Чёрный змей

Тучи сгущались над поместьем Малфоев. Вдали из леса доносился гром, который таял среди высоких деревьев. Сквозь темное небо блистала яркая молния, озаряющая его. Вороны с громким криком взмыли вверх, кружась в вихре. Ветер развивал длинные полы пальто стоящих на пороге дома молодых людей. — Чего тебе стоит, Тео? Ты все равно уже здесь, — сухо сказал Драко. — Я приехал по просьбе твоей матери, но вовсе не из-за твоего очередного приказа, — в тон ему ответил Тео. — Ты считаешь, что есть разница? Нотт, я скоро займу место Тёмного лорда, мне некогда будет размениваться на нежности. — Постарайся остаться человеком хотя бы до этого дня. Помнится, ты хотел совсем другого. Веди себя так, как обещал мне. Тогда поговорим. — О чем ты? — надменно задрав голову, спросил Драко. — Я твой друг, а не прислуга. Теодор присел на ступень около входа в дом. Он достал из кармана свёрток, из которого ему в ладонь выпала аккуратно скрученная сигарета. Брюнет отбросил со лба сбившиеся кудри, и вынул зажигалку. Он поднес ее к губам, зажав в зубах сигарету. Темно-синие глаза Теодора не выражали ничего, кроме пустого безразличия. — Что это? — заинтересованно спросил Драко. — Сигареты. Достал из маггловского мира во время последней экспедиции, — Нотт пожал плечами. — Можно? — уже мягче сказал Малфой. Теодор молча протянул другу сигарету. Драко опустился рядом с ним, подтягивая брюки. В темных лакированных туфлях отразился очередной изворотливый крюк молнии. Малфой втянул горький дым, тут же закашлявшись. Он заметил улыбку на лице Нотта. Парень сделал глубокий вдох, и вновь затянул сигарету. Дым развеялся по ветру. — Тео, я идиот. — Я знаю, — спокойно ответил Нотт. — Тогда зачем заставляешь меня повторять это после каждой ссоры? — возмущенно воскликнул Драко. — Я принимаю эти слова за извинение. Они гораздо искреннее, чем обычное «прости». А ещё гораздо приятнее слышать, как ты сам себя оскорбляешь. Драко усмехнулся, толкая друга в бок. Он провел рукой по уложенным волосам, которые успел разбросать ветер. Парень достал палочку и взмахнул ей. Громоздкие ворота с большим скрипом отворились. Через несколько секунд около них приземлился темный длинный автомобиль. Дверь открылась, пошатываясь, из машины вышла Пэнси. Паркинсон сильнее замоталась в платок, который успела набросить на голову. Она неспешно шла ко входу в особняк, практически не поднимая взгляда. На руках девушки были надеты кожаные перчатки, на указательном пальце сверкал изумрудный перстень. Брюнетка остановилась перед парнями, смотря на них злыми и колючими глазами. — Драко, мы разве не спешим? — прошипела Пэнси. — Я рассчитывал на нежное приветствие, — улыбка сползла с лица Малфоя. — Оставь ласку для Тео, мне она ни к чему. Платок слетел с головы Пэнси. Она хотела ухватиться за него, но поймала лишь воздух. Девушка обречённо закрыла лицо руками. Она была невероятно бледна, алые губы были единственным, что выделялось на сером лице. Тео заметил, как платок зацепился за ветку невысокого дерева. Он подошёл к нему и поднялся на цыпочки. Парень ухватился за край платка. Тео поднес его обратно хозяйке. Он одно его на голову Паркинсон, аккуратно заматывая шею. Девушка нервно заправила выбившуюся прядь волос за ухо. Она набросила сверху на платок теплую шубку, благодарно кивая Нотту. Пэнси переминались с ноги на ногу, брюнет продолжал стоять около нее. — Что-то случилось? — не выдержав напряжения, спросил Драко. — Нет, но может, — взволнованно ответила Паркинсон. — Пэнс, ты не особо любишь Гринграсс, но всё может обойтись, — успокаивающе пробормотал Нотт. — Отдай мне хоть каплю твоей уверенности, Тео. Чего мы ждём? Полетели, так мы скорее вернёмся домой. — Грейнджер ещё не спустилась. Она опаздывает уже на десять минут, — в доказательство своих слов Драко вынул часы из кармана. Дверь тут же распахнулась. Гермиона поприветствовала всех собравшихся и поспешила пройти к автомобилю. Девушка старалась не поднимать глаз на остальных, как можно скорее идя к