Кусочки пазла

***

      — С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! — вся семья хлопала в ладоши, поя песню для единственного, от кого хлопков не было слышно. Юнхо сидел за столом и, как обычно и случается со всеми именинниками, не знал, как реагировать на песню от других членов семьи. — С днём рождения, Ю-ю. С днём рождения тебя!       Старший задул семнадцать свечей на торте, после чего прозвучали аплодисменты ещё громче.       — Я даже не верю, что ты уже такой большой, — говорил Сонхва, обнимая Юнхо, на что тот обнял его в ответ.       — Ну папа-сон, не большой, а взрослый, — немного смущаясь от слов своего отца, сказал старший, смеясь.       — Не верится, что Ю-ю уже семнадцать, скоро совершеннолетним будет, — с удивлением в голосе сказал Минги.       Родители смотрели на сына с гордостью и счастьем в глазах. Юнхо уже был ростом выше, чем все в доме, поэтому, смотря на него, Сонхва даже немного прослезился, вспоминая то, как маленький Ю-ю ещё помещался на ручках. Лицо молодого парня практически не изменилось за все эти годы, а вот тело и рост выдавали возраст молодого человека.       Пока Сонхва любовался своим ребёнком, во входную дверь постучали. Сан выбежал из-под стола, дабы впустить в дом гостей. Молодая высокая девушка вместе с такого же возраста, но значительно ниже парнем зашли в дом. С коридора послышался громкий и звонкий голос вперемешку с немного раздражённым и тихим:       — С днём рождения тебя! С днём рождения тебя! С днём рождения, дорогой Юнхо! С днём рождения тебя! — после того, как ребята запели эти строки, они громко похлопали имениннику, после чего Хёнджи вручила Юнхо маленький праздничный пакет. Юнхо же всё это время улыбался, а после того, как получил подарок, встал из-под стола и обнял друзей.       — Спасибо! — обнимая Минхо и Хёнджи, поблагодарил Юнхо.       Сонхва вместе с Хонджуном замешкались и начали наливать ребятам напитки и подавать тарелки, дабы ребята смогли покушать вместе. Но во время этого Хёнджи проговорила:       — Мы не голодны, не нужно, — после этих слов Минхо хотел возразить, смотря на ароматный кремовый торт, но девушка остановила Ли. Она продолжила, смотря на родителей друга. — Вместо этого можем ли мы украсть Юнхо на несколько часов?       Сонхва и Хонджун были в небольшом замешательстве после того, как Хёнджи попросила об такой услуге. Всё же после того, как родители поглядели друг на друга, Пак сказал:       — Мы, конечно, не против, но если не секрет, где вы будете?       — Простите, но я не могу сказать, это сюрприз. Но вы не переживайте за него, если что, то звоните мне, — после этих слов Хёнджи направилась в коридор и принялась обуваться. Минхо последовал её примеру и, потянув за собой Юнхо, также начал обуваться.       — Папа-сон, папа-хон, всё будет нормально, — уверял своих родителей парень, пока собирался вместе с ребятами.       — Хорошо, но будьте поаккуратнее! — вслед ребятам прокричал Хонджун.

