Ah shit, here we go again

      Сегодняшний день для Юнги отметился большим уловом — два за раз, такое удачное стечение обстоятельств, что те двое проводили деловую встречу именно сегодня. И погода как нельзя кстати пасмурная, безветренная, так что он не отсвечивал во время задания во всех смыслах, и все прошло прекрасно. Правда, Шугу немного раздражает, что теперь одно имя в списке перечеркнуто в середине, не по порядку, помимо того, что в целом эта бумажка вызывает сомнения. Поэтому, возвращаясь домой ближе к ночи, он позвал к себе Хоби.       «Тебе взять поесть что-нибудь?» — написал Юнги, заходя в ближайшую кафешку с едой навынос. Сегодня он опять не ел, и организм уже подавал слишком явные сигналы SOS. И Юнги не мог понять, что это за предчувствие: того, что скоро произойдет что-то важное, или того, что он шарахнется в обморок, не доходя до дома.       «Шуга-хен! — ответил Хоби, и за этим последовало абсолютно неприличное количество разнообразных эмоджи, выражающих счастье и слезы. — Я буду рад любому блюду, которое ты возьмешь! Спасибо! Я очень голодный!».       От такой бурной эмоциональной реакции Юнги поежился. Самое большее, что его всегда смущало в друге, — так это подобные всплески эмоций. Они всегда разбивались о его стену показного бесчувствия, и в последнее время ему даже становилось жаль, потому что каким-то образом после жизни с Чимином, Юнги нашел в себе гораздо большее сочувствие и сострадание, чем думал, в нем всегда было. В каком-то смысле можно сказать, что Пак открыл давно запертую дверь в сердце своего хена и, уходя, не закрыл ее обратно. Теперь, правда, через нее сквозило.       «Даже если банку собачьего корма тебе куплю?» — пошутил Юнги и усмехнулся экрану телефона, на котором уже разродились новые эмоджи паники.       Он взял им обоим по воку с рисом, свининой и овощами в соусе терияки, а для Хоби еще кусочек торта. Когда они встретились у квартиры Юнги, друг от благодарности весь засветился, увидев в пакете прозрачный бокс с этой сладкой красотой. Они поужинали вместе под просмотр подкаста с актером из недавно вышедшего сериала и закончили бутылкой пива под легкую негромкую музыку.       Сначала разговор шел гладко, парни старались не нагнетать, хотя бы пока ели, а потом Хоби рассказал о том, как прошла вторая часть их задания, в выполнении которой не участвовал Джин.       — Честно говоря, — сказал Хосок, задумчиво рассматривая запотевшую бутылку лагера, — не думаю, что они с Джуном когда-либо так ссорились. Не понимаю, что с ним не так.       — С Джином?       — Ага. Он был другим раньше.       — Да, это видно, что он больше не хочет работать с нами или в нашей сфере, — Юнги отпил пива и все смотрел в окно на темные тучи, которые все никак не могли принести очередной дождь.       — Думаешь, он свалит?       — По крайней мере попытается, — Шуга цокнул языком от недовольства, глянул на Хоби и увидел искреннее беспокойство на его лице. — Вот только, позволят ли ему — вопрос.       — Блин, — Хосок склонился над столом и запустил руки в волосы, взъерошив их, — не хочу, чтобы хен умирал.       — Мы все, вероятно, умрем в ближайшее время, Хоби, так что не расстраивайся.       — Да блин, Шуга-хен! — парень уже не выдержал и вскочил, хотя почти сразу сел обратно с измученным стоном. — Пожалуйста, не говори так, я тебя умоляю…       Юнги уже растянул улыбку на лице, но, когда увидел глаза друга, она исчезла. Хоби напуган по-настоящему, это уже не шутка.       — Мне это все так не нравится, — тихо на выдохе сказал он и снова взялся за бутылку. — Я уже вообще не понимаю, что происходит, я устал.       — Ты все пытаешься докопаться до правды? Может, оно того не стоит? Шуге было почти физически больно сейчас смотреть на Хоби, он только теперь заметил, как сильно тот извел себя подобными мыслями. В полутьме комнаты, казалось, все их страхи начали вылезать наружу.       — Я не могу, это не выходит у меня из головы… Как ты не понимаешь? Здесь все не так! Ничего не сходится!       