А что, если

      Слишком яркое утреннее солнце заставляло щуриться, поэтому я просто откинула голову и, удобно расположившись на лавочке университетского сквера, принимала солнечные ванны. Приятный ветерок играл с волосами, щекотал кожу, приподнимая края платья. Расслабленные веки были плотно закрыты, но в какой-то момент надо мной нависла тень, и я их распахнула. Тенью оказался высокий голубоглазый шатен.       — Привет, — улыбнулся он.       Я медленно провела взглядом по его фигуре и задумчиво закусила губу. Симпатичный. Не писаный красавец, но внешность приятная. Плечи широкие, подтянутый. Возможно, занимается спортом или ходит в зал. Интересно, какой он в постели?       — Ну, привет.       — Скучаешь?       Он присел возле меня и положил руку на спинку скамейки. Я бросила взгляд на его ладонь. Большая, крепкая. Всё, как я люблю.       — Нет.       — Ждёшь парня?       — Подругу.       — Я Олег.       Ол-лег… Как-то скучновато. Слишком простое имя для такого симпатяжки. Хотелось бы чего-нибудь поинтереснее: Артур, Эдуард, Радион, Константин…       — Таня, — подарила ему полуулыбку.       — А ты любишь кино, Таня?       — Не особо, — пожала я плечами, а потом внезапно спросила: — Который час?       — Без двенадцати десять.       — Отлично. Пошли, — взяв за руку, поманила его за собой.       — Куда?       — Скоро узнаешь, — хитро ему улыбнулась.       Парень удивлённо вскинул брови, но последовал за мной. Я повела его подальше от центрального входа, туда, где росли невысокие пышные ели и редко прогуливались студенты. Олег послушно следовал за мной, и мне это очень нравилось. Когда мы спрятались за деревьями, я дёрнула парня на себя и впилась в его губы поцелуем. Он замер на несколько секунд, но потом горячо ответил. Кажется, я не прогадала.       Олег целовался хорошо. Да, я первая полезла ему в рот языком, но его это нисколечко не смутило. Он отвечал мне страстно, прижимая к себе за талию, однако стеснялся опуститься ладонями ниже. «Ну же, Олежка, не огорчай меня», — едва сдерживалась, чтобы не простонать от разочарования. Пришлось опять брать всё в свои руки. Прикусив его нижнюю губу, я скользнула ладонью к паху парня и легонько сжала твёрдый член. Олег дёрнулся от неожиданности и отстранился.       — Воу, какой напор. Мы же только познакомились, — растерянно улыбнулся он.       — Мне найти кого-то посговорчивей?       — Нет-нет, просто неожиданная инициатива от девушки.       — Решила пропустить конфетно-букетный период, — я медленно накручивала локон на указательный палец. — Ты против?       — Да. То есть нет, — помотал головой Олег. — Блин, я сплю, да? — восторженно спросил он, проведя пятернёй по волосам. — Просто ты… Ты предел мечтаний: такая секси и…       Похоже, парень не мог поверить в свою удачу. Даже невооружённым глазом было видно, что я его привлекала. Но Олег, скорее всего, не ожидал, что у нас всё так быстро перейдёт к сексу. Это отчасти забавляло. Все те метания, взвешивания «за» и «против». Как же иногда смешно вели себя эти доморощенные мачо. Им хватало уверенности, чтобы познакомиться, наглости, чтобы настоять на своём и всё же уломать выбранную жертву. Но как же они зачастую терялись, когда девушка из добычи внезапно превращалась в охотника.       Здесь было так же. Он гладил и сжимал мои плечи, предвкушая хороший трах. Наверное, красочно представлял себе как и в каких позах поимеет, потому что в его глазах горел восторг. Однако почему-то всё равно не решался. Это веселило: Олег вёл себя, как девственница, которой, и хочется, и колется, и мамка не велит. Но в какой-то момент он всё-таки принял правильное решение, потому что, облизнув губы, хищно ухмыльнулся:       — Давно хотел найти такую горячую штучку.       — Так чего же мы ждём?       