машине. Малфой шел последним. Он посмотрел на темные окна дома. Лишь в одном из них горел свет. Люциус стоял в своем кабинете. Он следил за уезжающими волшебниками, сложив за спиной руки. Его мертвый взгляд был направлен вовсе не на сына. Драко показалось, что тот смотрел на Гермиону, но тут же удивился своим мыслям. Грейнджер первая забралась в машину. Возле нее сел Драко, надеясь спросить о своих подозрениях. Пэнси отрицательно покачала головой на предложение Тео сесть рядом. Девушка заняла первое сидение, спокойно закрывая глаза. Нотт обречённо вздохнул и сел возле друга. — Что за дела у тебя с моим отцом? — прошептал Драко, наклоняясь к уху Гермионы. Грейнджер подняла глаза на собеседника. Блондин оказался слишком близко с ней. Она почувствовала его дыхание на щеке. Малфой не собирался шутить, он настаивал на ответе. Гермиона смущённо опустила голову, перебирая все возможные варианты ответа. Она не имела права говорить правду. В этом и заключались ее отношения со всеми Малфоями. Каждый из них вынуждал ее врать другому. — Почему ты спрашиваешь? — Грейнджер мысленно прокляла себя за самый глупый ответ из тех, что она могла придумать. — Я не доверяю ему, тебе доверяю только из-за непреложного обета, но ты можешь обмануть и его. Так что же, Грейнджер? Решила завести любовника постарше? Я не гожусь? — Вероятно, ты не поверишь моим словам. В таком случае, спрашивать незачем, — зло прошептала Гермиона. Девушка закрыла глаза, облакотившись на спинку сидения. Она не смогла уснуть ночью, ее постоянно мучали кошмары. Его отрывки вновь возникли в мыслях Гермионы. Грейнджер посильнее зажмурилась, пытаясь избавиться от ненужных воспоминаний. Гермиона подошла к зеркалу, стоящему посреди высоких зелёных стен, покрытых плющом. Она осмотрела своё отражение. Гладь зеркала начинала покрываться трещинами, морозный воздух обжёг его оголенную кожу. Девушка подняла правую руку, смотря на отражение. Оно не шевелилось, и только злобно улыбалось в ответ. Гермиону оглушил смех ведьмы из Северного леса, которая чуть было не свела ее с ума. Голос принадлежал отражению. Оно протянуло руки к Грейнджер, ее ногти тянулись, словно ветви деревьев, цепляя ее за тонкую кожу. На лбу девушки выступили капли холодного пота. Она поспешила выбраться из кошмара, пока тот полностью не поглотил ее. Гермиона выглянула в окно. Под собой она увидела бесконечный лабиринт, состоявший из живых изгородей. За ним возвышался огромный белоснежный дом, всем своим видом больше напоминающий дворец. — Мы почти на месте, — слова Нотта заставили Гермиону отвлечься от созерцания. Грейнджер посмотрела на Драко. Тот упорно не поворачивал голову в свою сторону. Гермиона боялась представить, что творилось в его мыслях. Ее успокаивало лишь то, что Малфой не знал правды о роде ее отношений с Люциусом. Девушка посмотрела на небо, которое будто застыло. Тучи не двигались, а молния замерла среди темных облаков. Машина начинала спускаться. Она остановилась возле высоких ворот с тонкими шпилями. Тео вышел первым, открывая дверь Пэнси и помогая ей выбраться. Девушка отмахнулась от него. Как только волшебники оказались снаружи, автомобиль взмыл обратно в воздух. Драко подошёл к воротам, он коснулся замка рукой. Внутри скважины появилось отверстие. — Их система безопасности не меняется уже несколько тысячелетий, а я все никак не могу к ней привыкнуть, — пробормотал Драко. — Чокнутые аристократы, — шепнула Пэнси так, что ее могла услышать только стоящая рядом Гермиона. Нотт вынул из кармана брюк небольшой кинжал, и протянул его блондину. Драко сделал небольшой надрез на указательном пальце. Капля крови упала на скважину. Замок повернулся, издав характерный щелчок. За ним проследовали Тео и Драко. Последней перед замком остановилась Гермиона. — Стой! Малфой остановился за спиной Грейнджер. Он не дал ей коснуться ножом кожи, забрав его. Парень вернул его хозяину. Драко вновь поднес свою руку к замку. С пальца сорвалась капля. Замок повернулся. Он расползся длинной змеёй по