Хоби смотрел на друга с отчаянным желанием увидеть понимание в его глазах, но этого не произошло.       — Если ты про Сонми, то согласен, игра, которую он затеял, выглядит слишком подозрительно, хотя, конечно, у него скелетов в шкафу миллион, — ответил Юнги, действительно не понимающий, что именно хочет донести до него Хосок. — Но, честно, я не думаю, что нам действительно стоит лезть в его дела настолько, наша задача — позаботиться о себе, вот и все.       В ответ на это Хоби лишь покачал головой в отрицании, вздохнул в очередной раз и допил свое пиво.       — Ты же понимаешь, что это может быть опасно? — спросил Юнги, внимательно рассматривая друга. — Я имею ввиду, намного опаснее, чем ситуация, в которой мы все уже находимся. Так что тебе стоит отвлечься. Может, встретишься с Сумином, или как там? А то с ума сойдешь.       — Мне надо поговорить с Чимином, — вдруг выпалил Хоби, и его взгляд показался уже совсем невменяемым, потому что с каждой минутой он уходил в свои мысли все дальше.       Юнги не понял, конечно, к чему это было, но усмехнулся невесело:       — Не тебе одному этого хочется, уж поверь, я бы тоже ему пару вопросов задал.       — Нет-нет, Шуга-хен! — Хоби едва успевал за собственными мыслями в попытке объяснить их другу, и даже его сердце забилось быстрее. — Ты забыл? Он же был связан с ними, он работал с ними! По-любому же он знает что-то большее! Дай мне его номер!       — Так, стоп, — Шуга совершенно опешил перед таким напором, и ему потребовалось дополнительные несколько секунд, чтобы уложить в голове все, что друг только что протараторил. — Во-первых, успокойся и подыши, а во-вторых, он скорее всего сменил симку.       — Ты уверен?       — Я же пытался ему звонить, — ответил Юнги с таким лицом, типа «что за бред ты спросил?». — И это логично, что он сжигает все мосты, типа того.       В этот раз Хоби расстроился еще больше и уже совсем лег на стол и застонал. Иногда, как сегодня, все это настолько заседало в его голове, что потом не отпускало еще долго, это отвратительное чувство, когда ты понимаешь, что есть что-то, но не можешь узнать, что это такое конкретно. Как когда очень хочешь чихнуть, вот-вот получится, но ты так и не чихаешь. Сплошное мучение вопросами, а ответы маячат где-то рядом, ускользая в то же мгновение, когда ты только позволишь себе подумать, что приблизился к ним и готов узнать. После нескольких ошеломительных спиралей размышлений, как сейчас, Хоби чувствует себя раздавленным бетонной плитой.       — А есть еще пиво? — грустно спросил он, успокаиваясь и принимая собственную беспомощность.       — К сожалению, нет, — вздохнул Юнги. — Мои ночи, знаешь, тоже не из легких, сколько ни покупай — все равно ненадолго.       — Тогда я схожу.       — Один пойдешь?       — Да, хочу проветриться в одиночестве, ты уж не обижайся, — Хоби попробовал улыбнуться, поднимаясь и потягиваясь, словно сидел на этом стуле весь день, шея и плечи болели именно так.       — Не проблема, захвати мне бутылок шесть, если не сложно.       Хоби посмотрел на него с удивлением, а потом подумал и кивнул понимающе.       — Для хена ничего не сложно, — усмехнулся он и, махнув рукой, ушел.       Оставшись снова в одиночестве, которое едва ли скрашивала музыка, Юнги оглядел пустую темную комнату, покусывая внутреннюю сторону щек. Свет включать не хотелось, как будто он мог бы спугнуть и прогнать это призрачное ощущение, что Чимин все еще где-то рядом. Пройдя по кухонному гарнитуру, его взгляд вернулся на стол и зацепился за телефон Хоби на самом краю.       Прежде чем согласиться на работу, Чон Джиюн, талантливая программистка двадцати семи лет, живущая настолько анонимно, насколько только возможно, пригласила Чимина на встречу, чтобы узнать все подробности задания, которое он ей предлагает, и она решит окончательно только после оценки всех рисков. Это была странная встреча для Чимина, такого опыта у него еще не было. Ровно в одиннадцать пятнадцать вчера он уже сидел на скамейке под большим сливовым деревом в парке за несколько кварталов от дома Юнги и ждал, то и дело осматриваясь. Ни одной живой души на ближайшие сто метров — это немного напрягает, и чтобы не надумывать лишнего, он повторял в голове фразу, которой должен был ответить при встрече. «Теперь я в каком-то детективе про спецагентов что ли?» — усмехнулся он.       