***

      — А куда мы и правда идём? — спросил Юнхо у девушки.       — Увидишь, — сказала Хёнджи, которая тянула друга за руку в нужном направлении, пока Минхо шёл за ребятами позади.       Юнхо уже догадался, куда они направлялись. Танцевальный кружок, который посещал именинник. Но даже понимая, где ребята, Юнхо так и не понял, почему они здесь.       — Танцевальный кружок? — спросил парень, когда ребята стояли перед до боли знакомым зданием.       — Ты мог бы подождать нас здесь пару минут? — Минхо попросил у друга, уже предварительно зная, что тот не откажется. После этого Юнхо лишь кивнул.       Через минут десять Минхо и Хёнджи вышли вместе с Хвануном, учителем Юнхо по танцам.       — Здравствуйте, Хванун, — улыбаясь, сказал Юнхо. — А зачем вы здесь?       Будто сговорившись, хотя, скорее всего, так и было, учитель по танцам лишь сказал тихое:       — Увидишь.       Хванун провёл подростков к своей машине, после чего позволил им сесть внутрь. Юнхо доверился ребятам и сел на заднее сиденье вместе с Минхо, пока Хёнджи села рядом с учителем, скорее всего, чтобы обговорить детали поездки.       — Ладно, это становится всё страннее, — сказал именинник, хоть и по его поведению было видно, что парень всё же доверял друзьям.       Проведя пару часов в машине, Юнхо догадался по безграничному количеству воды за окном автомобиля, что ребята прибыли к морю.       — Вы сделали всё это, чтобы привезти меня к морю? — смеясь, спросил парень.       — Хёнджи хотела сделать совместные фотографии, — раздражённо говорил Минхо.       — И не только. Я хочу, чтобы у нас было крутое совместное воспоминание, — Хёнджи достала полароид из бардачка машины. — Я купила этот фотоаппарат специально для нас, — Хёнджи повернула голову и встретилась глазами с Юнхо, после чего улыбнулась.       — Я ценю это, — несмотря на то, что именинник посещал море с родителями каждое лето, он и правда хотел бы посетить это замечательное место вместе с друзьями, проверенными временем.       Хванун припарковал своё транспортное средство на парковке около пляжа. Ребята тут же выскочили из машины и принялись спешить к воде.       — Если что, я здесь! — крикнул Хванун вслед детям, после чего зашёл в список контактов в телефоне и, найдя номер Хонджуна, набрал его. — Здравствуйте, мистер Ким, рад с вами беседовать. Меня Хёнджи попросила вам передать, что они отправились на море, — после недолгой паузы, когда Хонджун выговорился по поводу данной ситуации, учитель продолжил. — Ну, вы не переживайте так, ребята со мной. Тем более, они подростки, пусть насладятся моментом.       Хонджун всё-таки успокоился по этому поводу, ведь вспомнил себя в свои семнадцать, когда на поиски приключений тянуло больше, чем когда-либо. Переубедить же Сонхва в том, что ситуация невинная, было сложнее.       Сначала он от стресса долго выговаривался по этому поводу, потом всё же, как и возлюбленный, решил, что ребятам и впрямь было бы неплохо ухватиться за момент и провести его вместе, но всё же он попросил учителя Хвануна, чтобы тот поглядывал за детьми.       Белый и мелкий песок был настолько приятен на ощупь, что ребята договорились забрать свою обувь, которую оставили возле входа на пляж только тогда, когда будет время уезжать.       — Давайте сделаем первую фотографию! — предложила Хёнджи, после чего, не дожидаясь ответа от парней, стала между ними и высунула руку подальше, чтобы все трое ребят поместились в кадр. Миг, и распечатанная фотография уже находилась в руках у девушки. Минхо посмотрел на себя, после чего выдал:       — Хей, я прищурил глаза, давай переделаем, — после чего потянулся к рукам Хёнджи, дабы забрать то фото.       Хёнджи взяла фотографию в руку и потянула её вверх, чтобы Ли не достал её.       — Нормально ты получился, я не хочу переделывать, — возмущалась девушка.       — Как знаешь! — сейчас Минхо был раздражён не только тем, как получился на фото, но и тем фактом, что не мог отобрать кусок картонки только из-за недостатка роста, так как и так высокая девушка, — которая была ростом, как сам Ли — была ещё и на каблуках.       — Ребята, не ссорьтесь, идём купаться! — Юнхо пытался отвлечь друзей от только что произошедшего случая.       — Сейчас, только фото в альбом закину! — девушка открыла пляжную сумку и достала предмет, похожий на книжку, после чего поместила первую фотографию в первую ячейку. На фото стояли трое людей: угрюмый и сморщенный от солнца молодой человек, справа от которого стояла улыбающаяся девушка, рука её занимала треть фото и, справа от молодой девушки стоял парень, который, судя по лицу, был смущён присутствием фотоаппарата.       Юнхо редко развлекался сам, без семьи, и это было и правда весело. Пока Хванун ждал их в машине, компания сначала немного повеселилась в воде — ну, как повеселилась. Минхо и Хёнджи просто плескали друг на друга воду, как будто воюя, а Юнхо наблюдал за этим, — а потом пошли на сушу высыхать и смотреть на то, как волны бились о берег. Из-за того, что ребята сидели прям рядом с морем, вода доставала их, щекоча кожу.       — Я схожу в машину за сменной одеждой, — сказал Минхо, вставая с песка и идя к Хвануну.       Некоторое время Хёнджи с Юнхо просто сидели, молча наслаждаясь компанией друг друга. Почему-то именинник чувствовал себя неловко и не мог сказать ни слова. Уже прошло четыре года с того времени, как он осознал свои чувства к девушке. Но он так и не мог решиться поговорить с ней об этом. Немного трусливо с его стороны, но он не мог ничего с этим поделать.       — Давай сделаем ещё одну фотографию, — предложил спустя несколько минут Хёнджи.       — Конечно. Когда Минхо вернётся, можем сделать её, — сказал Юнхо, на что Шим прикусил нижнюю губу, ещё сто раз обдумывая слова, которые она собиралась сказать.       — Я бы хотела… Сделать фото только с тобой, — сказал Хёнджи, на что парень удивлённо посмотрел на девушку. — В плане… Не в Минхо дело. Дело в том… Что мне бы хотелось, чтобы у нас было фото, где только мы двоём… Я не знаю, как объяснить причину этого.       Юнхо некоторое время молчал, не совсем понимая, к чему Шим, но потом он мягко улыбнулся, кивая девушке, соглашаясь на просьбу. Хёнджи улыбнулась, доставая из своей сумки фотоаппарат и, встав рядом с парнем, протянула его вперёд, нажимая на кнопку.       К сожалению, на этой фото не будут запечатлены те эмоции, которые ощущал Юнхо в тот момент. Волнение, неловкость, радость и счастье будут только вспоминаться при виде этой фотографии. Интересно, у Хёнджи будут такие же воспоминания?