Дважды повторять не пришлось. Вот теперь Олег разошёлся по полной. Он резко притянул меня к себе и начал жадно изучать каждый изгиб тела, терзая рот горячим поцелуем. И да, наконец случилось то, чего мне так давно не хватало. Поглаживая спину одной рукой, второй он комкал юбку платья, чтобы наконец опалить холодную кожу бедра своей горячей ладонью. Но когда его пальцы скользнули выше, чтобы нащупать кружево трусиков, Олег на мгновение замер, а потом по-собственнически сжал мою голую ягодицу. Кажется, не надевать сегодня нижнее бельё было удачной идеей.       Олег отстранился. Хитро улыбаясь, он снял белую футболку и расстелил её на усыпанной сухими еловыми иголками земле. Какой галантный. Кому-то повезёт с парнем. Такой милаха. Было приятно осознавать, что он позаботился о моём комфорте, но, несмотря на это, я не собиралась следовать его сценарию, сегодня предпочла доминировать. Поэтому подошла к нему и, уверенно расстегнув пуговицу и молнию, потянула штаны вместе с трусами вниз.       Олегу определённо нравился мой напор. Он даже решил подчиниться: послушно лёг на собственную футболку, когда я легонько толкнула его ладонями в грудь. Мне самой уже не терпелось ощутить его внутри. Клитор, казалось, пульсировал от неудовлетворённого желания, а внизу живота завязался тугой, жаждущий разрядки узел. Мир вокруг терял свои очертания, растворялся, исчезал. Всё моё внимание притягивал подрагивающий от возбуждения член.       Я неосознанно облизала губы и привычным движением достала из сумочки серебристый квадратик. Закусив краешек зубами, дёрнула упаковку и открыла презерватив. Надевала его в спешке, руки мелко дрожали. Кажется, в этот раз я затянула с поиском кандидата. Хорошо, что так удачно подвернулся Олег.       Парень хрипло простонал, когда я оседлала его и сжала член мышцами вагины. Его объём оказался для меня маловат, он не способен был удовлетворить на полную, поэтому пришлось со всей силы напрячь внутренние мышцы, пока резвилась на нём, как дикая наездница. Мне нужен был оргазм, жизненно необходим, иначе меня ждали жуткие последствия. И я не просто занималась сексом, я жёстко трахала лежащего подо мной незнакомца.       Олегу сносило крышу. Он уже не стеснялся стонать, обхватив крепкими ладонями меня за бёдра и помогая поддерживать бешеный темп. Его мутные от наслаждения глаза не могли сфокусироваться. Он периодически откидывал голову назад и хрипел что-то отдалённо похожее на «Таня». Олег был на грани, а я никак не могла достичь разрядки. Это было чревато. Мне пришлось резко прервать соитие и позволить напряжённой головке лишь едва касаться моих горячих половых губ. Олег мгновенно пришёл в себя и непонимающе захлопал глазами.       — Мы тут работаем не только над твоим удовольствием, милый, — криво улыбнулась я.       — Да, конечно, — притянул он меня и поцеловал.       Парень проделал влажную дорожку вниз по шее к ключице, оставив несколько небольших засосов. Я не любила отметины на теле, особенно в летний период, но прерывать его не стала. Если это доведёт меня до оргазма, готова была пойти на жертвы. Тем временем Олег опустил бретельки моего платья и принялся ласкать возбуждённую грудь. Он облизывал одну, одновременно сжимая и оттягивая сосок второй. Я прогнулась в спине, подаваясь ближе к нему, и ахнула. Он перехватил меня одной рукой за талию и, продолжая втягивать и посасывать соски, большим пальцем свободной руки сделал круговое движение по клитору. Я громко простонала — Олег ускорился.       Я оглушала себя звуками наслаждения, и мне было всё равно, что могут подумать окружающие, если кому-то вдруг вздумается забрести на эту аллею. У меня не осталось ни стыда, ни совести, ни моральных принципов. Полностью поглощённая наступающими волнами блаженства, я прикрыла веки. Мне, как и всегда в такие моменты, мерещились карие глаза с неприродным жёлтым блеском. И только я раскрылась навстречу оргазму, как Олег внезапно развернул меня, поставив на четвереньки, и резко вошёл на всю длину. Боль от такого проникновения была настолько сильной, что я непроизвольно вскрикнула. Парень крепко перехватил ладонями меня за талию и начал остервенело насаживать на член. Несколько первых толчков получились слишком грубыми, но потом ощущения смазались, и я почти что зарычала от накрывающего с головой удовольствия. Наслаждение волнами разливалось по телу, постепенно превращаясь в приятное покалывание внизу живота. Я никак не могла отдышаться, во рту пересохло. Олег после нескольких фрикций тихо выругался. Его сбившееся дыхание щекотало шею. Он поцеловал меня возле лопаток и хрипло произнёс:       — Таня, блин… Ты сводишь с ума.       