дверям. Они отворились, освободив дорогу гостям. — Дверь бы не пропустила тебя, ты не чистокровная. Четыре посетителя — четыре капли крови, не важно, кому именно из нас они принадлежали, — безэмоционально объяснил Драко. Послышался шум воды. Справа били высоко фонтаны, струи почти что достигали неба. Оно отсюда казалось стеклянным, дом закрывал от внешнего мира барьер. Светло-голубая вода в фонтанах на глубине становилась темнее, в некоторых местах становясь почти черной. С другой стороны били небольшие фонтаны, между которыми переливающимися камнями была выложена тонкая тропа. Землю покрывал иней, оттуда веяло сильной прохладой, хотя с другой стороны температура воздуха была гораздо теплее. Волшебники шли по ровной дороге, сделанной из светлого мрамора. Гермиона присмотрелась к траве и невольно подметила, что та не походила на живую. Она не двигалась и выглядела идеально прямой, как и все, что ее окружало. Вокруг не было ничего настоящего, даже дом представился Грейнджер иллюзией. Высокие и широкие белоснежные окна закрывали изнутри светлые голубые шторы. В некоторых из них было видео отражение, такое же мертвое и застывшее. Дверь в дом поднялась вверх, пропуская гостей. Просторная гостиная сияла холодным светом. В ней не было почти ничего, кроме колонн, упиравшихся в потолок и стеклянных шкафов. Две крутые лестницы вели на второй этаж. На полу из камней была выложена причудливая мозаика, отблески с которой плясали на стенах комнаты, почти полностью заполнеными окнами. По лестнице вниз спустились мистер и миссис Гринграсс. Длинные золотистые волосы женщины были собраны в причудливую прическу, оставленные распущенными завитые пряди спускались почти до поясницы. Длинное белоснежное платье подчеркивало ее идеальную фигуру. Она напоминала мраморную идеально отделанную статуэтку. Аристократические прямые и острые черты лица говорили ее происхождении женщины. Муж миссис Гринграсс сильно отличался от нее. Рядом с ней он выглядел стариком, но не менее идеальным. Серо-голубые глаза обоих были холодны. Их фигуры излучали спокойствие. — Добро пожаловать! Звонкий голос миссис Гринграсс раздался по гостиной, отзываясь громким эхом. Ее слова звучали, как мелодичные колокольчики. Они усыпляли, затуманивали рассудок. Пэнси поежилась, она выглядела ещё хуже, чем до перелета. Гермиона испугалась, что та упадет в обмарок, и взяла ее под руку. Жест Грейнджер не ускользнул от зорких глаз Тео, который отошёл на несколько шагов от Драко к девушкам. — Прошу прощения за то, что наш визит стал столь внезапным, — произнес Драко, — Я стал слишком много времени уделять своим делам, позабыл о старых друзьях моей семьи. Спасибо, что приняли нас. — Драко, дорогой, ты всегда желанный гость для нас, — пропела миссис Гринграсс. Женщина спустилась по ступеням, протягивая тонкие бледные руки к Малфою. Она обняла его, после чего прошла к остальным. Драко пожал руку мистеру Гринграсс, который тут же повел его на второй этаж. Женщина остановилась возле остальных гостей. Она расцеловалась с Тео. Пэнси испуганно смотрела на нее, пытаясь успокоить свое сбившееся дыхание. Миссис Гринграсс приобняла Паркинсон, но та даже не смогла пошевелиться, чтобы ответить на приветствие. — Авелин, спустя столько лет, — мило говорила мисс Гринграсс, — Я бы хотела поговорить с тобой лично, ведь столько всего нужно обсудить. Ты чудесно выглядишь, как и подобает чистокровной волшебнице. Но все после обеда. Я прикажу эльфам накрыть стол, осмотритесь пока. Ваши комнаты на втором этаже. Девочки скоро вернутся, они уехали утром полетать на драконах. — Спасибо, миссис Гринграсс, — поспешила ответить Гермиона. Вместе с Тео девушка подхватила Пэнси. Они поднялись по ступеням. У Гермионы кружилась голова от сладких ароматов, витавших в доме. Им неоткуда было взяться, значит, и те были ненастоящими. На втором этаже волшебники встретили мистера Гринграсса, который указал на расположение их комнат. Тео вызвался провести Паркинсон. Гермиона осталась одна. Грейнджер