***

      — Да когда же эти дурачки начнут встречаться? — Минхо отпил из жестяной банки напиток, после чего тяжело вздохнул. — Мне уже надоело смотреть на то, как они чуть ли не взглядом уже хотят поцеловать друг друга.       — Когда-нибудь всё случится, — сказал Хванун, поудобнее усаживаясь на своём месте. — Стоп… Они до сих пор друг другу не признались?       — Не-а, — ответил легко Ли, выглядывая из окна машины на парня и девушку, которые собирались сделать фотографию. — Они и правда не видят, что по уши влюблены?       — …Любовь ослепляет? — ответил старший, на что Минхо с недоумением посмотрел на того.       — Эту фразу говорят не в таком контексте, Хванун, — сказал Ли, делая ещё один глоток.       — Ты не помнишь, что я тебе говорил о том, чтобы ты не говорил со мной неформально? — сказал раздражённо Хванун, на что Минхо издал смешок.       — Ну не могу я на полном серьёзе называть тебя хёном, когда ты ниже меня в свои двадцать три, — ответил Ли, на что старший раздражённо нажал кнопку, которая открыла дверь Минхо, и вытолкнул того из машины. — Ну я же пошутил!       Пока Ли пытался извиниться перед Хвануном, Хёнджи и Юнхо наслаждались солнцем, которое уже начало садиться за горизонт. Даже не верилось, что время прошло так быстро и уже настал вечер.

