Ah shit, here we go again

      14 сентября.       Семь утра. Намджун заваривает две кружки кофе в дрип-пакетах, добавляет сахар и молоко только в одну. Он все еще делает это каждый день заученными движениями, несмотря на то, что это теряет смысл все больше с каждым разговором, который идет совсем не так, как ему хочется. Солнца нет уже третий день, весь город утопает в серости и тревожных новостях по телевизору и на новостных сайтах. Да, Шуга хорошо выполняет свою работу, заодно доказывая, что полиция свою — не очень. Джун предлагал ему передохнуть, чтобы не попасть на подозрения и не завалить все, но тот уверенно сказал, что хочет поскорее разделаться с этим списком и заняться своими личными счетами. Понемногу это уже смахивало на помешательство, хотя и без того Юнги выглядел хреново, и никак помочь ему невозможно. Джуну казалось, что это все какой-то безумный затянувшийся страшный сон. Все как-то странно.       — Кофе готов! — крикнул он погромче, чтобы Джин в соседней комнате точно услышал его через наушники, которые теперь почти не снимает, демонстративно отгораживаясь от своего парня. Или уже просто сожителя?       — Спасибо, — сказал он, заходя на кухню и садясь за стол.       От привычной совместной жизни остались только завтраки вдвоем, и Намджун находился в полном ступоре по этому поводу, не понимая, что делать дальше. Они не закончили отношения официально, хотя выглядело все как конец, никакой двусмысленности. И это тоже для Джуна неприятно странно, особенно при ощущении, что несмотря на годы, проведенные вместе, он абсолютно ничего не может сделать с этим, жизнь вынесла приговор, и обжалованию он не подлежит. И как будто остается только сложить руки и ждать, когда варить кофе по утрам будет не для кого.       — Во сколько выезжаем сегодня? — спросил Джин будничным тоном, беря с общей тарелки круассан с кремовой начинкой.       — Встречаемся на базе с остальными в полдевятого, потом сразу едем на место, — ответил Нам и обжог язык, отпив кофе слишком рано, даже не подув на него. — Задание простое, так что, если не хочешь, можешь не ехать, тем более Юнги изъявил желание поучаствовать.       — С чего ты взял, что я не хочу? — парня это как будто немного оскорбило.       — С твоего поведения в последнюю неделю, ты же не собираешься оставаться с нами, разве не так?       Джун смотрел на него поверх чашки с дымящимся кофе и усердно притворялся, что его эта ситуация вообще никак не волнует. Никаких расстройств, чисто деловые отношения, и ему не до того, что ложь всегда все только усугубляет, он об этом не помнит.       — Да, не собираюсь, — прямо заявил Джин, пожав плечами. Он едва ли чувствовал вину перед человеком, которому когда-то говорил о любви, хоть и давно, и перед напарниками тоже. Или скрывал это даже от самого себя. — Именно поэтому я собираюсь участвовать в каждом задании. Мне нужны деньги.       — Вот как…       Что же еще сказать? Джун не видит ни одного способа, которым мог бы удержать Джина рядом, или не хочет тратить время на поиски, потому что это кажется бессмысленным. Он уже который день, думая об этом, спрашивает себя: «А зачем?». Зачем ему удерживать Джина, если между ними больше ничего не осталось? Или почти ничего. Медленно и незаметно все как-то исчезло, испарилось. Удивительно, ведь раньше ему казалось, что эта любовь такая большая, такая всеобъемлющая. Спокойные и полные понимания отношения обещали стать союзом если не до конца жизни, то на пару десятков лет, но… они не стали.       — Считаешь, это правильное решение? — спросил Джун, уже допивая кофе, так и не съев ничего на завтрак.       — Да, считаю, — Джин кивнул и поднялся, чтобы отнести кружку в раковину.       — А если Сонми тебе этого не позволит? Мне кажется, он ясно дал понять, каково наше положение теперь.       — Честно? Мне плевать на Сонми. Он не всесилен и слишком много о себе возомнил.       