Через пять минут, четко до секунды, девушка в черной куртке с большим капюшоном на голове пришла в назначенное время и села рядом с единственным человеком в парке.       — Весной здесь гораздо красивее, — тихо сказала она.       — Да, — ответил Чимин заученной фразой, — и эта слива цветет великолепно.       Джиюн присмотрелась к парню и разглядывала его минуты две, не произнося ни слова. Конечно, она слыхала о нем раньше, много чего интересного и мало подкрепленного фактами. На первый взгляд он показался ей гораздо более незамысловатым и скучным, чем все слухи о нем, добиравшиеся даже до ее круга общения, но на второй, чуть позже, она подумала, что в нем на самом деле что-то есть. Какой-то странный темный зверь, живущий в его душе. Дашь такому ладонь — он откусит по локоть.        — Задача, имена, сроки выполнения, — произнесла Джиюн как робот, с абсолютно непроницаемым лицом.       Прежде чем ответить, Чимин глубоко вдохнул и выдохнул, беря жизненно необходимую паузу, чтобы собрать мысли в требуемом порядке.       — Мне нужно прослушивать все, что можно прослушать у Ли Сонми в течение минимум одной недели.       Девушка задумалась, вспоминая это имя. Учитывая, что большая часть ее работы и состояла примерно из таких вещей для получения информации или материальной выгоды, она уже знала многих и особенно тех, к кому лучше не приближаться никаким образом. Ли Сонми в их числе.       — Нет, — сказала Джиюн и уже собралась уйти, но Чимин схватил ее за руку и удержал рядом с собой.       — Почему?       — Ли Сонми — слишком сомнительная цель, риски невозможно точно просчитать, на такое я не пойду.       Она говорила совершенно спокойно, ни на секунду не выдавая страх.       — Я заплачу в два раза больше, чем ты попросишь за эту работу, — Чимин отпустил ее, увидев, что она пока еще сомневается и готова его выслушать.       — Дело не в деньгах, а в безопасности, — сказала девушка уже более живым, человеческим голосом, а ее глаза метнулись в сторону и обратно.       — Я могу гарантировать тебе безопасность, тебе ничего не будет угрожать, и твое имя останется никому неизвестным.       С минуту она все еще сомневалась, смотря то вокруг, то на Чимина.       — Не думаю, что ты сможешь поменять его решение убрать человека, если он посчитает его угрозой…       — Смогу, — Чимин сказал это так уверенно и спокойно, что она почти поверила. — Триста тысяч долларов.       Снова Джиюн задумалась, в этот раз просчитывая уже финансы. Ей еще никогда не платили столько за одно задание, тем более за обычную прослушку, пусть и «обычную» только на словах, но все же. Только этих денег, не считая другие накопления, им с сестрой хватило бы, чтобы уехать и открыть цветочный магазин где-нибудь на юге. Джиюн вспомнила слова сестры о ее мечте и засомневалась еще сильнее.       — В качестве обещания, что твое имя и личность останутся тайной, накину еще сотку, — Чимин чувствовал, что она готова согласиться, и осторожно надавил.       Не сразу, но в итоге она вздохнула и ответила:       — Ладно. Мне нужна неделя на подготовку, в это время ты должен получить доступ к технике, которую нужно будет прослушивать, либо передать ее мне на короткий срок, либо сам установишь программы, которые я тебе дам, — автоматический голос снова начал возвращаться к ней, и она больше не бегала взглядом, а смотрела прямо перед собой. — Но в течение этого времени я оставляю за собой право отказаться, устраивает?       — Да.       — Тогда я приступаю после предоплаты сорок процентов, а сейчас в качестве подкрепления нашего уговора — десять.       