***

      Домой Юнхо прибыл уставший и радостный. На его коже виднелся лёгкий загар, а на щеках, которые побаливали, были покраснения от переизбытка солнца.       В гостиной парень посмотрел содержимое пакета, который ему вручили друзья. Подарок находился в маленькой коробочке синего цвета. Открыв коробку, Юнхо увидел жука-рогача в стекляшке, которые были распространёнными у коллекционеров насекомых. Парень вспомнил первые дни в школе. Встреча с друзьями, проведённое время на улице у кампуса школы — все эти воспоминания вихрем пронеслись по сознанию Юнхо. Приятно вспомнить детство. Самый старший ребёнок этого дома направился к комнате своего брата.       Минги включил свой механический паровоз, первый подарок в новой семье, и сидел, обняв колени, о чём-то размышлял. Юнхо подошёл к брату и сел рядом с ним, после недолгой паузы тот заговорил:       — Ребята меня на море увезли, сказали, что хотели со мной провести время.       Минги в ответ лишь улыбнулся брату, после чего вернулся к наблюдению за поездом.       — Там было так весело! Ребята сначала предложили пофоткаться, а после этого мы пошли купаться, а дальше мы зашли в какое-то кафе, где у Минхо от смеха из носа полилась кола… — Юнхо прекратил свою повесть, как только Минги выключил тот самый поезд и сел за стол на краю своей кровати.       — Знаешь, я немного устал сегодня. Я хотел подождать тебя и провести время вместе, но мне нужно поспать, — Минги указал на часы, стоящие на комоде рядом с кроватью старшего. На часах было одиннадцать часов вечера.       — Я понимаю, — немного тише своего привычного тона заговорил парень. — Папа-хон и папа-сон на меня тоже разозлились за то, что пришёл так поздно, — Юнхо посмеялся с чего-то, после чего продолжил уже с улыбкой на лице. — Вообще, мы застряли из-за того, что у учителя Хвануна закончился бензин, представляешь? — после того, как парень перевёл дыхание от смеха, он сказал. — Прямо в километре от заправки. Мне и Хёнджи пришлось идти к заправке по бензин и… — Минги остановил Юнхо:       — Я… Я посплю немного, хорошо?       — А, да, прости, — ответил брату Юнхо. — Спокойной ночи.       Парень вышел из совместной комнаты и закрыл дверь за собой.

***

      Юнхо встал с кровати и сразу же начал рассматривать комнату в поисках Минги. Его не было в спальне, поэтому парень направился в гостиную в надежде увидеть там брата. Шагая по ступенькам, Юнхо взбудораженно обдумывал, как пройдёт его сегодняшний день. Так как братья каждый год в первые выходные летом направлялись в кино вместе.       Обычно они шли туда вместе с кем-то из взрослых, а иногда с ребятами просился Сан. В последние несколько лет братья уже проводили время только вместе, ведь они достаточно взрослые для похода в кино, а иногда и в кафе после сеанса.       Юнхо зашёл в гостиную и увидел там лишь Сана и Уёна, которые играли в монополию, а рядом сидел Чонхо, рисовавший за журнальным столиком. Минги же в комнате не было. Юнхо, уже немного волнуясь, зашагал в комнату родителей и после того, как постучал в дверь, открыл её.       — Папа-Сон, а ты не видел Минги этим утром? — из-за волнения Юнхо постукивал по двери, которую только что приоткрыл.       — Мне кажется, я видел, как он заходил в ванную час назад. Может, он до сих пор не вышел оттуда? — Сонхва отложил книгу, которую только что читал, на колени, заложив пальцами рук страницу, на которой остановился.       — Спасибо, я пойду поищу его, — немного успокоившись, Юнхо уже говорил более мягким голосом.       Юнхо постучал по двери ванной комнаты, после чего дверь открылась, и оттуда вышел Минги. Он выглядел немного растерянно, а глаза парня были красными.       — Минги! Я тебя повсюду искал. Слушай, нам нужно собираться, ведь сегодня в кинотеатр пойдём, — Юнхо был взволнован тем, что проведёт этот день таким интересным способом, со своим лучшим другом и по совместительству братом.       — Я… Я думаю, что в этом году я пропущу это событие. Извини, мне нездоровится, — Минги прошёл рядом с Юнхо, после чего зашёл в спальню, закрыв за собой дверь.       — Ну ладно… — Юнхо был подавлен, ведь даже в не очень хорошие времена ребята находили в себе энергию и хорошее настроение на это мероприятие.       Например, в тот день, когда ребята поссорились из-за того, что Минги забрал игрушку парня, или тот день, когда Юнхо обозвал Сона, после чего тот расстроился. В те дни ребята мирились, находили себе силы пойти вместе в кинотеатр и хорошо провести там время. Юнхо просто знал, насколько сильно киносфера интересна ребятам.