Джуну нечего было ответить, он только поджал губы, наблюдая, как парень уходит обратно в спальню и уже достает из кармана наушники. Разговор окончен, что ж. Смиренно вздохнув, Джун встал, убрал со стола и вымыл кружки. Осталось только дождаться времени, когда пора выходить, и можно будет снова окунуться в дела, не думая ни о прошлом, ни о будущем. А пока, тяжело опустившись на диван, он взял телефон и застыл взглядом на экране, в котором чернело отражение его полных сожаления глаз. Какое-то время он думал о Сонми и его недавнем решении разделить их команду снова, дав Хоби и Тэхену отдельное задание. Чонгуку это очень не понравилось, но переубедить Сонми не вышло, хоть он искренне и попытался отстоять свою позицию. «Этот черт прекрасно знает, на что давить, чтобы сломать нас», — недовольно думает Джун, сжимая телефон все сильнее. Но потом поток мыслей, как и всегда, вернул его в прошлое, и от сожаления об упущенном счастье силы начали медленно покидать его тело и разум. В такие моменты желание пытаться исправить хоть что-то пропадало бесследно. Тоска и тяжелое сожаление постепенно вели его к переломному моменту, после которого, он боялся, что могло произойти: «Если не произойдет что-то, меняющее все, ничего хорошего можно не ждать».       Когда время пришло и они уже собирались выходить, Намджун остановил Джина, притянул к себе и осторожно поцеловал.       — Не стоит, Джун, — тихо сказал парень, отстраняясь.       — Просто хотел проверить, — ответил Намджун, открывая дверь и выходя первым.       — Проверить что?       — Что в твоем сердце ничего не осталось.       Они молча спустились на стоянку, молча сели в машину. Словно чужие друг другу люди, и Джин не позволил ему увидеть, что те слова все-таки сделали немного больно, уколов в то самое сердце, которое никогда не окаменеет, что бы он для этого ни делал.       Придя на базу, парни нашли Юнги в кладовке. Тот взял один из еще ни разу не использованных ножей, чтобы отрезать веревку на бирке новой куртки. Хоби не отвечал ни на звонки, ни на сообщения, куртку после той ночи так и не занес, так что Шуга решил просто зайти в ближайший торговый центр и купить новую. Тем более что погода уже не позволяла разгуливать в одной футболке даже днем. «Такими темпами я себе здесь новый гардероб соберу», — думал он, выходя из магазина, а в прочем, выбора как будто и не было.       — У вас одних что ли утренняя смена? — спросил он, выходя к напарникам в обновке, хоть и почти точно такой же, как старая. — Хоби вообще не на связи.       — Спят, наверное, — ответил Джун, подходя к открытой двери кладовки, чтобы достать оружие на сегодня. — Тэхен сказал, что они поедут ближе к вечеру.       — Может, нам тоже надо было вечером ехать?       — Утром они там не такие активные, как по ночам, — говорил Намджун, подавая напарникам их пистолеты с кобурой. — Будет удобнее так, по-тихому зайдем, найдем эту девчонку и заберем. Без лишних телодвижений, я надеюсь по крайней мере.       — Где Чонгук, кстати? — спросил Джин, уже готовый выдвигаться, ему не терпелось закончить с очередным делом, оплату за которое, он надеялся, делить с Шугой все-таки не придется.       Намджун озадаченно посмотрел в телефон, читая только что пришедшее сообщение от младшего.       — Он не придет, — вздохнул парень, застегивая кобуру со своим семнадцатым Глоком на поясе. — Так что, Шуга, ты точно не зря пришел.       — Да всегда пожалуйста, — хмыкнул тот. — А чего он?       — Решил идти на задание с Тэ и Хоби.       — А что, так можно было? — с иронией заметил Джин, в очередной раз намекая, что слово Сонми — не закон ни разу.       — Ну, посмотрим, не отхватит ли он, — сказал Юнги, выходя следом за старшим.       — Да ничего он ему не сделает, — бросил тот через плечо с полной уверенностью в своих словах. — Работа будет выполнена, чего ему еще надо от нас?       