Едва сдержалась, чтобы, цокнув, не закатить глаза. Ещё один влюбившийся после хорошего траха дурачок…       Олег гладил меня по спине, скользил руками к груди, продолжая оставаться внутри, словно чувствовал, что это наши последние мгновенья вместе. Я не нуждалась в телячьих нежностях после соития, не жаждала влюблённых взглядов и признаний. Мне было от себя противно. Хотелось поскорее распрощаться и убежать прочь, виновато опустив глаза. Но, увы, Олег казался одним из тех хороших парней, которые не так часто попадаются девушкам на жизненном пути. Я не имела морального права вести себя, как последний мудак, и испортить ему самооценку. Не желала выглядеть конченой стервой и дать понять, что просто использовала его. Надо было разойтись мирно, желательно без лишних объяснений.       Поднявшись, я принялась нарочито медленно отряхивать платье. Мысли кружились вокруг веской причины, почему мы не можем быть вместе, ведь правда слишком напоминала страшную сказку. Однако ничего толкового на ум не приходило. Я занервничала, потому что просто развернуться и уйти было неправильно, а придумать отговорку не получалось.       — У тебя случайно нет влажных салфеток? — спросил Олег.       Вынула их из сумочки и молча ему протянула. Он не спешил принимать, изучая меня внимательным взглядом. Я избегала зрительного контакта, но понимала, что парень ждёт, пока посмотрю ему в глаза. Минута позора — и вся жизнь впереди. Так обычно говорят? Вот только нормальной жизни не предвидится. После позора придут недели самобичевания и отвращения к себе. Что ж, сама виновата, что не отыскала подходящего кандидата. Лучше было покончить с этим как можно скорее.       — Берёшь? — с едва сдерживаемым раздражением спросила я.       Меня убивало промедление. Мечтала побыстрее поставить точку и уйти, в идеале по-английски. Но только потому, что парень был милым и заботливым, я всё ещё оставалась здесь, с ним, в душе мечтая провалиться под землю от стыда.       — Спасибо. Помоги открыть, — попросил Олег, одной рукой он придерживал соскальзывающий презерватив.       Подавляя разгорающееся внутри недовольство, я, наверное, слишком резкими движениями выдернула несколько салфеток и протянула парню. Меня бесило происходящее. Хотелось убежать, спрятаться и проплакаться, а Олег словно нарочно пытался продлить наше общение.       — Я сделал что-то не так? — дрогнувшим голосом спросил он, а потом тише добавил: — Мне показалось, ты получила удовольствие.       Я сжала губы в тонкую линию.       — В следующий раз сделаем всё, как ты захочешь, — улыбнулся он, а в глазах было что-то нечитаемое, но заставляющее сердце разбиться.       — Следующего раза не будет, — холодно произнесла я. Пора было заканчивать эти розовые сопли.       — Но…       — Олег, зачем тебе это? — перебила его и устало вздохнула, потому что опять приходилось врать: — Я больна. Не надо делать такое лицо. Не венерическим. Я нимфоманка, Олег. Я не ищу длительных отношений, потому что даже при сильном желании не могу быть верной. Ты хороший парень и заслуживаешь девушку, которая оценит тебя по достоинству, и…       — Я согласен отпускать тебя м-м-м… погулять.       Меня передёрнуло от услышанного. Захотелось ударить ладонью себя по лицу. А лучше заехать чем-нибудь тяжёлым по голове Олегу, чтобы превратить хлюпающий внутри кисель обратно в мозги.       — Боже! Что ты несёшь, Олег?! Ты хоть сам понимаешь, как бредово это звучит?! — не смогла сдержать бурлящие эмоции. — Твою девушку будут иметь все кому не попадя, а ты собираешься встречать её дома с распростёртыми объятиями и делать вид, что всё нормально, что так и должно быть! Ты действительно считаешь, что заслуживаешь такую жизнь?!       