***

      Сказать, что такое поведение продолжалось некоторое время, — это ничего не сказать. Каждый раз, когда Юнхо пытался как-то заговорить с Минги, тот всё время искал оправдание не начать диалог. Старший, конечно же, начал переживать из-за этого.       Некоторое время он пытался сам как-то решить эту «проблему», но у него никак не получалось правильно подойти к ней. Каждый раз, когда он делал попытки, они венчались провалом.       — Слушай, может… Ты хотел бы чем-то заняться? — спросил Юнхо, на что Минги, который только что зашёл в комнату, отрицательно покачал головой. Старший специально задал этот вопрос именно в этот момент, ведь это было бы странным, если бы Сон ушёл именно сейчас. Он всё-таки только что пришёл.       — Прости, давай попозже… Наверное, — сказал Минги, после чего вышел из комнаты, и Юнхо услышал, как захлопнулась дверь в ванную.       В какой-то момент Юнхо это немного… Надоело, что ли? Не сам Минги или в этом вроде, а то, что они нормально не могли поговорить об этом. У его брата точно были проблемы, и старший прекрасно это знал.       Когда он и Сон зашли в комнату после школы, Юнхо сразу же закрыл дверь на замок. Это чтобы Минги не так легко смог уйти от разговора. Сначала ничего не происходило, и Сон просто лежал на кровати, смотря что-то в телефоне.       Юнхо пока не спешил ничего не делать, чтобы не «спугнуть» того. Прошло пятнадцать минут, как старший начал:       — Может, расскажешь, что происходит? — спросил мягким тоном Юнхо, на что Минги вздрогнул, переводя свой взгляд на брата.       Сон некоторое время молчал, нервно сжимая свою футболку. Старший терпеливо ждал, пока тот решится.       — О чём ты? — сказал Минги, на что Юнхо немного раздражённо выдохнул.       — Ты сам знаешь, о чём я, — сказал старший, на что Сон расстроено посмотрел вниз. — Возможно, ты и пытался это скрыть, но у тебя, если честно, не сильно хорошо это получается. А теперь расскажи, в чём же дело?       Минги опять молчал, из-за чего Юнхо начал волноваться. Вдруг он был слишком груб с ним в этот момент? Нужно было бы поскорее извиниться.       — Я не знаю… — послышалось тихое со стороны Сона, на что старший, который отвлёкся с этого на мысли, опять сосредоточился на Минги. — Я сам не знаю, почему мне так плохо в последнее время…       Когда Юнхо увидел, как Сон прижал колени к своей груди, после чего уткнувшись в них лицом, всхлипнул, старший начал паниковать.       — Плохо? У тебя что-то болит? — спросил Юнхо, подходя к кровати младшего, садясь рядом с ним. Минги отрицательно покачал головой, на что старший почти сразу понял, что под «плохо» имел в виду Сон. — …Может, что-то случилось, и поэтому…?       — Я сам не уверен, — ответил Минги, после чего посмотрел на Юнхо. Старшему было больно смотреть на Сона в слезах. Он сам не мог понять, что делать в такой ситуации.       — Прошу, не плачь, — сказал Юнхо, на что Минги будто по щелчку пальцев начал рыдать ещё сильнее. Старший подвинулся ближе к Сону, после чего обнял того. Минги сразу же в ответ сделал то же самое, уткнувшись лицом тому в плечо. — Всё будет хорошо…       Несмотря на то, что сердце Юнхо разрывалось в этот момент, он отчасти был счастлив тому, что наконец-то осознал причину такого поведения со стороны Минги.