Чимин кивнул, тут же подсчитывая сумму и вспоминая, сколько он снял сегодня со счета после поездки в дом отца. Ему повезло, что он позаботился об этом заранее и был готов к гораздо более крупной сумме. Он бы торговался до талого, потому что дело надо решать как можно быстрее и заканчивать с ним. Так что вполне довольный, Чимин достал из рюкзака толстый конверт и отсчитал сорок тысяч крупными хрустящими банкнотами. Прежде чем взять их, Джиюн оглянулась, убедившись, что никого рядом все еще нет.       — Я дам тебе другой номер, — сказала она, убирая деньги. — И ни по телефону, ни в сообщениях, ни в жизни не называй меня по имени.       — Хорошо, — Чимин не выдержал и усмехнулся. Как только она взяла аванс, ему стало гораздо легче. — А оно хоть настоящее? Которое мне назвал мой друг.       — Понятия не имею, какое он назвал тебе имя, — бросила Джиюн и дала ему бумажку с номером. — Напиши «я готов», когда будут остальные деньги. До связи.       Его аналогичного ответа она дожидаться не стала, быстро встала и ушла, исчезнув в темноте ночи. Еще несколько минут Чимин оставался на том же месте, смотря на номер телефона и думая о том, как ему узнать об этой интересной девушке побольше. Где-то вдали взревел двигатель чьего-то спортивного автомобиля, весьма характерный. Чимин вспомнил, как подвозил Юнги в своем кабриолете прошлой осенью и грустно улыбнулся, уже зная, куда пойдет перед возвращением домой.       Пройдя десять минут до круглосуточного магазина, Хоби начал понемногу жалеть, что не зашел к себе за курткой, потому что в футболке стало уже как-то холодновато, все руки покрылись мурашками. Но в целом на душе постепенно буря улеглась, да и на улице так спокойно, свежо, хорошо, одним словом. Так что Хосок никуда не спешил, хоть и думал о Юнги, который его ждет дома, шел, оглядываясь по сторонам, и глубоко дышал. Хотя дзен словить все равно не получилось, он нервно потянулся за телефоном, чтобы проверить сообщения, но не обнаружил его там: «Блин, забыл что ли…». Зайдя в магазин, он почувствовал небольшую тревогу. Там еще играла какая-то странная музыка, плюс ночь, отсутствие посетителей, так что вообще создавалось подозрительное ощущение, как в тот вечер у Чимина, когда они ночевали в Ульсане перед поездкой сюда. И в какой-то момент по помещению распространился как будто тот же самый запах духов. Стоя у полок с алкоголем, Хоби почувствовал, как кто-то подошел к нему сзади, а потом тяжелая рука опустилась на его плечо.       — Мы что, расстались? — спросил Сумин сразу, без обид, спокойным голосом, хотя в душе конечно волновался насчет этого неприлично затянувшегося игнора.       — Что ты здесь делаешь? — удивился Хоби, обернувшись. Этого он и боялся — случайно встретить его где-то и оказаться совершенно не готовым. Хотя рано или поздно это все равно обязано было случиться.       — Да вообще мимо проходил, — хмыкнул парень, делая шаг назад, пока Хоби притворялся, что ничего особенного не произошло, и доставал с нижней полки целую упаковку светлого пива. — Увидел тебя и решил зайти. Так что?       Хоби поджал губы и, едва дыша, взглянул на Сумина. От его взгляда стало так стыдно, просто ужас, хоть падай в ад прямо сейчас. Но он вздохнул, посмотрев по сторонам, и ответил:       — Давай на улице.       Никто из них больше ничего не сказал, пока шли к кассе, пока Хоби пробивал пиво, и атмосфера между ними становилась все более напряженной. В конце концов они все-таки вышли на свежий ночной воздух и одновременно вздохнули, а упаковка пива казалась в десять раз тяжелее, чем была на самом деле.       — Это твоя фишка — подлавливать людей у магазинов? — спросил Хоби, пока еще не решаясь смотреть в глаза.       — Нет, — ответил Сумин. Он все задумчиво и немного расстроенно наблюдал за парнем, пытаясь угадать, какой же будет ответ на его вопрос. — А твоя, я надеюсь, не кидать людей без единого слова?       — Нет…       Конечно, он чувствовал его взгляд и не мог больше отнекиваться от решения проблемы.       — Прости меня, — тихо произнес Хоби и укусил себя за губу почти до крови, — я не хотел тебя игнорить, просто… не знал, что сказать.       — Так ты бросил меня или как? — от такого требовательного тона невозможно было не поежиться.       — Нет, блин, Сумин-а, конечно, нет! — он наконец-то посмотрел на него, и Сумин увидел, на свое же удивление, глаза, полные самого настоящего, искреннего сожаления.       — Тогда почему игнорил? — парень сказал это настолько мягко, насколько смог.       Ответить правду вот так сразу хотелось, но оказалось слишком сложно, так что Хоби сделал жест, позвав его пройтись, и двинулся в сторону дома, пока еще не думая о том, стоит ли парню знать, где он сейчас живет. Хотя стоило бы.       — Это сложно объяснить, — произнес Хосок через пару минут. — Я не хотел, чтобы ты знал, что я здесь, по крайней мере какое-то время, потому что…       «Да скажи уже, — шикнул он на себя мысленно, — либо прощайся, либо говори!». И он сделал свой выбор, о верности которого узнает только потом.       — Потому что я хочу, чтобы тебе ничего не угрожало.       С минуту, наверное, Сумин молчал, смотря себе под ноги и обдумывая эти слова. А потом по его губам скользнула мрачная ухмылка.       — Чем ты занимаешься на самом деле, Хоби? Из-за чего мне может что-то сделаться?       Тот только расстроенно вздохнул, мотнув головой.       — Я не могу рассказать тебе, пожалуйста, не расспрашивай меня. Это опасно, больше я не могу сказать.       — Мгм, — кивнул Сумин и взглянул на небо. Ему-то уже давно все было понятно, но он рад, что Хоби сказал хоть что-то об этом. — Понятно, ты наемный убийца, да?       Сердце пропустило удар, и Хоби остановился, замерев и боясь посмотреть на Сумина: «Не может быть, чтобы он узнал!». Мимо проехало две машины, осветив фарами темное пространство между двух уличных фонарей и испуганное лицо Хосока. Он уже хотел посмотреть на парня и боялся не увидеть улыбку на его лице, означавшую бы, что это была шутка, но Сумин многозначительно приобнял его, тяжело опустив руку на плечо, и…рассмеялся.       — Да что ты так напрягся, — бросил он, подталкивая застывшего парня вперед. — Шучу я, шучу, расслабься.       Если бы он только мог расслабиться и остановить мимолетный поток тревожных мыслей, обрушившийся на его сознание, как цунами. Хоби шагал вперед как оловянный солдатик, не чувствуя под ногами земли.       — Ну или коп под прикрытием? — Сумин опять пошутил, и его правда забавляло, как сильно Хоби напрягся.       — Нельзя так шутить, — тихо произнес он, с трудом сглатывая и чувствуя резь в пересохшем горле.       — Хорошо, тогда серьезно, во что ты ввязался? Не отнекивайся, я и так уже понял, ты слишком очевидный.       — Плохой из меня коп под прикрытием, получается.       Сумин опять рассмеялся и похлопал парня по плечу, убирая руку.       — Ну так что? Тебе совсем нельзя общаться теперь со мной из-за этого? Рискнуть не хочешь?       — Очень заманчивое предложение, — Хоби усмехнулся, но на душе было очень тяжко. — Конечно, я хочу быть с тобой, Сумин, очень хочу, если честно.       Они встретились взглядами, и молчание немного затянулось, а тем временем они уже дошли до дома. Хоби посмотрел вверх, подумав о Юнги, ждавшем его там в одиночестве, но все-таки решил и предложил Сумину:       — Пройтись хочешь? С пивом.       — Хочу, только если ты меня поцелуешь.       — Что? — Хоби с сомнением встретил этот хитрый взгляд. — Это еще что за условие?       — Вообще-то я соскучился, милый мой, — Сумин пожал плечами, посмотрев куда-то вдаль, и улыбнулся. — Да и мне нужна хоть какая-то определенность, понимаешь? Я хочу знать точно, что…       Хоби не дал ему договорить, развернувшись со вздохом, и уверенно поцеловал его, притянув к себе за ворот куртки. Сумин сделал вид, что удивился, но не позволил парню отстраниться слишком рано, он хотел насладиться этим моментом. Почувствовать, что Хоби все еще принадлежит ему. И парень поддавался его рукам так безвольно, казалось, с ним можно сделать все, что угодно, и он позволит это ему.       — Давай так, — сказал Сумин, отстранившись с довольной улыбкой, — я беру на себя всю ответственность, а ты идешь со мной завтра на свидание.       — Ладно, я согласен, — усмехнулся Хоби и повел парня за руку в дом. — Надо закинуть Юнги пиво и забрать телефон.       — Вы с ним вместе живете?       — Нет, — он на секунду замялся, принимая решение чуть-чуть солгать, — я подальше живу, мы просто ужинали и выпили немного после работы.       — Вот как, — Сумин хмыкнул и спросил в шутку: — Мне стоит ревновать?       Хоби рассмеялся:       — Боже, даже не думай, я его больше суток-то не могу выдержать, какие отношения…       — Но вы друзья? Как это получается?       — Ну вот так и получается, мы просто находимся рядом не больше двадцати трех часов, — сказал Хоби и снова посмеялся уже с озадаченного лица Сумина.       — Мгм, что ж, интересно, такого я еще не встречал…       — Все когда-то бывает в первый раз.       — Это уж точно.       Они поднялись на лифте, и чем ближе становилась дверь квартиры Юнги, тем быстрее билось сердце у Хоби. Он молился, чтобы друг не спалил кантору и не сказал что-то типа «так поднимись к себе-то, два этажа всего». Шуга открыл дверь уже немного сонный, потому что, оставшись наедине с самим собой, почувствовал, как усталость всего дня вдруг навалилась на его плечи и придавила к стулу, на котором он в итоге чуть и не уснул в ожидании.       — Что-то ты долго, — вздохнул Юнги, открывая дверь нараспашку и отступая, чтобы друг прошел внутрь, но только потом заметил, что тот не один.       — Извини, да, я тут Сумина встретил, так что… — Хоби переступал с ноги на ногу и явно волновался, хоть и пытался вести себя как ни в чем не бывало. — Держи пиво, а мы пройдемся пойдем, не обидишься, если я тебя брошу?       — Да пофиг, я уже спать хочу, — ответил Юнги с пониманием и взял упаковку пива, из которой друг забрал себе две бутылки.       — Я у тебя телефон забыл, кстати.       — Да, я заметил.       — И… можешь одолжить куртку, а то уже холодно, — Хоби держался изо всех сил, почти не дышал и пытался намекнуть Юнги взглядом, чтобы он подыграл.       Мин нахмурился, посмотрел на стоявшего за спиной Хосока Сумина и подумал о том, что он на кого-то похож, как будто. Или показалось?       — Да, без проблем, — кивнул он наконец, уходя в комнату, а когда вернулся с телефоном и курткой, заметил, что друг наконец-то расслабился, и все понял. — Держи. Здравая мысль.       И он имел ввиду не решение утеплиться для ночной прогулки.       — Спасибо! — Хоби улыбнулся и подмигнул. — Завтра верну.       — Не раньше обеда только, — усмехнулся Юнги.       Парни попрощались, и Хоби увел Сумина, с облегчением думая, что слава богу все прошло нормально. Хотя после этого, конечно, хотелось поскорее выпить пиво и хоть немного опьянеть и окончательно успокоиться. В целом ночь обещала быть более чем приятной. Правда, в гости теперь Сумина не приведешь.       Юнги же, проводив друга и закинув пиво в холодильник, сразу пошел спать. Он упал на холодную постель мертвым телом, закутался в одеяло, но уснуть смог только через час. Из головы не уходило сообщение с неизвестного номера, пришедшее на телефон Хоби буквально за минуту до того, как он зашел. Шуга не хотел лезть не в свое дело и подглядывать, но так получилось. «Нам надо поговорить. Это ВАЖНО».       Чимина трясло, пока он быстрым шагом добирался до дома, постоянно оборачиваясь. Страх, шок, непонимание и осознание одновременно. «Не верю! — думал он, а его взгляд метался по полутьме на каждый шорох. — Не может быть…». Он так хотел закинуться и сделал это сразу же, как зашел домой, заперев дверь на все замки. Кровь шумела в ушах, воздух обжигал пересохшее горло. Чимин занюхнул дорожку и трясущимися руками, весь в холодном поту, достал телефон и не выпустил его из рук до утра. Всю бессонную ночь он потратил на безрезультатные поиски. Во всех вариациях запросов в сети не было никакой информации по имени Ли Сонми до две тысячи шестнадцатого года. Единственное, что оставалось Чимину — это вспомнить, какое имя у него было до.