Никто ничего ему на это не ответил, но и Шуга, и Намджун, подумали об одном и том же. Убирать людей по одиночке гораздо проще. Правда, судя по всему, Сонми недооценил связь Чонгука и Тэхена. Даже несмотря на то, что между ними было, этих двоих все еще очень сложно разъединить. Но скоро он попробует снова.       Парни подъехали к заброшенному на вид трехэтажному зданию через сорок минут, сделали круг по периметру, чтобы осмотреться, и Джун припарковал машину немного в стороне за пышными, уже пожелтевшими кустами. Вокруг не было ни души, а из окон второго этажа, где тускло горел розовый свет, лилась тихая спокойная музыка. В целом все здание казалось спящим глубоким сном, особенно в сравнении с криками и шумом по ночам.       — Итак, напоминаю, как выглядит наша подруга, — сказал Джун, показывая напарникам на телефоне фотографию девушки в форме одной из элитных школ Сеула, взятую из школьного альбома. На нем она выглядит как маленькая принцесса, с темно-каштановыми волосами, заплетенными в две красивые косички, с большими зелеными глазами и легкой полуулыбкой на тонких губах, почти как у Моны Лизы. Невинный, светлый ребенок, но этой фотографии уже больше года. — Правда, сейчас она выглядит, скорее всего, немного по-другому.       — Понятное дело, — хмыкнул Юнги, смотря сначала на фотографию, а потом на здание перед ними. — Сколько она уже по таким злачным местам шатается?       — Последний раз родители видели ее в клинике три месяца назад, потом она сбежала и по последней информации какое-то время находится здесь.       — Чего бы им самим не забрать ее отсюда? — Юнги проверил оружие и посмотрел в телефон на наличие сообщений. Он все ждал чуда, но экран оказался пуст, как обычно.       — Руки не хотят марать, наверное, — сказал Джин, — проще заплатить за грязную работу и не париться.       — Мда, в общем, — Джун посмотрел на время и еще раз осмотрелся, глуша машину, — желательно использовать оружие максимум для запугивания, понятно? Никаких жертв, никакого шума. Приключение на двадцать минут, зашли и вышли.       — Проще простого, — усмехнулся Юнги самоуверенно.       Они вышли из машины и направились к главному входу, дверь которого оказалась открыта разве что не на распашку. В нос сразу ударил тошнотворный запах, и в темном коридоре невозможно было разглядеть хоть что-то. Парни осторожно прошли вперед, боясь наступить на какую-нибудь кучу дерьма или наркомана в невменозе. Впереди в тусклом свете разбитого окна завиднелась лестница, но Джун приказал сначала пройти первый этаж.       — Джин, иди в левое крыло, мы с Шугой в правое.       Парень кивнул и молча пошел по длинному коридору, прислушиваясь, а остальные двое направились в противоположную сторону. Юнги достал фонарик и стал подсвечивать им дорогу, чтобы в самом деле не вляпаться во что-то на полу, усеянном мусором. Упаковки от готовой еды и закусок, бутылки и жестяные банки из-под всех видов алкоголя и других напитков, кусочки фольги, маленькие зип-пакеты и использованные шприцы. Ничего, кроме отвращения, это зрелище не вызывало. Джун проверял каждую дверь, заглядывая и осматриваясь, если очередная комната не была закрыта на замок. Никого, никого, три спящих на грязных матрасах парня, никого, парень и девушка лежат в обнимку на старом диване и смотрят в потолок невидящим взглядом. И так до конца коридора. Первый этаж оказался самым тихим из всех, здесь находилось очень мало людей, большинство из которых спали или пребывали в глубоком наркотическом опьянении, и никто их них не похож на Кан Хансу, дочь одного весьма влиятельного политика. Маленькое грязное пятно на репутации всей семьи. Недавно один из популярных желтушных порталов опубликовал очень неприятную и громкую статью о жизни Хансу с такими подробностями, которые можно либо придумать, либо увидеть своими глазами.       — Там вообще почти никого, — сказал Джин, когда они встретились у лестницы.       — Значит, идем дальше, — кивнул Джун.       