***

      Уён вырвал из своей тетради страницу, после чего свернул её в шарик. Чон начал замахиваться листочком, чтобы точно попасть в цель.       — Может, просто подойдёшь после урока и скажешь? — сказал в недоумении Сан, понимая, что план его младшего брата не сработает.       — Завались, — кинул несерьёзно парень, после чего бросил шарик в ученицу, которая сидела впереди него, прям за другим учеником. Но, как он вовсе не планировал, он попал ей в голову, из-за чего девушка вздрогнула, проговорив раздражённо «Ай».       Уён увидела, как девушка хотела повернуться к нему, но он успел уткнуться лбом об руки, который лежали на столе, притворяясь, что он сейчас спал. Когда ученица повернулась, она увидела отличника, который сидел прямо за ней и увлечённо записывал слова учителя в тетрадь. На него она даже не могла подумать, ведь он бы ни в коем случае не сделал бы этого.       Рядом с отличником никто не сидел, поэтому она начала смотреть дальше. Там она увидела «того самого одноклассника, что ей сразу не понравился», который, кажется, спал, и его дружка, который сейчас чуть ли не умирал со смеху.       — Я тебя прикончу, — сказала Сану девушка, на что тот перестал смеяться, начав махать руками, отрицая то, что это сделал именно он.       — Пак Чимин, это твоё первое замечание, — сказала строго учительница, на что Чимин посмотрела на ту с возмущением.       — Но… Он…! Аргх, — Пак раздражённо заглянула в свою тетрадь, продолжая записи, от которых её отвлекли.       Чхве взглянул на Уёна рядом и, увидев, что у того даже уши покраснели от смущения, возобновил свой смех. Чона немного расстроило то, что девушка не прочитала то, что он написал на этом листе, но он понадеялся, что когда-нибудь она узнает об этом.