Парень сжал челюсти и молчал. Он на самом деле выглядел жалко: голый, не успевший отмыться от остатков спермы. Взгляд побитой собаки рвал мою душу на части, но я не имела права давать слабину. Отрывать пластырь надо быстро, и я это сделала, потому что расстаться по-хорошему не получалось.       — Я была в таких отношениях, понимаешь? — увы, я не врала. — Ничего, кроме боли и разочарования, они не принесли. Я не мазохистка, чтобы дважды наступать на те же грабли, Олег. Мы приятно провели время, и на этом всё.       Я развернулась и пошла прочь. Не было смысла оборачиваться, и так знала, каким опустошённым он сейчас выглядел. Но Олег взрослый, он справится. Быстро забудет, словно боль от царапины. Это я буду терзать себя случившимся и своим неподобающим поступком. Это я буду ощущать себя последней мразью, которая воспользовалась наивным парнем.       Хотелось плакать. Сесть где-нибудь в укромном уголке и рыдать, потому что уже почти семь лет живу в каком-то нескончаемом дне сурка. После того изнасилования, хотя кому я вру, всё случилось по обоюдному согласию. После секса с Константином со мной стали происходить странные вещи. Я покинула Волково и надеялась, что вместе с этим избавлюсь от своей волчьей половины, смогу опять вернуться к нормальной человеческой жизни. Но стало только хуже: у меня началась течка.       Я не сразу поняла, что это она. Вначале был физический дискомфорт: тянущая боль внизу живота, набухшие, ноющие соски. Я связывала это с овуляцией, но после её завершения особо не полегчало, а, наоборот, всё обострилось. С каждым днём становилось только хуже. Едва удалось дотянуть до начала менструации. В те пять дней моё состояние немного улучшилось, и я забыла о симптомах. Надеялась, что это единичный случай, но, увы, ошиблась.       Следующая овуляция оказалась ужасней предыдущей. Боль усилилась, но вместе с ней во мне проснулось что-то животное, что словно влияло на сознание. Я стала чаще думать о сексе и рассматривать всех окружающих мужчин как сексуальных партнёров. Меня пугали собственные мысли. Не знаю как, но я чудом дожила до начала менструации.       На третий месяц мне сорвало крышу. Я флиртовала со всеми, что было мне не свойственно. Юля одёргивала меня каждый раз, когда моё поведение выходило за рамки приличия. Но я наконец осознала всю трагичность своего состояния, когда чуть не полезла соблазнять Димаса, парня Юли. А это был её день рождения…       Я убежала, ничего не сказав, вызвала такси и уехала прочь. Мне повезло, что водителем оказалась женщина. Я продиктовала ей домашний адрес и, скрутившись в позу эмбриона на заднем сидении, попыталась уснуть. А потом меня словно подменили. Я разговаривала, двигалась, но будто не принимала во всём этом участия. Кто-то внутри меня взял управление телом в свои руки и позволил мне лишь безмолвно наблюдать. Та другая я изменила маршрут и направилась в ночной клуб. Она выпила несколько крепких коктейлей у барной стойки, видимо, чтобы усыпить мою бдительность, а потом пошла на танцпол.       Я от природы была гибкой, умела двигаться, но другая я, похоже, выкрутила все мои таланты на максимум. Течная сука искала кобеля и довольно быстро его нашла. Точнее, их…       Компания молодых парней праздновала мальчишник. Подвыпившие, они радостно приняли мои заигрывания, и вскоре наша небольшая группка переместилась в мужской туалет. Их было шестеро. Разгорячённые алкоголем, они раздели меня догола и заставили встать на колени.       Первым ко мне подошёл будущий жених. Друзья убедили его, что минет — это не измена. И он с нескрываемым удовольствием схватил меня за волосы, намотав их себе на кулак, и дёрнул так, чтобы я на него посмотрела.       — Соси качественно, шлюха, или мы тебе не заплатим.       