Впервые

— Что...? — честно признаться, это было совершенно не то, что он ожидал. Но позиций сдавать нельзя. — Чертово отродье, я тебе голову отрублю, если не отойдешь! — Да ты мне ни в грош не сдался, я питомца потерял, — демон вновь оглянулся, начав кликать животное. — Люси! Рэт, ну куда же ты делась… Ах, вот ты, моя хорошая! Как из неоткуда на существо выбежал волк, радостно лая. Владелец облегченно вздохнул, прикладывая ладони к груди, а позже опустился на одно колено, принимаясь гладить питомца, ласково почесывая его ушки. Он терся носом о животное, говоря как за того испугался, в то время же как маленький друг вилял хвостом, наслаждаясь вниманием. И в этот момент Зак перестал что-либо понимать, вопросительно выгнув одну бровь, он пялился на присутствующих. Ну не может быть нежить такой… Такой до ужаса обычной! Придуривается может, ребенок аки какой-то? — Так ты не демон? — брюнет боязливо начал убирать меч обратно, расслабляясь, думая что все обошлось. — Как же не демон? Он самый! — в лесу было темно, хоть глаз выколи, но отчетливое бордовое свечение обращенного на парня взгляда разглядеть можно было сразу. — Сейчас нападу и разгрызу тебя! — Я принц этого королевства! — он дернулся, как нечисть чуть придвинулась в его сторону, демонстративно щелкая зубами. Голос предательски задрожал. — Отойди от меня или я отрублю тебе голову! — Да шучу я! — демон поднял руки в сдающемся жесте, громко хохоча. — Что же Вам за байки о нас травят, господин Принц? — Вы убиваете народ! Что я еще о тебе подумать должен?! — Зак переходил на крик, в его голове медленно обрушилось осознание, в какую ситуацию он попал. Нежить может в любой момент его убить и тогда… — Брешите! — мысли прервались фырканьем, граничащим с новым подступом смеха. — Демоны уже веков пятнадцать никого не убивали, а даже если бы кого-то и не стало, то я то точно об этом услышал. — А как же… — брюнет вспомнил смерть знакомого и как яростно горели глаза убийцы. Не сейчас, не стоит забивать этим голову. — Хорошо, туше. Как… как к тебе обращаться? — Дэррил, Бэд, — демон похлопал по бедру, призывая, кажется, Люси, успокоится и сесть рядом. — Хэйло можете звать, у меня много имен! — Хэйло? — Зак закатил глаза, все-таки оценивая юмор. Его так в могилу не от страха сведут, а от стыда. — Пора переставать удивляться. Ты же понимаешь, что мне придется доложить о тебе отцу? — Ох, точно… — на лице Дэррила промелькнула озабоченность, но тут же сменилась хитрой зубастой улыбкой, да такой, что можно было разглядеть эти чертовы клычки. — Но ведь где это слыхано, что сам принц, о котором ни словечка не было сказано, в полночь посреди беспросветной тьмы и леса с нежитью беседу ведет? У меня есть парочка людей в городке, они слух пустят – быстро разлетится! Больно ваш народ сплетни любит. — Я тебя понял, — мимолетное ощущение превосходства улетучилось, как и не бывало. Гримаса сменилась на раздраженную, и, наконец убрав клинок в ножны, брюнет уперся руками в бока. — Что ты хочешь? — Оу, — демон сладостно протянул гласные, приставляя кулак к губам, делая вид, что усердно размышляет. — Дайте-ка подумать… А я могу просить все, что угодно? — В пределах разумного, пожа… — но Принц не успел договорить, как его прервали восторженным возгласом. — Пойдемте, я Вам одно очень красивое место покажу? — Бэд кротко кивнул собаке и моментом позже подошел ближе к кристаллианцу, держа руки за спиной, чуть наклонившись вперед, склонив голову к плечу, заглядывая будто в душу. — А… — Зак опешил и отпрянул, ощущая от пристального взгляда проходящие по всему телу мурашки. — Да, конечно. — Прелестно! — и резко схватив того за руку, как-то незаметно