С каждым шагом по лестнице приглушенный шум голосов и музыка, льющаяся из колонок в одной из комнат, становились все громче. Джун решил проверить сначала именно эту комнату, и напарники поняли его без слов. В коридоре на втором этаже света значительно больше, ни одно окно не забито изрисованной фанерой, так что Шуга убрал фонарик, осматриваясь. Они прошли мимо холла с несколькими диванами, на которых сидело пять человек, один из них курил марихуану. Ее сладкий запах перебивал вонь никогда не мытых полов, но в духоте и критически малом количестве кислорода это не помогало. Все, кто обитает здесь, конечно, привыкли, но парни морщились от каждого дуновения очередного аромата.       — Эй, вы кто такие? — лениво спросил парень с косяком в руках.       Джин посмотрел на него с отвращением и одним взглядом заставил его заткнуться. Но вот девушка со зрачками во всю радужку, идущая им навстречу по коридору, встретила незнакомцев гораздо активнее.       — Вам здесь чего надо? — крикнула девчонка, не переставая дергая на себе порванную кофту. — Вы копы? Лучше валите отсюда! Пока я…       Она уже было кинулась на них, собираясь кричать еще громче, но Шуга, шедший впереди, схватил ее и прижал к стене, ударив головой, но не сильно.       — Не надо орать, мы не копы, — сказал он строго, смотря в ее огромные черные глаза. — Иди куда шла, ясно? Не замолчишь, я тебя заткну.       Девчонка возмущенно дернулась, раздувая щеки, но не решаясь закричать. Взгляд этого незнакомца напугал ее, она поняла, что он гораздо сильнее, да еще и не один. Ей повезло, что она приняла совсем немного и ее мозг еще мог хоть как-то оценивать ситуацию. Больше не издав и звука, девчонка быстро ушла к друзьям, когда Шуга отпустил ее. Когда парни пошли дальше, подходя к двери в главную и самую большую комнату на этаже, она побежала, чтобы поскорее рассказать всем, кто еще мог ее услышать, о странных типах с пистолетами.       Троих вошедших в зал незваных гостей почти никто не заметил. Здесь собралось около десяти человек, и все они были заняты своими делами под негромкую музыку в колонках. Кто-то делал дорожки на грязном столе, кто-то курил, лежа на диване, кто-то трясся в углу над ложкой с зажигалкой. Обитель ужаса современного мира. Откуда-то сверху раздались женские стоны. Парни прошли вдоль свободной стены, Намджун и Джин внимательно вглядывались в лица, освещенные двумя яркими розовыми лампами, ища девушку с фотографии и не находя ее. Несколько парней посмотрели на них с опаской, но ничего не сказали, только стали перешептываться между собой. Наконец, к ним уверенно подошла высокая блондинка с ярким макияжем, наиболее адекватная из всех, и спросила:       — Мальчики, ищете что-то конкретное? — она кокетливо улыбнулась, приоткрывая свою грудь в обтягивающем кроп-топе.       — Кое-кого конкретного, — ответил Джун, совершенно не обращая внимание на заигрывания. Он показал на экране телефона фотографию. — Знаешь ее?       Девушка сощурилась и наклонилась, вглядываясь в школьное фото Хансу.       — Мм, — протянула она, облизывая пухлые губы и томно оглядывая остальных двух незнакомцев, — Барби что ли? А зачем она вам? Вы клиенты?       — Надо поговорить с ней, где она? — спросил Намджун, искоса следя за проходящим мимо парнем, который как будто хотел им что-то предъявить.       — Была в игровой, могу проводить.       И она позвала их за собой легким движением руки. Девушка шла, виляя бедрами и не замечая, что парням на нее в высшей степени наплевать. Джину пришлось толкнуть Шугу в плечо, чтобы тот пошел за ними. Он не слышал ни слова из этого разговора, смотря застывшим взглядом на парня, полулежавшего на полу в дальнем углу со шприцом в вене. И взгляд его был точно такой же стеклянный, как тогда у Чимина в доме на западном побережье США. Холод прошелся по телу, и Юнги почувствовал, как в нем сработал триггер, а сознание охватило ледяное пламя. Только когда они зашли в соседнюю комнату с исписанными стенами и большим телевизором на стене, он смог вернуть контроль над собой.       — Да, вот она, — указала девушка в дальний угол.       На самом краю дивана, почти сползая с него, лежала девушка с ярко-розовыми волосами, собранными в два пышных высоких хвоста. Ее персикового цвета облегающее платье надето криво, как будто одевалась она не сама. Рядом сидели два парня с сигаретами в руках и геймпадами на коленях. Они не играли в украденную недавно приставку, но собирались уже пару часов, так и не включая телевизор. Один из них тут же подскочил, увидев гостей.       — Нуна, это еще что за типы? — возмутился он, пошатываясь. — Зачем притащила их?       — Мальчики хотят поболтать с Барби, — невинно ответила она, пожимая плечами и отходя в сторону.       — Чего вам от нее надо? — грубо спросил другой парень, сидевший рядом с Хансу.       — Мы забираем ее домой, — сказал Джун и двинулся к девушке, не собираясь ничего объяснять.       — Она никуда не пойдет! — воскликнул стоявший между ними парень.       Он дернулся в сторону Джуна, но Джин подошел и толкнул его на диван, насильно усаживая.       — Не дергайся, вас никто не спрашивает.       Но тут поднялся и второй парень, чувствовавший себя гораздо лучше и смелее, он принял серьезный вид и преградил путь, доставая из кармана складной нож.       — Еще шаг! — крикнул он, приготовившись защищать свою подругу. — Вы от ее отца, да? Она не хочет их видеть, чего непонятного?! Она остается здесь!       — Убери нож, — спокойно приказал Намджун, кладя руку на пистолет в кобуре, чтобы дать им всем понять, что препираться не стоит. — Не заставляй нас применять силу, парень. Девушка идет с нами и точка.       В первые мгновения парень струсил, и его взгляд неуверенно забегал, но, оглянувшись на подругу, он все-таки решился и кинулся на Джуна. Ловким движением и совершенно без усилий Нам выбил нож и, заломив руку, прижал парня к стене, ударив посильнее об нее лицом.       — Я же попросил нормально! — рыкнул он, раздражаясь. — Джин, бери ее и пошли отсюда.       Напарник подошел и поднял вялую, обдолбанную Хансу на руки и направился к выходу. В это время Юнги, следивший за вторым парнем, который трясся на диване, запоздало заметил, что блондинка исчезла, а в соседней комнате послышался шум громче, чем раньше.       — Надо уходить, — поторопил он остальных, — пока эти наркоши панику не подняли.       Намджун пригрозил парню, которого держал и, когда Джин и Юнги уже выходили, отпустил его, оттолкнув. Быстрым шагом он нагнал напарников, и они поспешили вниз под вялые протесты Хансу. Она едва понимала, что происходит, в отличие от нескольких ее друзей, оказавшихся на пути к лестнице. Двое парней посильнее предприняли попытку отбить подружку голыми руками, но у них ничего не вышло. Шуга с Намджуном растолкали их, одному попало в челюсть, другого спустили с лестницы довольно жестко, из-за чего какая-то девчонка истошно закричала.       Началась суматоха и уходить пришлось в спешке. «Переполошили улей обдолбанных пчел!» — раздраженно подумал Джин, чуть не роняя Хансу, когда парень, валявшийся у подножия лестницы схватил его за ногу. Юнги не выдержал и достал пистолет из кобуры, когда еще один смельчак с косяком в зубах что-то прорычал ему и замахнулся.       — Отошел на километр! — рявкнул Шуга, наставляя на него пистолет. — Пока я не затолкал твой косяк тебе в жопу.       — Да кто ты такой вообще? — ответил тот и харкнул ему прямо на ботинок.        Больше он мог не продолжать, Шуга сорвался и накинулся на него, ударив рукояткой пистолета по носу, потом свободной рукой в живот и снова по лицу. Намджуну пришлось оттаскивать его силой, но уследить за ним все равно не вышло. Оказавшись на улице, уже подходя к машине, он заметил, что напарника рядом нет.       — Не надо было его брать с собой, — буркнул Джин, усаживая Хансу на заднее сидение и пристегивая ее. — И где он застрял?       