Мой рассудок был настолько помутнён от желания, что я с удовольствием обхватила губами его член и начала, как умела, делать свой первый в жизни минет. Сноровки явно не хватало, потому что очень скоро парень до боли натянул волосы, отчего я рефлекторно открыла рот шире, и начал быстрыми движениями вдалбливать член мне в глотку. Воздух заканчился, я вырывалась, но его дружки схватили меня за оба плеча, обездвижив. Один из этих мразей пристроился сзади и начал водить головкой члена между половых губ, обильно смазывая её моей влагой, а потом короткими толчками вошёл внутрь.       — Бля она узкая, — хрипло произнёс он. — Ты что, девственница? Парни, это просто бомба.       Воодушевлённый своим открытием, он сжал ладонями мои бёдра и начал двигаться во мне в быстром темпе. Я стонала и, что ужаснее всего, получала удовольствие. Трение внутри было приятным, и захотелось, чтобы он ускорился. И, словно услышав моё желание, мерзавец это сделал. Внутри стало настолько хорошо, что мысли постепенно улетучивались. Но всё внезапно прекратилось: он остановился, и я ощутила как горячее семя опалило лоно, а через несколько мгновений сперма полилась и в глотку. Я глотала её от безысходности, потому что отчаянно хотелось вдохнуть. Когда наконец шумно втянула воздух носом, жених вынул член у меня изо рта и с нескрываемым омерзением размазал им остатки семени по губам и щекам.       — Сосёт на троечку. Кто следующий?       Теперь перед глазами возник член потолще. Я сцепила зубы в немом протесте, но меня опять больно потянули за волосы, заставив открыть рот. Сзади тоже пристроился новый ублюдок, и карусель завертелась вновь.       В какой-то момент один из ожидающих своей очереди мерзавец произнёс: «Интересно, а эта сучка сможет отсосать сразу двум?» Моего мнения, конечно же, никто не спрашивал, и вскоре мне в рот тыкались уже два члена. Но поместиться им не удалось, поэтому, к моему облегчению, парни бросили эту затею.       Первым кончил тот, которому делала минет, и на его место сразу же пришёл «нетерпеливый», не дав мне и секунды отдохнуть. Его член по сравнению с двумя предыдущими был маленьким, поэтому стало немного легче. Тот, что пристроился сзади, трахал меня по-другому. Он медленно вынимал член, пока внутри не оставалась только головка, а потом резко входил на всю длину. Сперва было больно, но потом он начал массировать клитор, и боль сменилась блаженством.       «Нетерпеливый» никак не мог кончить. Он отвешивал пощёчины, натягивал волосы, но мой рот лишь безвольно скользил по члену туда-сюда. Я полностью переключилась на крышесносные ощущения внизу живота и вскоре больно вцепилась ногтями в ягодицы «нетерпеливого». Он даже вскрикнул и отстранился, а я смогла в голос простонать свободным ртом, получая свой первый оргазм.       Трахавший меня мерзавец кончил вместе со мной, а когда наконец вынул член, по внутренней стороне бедра потекла вязкая тёплая жидкость. Волны экстаза, разлившиеся по телу, постепенно исчезали, и ко мне медленно возвращался рассудок. Словно закрывающая глаза пелена внезапно спала, и я посмотрела вокруг новыми глазами. Самодовольные мудаки смеялись, наблюдая за вознёй «нетерпеливого». Последний из компании дрочил рядышком, а потом просто кончил мне на лицо.       — Оставь её и пойдём. Это бесполезно, — кинул кто-то из компании.       — Сучка ещё не отработала, — гаркнул в ответ «нетерпеливый» и резким движением потянул меня вверх.       Я еле стояла на затёкших ногах. Он толкнул меня к умывальникам. Я чудом удержала равновесие, схватившись за края одной из раковин, чтобы не упасть. Он подошёл, грубо выкрутил мне руки за спину и прижал. Я вскрикнула от боли. Тело покрылось гусиной кожей от прикосновения к холодному фаянсу. Он, не церемонясь, ввёл в меня свой крошечный член и начал движения. Я почти его не чувствовала, только слышала, как «нетерпеливый» пыхтел, но у него ничего не получалось. Он старался отомстить мне за свою неспособность кончить: больно бил ладонями по ягодицам, щипал ногтями соски, ещё сильнее выкручивал руки. Я молча плакала от боли и осознания того, что меня насилуют. Скулила, но как можно тише, ведь за любой звук получала вдвойне. В конечном итоге этот мудак ужасно разозлился и спросил:       — У кого-то есть презики?       — На.       