для Принца переплетая их пальцы. Хватка-то крепкая, черт. — Рэт, за мной. И радостно гавкнув, волк вскочил и побежал с ними. Наконец-то у брюнета выдалась возможность чуть получше рассмотреть Хэйло. Глаза привыкли к темноте, уже не превращая округу в безграничное черное пятно. Демон чуть ли не вприпрыжку шел между деревьями, и можно было даже со спины понять, что тот улыбается. Темная, может даже серая кожа, аккуратные, на вид острые рожки, длинной скорее в пять с половиной дюймов, опровергали все остатки сомнений в том, что тот демон. Черные, как обсидиан, не слишком короткие волосы покачивались от каждого шага, и, честно говоря, Зак с огромным трудом перебарывает желание, от которого внутри начинает что-то трепетать, прикоснуться к ним и зарыться в них свободной рукой. Кисть, что крепко держала его, была на удивление теплая, по сравнению с прохладой ночи и, возможно, Принц льнет к чужой энергии, будто восполняя свой недостаток, но никогда в этом не признается. Тонкие пальцы чуть ослабили хват и парень смог почувствовать коготки, немного давившие на нежную кожу. Опустив взгляд на них, он и правда увидел аккуратные черные когти, и проверять их травмоопасность не было желания. Далее переведя внимание на одежду, брюнет только заметил, что демон ниже кристаллианца всего на полголовы, а он низким никогда не был. Дорого выглядящие черные штаны, такие же темные массивные ботинки, черная закрытая кофта с бордовой окантовкой у горловины и длинный черный плащ с капюшоном, развивающийся при движении, с бордовой линией по краю ткани смотрелись на Дэрриле волшебно, другого слова Зак подобрать не смог. Он не часто видел простых городских, а уж с нечистью ни разу не сталкивался, но мог сказать, что лучше выглядящего существа на этой планете не сыскать. Витиеватые наряды, что вечно мелькали перед глазами, украшенные золотыми нитями и пуговицами, выглядели хуже, при виде вселяя лишь неприязнь и ощущение утрировано-показного наряда. Но так подобало королевской крови и его роду, какое горе. В размышлениях парень не заметил, как такая спешка утомила его, заставляя сбито дышать. И демон то заметил, резко останавливаясь, разворачиваясь к кристаллианцу, быстро лишая того тепла у руки, но тут же обхватывая ладонями лицо Принца. — Вы в порядке? — голос звучал подозрительно беспокойно, а бордовые глазки бегали из стороны в сторону, очевидно рассматривая человека. — Да, просто давай помедленнее, — темноволосый старался не смотреть на нежить перед ним, незнакомо для себя от чего-то краснея. — Все же я человек. — Простите! Совсем позабыл, — и снова поднимая уголки губ, отошел. Сердце начало стучать быстрее и Зака вновь окатил ступор. Ему не страшно, ему не угрожает опасность, с ним все в порядке, от чего же? — Ты всегда так улыбаешься? — он не знал, зачем спросил это, слова будто сами вырвались наружу, желая быть высказанными. — Это как же? — Хэйло качался с пятки на носок, ожидая, когда спутник придет в норму. — Неважно, — да, совершенно не важно, потому что Зак понял, как хочет описать его гримасы и знал, что говорить это не стоит. Милые. Милые и прошибающие сердце насквозь, как стрелы превосходного лучника, словно в романах, что он читал, когда ничего не оставалось. Но это же нормально, не так ли…? — Почему вообще из всех возможностей, ты выбрал именно это? — Странный Вы, господин Принц, — он коротко погладил заскучавшего питомца, наконец отвечая на поставленный вопрос. — Жизнь нежити скучна и порой настолько, что голову себе отрубить хочется, как-нибудь в следующий раз расскажу. И хватаясь за любую возможность прожить время чуть веселее, я не мог упустить такой шанс! — Резонно, — наконец