Намджун чертыхнулся и побежал обратно.       — Да не заколют его там иглами до смерти! — крикнул Джин ему вслед и сел рядом с плачущей наркоманкой.       Это было какое-то наваждение, мираж пронесся перед глазами. Шуга мог свободно выйти следом за напарниками, но свернул в левое крыло, догоняя парня, убегавшего от всей этой суматохи и женских криков. За секунду до того, как остановил его и развернул, Юнги мог поклясться, что это Чимин! Его куртка, его черные, немного растрепанные волосы. Но глаза оказались голубыми.       — Отпусти, я же не при чем! — застонал парень, выставляя ладони перед собой, и зажмурился.       С первой минуты здесь больше всего Юнги боялся увидеть Чимина в этом наркоманском рае. Но это оказался не он, не он.       — Шуга, ебаный в рот! — крикнул Намджун у входа. — Пошли уже, быстро!       Наверху все копошились, многие собирали свои манатки, чтобы сбежать, думая, что нагрянула полиция. Страх отпустил Юнги, позволяя наконец-то взять себя в руки и уйти. Намджун едва сдержался от того, чтобы дать ему леща за такую выходку. «Но, если он все-таки был здесь?» — с замиранием сердца думал Шуга, возвращаясь к машине и не слыша ни слова из нотаций напарника. Внутри все сжалось от мысли, что Чимин снова принимает, и хуже всего была горькая уверенность, что так и есть.       — Я говорил тебе, что у тебя крыша съедет, если не будешь отдыхать, — говорил Джун, нервно ведя машину, держа курс на элитный пригород, к дому семьи Кан.       — Мне показалось, там был Чимин…       — О том и речь! Я не разрешаю тебе работать ближайшие два дня минимум, ты меня понял?       Юнги не ответил. С тяжелым вздохом он запустил руки в спутавшиеся волосы и, согнувшись пополам, уткнулся лбом в бардачок.       — А что, смена деятельности — это не отдых? — усмехнулся Джин с заднего сидения, на что получил вежливую просьбу пойти в жопу.       Намджун изо всех сил старался не раздражаться слишком сильно из-за того, что даже такое простое задание идет так хреново. Раньше подобного не было никогда, и он винил только себя. В том, что больше не может контролировать ситуацию. Холодный когда-то разум теперь всегда горит, и этот огонь становится все больше, обещая спалить все дотла к чертовой матери. И крайне трудно признать хотя бы перед самим собой, что он спекся. От такого командира никакой пользы быть не может, и тем хуже, что остается только гадать и ждать, когда Сонми заметит эту критическую слабость.       — Он берет на себя слишком много ответственности, — покачал Суджин головой. Он стоял за спиной брата и смотрел на тонущий в вечерних пасмурных сумерках сад через панорамное окно. — А младший так, наоборот, больно смелый. И что ты думаешь с этим делать?       Сонми ничего не ответил, задумчиво смотря на последнее сообщение на телефоне от парня из того сквота, откуда сегодня утром забрали Хансу. Параллельно с этим он еще следил за выполнением задания с проблемными дилерами, порученного Хосоку и Тэхену, и все равно в мысли то и дело вклинивался этот упрямый мальчишка. «Надеюсь, он не собирается запереться в этой халупе и сторчаться до передоза, — думал Сонми и постукивал кончиками пальцев по стеклянному столу. — Не заставляй меня давить на тебя».       — Может, пора уже действовать решительнее? И кстати, я считаю Шуга слишком торопиться, уже такая шумиха поднялась, это нам точно не поможет.       Суджин устало вздохнул и обернулся на брата, который его совершенно не слушал, как обычно.       — Братишка! — ему пришлось подойти и потрепать его за плечо, чтобы вернуть в реальность. — Ты замечтался, прекращай, пока не упустил все из рук.       — Все под контролем, Суджин, — спокойно ответил Сонми, поднимая на него уверенный взгляд.       — Ну-ну, — брат цокнул языком и сложил руки на груди, — смотри сам, но я тебя предупреждаю, эти Психи непредсказуемые и слишком нестабильные.       — Все можно обернуть в свою пользу, Суджин. Все…