подошла к стеклянной двери, на которой засияли инициалы Драко. Она отворила ее, проникая внутрь. С потолка падали тысячи крохотных блестящих камней. Идеально убранную постель украшал полупрозрачный балдахин. Покрывало было расшито серебряными нитями, стены украшали причудливы сплетающиеся узоры, напоминающие трещины на льду. Девушка повернула голову, заметив высокое зеркало. Она вздрогнула, узнав ту же вещь, что была в ее стене. Гермиона замерла около него, внимательно осматривая своё отражение. — Грейнджер! — Малфой окликнул ее. Девушка тут же повернулась, отходя подальше от зеркала. Она села на банкетке возле кровати, на которой раскинулся после долгой дороги Малфой. Он холодно смотрел на Гермиону. Девушка вздрогнула, заметив, что Драко сливается с такой же бесчувственной комнатой. — Я хотела поговорить с тобой, — поднимая глаза сказала Гермиона. — Наверное, о том, как привлечь внимание моего отца? Мне хочется верить, что он по-прежнему любит мою мать. — Малфой, ты идиот, — не выдержала Грейнджер, — Ты слышишь себя? Что может быть между мной и твоим отцом? — Я задавал тебе тот же вопрос, но ты не дала мне ответа, — возмутился Драко. — Я просила выпустить Гарри из клетки, — надеясь на правдоподобность своей лжи, выпалила Гермиона, — Он отказал мне. — Было глупо полагать, что будет по-другому. — Стоило попытаться, — Гермиона пожала плечами, — Надеюсь, что конфликт исчерпан. — Да. Только вот... Что с зеркалом? Ты так уставилась на свое отражение, как будто что-то другое там увидела. — Дурной сон. — Он может быть вещим, — неожиданно проронил Драко. Малфой сел на край кровати, придвигаясь ближе к банкетке. Он отдернул балдахин, чтобы лучше видеть собеседницу. Гермиона повернулась боком, опираясь локтем кровать. Она поджала под себя ноги, поправляя край короткой юбки. — С чего ты взял? — обеспокоенно спросила Гермиона. — Не знаю, как объяснить, но этот дом, он, будто... — Ненастоящий, — закончила девушка. — Да. А сон и есть иллюзия. У Пэнс часто неприятное предчувствие перед поездкой, с самого детства. Она поэтому так не любит это место. Мне оно кажется мёртвым, единственное живое существо здесь — Дафна. Поэтому мы приехали к ней. — Малфой... — Нет, нет, нет! — возмутился Драко, — Я просил не произносить так мою фамилию. У меня снова дежавю, Грейнджер. — Я могу остаться у тебя до обеда? — проронила Гермиона. Девушка тут же пожалела о своих словах. Она почувствовала себя невероятно глупой, когда ещё на первом курсе она допустила самую непонятную ошибку в простом тесте. Гермионе захотелось поскорее сбежать отсюда, оказаться как можно дальше от настойчивого взгляда серых глаз, пронизывающих ее. — Залезай, — неожиданно выпалил блондин, отодвигаясь, чтобы освободить место. Гермиона сбросила тяжёлые ботинки и перебралась на кровать. Она облакотилась о мягкие подушки, стоящие у спинки. Малфой растегнул верхние пуговицы рубашки. Он бросил пиджак на банкетку. На тумбочке рядом с кроватью Гермиона заметила книгу, которую она с Пэнси достала из хранилища Беллатрикс. Драко лег на подушку, поворачиваясь набок и смотря на Гермиону. — Ты покормил котёнка? — спросила Гермиона, чтобы заполнить тишину. — Я принес ему молоко, и закрыл в комнате. Мерлин, если моя мать увидит его... — У тебя никогда не было домашних питомцев? — У меня было не такое счастливое детство, как ты думаешь. Я никогда ни о ком не заботился. Грейнджер опустилась ниже, оказываясь напротив Драко. В серых глазах забегали знакомые чертики. Руки Малфоя приняли девушку к себе. Грейнджер уткнулась носом в его плечо. Девушка почувствовала горький аромат сигарного дыма, оставшегося на одежде. Она обняла его в ответ, чувствуя, как он делает каждый вдох. — Скоро обед. Нам придется пойти, — прошептал Малфой. — Давай пока что останемся здесь. Малфой усмехнулся. Он протянул руку к заколке, держащей волосы девушки. Золотистые кудри тут же разметались по подушке. Драко услышал мирное дыхание Гермионы. Ее глаза были закрыты. Она, наконец, уснула спокойным сном.