Зак выпрямился, начиная медленный ход. — Подожди, в другой раз?! — Не забивайте лишним свою чистую голову, господин Принц, — и хитро ухмыльнувшись взмахнул рукой, как из воздуха доставая маленький инструмент, похожий на гитару. Получив от кристаллианца растерянный взгляд, пояснил. — Ты об этом? Да, колдунья одна на смертном одре лежала, можно сказать, да и научила меня. Созидание вещь сложная, а она ведь умела! Даже мне, демону, маленькие предметы трудно даются… Невероятная женщина. И закончив короткий рассказ, тишину рассекла приятная мелодия, заполняя пространство собой. Зак медленно шел вперед, но смотрел лишь на Хэйло, что умело прижимал пальцы к грифу, и так же спокойно перебирал струны, тихо напевая под нос. Музыка будто пробуждала что-то, звуча так прекрасно тихо, даже волшебно, дополняя лес своим звоном. Живот чуть свело, словно сотни бабочек теснились друг с другом внутри, хлопая крылышками, желая вырваться в свет. Свет луны проник сквозь кроны деревьев, освещая путь и уже распевшегося Дэррила, что прикрыл глаза, покачиваясь из стороны в сторону, сменяя аккорды. В холодном сиянии округа стала быть похожей на то, что видел Принц на картинах в замке, рассматривая те по сотни раз, скрашивая скуку. Толстые стволы, еле слышный за мелодией шелест, зеленая трава, колышущаяся от легкого ветерка и пара воронов, сидящих на ветке, провожая взглядом идущих. Все это было живым и реальным, а не чем-то написанным красками, и Зак понял, как многому лишил его отец, запирая в каменных стенах. Хотелось жить здесь, в этом сумраке, вечность слушая плавно льющуюся песню и любуясь адской красотой. Так он впервые услышал, как играет нежить. Темноволосый обернулся на кристаллианца, не прерывая своей игры, только ласково улыбаясь, удовлетворяя любопытство, спрашивая: — Вы так смотрите… Заколдованно, — он тихо усмехнулся, подмечая очевидное. — Неужели никогда в лесу не были? — По правде говоря, так далеко – ни разу, — восхищение в голосе невозможно было скрыть, оставалось лишь признаться. — Меня не пускают никогда, да и народ обо мне не знает. Я, как потерянная принцесса, сижу высоко в башне, да на улицу являться нельзя. — То-то о тебе не слышно было. Рождение принца – это целый праздник, — Бэд взял инструмент в одну руку, грустно вздыхая, заставляя предмет пропасть. — Это всегда пышное пиршество, на которое приглашается все королевство… Сколько себя помню, впервые слышу, чтобы о таком умалчивали. — Увы, я необычен, — раскрывать сущность незнакомцу не хотелось, поэтому говорил он все скованно, не договаривая правды. — Дак вижу я! — демон повеселел, идя нога в ногу с брюнетом, оказываясь ближе. — Остальные бы, кого ни вспомни, все бы меня убили, только бы я заикнулся о чем-то лишнем. А ты поверил и даже со мной пошел, действительно, ну не сумасшедший ли? — Меч всегда со мной, — грозно проговорил тот, вдруг понимая, что это никак не действует. Что ж, возможно, он прав, но нельзя же так просто сдаться. — Обидно вообще-то. Да и хочется мне тебе верить, не выглядишь ты враждебно, как ни пытайся. — Ох, и это мне говорите Вы, господин Принц? — Хэйло вскинул брови, да так широко улыбаясь, что на щеках появились еле заметные ямочки. — Вы бы видели Ваше лицо, наполненное неподдельным ужасом. Кому расскажу – не поверят. А вот мы и пришли! И Зак оцепенел, неверующе распахивая глаза, оглядываясь по сторонам, пытаясь же понять, куда его привели. Деревьев почти не было, образуя небольшое открытое для лунного света пространство, предоставляя возможность осветить и представить место новому гостю. Чуть поодаль беспорядочно лежали камни, сначала идя хаотичной дорожкой, а далее накладываясь