***

      Каждый из шагов, которые делали парни, заставлял листья, опавшие давным-давно на землю, шелестить. Они уже шли довольно-таки длительное время. И если бы там с ними был Сан, например, он бы не смог понять, в какое именно место они шли. Но эти двое прекрасно знали, куда они шли, ведь это место для них обоих было любимым.       Ёсан бросил на землю, которую укрывали оранжевые листья, рисовальные принадлежности, после чего начал оглядываться. Чонхо, который шёл сзади, догнав своего брата, положил бумагу, которую он нёс, туда же, куда и Кан.       Это было место, с которого можно было увидеть прекраснейший пейзаж, особенно осенью. Полным-полно деревьев, окружающие эту поляну, где росли цветы. Ну, обычно они были здесь летом, а сейчас здесь находились листы с деревьев разных цветов, что, в принципе, даже было лучше.       Ёсан сделал глубокий вздох, после чего, сняв с себя куртку, кинул её на землю и сел на неё. Ну, это чтобы было теплее. Чонхо собрался сделать то же самое, но старший его остановил — на улице было довольно-таки холодно, — хлопая по месту рядом с собой, намекая, чтобы Чхве присел там.       Чонхо приземлился на землю, уткнувшись подбородком в колени, обнимая их. Тем временем Кан взял лист бумаги, положив себе его на ноги — которые он сложил на подобии позы лотоса, — а в правую руку взял карандаш, после чего начал зарисовывать пейзаж.       Они сидели в полной тишине, наслаждаясь компанией друг друга, и лёгким ветерком, который ворошил пряди волос, щекоча тем лица парней. Листья шуршали, создавая звуки на фоне, но нельзя было назвать их раздражающими. Наоборот, они были приятными. Идиллия.       Ёсан проводил кончиком карандаша по бумаге с неким вдохновением. Он как будто не обращал ни на что внимания, кроме как на полотно и пейзаж, на который он поглядывал время от времени, чтобы сверить рисунок с реальностью.       Он даже не заметил, как Чонхо начал внимательно разглядывать чужой скетч. Чхве уже давно не так был увлечён рисованием, как раньше, и скорее рисовал из-за привычки, чем из-за желания. А вот Кан… У него всё такая же страсть в глазах во время этого процесса, как и ранее.       Но как такое простое занятие заставляло удерживать внимание такого человека, как Ёсан? Почему он до сих пор с таким же интересом продолжал зарисовывать разные картины?       — Почему тебе нравится рисовать? — спросил неожиданно Чонхо, на что Кан отвлёкся от рисунка. — Я имею в виду… Как ты вообще пришёл к тому, что… Тебе начало это нравиться?       Ёсан на несколько секунд задумался, вспоминая. Только спустя время он наконец-то начал:       — Я начал рисовать скорее, чтобы отвлечься, — сказал Кан, на что Чхве с недоумением посмотрел на того.       — Отвлечься от чего? — спросил Чонхо, на что Ёсан выдал немного расстроенную улыбку.       — От ссор моих биологических «родителей», — парень сделал «кавычки» пальцами, когда сказал это слово. — Да и от ссор с ними тоже, — сказал легко Кан, на что Чхве понимающе кивнул. Честно сказать, они все не так часто говорили о своих родителях, которые были до Сонхва и Хонджуна. Да и не было причин вспоминать о них, особенно когда для некоторых эта тема была до жути болезненная.       Чонхо не мог этого понять, ведь он ничего не чувствовал насчёт женщины, которая его родила. Он её даже не помнил, поэтому он не чувствовал к ней ни злости, ни радости. И ему всегда казалось, что Ёсан должен держать какую-то злость на своих биологический родителей. Но её как будто и не было.       — Да, раньше так и было. Я любил рисовать вещи, которые мне нравятся, с целью успокоить себя. Сделать себя счастливее, — Кан посмотрел вперёд, разглядывая деревья впереди себя. — Но сейчас такого нет. У меня нет смысла бегать от реальности… Сейчас я рисую, так как считаю просто удивительным то, как реальность можно передать в рисунке… Так странно, раньше я от этой самой реальности пытался убежать, а сейчас пытаюсь изобразить её на своих рисунках.       То, с каким восхищением, с какой страстью во взгляде говорил это Ёсан… Вдохновляло. Чхве как будто на середине речи Кана немного потерялся в мыслях. Ему нравилось видеть Ёсана таким… Увлечённым чем-то.       Только спустя время Чонхо вышел из этого странного состояния, когда почувствовал на своём плече ладонь Кана.       — Всё хорошо? Ты меня как будто не слушал, — сказал Ёсан, на что Чхве стремительно покраснел, отворачиваясь от него. Но недолго он не смотрел на Кана, ведь тот повернул того лицом к себе. — Ты весь красный. Наверное, замёрз. Давай пойдём уже домой.       Сказал Ёсан, вставая со своего места. Чонхо последовал за ним, пытаясь успокоить свое бешено колотящееся сердце. Странно, у него никогда такого не было до этого. Почему он так странно себя чувствовал?       Чхве даже не заметил, как Кан встряхнул курточку, на которой они сидели, и накинул её на Чонхо. Так как младший уже был в куртке, вторую он просто поддерживал на плечах ладонями, чтобы та не упала. Кан собрал вещи, некоторые отдав Чхве, кинув на того взгляд.       — Вроде бы на улице не так уж и холодно. Почему же ты такой красный? — спросил Ёсан, начиная идти, а Чонхо за ним.       На чужой вопрос Чхве пожал плечами, ведь он и правда не знал ответа на такой, можно сказать, лёгкий вопрос. Возможно, потому что это был вечер третьего октября, поэтому и правда начало холодать. Либо дело было вовсе не в этом.