Он вышел из меня, и я выдохнула с облегчением: его хватка ослабла, и он отпустил мои руки. Притянула их к груди и начала растирать ладонями. Не успела я выпрямиться, как «нетерпеливый» вновь вжал меня в умывальник, надавив на поясницу, опять вошёл, но уже с презервативом. Что странно, он так же внезапно вытянул член, и свободной рукой начал размазывать смазку возле анального отверстия. И тут я наконец поняла его жуткий замысел. Начала брыкаться, кричать, однако получила за это по голове. Удар был сильный, в глазах поплыло, и меня даже начало мутить. Я ощущала, как мне в анус засовывали член. Было жутко больно, нестерпимо жгло, но ощущения притупились из-за головокружения и тошноты. Этот мерзавец долбил меня в зад, причиняя ужасную боль, но в конечном итоге кончил и напоследок со всей силы хлопнул по ягодице.       — Твоя оплата, — с насмешкой выплюнул «нетерпеливый», и в раковину возле моей головы посыпались монеты. — Сдачи не надо, шалава.       Смеясь, недоноски ушли, а я медленно сползла на пол. Трясущимися руками вынула использованный презерватив из ануса — он был весь в крови. Я потянулась к висевшим рядом бумажным полотенцам и попыталась зажать ими рану. Слёзы хлынули нескончаемым потоком.       После той жуткой ночи я долго лечилась. Помимо разрыва анального отверстия эти мерзавцы «подарили» мне хламидии. Но, что важно, на следующую овуляцию течки не было. Методом проб и ошибок вскоре я выяснила, что единственным спасением от всепоглощающей похоти был оргазм, но только полученный от секса с мужчиной. Вибраторы, дилдо и прочие приспособления оказались бесполезны. После оргазма я могла два, а то и три месяца жить нормальной, человеческой жизнью. Я боялась, чтобы та жуткая ночь не повторилась, поэтому, ощущая приближение течки, искала нового сексуального партнёра. Отношений с парнями за те семь лет построить не удалось, потому что после первого оргазма я теряла способность получать его ещё раз с тем же самым человеком.       Телефонный звонок раздался очень неожиданно. На экране высветилось наше совместное с Юлей фото. Я быстро вытерла со щёк слезинки, словно она могла меня увидеть, прочистила горло и ответила.       — Ты где? — прозвучал недовольный голос подруги. — Говорила же, что на месте.       — Пришлось отлучиться.       — Подтягивайся побыстрее. Я ведь предупреждала, что сегодня очень спешу.       — Уже лечу, — пропела я и повесила трубку.       Идти оставалось не так далеко, поэтому я выдохнула и попыталась морально собраться. Ничего сложного. Всё, как обычно. Всего-то привести чувства в порядок и правдоподобно изображать веселье и удовлетворённость жизнью. Юля не знала о том, что со мной происходит, как и о том, что я, оказывается, волчица. Поначалу мне было очень тяжело ей врать. Я привыкла делиться с ней всем-всем-всем, а теперь приходилось хранить секреты. Единственное, о чём проболталась, что у меня был секс. Конечно, я не рассказывала о погоне и изнасиловании. Да и изнасилованием назвать это было сложно, если сравнивать с тем, что произошло в туалете клуба. Костю я попросила сама. Меня терзало чувство стыда за ту просьбу, да и Юлька точно настояла бы, чтобы я обратилась в полицию. Поэтому решила молчать. Я рассказала ей о втором своём сексуальном опыте с Константином, выставив его как первый, и фактически не соврала, лишь немного приукрасив, что он понравился мне сразу, как вошёл в бабушкину палату. Потом я пошла к нему в кабинет, где мы обговаривали её лечение. Слово за слово, и сами не поняли, как уже целовались у него на кушетке. Юля расспрашивала, просила подробности, а я отвечала честно, что мне понравилось, и не уточняла, что это из-за афродизиака.       Юлька сидела на той же скамейке, что и я до этого, и пронзала меня недобрым взглядом. Оно и понятно, ведь сегодня Димас знакомил её со своими родителями. Похоже, у ребят всё плавно двигалось к свадьбе. И я искренне радовалась за подругу, хотя и не одобряла её выбор. Юля заслуживала на свой кусочек счастья.       — И где ты ходишь? — с нескрываемым недовольством спросила она.       — Надо было на минутку отлучиться. Возникло одно важное дельце.       — И с каких это пор потрахушки — это у нас важное дельце?       Юля поднялась и подошла совсем близко. Она плавным движением вынула сухую еловую иголку из моей причёски и, скептически прищурившись, её продемонстрировала. Выражение лица подруги так и говорило: «Серьёзно, Танюша? Научись врать убедительнее».       Первые несколько секунд было жутко стыдно. Я ощущала, как щёки постепенно начинали пылать. Но потом быстро собралась, ухмыльнулась и сделала вид, будто мне всё равно.       — Ой, давай без упрёков, святая невинность. Вы с Димасом целибата не придерживаетесь.       — Мы с Димасом семь лет как вместе, а сколько минут ты знакома с…       — Олегом.       — Да-да, с ним.       — Ну, от силы минут пятнадцать, — сверилась я с несуществующими часами на запястье. — Так себе парень. На четвёрочку с просто кро-о-ошечным минусом, если ты поняла, о чём я.       — Таня, ну так же нельзя, — завела любимую шарманку Юлька. — Повстречайся с кем-то хотя бы месяцок-другой.       — А смысл тратить время? Вот ты представь, были бы мы с Олежкой в отношениях несколько месяцев, а то и полгода, привыкли бы друг к другу, а тут такой облом в постели. Бросить его? Вроде как неудобно: столько пережили вместе. Терпеть, потому что у нас большая и чистая? Ты подруга мне или зла желаешь? — в шутку легонько толкнула Юлю в плечо и громко, напоказ рассмеялась.       Юлька закатила глаза, но промолчала. Она, конечно же, понимала, что я права, просто не приветствовала столь частую смену партнёров, а я не могла признаться ей, что к этому меня принуждала моя волчья половина; что происходящее у меня самой вызывало исключительно чувство омерзения, и я бы с удовольствием остановилась на одном единственном парне, если бы была такая возможность.       — Давай посидим в кафе? Хочу попросить тебя об одолжении.       Мы вполне могли обговорить всё на лавочке университетского сквера, но я не хотела случайно столкнуться с Олегом. По крайней мере не сейчас, когда рассталась с ним несколько минут назад. Не знаю, как бы он повёл себя, увидев меня снова, но я не была готова опять изображать бездушную стерву как перед ним, так и перед подругой.       — Но недолго, ладно?       Я кивнула. На самом деле не собиралась задерживать Юлю. Видела, какой взвинченной она ходила целую неделю. Мне стоило поддержать её прежде, чем начну нагружать своими проблемами.       — Нервничаешь перед встречей? — спросила её, когда сделали заказ.       — Ага, — вздохнула Юля. — А если я им не понравлюсь? Или случится какой-то конфуз? С моим-то везением это вполне вероятно.       — Юльчик, — я накрыла ладони подруги своими и крепко их сжала, — всё будет хорошо. Ты самая милая и чудесная девушка, которую я знаю. Ты не можешь не понравиться.       — Танюша, — растрогалась Юля, а потом от волнения начала покусывать нижнюю губу: — Думаешь, всё пройдёт гладко?       — Уверена.       — Всё равно не могу перестать волноваться. Просто Дима намекнул, что во время знакомства планирует сделать мне предложение.       — Так ведь делал уже.       — Официальное. С кольцом.       — Тогда зачем себя накручивать? Ты в любом случае станешь их невесткой, даже если не понравишься. Но такого точно не случится. В тебя невозможно не влюбиться, — я улыбнулась искренне, вкладывая всю теплоту, которую испытывала к подруге.       — Понимаешь, Тань, мы обговаривали наше будущее, и Дима категорически против переезда ко мне. Он настаивает, чтобы мы жили у него. А если я не уживусь со свекровью? Ты меня знаешь, я не из терпеливых и ездить на себе не дам. А Дима, он во многом слушает мать. И я не знаю, как быть.       Юля тяжело вздохнула и опустила глаза. Она нервно помешивала трубочкой молочный коктейль и о чём-то думала. Её пальцы дрожали. Было видно, что ситуация выедает её изнутри. И в тот момент я поняла, что, наверное, это неплохо, что не смогу создать семью. Все эти притирки с родителями, проживание на совместной жилплощади. Мне повезло, что есть укромный уголок, где я сама себе хозяйка. Да, маленький, но мой.       