друг на друга, образовывая подъем, уходящий в резко поднимающийся холм, и между тех камней, что у подошвы, тонкими, толстыми, прерывистыми потоками лилась кристально чистая вода, превращаясь в крошечную речку, уходя дальше и дальше в темноту чащи. Луна отблескивала в отражении, зачаровывая, помутняя сознание Принца небывалой красотой. Он опустился на одно колено, прикасаясь рукой к течению, чувствуя крупные мурашки, пробирающуюся по телу от непривычной влаги и прохлады. Парень мог бы еще долго наблюдать, как красиво блестит струящаяся жидкость, ударяясь о препятствие, если бы не бросающий в дрожь хриплый смех его спутника, что непрерывно наблюдал за ним. — Простите, простите, — демон отмахнулся, улыбаясь и подходя ближе к одному из самых массивных стволов, у которого уже прилегла Рэт. — Вы просто такой удивительный, я взгляда оторвать не могу. — Для чего же ты меня сюда привел? В это невообразимо прекрасное место… — голос был сбивчивым, хотелось кричать от восторга, но у всего этого должна быть причина, не так ли? — Да как же? Не за чем! — ответ поставил Зака в ступор, в который раз. Что с этой нечистью не так? — Я сюда прихожу, когда мне одиноко, скучно, грустно, да всегда. Тому нет объяснения, как и большинству моим поступкам. Я посчитал правильным показать Вам и, как вижу, не прогадал. — Честно говоря, не знаю, что и ответить! — Принц подошел ближе к уже опустившемуся на траву у дерева Дэррилу. Он готов поклясться, что по щеке скатилась одинокая слеза. — Я не могу поверить, что это все взаправду! — Вам и не нужно отвечать. По вашим глазам, будто по книге, можно прочитать каждую эмоцию, — Бэд похлопал рядом с собой, все так же до жути мило ухмыляясь. Кристаллианец скоро думать не сможет, из раза в раз замечая ее. — Присаживайтесь, Вы, наверное, устали! — И правда, — и буквально упав рядом с демоном, все еще широко улыбаясь, вскинул голову вверх, рассматривая звездное небо. — Спасибо тебе, вот что я скажу. — Да что Вы, господин Принц, — Хэйло доброжелательно улыбался, познавая природу необычного человека. — Всегда пожалуйста… Но Зак не мог перестать смотреть вверх. Небо было иссиня-темным, казалось безграничным, бесконечным для обычного взора и ведь так и было. Черная гладь с множественными вкраплениями маленьких белых точек завораживала, притягивая к себе, вселяя желание попасть чуть ближе к ней, оказаться чуть выше и потрогать ее. Звезды складывались воображением в невероятные рисунки, которые бы самый желанный художник дворца не смог запечатлеть. Такое не передать словами, красками или карандашом, это нужно видеть, наблюдать как они сверкают, окружая неполную растущую луну. Брюнету казалось, будто он под гипнозом, он боялся, что все то и правда нереально, что-то лишь его сон и он все еще в своих покоях. Боялся, что моргнет и окажется среди каменных стен и придворных. Но сколько бы он не закрывал глаза, сколько не тер их – ничего не пропадало. И то было чарующе правильно, как маленькой заплаточкой чиня душу кристаллианца. Так он впервые смог увидеть по-настоящему звездное небо. — Может я еще что-нибудь Вам сыграю, господин Принц? — в руках Дэррила вновь появился инструмент, обращая на себя внимание игрой одного аккорда. — Что угодно, я все умею. — А? — парень чуть дернулся от неожиданности, но вопрос услышал. — Я не против, ты очень красиво играешь, да вот только, не знаю я ничего, во дворце все однообразно… Давай-ка на твой выбор. — Вас понял, — и было хотел начать играть, да был прерван зевком Зака, чьи глаза уже слипались. — Чего же Вы себя мучаете, господин Принц? Прилягте, вздремните, а я продолжу песнь. — Не спал я дня три, все в лес убегал! Да