новых коктейлей.       Она поглядывала на него, пока он осматривался вокруг, вглядываясь в незнакомые лица, и не могла не заметить огромную перемену в нем. И дело было даже не цвете волос, стиле одежды и совершенно другом макияже. «Такой мрачный», — с содроганием подумала Рори, хоть он и улыбался ей как прежде.       — Прошу, наслаждайся, — сказала она, поставив перед ним высокий бокал с ярко красным коктейлем, — думаю, тебе понравится. Через пятнадцать минут у меня перерыв, так что можем отойти поговорить наедине.       — Будет здорово.       Чимин попробовал напиток и вдруг осознал, как сильно ему надоело простое соджу. Сладость клубники и холод ментола на мгновение вернули прежние краски его жизни, а взгляду — тот потусторонний огонь, который он потерял год назад. «Если бы я не встретил его…» — Чимин погрузился в свои мысли так глубоко, что Рори пришлось толкнуть его в плечо, чтобы вытащить из бесконечного потока предположений, как могла бы пойти его жизнь при других условиях.       — Пойдем, — сказала подруга нетерпеливо, — пока меня опять не запрягли, а то этот мужик собирается угостить всех вокруг, только чтобы со мной поговорить.       Бросив беглый взгляд на человека, сидевшего в метре от них, Чимин запомнил его лицо на всякий случай и последовал за Рори в служебные помещения. За тяжелой дверью, закрывшейся за ними с тихим шелестом, музыка, бившая по ушам, стала в мгновение далекой и приглушенной, и они вдруг оказались словно в другом мире, хранившем в себе гораздо более интересные тайны. Рори провела их в самую дальнюю комнату, в небольшой склад, уставленный коробками и часто используемый персоналом как курилка. Она усадила друга на стул, а сама, достав с полки пепельницу, присела на одну из коробок.       — Ну, давай, Чимин-а, — вздохнула она, предлагая ему сигарету, — рассказывай, где же ты пропадал все это время? Я так скучала по тебе, а ты даже слова не написал мне…       — Прости, я… — он закурил и поежился то ли от холода, то ли от неудобной правды. — В прошлый декабрь я чуть не умер, кома, а потом… Юнги увез меня в Пусан. Два месяца в клинике, и потом сплошные лекарства. Мы хотели оставить Сеул в прошлом, все, что с ним связано, забыть все это, понимаешь? Но да, мне стоило написать тебе. Извини.       — Так все-таки это вы тот склад бахнули? Что там вообще произошло? И ты с наркоты все-таки слез? — в одну секунду в голове Рори образовалось столько вопросов, что закружилась голова. — А вернулся почему? Что вообще происходит в твоей безумной жизни?       И она сильно затянулась сигаретой, округляя глаза в полнейшем шоке и непонимании.       — Долгая история, конечно, как тебе объяснить… — Чимин сам не знал, в каком порядке отвечать на все эти вопросы. — В общем, если в двух словах, я все испортил тогда, в США у меня был передоз после… ну короче крыша поехала. Изначально у меня были другие планы, но потом я понял, что навалил кучу, и не знал, как ее разгребать, и… в итоге Психам пришлось делать это за меня. Мы после этого почти все разъехались, я просто надеялся, что те люди оставят меня в покое, а недавно оказалось, что зря надеялся. Человек по имени Ли Сонми помог нам не сдохнуть, но теперь парням придется на него работать, типа в обмен на жизнь. Из-за того, что было в декабре и как все неправильно это поняли, их очень хотят убить. В общем, как-то так.       Какое-то время Рори молчала, глядя в одну точку перед собой в попытке уложить в голове все слова друга.       — Ли Сонми… как будто что-то знакомое, — она задумалась. — Сонми, да?       — Да, — Чимин нахмурился, и выражение лица подруги ему не понравилось. — Думаешь, что знаешь его?       — Не знаю, не могу вспомнить. Может, слышала от кого-то в клубе. Или другое имя.       — В любом случае даже не разговаривай с ним, он опасный человек, Рори.       — А что, он может зайти ко мне на коктейльчик? — она усмехнулась и тут же смутилась, встретившись с Чимином взглядом. — Что, может?       — Он следит за мной, так что… Сделай вид, что не знаешь меня, если что, ладно? Вряд ли он тебе что-то сделает, ты не сможешь помешать ему получить меня, да и помочь тоже.       — Боже, он что, влюбился в тебя? Какой ужас… А как же Юнги? Он, кстати, где?       От того, как Чимин посмотрел на нее, выдыхая дым, она уже и так все поняла и поджала губы.       — Мин Юнги теперь не имеет ко мне отношения. Я ушел и теперь… буду сам разбираться со всем этим.       — Не понимаю, почему? Ну, типа как-то вместе решить проблему нельзя разве? Я думала, ты еще тогда на него подвязался так сильно.       — То, насколько сильно я люблю его, уже неважно.       — Да в смысле?       — Я в любом случае представляю опасность для него теперь, и одному будет проще все исправить.       — Кому проще… — она сказала это совсем тихо, но он все равно услышал, и эти слова задели его.       — Блин, Рори! Не заставляй меня сомневаться в принятом решении.       — Прости-прости, — подруга расстроилась еще сильнее и взяла его за руку, смотря на него с большим сочувствием. Она прекрасно видела сейчас в тусклом свете одинокой лампы всю его душевную боль. — Мне жаль…       — Проехали, все будет нормально, — дежурные слова, не имеющие никакого смысла, абсолютно ничем не подкрепленные. — Хотел еще узнать у тебя, Харука Мин сегодня работает?       — Хару? Да, а зачем она т… — от возмущения, пришедшего с пониманием причины, Рори вся выпрямилась и приподнялась, смотря на Чимина во все глаза. — Чимин-аа! Может не надо, а? Зачем?       — Можешь позвать ее на пару минут? — он оставался невозмутимым, хоть и чувствовал теперь вину. — Пожалуйста.       Рори долго смотрела на него, услышав, что он слез с наркотиков, она обрадовалась, и теперь помогать ему вернуться к этому ей так не хотелось. Но она все равно согласилась.       — Ладно, — вздохнула и достала телефон, чтобы написать Харуке. — Но может ты еще подумаешь? Может без них можно будет как-то?..       — Я не собираюсь сразу упарываться метом, Рори, не беспокойся, куплю только травку, — он попытался успокоить ее и мягко улыбнулся. Конечно, это ложь, они оба это понимают.       — Сейчас придет, — тихо отозвалась подруга уже совсем расстроенно. Раньше Чимин иногда приходил к ним в бар под таблетками или порошком, она точно не знала, и наблюдать за ним ей было всегда больно, каким бы счастливым он ни выглядел. Ее руки едва заметно задрожали от мысли, что все это в жизни Чимина начнется заново. Такое горькое сожаление, она ничем не может ему помочь.       — Знаешь, Чимин-а, — сказала Рори, поднимаясь, чтобы опустошить пепельницу, — я тебе сделала одолжение, так сказать, могу я взамен тоже кое-что попросить?       — Попроси, — он улыбнулся, еще не подозревая.       — Дай мне номер Юнги.       — Нет.       Чимин не раздумывал ни секунды, но Рори смотрела на него строго и серьезно, не собираясь отступать.       — Чимин. Дай мне его номер, я обещаю ничего не писать ему и не звонить, если не случится что-то серьезное. Пожалуйста?       На самом деле она просто хотела оказаться однажды на самом деле чем-то полезной, помочь ему хотя бы так, когда понадобится, хоть и понимала, что это может обернуться против нее потом. Чимин смотрел на нее еще минуту, пока не услышал вдалеке гулкий стук каблуков по коридору.       — Ладно, — он согласился, прекрасно понимая, чем это может грозить, но как будто чувствуя, что наступит день, когда помощь ему понадобится, — на, записывай.       Рори торопилась записать номер с экрана телефона Чимина, пока не зашла Харука.       — Только на крайний случай, — предупредил он. — Вот прям совсем крайний, окей?       — Да, обещаю…       Дверь со скрипом распахнулась, заставив обоих обернуться.       — Шушукаемся? — сказала Харука строже, чем собиралась. — Ну здравствуй, блудный наркоман, сменил имидж?       — Типа того, — Чимин вздохнул и встал, чтобы освободить место.       — Вот спасибо, — девушка даже поклонилась в знак благодарности и устало села на единственный здесь стул. — Эти алкоголики меня совсем загоняли! Сегодня какой-то праздник что ли?       — Да нет вроде, — Рори пожала плечами, отступая к стене, словно освобождая место для разговора Хару с Чимином.       — Тебя там кстати уже спрашивают, Рори, — напарница кинула взгляд на нее и дернула бровью то ли насмешливо, то ли недовольно.       — Ой, этот мужик? Фу, он на меня странно смотрит, — она даже поежилась.       — А ты не обращай внимания, через стойку он тебе ничего плохо не сделает, а чаевые хорошие дать может, так что не упускай возможность.       Харука закурила и присмотрелась к Чимину получше, разглядывая все изменения, произошедшие в нем. «Вроде выглядит здоровее, — думает она, — а глаза такие, как будто сейчас заплачет». Она хмыкнула собственным мыслям.       — Просто в гости заглянул к старым знакомым? Или что-то нужно?       — Нужно, — Чимин не стал идти окольными путями, с Хару можно было обходиться и без этого, но говорить прямо названия и количество не стал, потому что чувствовал, что Рори недовольно смотрит на него.       — У меня с собой сегодня ничего нет, — Хару выдохнула дым и затянулась сразу еще раз. — Могу тебе адрес дать, у него есть все, что захочешь, пойдет?       — Да, вполне.       И пока записывал в заметки адрес, думал, что придется уйти раньше, чтобы потом успеть еще на другую встречу. Жаль, конечно, ему хотелось побыть с Рори подольше.       — Ты только не смущайся этому притону, там все приличнее, чем кажется на первый взгляд, — сказала Харука, докуривая и туша бычок о почерневшее от пепла дно пепельницы.       — Ничего, и не в таких местах бывали.       Девушка не смогла сдержать звонкий смешок.       — Да уж, точно, тебя разве чем напугаешь? Особенно, когда хочется.       Ее слова внезапно резанули по больному, но Чимин не подал виду, только уголок губ дернулся на секунду вниз. Они собрались возвращаться обратно в зал, и Рори уже потянула Чимина за рукав вперед по коридору, как Хару строго остановила их:       — Нет, ему через черный ход.       — Почему? — Рори замерла, и от взгляда старшей напарницы внутри все похолодело.       — А нечего мне приводить сюда всяких мутных типов, не трудно догадаться, кого они там высматривают, как будто пиво — это хорошая маскировка, блин.       Рори расстроенно вздохнула, и Хару похлопала ее по плечу. Ободрять она никогда других не умела и только вздохнула устало.       — Иди, там открыто, — бросила она Чимину, уходя в зал, не собираясь никого ждать.       Он посмотрел ей вслед и, ощутив себя мышью, за которой охотятся кошки, подумал о том, что, вероятно, теперь это чувство будет с ним всегда.       — Мне пора, Рори, — сказал он тихо и крепко обнял ее за хрупкие плечи.       — Обещай, что зайдешь еще, ладно? Я буду ждать.       Чимин почувствовал ее дрожь и усмехнулся.       — Да не бойся ты, пока еще никто никого убивать не собирается, обещаю скоро зайти, но только если ты будешь улыбаться.       — Пока еще! Не пугай меня еще больше, Пак Чимин! — и несмотря на волнение и тоску, она рассмеялась. — Ладно, удачи тебе в твоих серьезных делах.       Улыбаясь, он отпустил ее и пошел в другую сторону, к запасному выходу. Рори провожала его взглядом и не могла отделаться от навязчивой мысли, что видит его в последний раз. Скрепя сердце она вернулась на свое рабочее место, где ее все ждал тот назойливый мужчина. Высокий бокал с недопитым коктейлем одиноко стоял на краю барной стойки, и двое мужчин в черном прекрасно его видели со своих мест за столиком в углу.