После возвращения мне пришлось продать нашу с мамой четырёхкомнатную квартиру в центре и переехать в однушку на окраине города. Я сделала косметический ремонт, а остальные деньги положила на депозит, с которого оплачивала учёбу и выделяла деньги на жизнь. Хороший врач — это тот, который ходит на пары, учится и ответственно подходит к будущей профессии. Если бы я пошла на работу, то о мечте спасать людей можно было бы забыть.       — Юльчик, мне кажется, мы можем помочь друг другу. — Она подняла на меня глаза. — Ты не против годик-полтора пожить с Димасом у меня в квартире?       — А ты где будешь жить? — на лице подруги отразилось удивление.       — В Волково.       — А интернатура?       — Уже там договорилась.       — Когда успела? Там хоть практика нормальная будет? — Я кивнула. — Но почему не хотела пойти на лора, как я? На год меньше учиться, плюс уже с сентября вместе работали бы. Думаю, мама и для тебя место в больнице нашла бы.       — Я по старым бабушкиным связям договорилась, плюс мне надо прописку изменить.       — Зачем?       — Бабушкин юрист недавно звонила. Я же тебе рассказывала, что завещание там странно составлено. Я не смогу ничего получить, пока не пройдёт семь лет. Так вот, она говорит, что в городе объявился дальний родственник, который сейчас ищет хорошего адвоката и собирает документы, чтобы отсудить у меня всё, ну или хотя бы половину имущества. А мне нужны эти деньги, понимаешь? Я вынуждена прописаться в Волково и хотя бы какое-то время там пожить, чтобы подтвердить, что это единственное моё жильё.       — А квартира?       — А вот в этом как раз заключается моя просьба, — хитро улыбнулась я. — Мне не к кому больше обратиться. Надо быстро продать квартиру здесь, чтобы она не светилась в жилищном реестре. И я хочу, чтобы ты была моим покупателем.       — Танюша, я бы с радостью, но у меня нет таких денег.       Юля явно чувствовала себя неловко. Она не хотела меня подводить, но и не знала, как помочь.       — Не волнуйся. Это всё понарошку, — подмигнула я. — Мы просто нотариально оформим акт, уплатим все сборы, но денег я с тебя не возьму. Эти год-два, пока не получу наследство, квартира будет числиться твоей собственностью. Вы с Димасом сможете попробовать пожить отдельно и наладить семейный быт, заодно за квартирой присмотрите. А я, когда вернусь, потом опять её у тебя понарошку выкуплю. Лады?       — Прямо план Барбаросса¹. Надеюсь, ты помнишь, что он провалился?       — Ну, разве что ты решишь меня кинуть, — поиграла бровям я.       — Я же не сволочь какая-то, — притворно надулась Юлька.       — Нет, ты моя лучшая подруга, — послала ей воздушный поцелуй.       На самом деле дела обстояли немного иначе. Мне действительно на днях позвонила Алла Николаевна. Из-за глупых волчьих законов я не могла унаследовать имущество через стандартные полгода. Семь лет давалось для того, чтобы любой желающий получить долю наследник мог заявить свои права. И такой нашёлся. Юрист огорошила меня новостью, что на квартиру и земли претендует мой сводный брат. Отец безумно любил маму. Было дико услышать, что он мог ей изменить. Но родство надо было ещё доказать, чем сейчас усердно занимался Роман Удин. Учитывая волчьи законы, это было непросто, но если ему всё же удастся, то он, как сын и наследник, получит абсолютно всё. Что я могла, так это попытаться отсудить жильё. Алла Николаевна посоветовала продать всю недвижимость и прописаться на время суда в Волково, чтобы меня не могли лишить единственного места жительства. Обещала даже помочь оформить прописку задним числом. Я не хотела возвращаться в этот жуткий городишко, но выбора не осталось: деньги от продажи маминой квартиры были почти на исходе, а закончить учёбу следовало, не то все мои усилия пропали бы даром.       Я решила не спорить с судьбой, если она так рьяно пыталась вернуть меня в Волково. Возможно, там наконец найду ответы на вопросы, которые меня тревожат, смогу вылечиться от гона или хотя бы пойму, как с ним жить.