и где же мне…? — как вдруг в голове, как по щелчку, возникла мысль, совсем не подходящая его статусу. Да чего ж ему терять? И с блаженной улыбкой упал головой на колени демону. — Ах, каков наглец! — второй же от непредвиденности вскинул руки, но тут же разразился мягким смехом, реагируя на такое ребячество. — Хорошо, господин Принц, можете меня использовать, как самую мягкую подушку во всем королевстве! — Вот так у тебя самомнение, Дэррил, — из уст младшего, имя нечисти звучало так привычно, будто знакомы с тем были больше века, но Бэд лишь сдержанно поднял уголок губ, про себя подмечая, что хочет услышать его еще раз. — Могу позволить! — и наконец взяв инструмент в две руки, начиная перебирать струны, подкручивая колки, шепотом произнес. — А вы больно наивный, господин Принц. Тихо хихикнув, Зак закрыл глаза, расслабляясь, вслушиваясь в тишину и вскоре мелодию, красиво льющуюся от инструмента, словно та самая речка, и чуть хриплый голос демона, распевающийся, оставаясь приятным осадком внутри кристаллианца, светлым и нежным, не таким, как после семейных ссор. Lay down your head, And I’ll sing you a lullaby. Сознание медленно опустошалось, избавляясь от раздумий и загруженности. Ветерок проходил между тканей одежды, но не доставлял дискомфорта, лишь легкую прохладу. Back to the years, Of loo-li lai-lay Обычно, перед тем как провалиться в небытие, брюнет вспоминал прошлое, иногда тихо плача и жалея себя, но не сейчас. Сейчас в голове лишь образ спутника, красивого, хитрого, странного, особенного демона, что поет специально для него. Только для него. And I’ll sing you to sleep… And I’ll sing you tomorrow… Внутри будто распускались цветы, проращивая гладкие стебли сквозь кости, даря ощущение спокойствия и слепого доверия. Да, Зак лежит на нежити, так близко, чтобы в любой момент быть убитым, но он верит. Верит, что этого не произойдет. Не сейчас. Слишком приятно, слишком прекрасно, слишком правильно, чтобы быть ловушкой. Возможно, Принц сошел с ума, но даже если это так, он готов признать любой диагноз, только бы остаться здесь подольше. Bless you with love, For the road that you go… Тело не способно двигаться, будто парализованное, но так правильно. Зак не в силах открыть глаза, отдаваясь в лапы сна и тьмы, но это правильно. Перед концом он чувствует легкое поглаживание, и он точно знает кто это, и это правильно. Так кристаллианец впервые уснул рядом с кем то, полностью ему доверяя. Время летело быстро во сне, а для демона же прошло несколько часов, но тот не уходил. Он играл, пел, откладывал инструмент и проводил тонкими пальцами по голове Принца, зарываясь в его удивительно мягкие волосы, легонько проводя коготками по линии лица, скул, носа, впервые будучи уверенным, что его не боятся. Для Бэда все было так незнакомо, странно и непонятно, когда дело дошло до Принца. Не такой, как остальные, ничего не понимающий, удивляющийся простым вещам, как маленькое дитя, но это и было прекрасно. Такой невинный, не испорченный королевской кровью и властью, такой с виду хрупкий, что Хэйло хотелось увести его с собой и никому не отдавать, только бы человек оставался в безопасности. С ним не выходит работать, как с остальными людьми, слишком уж тот любопытен и впечатлив. Слишком уж нравится его темной, вычерненной, демонической сущности. Но начало светать, а Принцу придется не сладко, если по утру его не найдут в собственных покоях. Потому, Дэррил немного потряс лежащего за плечо, на что тот медленно и нехотя открыл глаза, заспанно оглядывая все так же по-доброму усмехающегося демона. Душу кристаллианца переполняла радость, он не помнил, что же ему снилось, но помнил мелодию, что звучала все то время. — Рассвет, господин Принц, и вот уж не думаю, что Король о вас не хватится, — он ласково наблюдал, как с недовольным хрипом и рассерженной гримасой поднимается брюнет, посмеиваясь, быстро вставая на ноги. — Да что ж меня так жизнь не любит, — тело болело, а мышцы затекли, зато сонность, как рукой, сняло. Зак отряхнул запылившуюся одежду, направляясь за начавшим уходить демоном. — Любит! Еще как любит! Просто Вы не привыкли, — и правда, это впервые, когда он ночевал не в замке. А еще кристаллианцу всерьез начинает казаться, что Хэйло улыбается всегда, всегда показывая свои белоснежные клычки и всегда так заразительно. Демон вновь похлопал по бедру, подзывая Люси. Когда она проснулась…? — Я Вам покажу дорогу обратно, можете постараться запомнить и приходить сюда чаще! — Странный ты, Бэд, — невзначай отметил младший, плетясь рядом. — Может Вы и правы, господин Принц, — честно призналась нежить, оборачиваясь на брюнета. — Но заметьте, Вы здесь, со мной, а значит хоть немного, но Вас я заинтересовал. — Не неси бред, — и вновь тепло растеклось по щекам и кончикам ушей, наполняя парня смущением. Демон плохо на него влияет! — Веди уже. В оранжевом свете утра лес казался совершенно другим, не таким загадочным, как в полумраке ночи, а скорее уютным, не вселяющим тревогу, а только приятное наслаждение и воодушевление. Вдалеке каркали птицы, в округе слышался шорох листьев, скрип веток и шаги трех существ. Зак чувствовал себя в книге про великих путешественников, что разбили привал среди леса, а на утро вновь отправляются в путь за приключениями, открытиями и воспоминаниями. И ведь он никому ничего не может рассказать. Ни отцу, что высечет его, только при упоминании леса, ни даже наставнику Техноблейду, что кажется ненавидит демонов. Казалось, вот она – безвыходная ситуация, но парень и не был разочарован. Происходящее ощущалось секретным, не предназначенным для чужих ушей и глаз, только для них двоих, леса и музыки. Через пару минут вдали показались каменные стены и доносились чужие голоса. Зак расстроено оглядел остановившегося Бэда, не зная, как попрощаться и хочет ли он вообще уходить. Бутоны внутри, появившиеся из-за мелодии, что все то время цвели и радовали, увяли, опадая, опустошая душу, будто парню сердце вырвали. — Могу ли я задать последний вопрос? — да, было кое-что, что не давало покоя с самой полночи, но запнулся из-за подбежавшего к нему волка. — Да, конечно, — и усмехнувшись действиям своего питомца, объяснил. — Ты ей понравился. Погладь ее! — Ух, иди сюда, хорошая девочка, — кристаллианец принялся чесать ту за ушком, признавая еще одну свою слабость. Животные. — Почему же ты меня называешь господин Принц? Так еще и с уважением. Я тебя прошу, может я чего не понимаю? — Ох, маффин, вас принцев столько на моей памяти, не запомнить, вот я одним кликом всех и обозвал, — пожал плечами Хэйло, отвечая на вопрос. — Но, если ты хочешь, чтобы я перестал – хорошо. — Я Зак, надеюсь запомнишь. И давай хотя бы не каждый раз, — он отпустил питомца обратно к владельцу, обреченно прося. — Конечно, Зак, тебя забыть я уже не смогу! — и хотел было начать удаляться, но остановился, резко поднимая голову на брюнета. — Могу ли я звать тебя Скеппи? Ты мне безумно напоминаешь одного моего давнего знакомого. Вот и имя тебе подходит. — А? Да, почему бы и нет! — кристаллианец одобрительно кивнул, подмечая, как быстро бьется сердце, когда демон произносит его имя, да и с такой интонацией, начиная ход ко дворцу, махая на прощание. — До встречи! — Конечно, господин Принц, до встречи! — и вмиг темная фигура, накинув на голову капюшон, убежала в лесную темень.